КОЛЛЕДЖ СВ. СУИТИНА НОТТИНГЕМСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Ньюорк-он-Трент Ноттингем
21 октября, 1934 года.
Профессору Франклину Колдуэллу, Начальнику Британской научной экспедиции, Хилла, Месопотамия.

Уважаемый профессор!
Пять глиняных дощечек, обнаруженных во время Ваших недавних раскопок в руинах Вавилона, прибыли тем же судном, что и Ваше письмо. Я был безмерно счастлив и провел несколько волшебных часов над расшифровкой записей. Мне следовало бы сразу же ответить Вам, но я задержался до окончания работы над переводом надписей, которые и прилагаю.

Дощечки прибыли в целости и сохранности благодаря Вашим усилиям по их консервации и превосходной упаковке.

Вы будете в не меньшей степени, чем все сотрудники нашей лаборатории, поражены теми историями, которые отражены в этих рукописях. Многие ожидали, что это будут романтические легенды о любви и храбрости. Что-то вроде «Тысячи и одной ночи». Но когда читаешь о проблемах некоего Дабазира, который никак не мог расплатиться с долгами, невольно ловишь себя на мысли о том, что за пять тысяч лет мир почти не изменился.

Странно, но эти старинные записи словно дразнят меня. Будучи профессором колледжа, я вроде бы должен обладать определенным практицизмом. И тут вдруг из покрытых пылью веков руин Вавилона возникает призрак некоего старикана, который учит меня платить по долгам и заботиться о пополнении своего кошелька.

Что ж, тем интереснее представить, будут ли древние заповеди столь же актуальны сегодня, как в Вавилоне. Мы с миссис Шрусбери намерены испытать это на нашем бюджете и надеемся на благоприятный результат.

Желаю Вам огромной удачи в Ваших благородных изысканиях и с нетерпением ожидаю возможности оказать Вам помощь.
Искренне Ваш Алфред Шрусбери, Департамент археологии.

Дощечка № 1
«Сейчас, в полнолуние, я, Дабазир, недавно вернувшийся из сирийского рабства, полный решимости заплатить мои многочисленные долги и стать уважаемым гражданином моего родного города Вавилона, оставляю на этой глине запись о делах своих, которые намерен совершить во имя исполнения самых высоких желаний.

Следуя мудрому совету моего друга Матона, ростовщика, я собираюсь из должника превратиться в уважаемого человека. План, который я составил для себя, ставит три цели. В их осуществлении — моя надежда.

Во-первых, я должен позаботиться о будущем процветании.
Поэтому одну десятую часть всего, что я заработаю, я буду откладывать. Матон не напрасно говорит: «Человек, который держит в своем кошельке золото и серебро, отложенные на будущее, — достойный семьянин и верный слуга своему царю».
«Человек, у которого в кошельке лишь несколько медяков, равнодушен к своей семье и царю».
«Человек, у которого кошелек пуст, жесток по отношению к своей семье и нелоялен царю, поскольку сердце у него черствое».
«Вот почему человек, мечтающий добиться успеха, должен сделать так, чтобы в его кошельке не переводилось золото, — тогда в его сердце будет жива и любовь к семье, и верность царю».

Во-вторых, я должен обеспечить свою жену, которая с радостью согласилась вернуться ко мне. Ибо Матон говорит, что забота о верной жене придает мужчине силы и решимость добиться поставленной цели.

Вот почему семь десятых того, что я заработаю, я использую на обустройство нашего дома, одежду и еду, не забыв, разумеется, и о некоторых удовольствиях, без которых жизнь наша была бы скучна и не полна. Но мы обязательно будем следить за тем, чтобы наши расходы не превышали предусмотренной суммы. В этом и заключается секрет будущего успеха моего плана. Я должен жить в рамках тех средств, которые сам для себя обозначил».

Дощечка № 2
«В-третьих, я планирую платить долги из части заработанных денег.
Поэтому каждый раз в полнолуние две десятых своего заработка я буду честно и поровну делить между всеми, кому я должен и кто мне доверил свои сбережения. Тогда в положенный срок мои долги будут справедливо оплачены.

Сейчас я напишу имена всех своих кредиторов:
Фару, ткач, 2 серебряные, 6 медяков. Синжар, плотник, 1 серебряный. Ахмар, мой друг, 3 серебряные, 1 медяк. Занкар, мой друг, 4 серебряные, 7 медяков. Аскамир, мой друг, 1 серебряный, 3 медяка. Харинзир, ювелир, 6 серебряных, 2 медяка. Диарбекер, друг моего отца, 4 серебряные, 1 медяк.
Алкахад, домовладелец, 14 серебряных. Матон, ростовщик, 9 серебряных. Бирежик, крестьянин, 1 серебряный, 7 медяков».
(Дальше неразборчиво. Восстановить не удается.)

Дощечка № 3
«Этим кредиторам я должен в общей сложности сто девятнадцать серебряных монет и сто сорок одну медную. Из-за такого долга я по молодости и покинул родной город в поисках лучшей жизни в других краях, а моя жена вынуждена была вернуться к своему отцу. Но ничего, кроме разочарований и бед, не нашел я в дальних странах, и приключения мои закончились рабством.

Теперь, когда Матон подсказал мне, как выплатить долги, мне становится ясно, как глуп я был, убегая от них.
Вот почему я вернулся к своим кредиторам и сказал, что сейчас мне нечем заплатить, но, следуя составленному плану, обязуюсь отдавать часть заработанного в положенный срок. Я просил их набраться терпения, ибо со временем должен был вернуть все долги до последней монеты.

Ахмар, мой лучший друг, как я считал всегда, жестоко посмеялся надо мной, и я ушел от него в ярости. Бирежик, крестьянин, умолял, чтобы я отдал ему долг в первую очередь, потому что совсем обнищал. Алкахад, домовладелец, тоже "был крайне недоволен и пригрозил мне неприятностями, если я не верну деньги.

Все остальные поддержали меня, согласившись с моим планом. И теперь, когда я нахожусь на правильном пути, я ясно осознаю, что гораздо легче возвращать долги, чем бегать от них».

Дощечка № 4
«И вновь полнолуние. Я тяжело работал все это время, но мысль моя была светла. Моя добрая жена поддерживает меня во всех моих начинаниях. Благодаря моим стараниям и решимости за последний месяц я заработал на торговле верблюдами девятнадцать серебряных монет.

Эти деньги я разделил согласно плану. Одну десятую отложил, семь десятых мы с женой потратили на ведение хозяйства. Две десятых я распределил между кредиторами поровну.

Ахмара я не застал, но оставил деньги его жене. Бирежик был так рад, что даже поцеловал мою руку. Только старый Алкахад все хмурился и сказал, что я должен платить быстрее. На что я ответил, что быстрее смогу работать, если только буду спокоен и сыт. Все остальные благодарили меня и хвалили за мои усилия.

Поэтому к концу месяца мой общий долг снизился почти на четыре серебряные монеты, а еще у меня отложены две монеты, на которые никто не вправе претендовать. На сердце у меня радостно, как никогда.

Опять полная луна ярко светит в небе. Я работал много, но не добился успеха. Мне удалось купить лишь нескольких верблюдов. И заработал я всего одиннадцать серебряных монет. Несмотря на это, мы с женой не отступаем от плана и согласились сократить наши расходы на хозяйство и еду. Я вновь распределил деньги по плану. Меня удивило, что Ахмар не злился, получая от меня такую маленькую часть долга. Бижерик тоже. Алкахад поначалу впал в ярость, но, когда я предложил ему отказаться от этой суммы, утихомирился. Остальные, как всегда, были рады даже этим крохам.

Полная луна в небе, и меня переполняет радость. Я купил превосходное стадо верблюдов, поэтому мой заработок составил сорок две серебряные монеты. В этом месяце мы с женой купили много необходимых вещей. И хорошо питались.

Более восьми серебряных монет раздал я кредиторам. Даже Алкахад не протестовал.
До чего же мудрый мой план, который позволяет и платить долги, и откладывать деньги для себя!

С тех пор как я начал вести записи, три раза вставала полная луна. И каждый раз я платил себе одну десятую часть того, что заработал. Каждый раз мы с женой тратили на хозяйство семь десятых моего заработка, хотя временами этого едва хватало на жизнь. И каждый раз я платил своим кредиторам две десятые заработанного.

В моем кошельке сейчас двадцать одна серебряная монета, и принадлежит это богатство только мне. Вот почему я могу смело глядеть в глаза людям и гордо ходить по улицам родного города.

Моя жена исправно ведет хозяйство. Мы счастливы.

Мой план бесценный. Разве не он помог рабу превратиться в свободного человека?»

Дощечка № 5
«На небе вновь полная луна, и я вспомнил, что давно не вел записей. Двенадцать полных лун прошли по небу за это время. Но сегодня я не забуду сделать запись, поскольку я только что отдал последний долг. Сегодня мы с женой отметим это событие грандиозным праздником. Мы добились цели.

Мой последний визит к кредиторам запомнится мне надолго. Ахмар умолял меня о прощении за грубость, уверяя меня в том, что видит во мне своего лучшего друга.

Алкахад в конце концов тоже оказался не таким уж злобным стариком. Он сказал: «Когда-то ты был слаб и мягок, как кусок глины, а сейчас стал подобен бронзе, способной выдержать любой натиск. Если когда-нибудь тебе понадобятся деньги, обращайся ко мне».
И не только он удостоил меня своим уважением. Многие горожане стали иначе разговаривать со мной. А моя добрая жена смотрит на меня с особой теплотой, и я вижу, что она мною гордится.

И все же я благодарен своему плану, который помог мне добиться успеха. Он дал мне возможность расплатиться с кредиторами и обзавестись собственным богатством. Я рекомендую его всем, кто мечтает преуспеть в этой жизни. Раз уж он из раба сделал человека, который смог вернуть все свои долги, разве не поможет он человеку добиться независимости? Жизнь моя продолжается, и я убежден, что мой план сделает меня по-настоящему богатым».

КОЛЛЕДЖ СВ. СУИТИНА НОТТИНГЕМСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ Ньюорк-он-Трент Ноттингем
7 ноября, 1936 года.

Профессору Франклину Колдуэллу, Начальнику Британской научной экспедиции, Хилла, Месопотамия.

Уважаемый профессор!
Если в ходе дальнейших раскопок руин Вавилона Вам встретится призрак старика Дабазира, торговца верблюдами, сделайте одолжение. Скажите ему, что его записи на глиняных дощечках заслужили огромную благодарность от профессорской четы из современной Англии.

Помните, год назад я писал Вам о том, что мы с миссис Шрусбери собирались последовать его плану, чтобы расплатиться с долгами и накопить небольшое богатство. Возможно, Вы и догадывались о наших финансовых трудностях, которые мы, правда, тщательно скрывали даже от близких друзей.

Старые долги годами унижали нас, и мы пребывали в постоянном страхе за то, что кто-то из кредиторов может выступить со скандальными разоблачениями. Мы старались выплачивать долги, экономили на каждом шиллинге, но ситуация не улучшалась. Дошло до того, что мы были вынуждены делать свои покупки только в тех магазинах, где нам давали кредит.

Все это напоминало порочный круг. Наши усилия казались безнадежными. Мы не могли переехать в более дешевую квартиру, поскольку еще не рассчитались за старое жилье. Создавалось впечатление, что ситуация уже не изменится к лучшему.
И вот тогда-то и произошло наше заочное знакомство со старым торговцем из Вавилона, с его планом, который мы сразу же захотели воплотить в жизнь. Он здорово подстегнул нас. Мы тотчас составили список всех своих долгов, и я лично обошел всех своих кредиторов, ознакомив их с тем, что собираюсь предпринять.

Я доходчиво объяснил им, какими финансовыми возможностями обладаю и как стану выплачивать долги, откладывая для этих целей двадцать процентов своего заработка ежемесячно. Выходило, что за два года я мог вполне рассчитаться со всеми, кому был должен.
Надо сказать, что кредиторы повели себя достойно. Наш бакалейщик, мудрый старикан, предложил нам такую схему возврата долга: «Вы будете платить за свои покупки и возвращать меньшую часть долга. Это лучше, чем если бы вы продолжали брать все продукты в кредит, как делали раньше».

Итак, оповестив всех кредиторов о том, что будем отдавать долги в соответствии с планом, мы с женой стали думать, как нам прожить на оставшиеся семьдесят процентов заработка. Дело в том, что десять процентов мы были твердо намерены откладывать. Мысль о том, что в скором времени эти проценты обернутся нашим благосостоянием, будоражила воображение.

Изменения в нашей жизни казались заманчивым приключением. Мы с удовольствием погрузились в сложные расчеты, определяя потребности и возможные затраты. Начали мы с арендной платы за жилье, и нам удалось добиться ее справедливого сокращения. Затем мы подвергли анализу прежние привязанности к любимым сортам чая и сошлись во мнении, что можно покупать отличный чай по более низкой цене.

Рассказывать обо всем в письме — занятие долгое и утомительное. Скажу лишь, что наш новый образ жизни оказался не таким уж мрачным. Настроение у нас заметно улучшилось — ведь теперь радость бытия не омрачалась мыслями о просроченных долгах.
Не могу не рассказать о судьбе тех десяти процентов, которые мы начали откладывать ежемесячно. Вы будете смеяться, но эта затея оказалась похожей на увлекательную игру. Оказывается, накопление денег может доставлять радость ничуть не меньшую, чем их расходование.

Накопив небольшую сумму, мы стали думать о прибыльном вложении. И такое нашлось. Оно требует от нас ежемесячных взносов как раз в сумме тех десяти процентов. И теперь это для нас приоритетные платежи из моего заработка.

Сознание того, что наше благосостояние постоянно растет, приносит чувство огромного удовлетворения. К тому времени как я оставлю свою профессорскую практику, на моем счету будет достаточно средств, чтобы содержать себя и семью на склоне лет.
И осуществить все это оказалось возможным из моего прежнего заработка. Трудно в это поверить, но это правда. Наши долги постепенно выплачиваются, а доходы растут.

К концу следующего года, когда все старые счета будут закрыты, мы сможем увеличить долю своих инвестиций и потратить часть средств на путешествие. Мы и в дальнейшем намерены не выходить в своих повседневных расходах за рамки семидесяти процентов дохода.

Теперь вы понимаете, почему мы хотим выразить персональную благодарность старику из Вавилона, который буквально спас нас от краха.

Этот торговец знал, о чем писал. Он сам прошел через все муки ада. И хотел, чтобы другие извлекли пользу из его горького опыта. Вот почему он потратил столько драгоценных часов, выцарапывая свои мудрые мысли на глиняных дощечках.
Он оставил бесценное послание всем последующим поколениям. Удивительно, что, возникнув из руин Вавилона через пять тысяч лет, оно остается актуальным, как и в тот день, когда было погребено.

Искренне Ваш Алфред Шрусбери, Департамент археологии.