Самое время повспоминать прошлые роды. Начну, понятно, с Хани.
Мне было восемнадцать лет, и у меня жутко тяжело протекала эта беременность. Скачки давления, отеки, депрессняк и всякие прочие радости. Ханя был очень крупным да еще и многоводие - я выглядела так, будето у меня тройня. В общем, у меня не было дожидаться, когда ж он уже родится. И я пошла (с разрешения врача) делать иглоукалывание, которое, по идее, должно было начать схватки. И начало. Правда, я понятия не имела, что то, что началось, схватками можно назвать только очень, очень приблизительно, потому что даже боли не было. НО в больницу мы поехали, причем по дороге все закончилась, и я с самым несчастным видом стала просить - ну, может поставите стимулятор? не могу больше! Мне медсестра:
- Девочка, да у тебя там все закрыто-запечатано, роды еще как минмум через несколько дней начнутся. Вот сейчас давление померяем и домой поедешь.
померяли. 140/90, начинается такая опасная фигня, называется раэлет.
- Ладно, - говорят, - раздевайся. Будем тебя рожать.
Все замечательно, но я накануне не ела. Прицепили мне капельницу, поставили монитор, проверяющий схватки и биение сердце малыша. Схваток ноль, ребенок буйствует. Все отлично.
- Я кушать хочу - прошу у нянечки.
- Нельзя. Эпидораль только на голодный желудок.
Я хорошая девочка, честно жду эпидораля. И только потом до меня доходит – его ставят когда раскрытие не меньше шести. А у меня-то ноль! Это ж сколько мне сидеть голодной? Время было 10 утра, в восемь мне поставили стимулятор. Только в 12 разрешили мне покушать, послала мужа за большим-большим бутербродом с тунцом и морковкой в буфет. Пока он ходил, со мной сидел мой папа, который нас, собсна, в больницу и привез. Тут сменяется врач, кивнул папе, посмотрел на монитор, покачал головой и велел дать лошадиную дозу стимулятора. Мы еще с папой поприкалывались, что врач, видимо, его за моего мужа принял. Тут возвращается Хаим и выясняется, что я не могу сама кушать, у меня рука с капельницей не гнется. Поэтому кусала я сама, а поил меня из трубочки Хаим.
Где-то через пару часов папа уехал на важгую встречу ( он все мужику по телефону объяснял, что раньше не может, у него дочка рожает), а вместо него приехала моя мама. Тут приходит прежний врач и вытаращивает на Хаима глаза. Он, видимо, решил, что я в больнице умудрилась поменять старого мужа на молодого. Но меня это уже перестает интересовать, потому как наконец-то начинаются схватки. А это еще не родильная палата, это таких как я стимуляторов, нас там двое.. И вторую женщину почти сразу увезли на кесарево, чего я страшно боялась. Но вот наконец-то схватки. наконец-то? Больно, зараза. Открытие 2, до эпидораля как до Луны, решили мне немного веселящего газа дать. Действие было отличное - между схватками я как бы теряла сознание, но четко приходила в себя на схватку и стонала.
Только где-то в два ночи мне соизволили дать эпидораль, и я уснула. Ощущение потрясающее! Полное сознание, но при этом вся нижняя половона тела парализована. Никаких болей! Каждый час нужно вливать новую порцию, опасность этой анастезии в том, что иголку вводят между позвонками в пояснице. Заденут нерв, и женщина остается калекой. Правда, таких случаев очень мало.
Раз я сплю, Хаим тоже пошел куда-то спать. Позже я узнала, что он прилег на кушетку у двери моей комнаты, но подошедший врач спрсил:
- Ну что, повезем тебя на кесарево?
Это кушетки для тех, кому срочно нужно в операционную. Пришлось ему спать на кресле возле меня, а мама пошла спать куда-то в вестибюль. Утром все стало намного веселее.
НАчались давящие схватки, которые должны выталкивать ребенка наружу, а у меня еще нет полного раскрытия. Все переполошились, потому что мог быть разрыв матки. Дали еще стимулятор. ПОмеряли температуру - повышена. Вкололи антибиотик. Наконец шека уже полностью раскрыта, надо тужится. А вот тужится с анастезией нельзя. Подождали, пока закончится час, и велели давить. А сил-то уже нет! Дали кислород, у меня от него сушит горло. Хриплю: пить! Врачи: нельзя. Хаим психанул:
- Вы не видите, что она пить хочет? Она уже сутки не ест и не пьет!
Короче, влеели ему купить мне мороженного.
Пока Хаим бегал за мороженным, мы пытаемся найти позу, при которой ребенка можно хоть как-то попытаться вытолкнуть. Лежать нельзя, сидеть тоже. потому что Ханя умудрился перекрыть спиной часть околоплодных вод, и они давят мне под ребро и это адская боль, куда хуже схваток. В конце концов мама и медсестра держали меня за ноги, а Хаим в переывах между схватками кормил мороженым.
Тут приходит вчерашний врач, заступил снова на смену
- Ты что, еще здесь? У ну давай бегом рожать!
Не идет. А ребенку в родильных путях можно провести не больше двух часов. Время уже около двух дня. (!) с начала стимуляции 29 часов.
Тут в палату начали собираться врачи и медсестры, обсуждать то, что только чтомать погибшей в терракте девочки родила. Нет, это, конечно, замечательно, но мне-то больно! И я в лучших традициях Штирлица ору по-русски что-то вроде:
- Перестаньте! Не надо! Хватит уже!
Акушерка у мамы спрашивает:
- Что она просит?
Мама:
- А то ты сама не понимаешь!
В общем, мой врач смотрит на часы, и начинает всех из палаты выгонять.
- Будем делать вакуум, - заявляет.
Мне уже пофиг, лишь бы скорей родить. Тем более я понимаю, что так долго ребенок выдержать роды не может.
Вытащили наконец Ханю! мокрого, грязного, с кровоподтеком от вакуума на голове и ужасно, ужасно уставшего. Мне его дали подержать ровно на минуту, а потом взялись зашивать на полтора часа. Ханя был 4100, немелкий ребенок!
Врач выходит к Хаиму, гооврит:
- Поздравляю, у вас мальчик1
Хаим:
- Спасибо, я знаю.
Они переглянулись и начали ржать! Потом мама его сфоткала, а он так недовольно морщился от вспышки. Покормить мне его не удалось, он почти сразу уснул, и проспал целые сутки. Грудь, паразит, не брал, я кормила его смесью, при этом велеи давать 20 сс, а он выпивал 40-50 и смотрел на меня такими голодными глазками!
Врач, что его осматривала, все приговаривала:
- Ну что ж ты такой толстый, таких же толстых не бывает.
С тех пор Ханя худой как глист. Я на него даже штанов не могу найти.
А называли мы его до брита Пузей, потому что он бывшее пузо.