Только полный суверенитет и массовая арабская эмиграция из Иудеи, Самарии и Газы позволит сохранение Израиля как государства еврейского народа.

Вот уже много лет я стремлюсь добиться осознания обществом того, что лишь масштабная инициатива, стимулирующая массовую эмиграцию арабского населения из Иудеи, Самарии и Газы, позволит, хотя и не гарантирует, сохранение государства Израиль как национального государства еврейского народа. Поскольку только так в сложившихся геополитических и демографических условиях мы сумеем обеспечить свое выживание.

Недавно я столкнулся с позицией, ставшей, на мой взгляд, довольно очевидным подтверждением моей правоты. Причем с весьма неожиданно стороны – она озвучена не кем иным как известным спорным израильским историком Бени Моррисом. Хотя, скорее всего, это совершенно не входило в его намерения.

В прошлом Моррис принадлежал к группе так называемых "новых историков" - этакой радикально левой академической тусовке, попытавшейся опровергнуть традиционную сионистскую версию создания еврейского государства и процесса его становления, прежде всего - причин массового исхода арабских общин в результате Войны за независимость.

Но с течением времени Моррис занял куда менее критическую позицию в отношении зарождения еврейского государства, демонстрируя сегодня гораздо лучшее понимание альтернатив, с которыми стране пришлось тогда столкнуться, и действий, которые она была вынуждена в результате этого предпринять.

Похоже, что во многих отношениях взгляды Морриса за последние годы изменились самым радикальным образом. Сегодняшний Моррис, подвергавшийся в прошлом арестам за отказ служить "на территориях", считавшийся крайним антисионистом, чересчур резким даже для израильской академической среды, сейчас не только оправдывает, но и поддерживает принудительное изгнание арабов в ходе Войны за независимость. Более того, он даже сожалеет о том, что, по его мнению, подобные действия не были реализованы в достаточной мере.

В этой связи он даже раскритиковал за чрезмерную сдержанность Давида Бен-Гуриона. В интервью Арье Шавиту в газете "Гаарец" в 2004 году Морис, к изумлению интервьюера, заявил следующее:

"Если уж он изгонял, возможно, ему следовало выполнить эту работу до конца. Полагаю, это место стало бы куда спокойнее и страдало бы гораздо меньше, если бы этот вопрос был бы решён раз и навсегда. Проведя полное, а не частичное изгнание он обеспечил бы для будущих поколений стабильность государства Израиль".

В том же самом интервью Моррис изложил свой мрачный прогноз:

"Если эта история закончится для евреев плохо, случится так лишь потому, что Бен-Гурион в 1948 году не завершил трансфер, сохранив огромный и взрывоопасный демографический резервуар на Западном берегу, в Газе и внутри суверенного Израиля".

Рецепт для бесконечного насилия

В том же меланхолическом ключе, но уже совсем недавно, Моррис опубликовал довольно апокалиптическую статью, в которой обрисовал прямую и непрерывную связь между руководством палестинских арабов накануне создания государства и теперь. По словам Морриса, нет никакой существенной разницы между сторонником нацистского режима Амином аль-Хусейни, действовавшим в 1930-х годах, убийцей Ясиром Арафатом и нынешним так называемым "умеренным" Махмудом Аббасом.

В своей статье Моррис подчеркнул, что, хотя сионистское руководство несколько раз соглашалось на решение, основанное на территориальном компромиссе, "руководство палестинских арабов последовательно отклоняло любое компромиссное предложение".

"Пока Аббас отказывается принять формулу "два государства для двух народов"... разница между нынешним лидером палестинских арабов и его предшественниками незначительна", - с горечью отмечает Моррис.

Как ни странно, Моррис по-прежнему остается приверженцем идеи территориального разделения, по его мнению - "единственной основы для решения, обеспечивающего справедливость обоим народам". Но при этом он и сам признает, что ни малейших иллюзий относительно возможности осуществление подобного сценария у него нет. "Я полагаю, что оно неприменимо сейчас и вероятно не будет возможно в будущем", - пишет Моррис.

"Даже если и найдутся палестинские лидеры, которые подпишут подобное соглашение, палестинские арабы, возглавляемые ХАМАСом и ФАТХом, отвергнут такой договор обеими руками, и потому продлится он недолго", - утверждает Моррис и заключает, - "Мирное соглашение, основанное на территориальном разделе, не кажется реалистичным".

Именно этот вывод был дополнительно подчеркнут Моррисом и в интервью, которое он дал газете "Гаарец" за несколько дней до публикации своей нынешней статьи, где категорически опроверг широко распространенное заблуждение о том, что, будь Рабин жив, мы бы достигли соглашения с палестинскими арабами.

"Это чепуха, - утверждает Моррис, - Рабин точно также не смог бы изменить фундаментальный нарратив национального движения палестинских арабов, заключающийся в том, что вся Страна Израиля принадлежит им, и все беженцы должны вернуться в свои дома и на свои земли. Произойти же это может только при условии уничтожения Израиля".

При этом, не веря в осуществимость соглашения о двух государствах, Моррис с еще большим пессимизмом оценивает шансы решения по формуле одного государства, являющегося, по его мнению, "рецептом для бесконечного насилия и анархии, ведущем в конечном итоге к государству с арабским большинством и преследуемым еврейским меньшинством".

"Единое государство, - убежден Моррис, - будет управляться в соответствии с взглядами большинства. Исчезнет ли практика убийств ради сохранения семейной чести? Исчезнут ли насилие и преступность, лихое вождение, коррупция чиновников и клановый непотизм, которую сегодня мы ежедневно наблюдаем в арабском обществе? Какой еврей захочет жить в такой стране?"

Апокалиптический сценарий

Таким образом, с одной стороны, Моррис утверждает, что урегулирование конфликта по формуле двух государств недостижимо из-за нежелания арабов пойти на территориальный компромисс с евреями. С другой же, считает, что сценарий сосуществования в одной стране не может быть перспективным из-за социокультурного характера мусульманского мира.

Иными словами, геополитически соображения делают бессмысленным решение о двух государствах, демографические же лишают смысла сценарий с одним государством, по крайней мере, такой, который не дает Израилю возможность сохранить свой статус национального государства еврейского народа.

Подобное восприятие израильских перспектив подводит Морриса к его апокалиптическому сценарию:

"Это место погаснет как всякое ближневосточное государство с арабским большинством. Насилие среди различных групп населения в стране будет расти. Арабы потребуют возвращения беженцев. Евреи, оставшиеся небольшим меньшинством в большом арабском море, станут преследуемым или убиваемым меньшинством, как это было, когда они жили в арабских странах. Те из евреев, кто сумеет – сбежит в Америку и на Запад".

Я совершенно согласен с Моррисом по поводу бесполезности поиска мирного соглашения на основе двух государств для двух народов. Я также не вижу смысла спорить с ним по поводу отсутствия оснований полагать, будто можно поддерживать стабильное еврейское большинство в рамках одного государства всех его граждан. Вот только это совсем не означает, что жуткий сценарий Морриса - это приговор судьбы, поскольку на самом деле существует политический рецепт, преодолевающий как геополитические опасности, заложенные в формуле двух государств, так и демографические угрозы формулы одного государства.

Речь идет о том, что я называю "гуманитарной парадигмой", призывающей к распространению израильского суверенитета на всю территорию "от моря до реки" наряду с инициализацией широкомасштабного движения по поощрению арабской эмиграции из областей за пределами границ 1967 года посредством системы соответствующих материальных стимулов.

И это единственный политический рецепт, способный эффективно противостоять экзистенциальной геополитике и демографии Израиля, без необходимости задействовать колоссальную военную мощь. У тех, кто привержен существованию сионистского проекта и хочет предотвратить апокалиптический сценарий Морриса, альтернативы нет. И если уж Бенни Моррис решил назвать себя сионистом, я призываю и его принять это решение.

(перевод Александра Непомнящего)

Источник: "Мида"