Сергей Александрович Филатов — российский государственный, политический и общественный деятель, Президент Фонда социально-экономических и интеллектуальных программ, руководитель Администрации Президента РФ в 1993-1996 гг.



Про друзей

Рядом со мной всегда были комсомольские вожаки разного уровня. Вместе справляли праздники, вместе куда-то ездили, из этого круга у всех оказались жены. Когда я работал в правительстве, все поменялось. Ельцин любил людей веселых, находчивых, преданных таких. И среди этой когорты как раз были те, кому я не очень доверял: они были далеки от идеалов, с которыми я пришел во власть. Как показал опыт, я был прав — когда не стало Ельцина, все их нутро сильно проявилось. Настоящие друзья меня никогда не подводили, а вот партийные работники предавали...

Про успех

Я успешный? Не знаю. Очень многие дела остановились, когда распалась наша команда — один погиб в автомобильной катастрофе, один спился, один ушел в политику. Но мой самый большой успех, думаю, это создание Конституции. Ну и подготовка Основных направлений. Понимаете, у меня было видение, как построить государственную службу, местное самоуправление. Было видение, вообще говоря, какая должна быть Конституция. Но уже вот на высоких этих постах я, к сожалению, понимал, что положение безвыходное — наше дело будет угроблено, потому что мы будем вынуждены уйти. Мы попали в свою ловушку, когда боролись за демократию: демократия предполагает смену. А в то время смена гарантировала, что все результаты, которые мы получили, будут ликвидированы. В нашей стране один крупный недостаток на протяжении веков: нет преемственности. Те, кто приходит к власти, не оглядываясь, начинают строить новое. И все, что мы подготовили — и в рынке, и в политической системе,— все оказалось сломанным.

Про свободу

Когда мы говорили о свободах, мы говорили о свободе выбора, о свободе перемещения, о свободе слова. И эти свободы нельзя рассматривать без отрыва от закона. Если у вас нет конституционных гарантий этих свобод, о чем говорить? Их государство обязано защищать. Я должен иметь возможность свободно уехать в другой город, поселиться и жить там. Но власть начинает думать: подождите-подождите, как это он уехал? А как его искать в случае чего, полиция что будет делать? Давайте введем регистрацию. Мы прописку убрали, а они придумали слово «регистрация», но суть осталась та же самая. Самая страшная проблема в нашем государстве — полицейские службы, которые для себя любым путем выбивают такие условия, при которых всегда будут на коне. Пожалуйста, пример сегодняшний. Сейчас хотят у нас у всех взять биологические данные. Да, в Америке берут, но не у всех — берут у тех, кто оказался в полицейском участке с определенной статьей, берут при въезде, защищая свою страну. Но это немножко другое. Это не то, что вы должны будете с определенного возраста прийти в участок и сдать отпечатки пальцев, вы в компьютере и вас ни с того, ни с сего могут в любое время дернуть.

Сейчас главная задача — просветительство, нужно серьезно разъяснять, что такое Конституция, почему Конституционный суд перестал ее защищать. Это очень хорошо Ходорковский сделал в своей открытой школе. И то, что делается сегодня «Открытой Россией» — это один из путей. Я допускаю, что Михаил Борисович когда-нибудь вернется в политику. Мне бы хотелось, по крайней мере, это один из лидеров, которых я вижу на будущее.

Про Бога

...Сегодня церковь пытается, чтобы вся вера была на нее направлена, а не на Бога. После прихода нового патриарха церковь, я думаю, приносит много вреда. Они пытаются общество собрать, ищут какие-то скрепы, но эти скрепы все несовременные и очень пахнут ангажированностью. Я несколько статей написал довольно крутых, выступил против них… Они тогда сказали, что многонациональность — грех, многоконфессиональность — грех, разделение властей — грех. Ну я им привел слова патриарха Алексия на инаугурации Бориса Николаевича: он говорил все наоборот. Говорил, что преобразование страны начинается именно с этих элементов. То есть был за демократичность. Недавно у нас на форуме молодых писателей выступал Лисовой, который тесно связан с РПЦ. Он говорил, что мы уже готовы чуть ли не новое государственное устройство России построить — империю. Я его спросил, какие основные черты империи. Он назвал те, что у любого государства должны быть: ответственность, нравственность, порядочность. А для чего тогда империя? Оказывается, для того, чтобы народ любил самодержавие и власть, был полностью им предан, чтобы они могли творить, что хотят. Нас всех давно пытаются поставить на поклон Церкви, либо власти. Как и с Крымом. Население здесь вообще ни при чем. Власть нарушила главные принципы демократии — открытость, правдивость, информированность. Если мы людям будем давать одностороннюю информацию, особенно в виде пропаганды, мы всегда будем иметь 86 процентов поддержки.

Про страх

Я очень боюсь разворота в развитии страны. Нет сил сопротивления, нету. В Государственную думу пришли люди, принимающие законы, от которых у нас волосы шевелятся, но мы ничего сделать не можем. Меня пугает это и по-человечески, и как результат, с которым мы уходим из этой жизни. Страшно, что практически все завоевания нашей команды полностью разрушены.
Читать полностью: