Моя напарница по ателье, художница, социальпедагог и та, что читала всего Солженицина наступила ногой в моё свежее, недавно написанное сердце масло.
Наступила по всей видимости специально, но отрицает все. Никто кроме нее этого сделать просто не мог.
Гадство наблюдается в ней давно, но я, при своей вере в человеческое высокое старалась не обращать на это внимания и вот. Не знаю как быть.
Но зато, у меня теперь вот что есть.
Давно просила эту работу. На день рождения, восьмое марта и день смерти Пушкина. А сегодня просто так неожиданно получила. Спасибо, Сергевна.



PS самое страшное то, что я могу ошибаться насчет поступка Изабель