Настроение сейчас - очень тихое, задумчивое

Парку надо дать шанс!


У меня есть любимая знакомая.
Подругой не называю: она Человек великий.

Образована, хорошего рода, сильна духом и все такое…

Однажды мы решили провести летний вечер вдвоем.
Купили вина (очень я люблю), помидор и чего-то еще.

Отправились в ее огромную квартиру болтать и нежиться.

Правда, я была смущена, увидев, что она моет помидоры хозяйственным мылом… (я тихонько убежала из кухни, чтобы не вступать в прения).
Я честно пыталась вызнать в салате запах мыла. НЕ было! Клянусь!


Потом мы отправились искать кусочек зелени в летнем жарком пыльном Питере…

Рядом с квартирой этой был только один парк: Екатерингоф.

(Его еще Петр Великий для Екатерины устроил, и потом века полтора это было место великосветских прогулок).

Еще недавно Екатерингоф назывался «Парком им. … -летия комсомола».

День был ленивый, летний, пыльный…

В парке…
В парке пришлось напиваться подручными средствами:
Там гремела через колокольчик-громкоговоритель оскорбительная музыка (по стилю, по силе звука, по содержанию: какие-то гнусные «ободрительные» песни середины прошлого века).

На краю покрытого тиной пруда (в котором, кажется, пытались утопиться какие-то малые дети) возлежали двое. Мужчина в черных сатиновых семейных трусах… (последние годы прошлого века стояли тогда!) и женщина-гусеница в сиреневом трико и белом застиранном лифчике. Между ними лежала газета. На газете – селедка, водка…

Мы, даже основательно отравившись каким-то ядовитым джином-тоником, долго там оставаться не могли.
От вида сатиновых трусов, утопляющихся в болоте детей и водки с селедкой можно бы было еще отвернуться. НО «МУЗЫКА» пронизывала весь летний вечер до самого горизонта таким оглушающим смрадом, что мы сочли за лучшее из парка бежать…


Прошло несколько лет.
Мы с мужем решали обычный вопрос воскресного вечера:
Как бы так прогулять собаку, чтобы оказаться в парке, не совсем в центре Питера и не попасть в пробки…


Крестовский остров, лесное озеро, Пушкин, залив – все отпадало по причине проклятых пробок…

Есть одно место…
И я рассказала мужу про Екатерингоф:

-Ну уж нет! Если там ТАКАЯ гадость громкоголосая – зачем?
-Зачем-зачем! А и парку надо дать последний шанс! Последний.

Сказано – сделано.
Мы – в парке.

Тишина обступила нас. Старинные дубы изящно отражались в тенистых речках и каналах. Чинно прогуливались дамы под зонтиками(!) и кавалеры что-то им нашептывали в ушки (стихи, небось!). Возле павильона, на котором молчаливо висел колокольчик-громкоговоритель, веселая грузинская компания устроила застолье. Они жарили шашлыки, пили красное вино и … пели восхитительные песни свои … на шесть голосов…

Мы дошли до Бумажного канала, посмотрели в его медленные волны, удивились памятникам промышленной архитектуры. Еще раз почувствовали, что нашему юному городу – миллионы лет (из-за воды, которая т а к долго и медленно течет). . .

Мы просто, наверное, не знаем более романтического места.
Нет, разнообразно, неповторимо, удивительно красивых мест у нас много. Но чтобы в одном – столько собралось задумчивых созерцателей, столько поэтов… Нет. Такого - нету больше…


Недавно парк был замечен владельцами капиталов.
(Тоже ведь сильные личности!)
Екатерингоф теперь переустраивают.
Посмотрим, кто победит: сатиновые трусы и бешеные «колокольчики» или тихие поэты :)