Аутизм без нарушений интеллекта - это обширная и недостаточно исследованная тема. Диагноз "аутизм" раньше подразумевал людей с пониженным интеллектом, ярко выраженными нарушениями комммуникации и с однообразными повторяющимися действиями. В наше время все больше детей, раньше считавшимися странными, получают диагноз "аутизм hi-function", PDD, синдром Аспергера. ТО, что я читала по-русски, немного отличается от принятого в Израиле, попытаюсь классифицировать признакми и привести примеры.

PDD означает общее нарушение развития, то есть подразумевает нарушения по крайней мере в нескольких областях. У таких детей ярко выражены нарушения коммуникации, сенсорно-моторные нарушения а так же развития речи, у них обычно проявляется сильный интерес или способности к ограниченному кругу занятий.

Сенсо-моторные нарушения. Все аутисты в той или иной степени страдают от сенсорных проблем, причем обычно у них смешанный тип. Нельзя говорить, что у них пониженная или повышенная чувствительность к раздражителям, у них такая чувствительность смешанная. Один и тот же ребенок может резко реагировать на непредвиденные прикосновения, и при этом причинять себе боль из-за потребности ощущать кожей более сильные раздражители. Аутисты обычно реагируют на сильные звуки, яркий свет, неприятные запахи намного сильнее, чем обычные люди. Часто приступы ярости вызваны нерпиятными для них ощущениями, которые трудно определить находящимися с ними рядом обычным людям.
В нашей школе мальчик впадал в ярость на уроках музыки. Он зажимал уши ладонями и расшвыривал предметы, что были рядом в ним. Другой психовал перед обедом, выяснилось, что он не переносит сильный запах еды.
Они в какой-то мере "люди без кожи", каждый раздражитель вызывает слишком сильную реакцию. Некоторые исследователи объясняют именно этим их агрессию.
Один мальчик с легким аутизмом дрался почти каждую перемену. Как-то он залез под стол поднять карандаш, и мимо прошел одноклассник, так тот мальчик ударил его, утверждая: "он наступил мне на голову".
Эльханан часто жалуется, что дети его бьют, хотя на самом деле они просто проходят мимо. Иногда он говорит: "ты меня ударил", когда с ним громко разговаривают.

Часто бывают проблемы с крупной моторикой, реже - с мелкой. Аутисты зачастую неклюжи, плохо ориентируются в пространстве, не умеют пересекать центральные линии (касаться левой рукой правой ноги и т.д.) страдают от пониженного тонуса мышц. Создается впечатление, что нет централизованного управления телом, каждая часть работает сама по себе. В дополнение к проблемам со сверстниками, ребенок, не умеющий быстро бегать и играть в футбол обречен быть изгоем.
Им сложно продумывать слаженные дествиями обеими руками и ногами, продумывать на несколько действий вперед.
Эльханан до сих пор бегает так, как будто у него связаны ноги. Он не умеет ловить мяч, не может играть в спортивные игры, требующие продумывания своих действий.
Дети не хотят играть с ним на переменках, объясняя это тем, что "он все равно проиграет, нам его жалко"
Еда и переборчивостьв еде тодже связаны с реакцией на вкус и ощущения от еды.

Коммуникация
В этом загадка аутистов. Чем легче аутичный синдром, тем больше ребенок проявляет намерение общаться с людьми, чаще со взрослыми, реже со сверстниками. Аутисты не смотрят в глаза собеседнику, не умеют понимать невербальную часть общения. Нам кажется, что мы говорим голосом. На деле интонация, жесты, выражение лица, положение тела передают около 70 % информации. Все эти проценты аутисты просто не улавливают. Отсюда их буквальное понимание вещей (не понимают юмор, не видят скрытый подтекст).
Из-за этого они плохо понимают эмоции другого человека. Аутист не перестанет делать что-то неприятное, потому что не сможет понять, что для другого это неприятно. Даже на картинках они не могут расшифровать эмоции, либо только самые простейшие.
У аутистов выражение лица либо лишенное выражения, либо настолько странное, что затрудняет расшифровку. аутисты втрое больше обычных детей испытывают амбивалентные эмоции, возможно, и поэтому тоже им так трудно разделить свои и чужие чувства на "страх", "радость", "грусть".

Социальная когниция предполагает у человека умение понять, что другой может действовать на основании других предпосылок, отличных от его. Существует тест для детей пяти лет.
Ему говорят:
- сейчас Даша зайдет в комнату и положит этот мячик в красную коробку. Когда она выйдет, ты переложишь мячик в синюю коробку. Когда Даша войдет, где она будет искать мячик?
Чем сильнее аутичные нарушения, тем старше возраст, когда ребенок наконец понимает, что Даша будет искать мячик в красной коробке. Порой дети 12-13 лет еще не понимают, что Даша не знала о том, о чем знал он.
"Он меня специально толкнул!" - часто говорят они. Измеряют намереная другого по степени своей боли. Мне же больно, значит, специально ударил. Он не мог не знать, что я тут стою, я же тут стою. Ну и что, что шел спиной, я же тут, как он мог не видеть, что я здесь.
Ханя не понимает, почему надо о чем-то просить, или что-то пояснять, потому что ему кажется, что люди должны знать его мысли и желания.
Аутисты редко пользуются речью именно для коммуникации, потому что у них не возникает желания что-то рассказать (люди и так все знают) или о чем-то узнать (я и так все знаю). Он не спросит у ребенка "во что ты хочешь играться?" потому что подразумевает, что другой хочет играться в то же, во что и он.
То есть совершенно не развитая эмпатия, умение поставить себя на место другого.

Нормально развивающиеся дети в возрасте 10-11 месяцев начинают осознавать себя отдельной личностью, имеющей желания и возможности, не совпадающие с желаниями и возможностями других. После года ребенок, увидев что-то смешное или интересное, протянет руку, чтоб мама тоже посмотрела. То есть ребенок понимает, что, если он это видет, не обязательно что мама это видет, и приглашает ее посмотреть с ним вместе.
НОрмальный ребенок осознает себя как отдельную личность примерно годам к двум. Он узнает себя в зеркале, в его словарном запасе появляется слово "я", и это осознание закладывает базу к пониманию, что у других есть отличные от него чувства и желания.
Судя по всему, у аутистов осознания себя как отдельной личности сильно нарушено. Многие из них не пользуются словом "я", называя себя в третьем лице. Анат устала, она не хочет тут быть!. Они не осознают до конца свои эмоции и желания, и потому им в несколько раз сложнее понять эмоции и желания другого.
Отсюда их отношения к другим как к предметам. Если они не осознают себя как действующую и чувствующую личность, то других и подавно.
В каком-то смысле граница их "я" размазана, нечетка, и частично потому избегают общения с другими, что их личность не справляется с потоком внешней информации. Они тратят огромное количество энергии на попытку сбалансировать свой внутренний мир, что почти не остается энергии на внешний.
В чем-то это похоже на болезнь. Когда организму нужны ресурсы на борьбу с болезнью, он отключает "лишние сисетмы": человек почти все время спит, нет аппетита, нет сил что-то делать. Аутисты все время борятся за цельность собственного "я", у них не остается ресурсов для соприкосновения с внешним миром. Они "замыкаются в себе" когда не организованные эмоции, которые они не могу выразить и даже осознать, переполняют их.
Эльханан, когда звонит по телефону, не может или не хочет представляться. Для него процесс определения себя как личности очень неприятен и неважен. Поэтому же он как и многие другие не отзываются на свое имя - они не связывают имя с собой, весь процесс идентификации нарушен.
интересно провести исследование, узнают ли аутисты себя в зеркале. Уверена, что да, но наверняка намного позднее, чем обычные дети начинают это делать.


Нарушения речи
Многим обычным детям ставят диагноз "нарушение речи". Дети использую ограниченный словарный запас, понимают намного больше, чем могут выразить, зачастую неверно строят предложения или пользуются короткими, двух-трех сложными предложениями.
У аутистов картина другая. Многие начинают говорить рано, некоторые с запозданием, но целыми фразами. Их словарный запас немного необычный, и чем старше дети становятся, тем сильее заметна разница в запасе слов. сильные аутичные нарушения сопровождаются немотой, но у средних PDD речь весьма развита. Они говорят много, используя сложные построения предложений и высокие слова. Они говорят только о том, что интересует их самих, путанно и многословно, не заботясь о том, насколько понимает и слушает их собеседник. Аутист использует речь как средство самовыражения, но не средство коммуникации или вспомогательное.
Они редко отвечают на вопросы. Они мало пользуются речью в повседневных вопросах. (легче показать пальцем, чем говорить "дай мне то-то"). Они не показывают, что диалог закончен словами "понял, хорошо, договорились, пока". Даже задавая вопросы, они не всегда ждут ответов. И самое главное: они намного хчуже сверстников понимаю речь.
Казалось бы, семилетний мальчик, рассуждающий о физике и биологии, должен понимать, когда ему говорят "доставай тетрадь и будем писать". И отсутсвие реакции на такую просьбу принято считать проблемным поведением. А вы проверьте - точно ли он понял вас? Классы коррекции для аутистов работают только через визуальное восприятие.
Все правила написаны и нарисованы на стене. Ребенок, вставший с места без разрешения, ему не будут говорить: "сядь, у нас нельяз вставать", а укажут на картинку.
Эльханан намного лучше понимает то, что он прочел, чем то, что услышал. Ему бесползено рассказывать сказки, он должен видить картинки. В школе ему очень трудно на самых любимых другими детьми уроках: устных. Чтоб понять, он должен увидеть или попробывать.
ОДин парень, студент консерватории, добился для себя освобождения от лекций. " Я не понимаю не слова, дайте мне возможность учиться по конспектам".

Логика, мышление и обучаемость.
Все, кто работал с аутистами, обращал внимание на их необычную, непривычную логику. Они связывают своими ассоциациями разные понятия, возможно, потому что не воспринимают общепринятые ассоциации, а все время придумывают новые.

Аутистам трудно понять причинно-следственную связь, поэтому они намного лучше разбираются в устройстве двигателя, чем в сказках.
В отличии от большинства людей, они не могут работать дедуктивным методом. То есть они не могут вывести правило из частного случая, сделать напрашивающееся обощение.
Ханя оставил ботинке на диване. Говорю:
- Ханя, нельзя ставить ботинки на диван!
Убрал. НА следующий день ботинки на столе. Почему? Потому что про стол ты не говорила.
Хотите обучить аутиста? Повторите много раз правило. К примеру:
- У нас дома кушают сидя, а не стоя.
- после игры убираем игрушки на место.
Не ждите, что он поймет это сам. Не ждите, что он сможет повторить чьи-то действия. Мир и так достаточно непонятен и нелогичен для них. Четкие правила помогают аутистам чувствовать себя увереннее.

Все аутисты не переносят перемены. Любое нарушение системы для них означает хаос. Они бурно реагируют на перемены планов, на изменения в привычном распорядке дня, на новых людей и т.д.
Ханя сбегает с урока, если приходит замещать больную учительницу. Как-то плюнул в нянечку, когда она сказала ему, что не может сегодня с ним заниматься. Психует, когда их отводят на спектакль, потому что это нарушает привычный день в школе.
Это очень распространенная проблема, с ней так или иначе сталкиваются все аутисты. Они любят порядок и ясность, к любым переменам их надо готовить зарание.

Они не любят пересказывать события и делиться впечатлениями. Приоритет важных вещей у них совсем другой, чем у нас.

У них зачастую очень развитя, но селективная память - они помнят только то, что им интересно.

Математические способности поражают даже у тех, у кого интеллект намного ниже среднего. Говорят, что аутист перемножает в уме семизначные числа, но не представляет, как посчитать сдачу в магазине. Их знания не прагматичны.


Ограниченный круг интересов
Все мы знаем о стереотипных, повторяющихся движениях у детей с глубоким аутизмом. Чем легче синдром, тем сложнее и разнообразнее будут стереотипные занятия. Кто-то собирает и разбирает машинки, кто-то тренируется с мячом, один мальчик знает всех футболистов мира (!), другой может часами рассуждать о поездах. Иногда весь их интерес ограничивается этим предметом. Они будут часами читать энциклопедию или наблюдать в телескоп за звездами. Порой такая одержимость делает их на редкость компетентными в какой-то области. подозревают, что многие гениальные профессоры страдают в той или иной степени от аутизма.

Стереотипные занятия дают уверенность в своих силах, в законах природы, в стабильности мира. А возможно, приносят какое-то внутренне удовлетворение, природу которого мы все равно не можем понять.

Мамы и те, кто работает с аутистами! буду рада дополнениям, примерам, сомнениям и обсужданиям.

И да, аутизм не лечится! Можно научить ребенка максиамльно возможной для него адаптации в обществе, причем максимум для них очень и очень высок. Надежда есть, что такой ребенок вырастет уверенным в своих силах, счастливым, со многими важными навыками. Но не стоит ждать, что он станет "как все".

запись создана: 13.05.2009 в 12:18