Вот он, Птица, вот он! Этот ужасный дом подозрительной наружности!

Оуууу...

...Просто бывают такие дни, когда Брейвика ты понимаешь лучше, чем Ганди.

Гостеприимство по-ливски:
"Они сначала ласково его приняли, но потом на освящении гольмского кладбища наперерыв старались - одни сжечь его в церкви, другие убить, третьи утопить."
Генрих Латвийский. Хроника. "О втором епископе Бертольде".

Судя по всему, у них там объявили конкурс: "Кто быстрее и затейливей угандохает нового епископа"

Светка повесила стихотворение Назыма Хикмета.
И мне остро до боли захотелось найти его стихотворение о Каспии, лет сто назад случайно встреченное в "Литературке".

Закрытое море.

Сине-зелёное тронутое позолотой
обласканное шелковистой порой дневною
открылось Каспийское море передо мною
как широко распахнутые ворота
Жаль его бедное даже ну просто какое-то горе
единственное на свете закрытое море
не общающееся не сообщающееся
с другими морями
такое одинокое в своей неразгаданной драме

(С) Назым Хикмет
(перевод А.Ибрагимов)

Калтене, каменистое побережье

*задумчиво реанимируя плейер*
Какое впечатляющее творение китайской инженерной мысли. Какие сексуальные изыски, рядом с которыми маркиз де Сад, выглядит школяром-недоучкой.
Интересно, если бросить его в воду, оно утонет? По всем показателям - не должно.

Девок моих можно любить только за то, что терпят меня, мой плейлист, шило в жо, любовь к колбасе, требования немедля запечатлеть, а также манеру подкрадываться и снимать ни о чём не подозревающую жертву, а затем выкладывать компромат на ю-туб и гнусно ржать при этом. Их можно любить за общую любовь к авантюрам - подскочить ни свет ни заря, нестись через мирно спящий город и всё ради того, чтобы к часу дня оказаться на стыке Балтийского моря и Рижского залива и мёрзнуть там, только потому, что Олю Е. кольнуло в задэ мыслью: "А не съездить ли нам на Колку".
Съездить, съездить, чего уж там...
И вот они, как не глянь на поваленное дерево, там уже сидит Птица и весело болтает ногами. И Светка командирским басом вопит: "Вышли из кадра!", а потом сама же и хохочет над своими командами.
Когда буду в силах, сооружу про них фильму.
А пока на правах рекламы.

Вдруг.

Сгибаются сосны под бурей злой
На дюнах у моря в стране родной.
Их взоры летели до края земли,
Скрываться и гнуться они не могли.
Я. Райнис

Зимние шторма на Балтике - жуткое дело. Столько выворотней, как в этот раз видеть ещё не приходилось.

Крыши.

Рёбанный йод! Они только что убили Кэт!

Ну, и после шоу кентавров понесло меня в Старушку, благо она рядом была.
Невозможно прекрасная дева в крупный белый горох, несёт гостям столицы живительную амброзию на подносике.

Дивные животины ждут своих хозяев. Последний, с рыбцом, похож на Светку.
Да! Кто приедет первым - место обитания животин сдам недорого. Если обещаете обращаться с ними хорошо.

Хвостатые анютины глазки дремлют под сенью веков и плевать им на сезоны, байкеров, дев в крупный белый горох и прочее. Главное, что тепло и покормили.

Они выкатили своих мотоконей. Полчаса оглушительного рёва двигателей. Чувствуешь себя при этом, как ребятёнок в цирке - всё блестит! Гремит! Рычит!
"...в кирасах разных, в шлемах разных, шагают, полные гордыни и соблазна..." выталкивает подсознание эпиграф из "Роб Роя"
Только эти не шагают. Они несутся вскачь.
Читать далее

В 1716 году настроение у царя Петра было - гаже некуда.
Личная жизнь складывалась куда-то не туда, сыночек разочаровывал, война с королевусом Карлом утратила остроту, что придавала вкус жизни.
Поэтому Пётр Алексеевич сделал то, что испокон веку делает русский человек, когда подступает к самому горлу - отправился в зарубежный вояж. В Ригу. То есть, не совсем зарубежный, потому что Рига к тому времени уже стала карманной заграницей Российской империи.
Ригу, надо сказать, такое положение вполне устраивало. Хоть и прозвал её как-то царь-батюшка "сие проклятое место", но привилегий не отнял, а даже наоборот, поднёс бюргерство к необъятной российской сиське и великодушно предложил: "Жрите". С тех пор и повелось...
Но история, вообще-то, не об этом.
В какой-то момент Петру Алексеевичу стало скучно. Будучи человеком женатым, царь решил, что на пару скучать веселей и вызвал к себе супругу. Так и написал: "Приезжай, Катеринушка, друг сердешненький". А Катеринушке-то что? Она на подъём лёгкая была. Раз Петруша захотел - значит в путь. По оврагам, да по буеракам. Тем более, что Ригу посмотреть всегда хотелось. И не женой полкового трубача, или метрессой фельдмаршала, а царской женой, поняли бюргеры толстомордые?
Бюргеры, зашуганные плохим настроением его императорского величества поняли всё и даже больше. И потому к приезду Катеринушки, выставили в воротах почётный караул - встречать. Правда, караул забыли предупредить, как друг сердешненький выглядит.
С самого утра, бюргеры Мосбах и Унферихт, стоявшие в карауле, спорили до хрипоты, как должна выглядеть жена царя. По словам Мосбаха выходило, что у такого человека, как герр Питер и жена должна быть под стать - двухметровой дылдой, хоть сейчас в Преображенский полк записывай. Унферихт сомневался насчёт полка, но вот насчёт того, что царица будет в короне - был уверен точно. Не может же быть так, что царица - и вдруг без короны.
-В короне. - упрямо долдонил Унферихт.
-И с ружьём. - возражал Мосбах.
-А во лбу - звезда горит. - качал головой Унферихт.
-Звезда на груди. А в руках мушкет и сабля. - стоял на своём Мосбах.
-И платье всё в золоте и диамантах. И титьки большие. - мечтал Унферихт.
-И на лошади! - спорил Мосбах. - С усами!
-Кто с усами? Лошадь? - не понял Унферихт.
-Сам ты лошадь! - обиделся Мосбах. - Жена!
-Зачем жене герра Питера усы?
-Затем же, зачем и титьки! Для красоты!
-Собака ты свинская! Когда это женщину красили усы? - обиделся Унферихт.
-Вдову Мюллер красят. - не согласился влюблённый во вдову Мосбах.
-Зато титьки у неё не чета титькам почтенной жены герра Питера. И короны тоже нет.
В пылу спора ни Унферихт, ни Мосбах не обратили внимания на тишком подъехавшую карету. И на женщину, выбравшуюся из кареты тоже внимания не обратили. А зря. Поскольку женщина эта, к спору их внимательно прислушивалась и нехорошо прищуривала глаз, словно прикидывая, в какое ухо и кому целить кулаком.
Спор тем временем, набирал обороты. Унферихт на себе показывал, насколько титьки царской жены должны превосходить титьки вдовы Мюллер, а Мосбах, раскидывая руки, демонстрировал, насколько большой мушкет должна носить с собой царица Екатерина, чтобы герру Питеру не было за неё стыдно.
Наконец, кто-то из спорщиков, обратил внимание на молчаливо дожидавшуюся их внимания женщину и догадался спросить:
-А вам чего, сударыня?
Впоследствии, вспоминая тот день, и, что именно ответила им царица Катрин, Мосбах и Унферихт бледнели и хором говорили, что царица мол, сказала им тогда:
-А я уже здесь, добрые люди.
И помахала платочком. По мнению Мосбаха, версия с платочком звучала наиболее правдоподобно.
Что удивительно - им верили. Потому что скажи они правду...
Екатерина Алексеевна Романова Первая, в девичестве более известная, как Марта Скавронская, а в русском обозе, куда угодила в плен вместе с городком Алуксне (в девичестве Мариенбург), получившая псевдоним Катя Трубачёва, была женщиной весёлой судьбы.
В семнадцать лет пристроенная замуж за шведского горниста, попавшая в плен исключительно за красоту, необъятный бюст и безотказность, стиравшая порты сначала безымянным, но весёлым солдатам в обозе, потом фельдмаршалу Шереметьеву, затем светлейшему князю Меньшикову, и под конец карьеры самому самодержцу российскому, она ничего не брала в голову и быстро училась иностранным языкам.
Мосбах и Унферихт смогли опознать шесть знакомых наречий. Царица крыла их одновременно на немецком, голландском, русском, польском, кажется латышском, и закончила на французском. Мосбах также подозревал венгерский и арабский, но уверен не был.
Помимо вынужденного полиглотства и умения ничего не брать в голову, Екатерина Алексеевна никогда не держала зла за душой. Если что болело - высказывала сразу и не стесняясь. Всеми доступными способами. Особенно, когда лично незнакомый тебе караул, вместо встречи строит предположения о размере твоего бюста и гадает, есть ли у тебя усы.
Поэтому Мосбах и Унферихт бледнели, вспоминая, изысканные речевые обороты, по которым сразу становилось понятно, в знакомых у Катеринушки, друга сердешненького, были всё люди военные, гораздые на выдумку, фантазией не обиженные и за словом в карман не лезшие.
Самое обидное, что в веках так и прижилась отредактированная версия событий.
И если вы приедете в Ригу, гид Птица расскажет вам, как караул чуть было не заметил прибытия царицы, хоть она и им и намекала изо всех сил...
И платочком махала.
Потому что, что с неё, с Птицы взять. Я её который год пытаюсь научить правильно расставлять ударения в ругательствах, а она не учится.
Потому что когда ты не царица, а экскурсовод, то с ударениями в ругательствах у тебя плохо.
Хотя история учит нас тому, что учиться никогда не поздно.
Пусть это и станет моралью басни.

Йохохо! Это круть. Вивальди и кельтика, оказывается, вполне созвучны.

Надпись под госномером случайно встреченного "Крайслера":
"Умереть не страшно, страшно - не жить".

Когда читаешь подобного рода описания: "В разгар пляжного сезона в курортном городке учащаются случаи нападения акул на людей. К ужасу экспертов, выясняется, что хищники могут перемещаться не только в воде, но и в песках...", единственное, о чём жалеешь, что эти акулы не начали со сценариста и съёмочной группы.

Пока ехала, пришло в голову, что у большинства русскоязычных отношение к Латвии, как к пьющей мамаше. С одной стороны - стыдно признаваться, с другой, всё равно - мать.

Как известно в каждому порядочному распиздяю, в апреле и мае салака утрачивает невинность и нагуливает икру, и что ей ещё положено нагуливать по прейскуранту.
Поэтому, с утратившей невинность салакой мы поступаем по-свойски, хватаем за жабры и тащим на суд общественности. Суд проходит в ближайшей коптильне или на ближайшей сковородке, после чего салака утрачивает последние иллюзии, но приобретает приятный золотисто-коричневый оттенок.
И тут главное не обмануться.
Правильная салака должна иметь подозрительно невинный вид. Помимо подозрительно невинного вида салака ещё должна быть вкусной, не разваливаться в руках, идеально подходить на бутерброд и просто к пиву.
Для тех, кто живёт достаточно далеко от деревни Малые Европейския Жопы и не в курсе, что за зверь салака, сообщаем: салака - это мини-лососина для бедных. В стародавние времена в наших краях электорат так и звали - пожирателями салаки. Это было честно и правильно, потому что ни на что другое денег не хватало.
Из недостатков у салаки есть только два - заебёшься чистить и быстро заканчивается.
А всё остальное - сплошные достоинства. Если только к ним привыкнуть.

-Бабушка, бабушка, почему у тебя такие дурацкие фоточки?
-Потому что, внученька, нам криво подломали фотошоп...

Необходимый P.S., так сказать.
Если бы вы знали до чего романтично бывает пописать в прибрежном лесочке, когда ветер с Балтики свежо задувает тебе в задницу, и какая ясность мысли, небывалое облегчение и порядок в танковых войсках наступает после, то вы б уже вприпрыжку мчались за билетами в Латвию.
Отаке!

Не утерпела, открыла сезон.
Рванула на Медвежью речку.
Сказать, что я люблю эту дорогу, значит не сказать ничего.
Я не просто её люблю, она мне снится иногда зимой, в моих медвежьих снах. Сосновый лес, как две стены, а по правую руку - море.
Помню, когда мы были на Крите, меня не то чтобы напрягало... но как-то бесконечно изумляло, что там не было самого главного в моём понимании моря - широкой песчаной прибрежной полосы. Вот вроде бы и море там правильное - ласково принимает, дружески шлёпает тебя волной по брюху, показывает кусачих рыбок и чудесного настоящего восьминога, и оставляет на плечах соль от тугих объятий.
Но всё-равно, это было не совсем то.
Не было уходящей в бесконечность белой песчаной дороги и не было стены леса за спиной. И пахло оно не так будоражаще.
И пусть твоё встречало куда холоднее, и улыбалось реже, и не так жгло плечи солью, но оно... Оно всегда было рядом. Оно дарило покой и силу. Оно было суровым, холодным и надёжным.
Знаете, с чего начинается дождь на море? Если закрыть глаза, ты вдруг услышишь лёгкий шорох, словно миллион крохотных ножек бегут по песку.
Миллион крохотных шажков, и ты ловишь их, ловишь жадно, даже не слухом - душой, впитываешь до капли, словно песок влагу.
А рядом оно, ворчит, тяжело ворочает волны, изредка пенит их гребешки и поёт голосом вечности. Эту мелодию можно слушать бесконечно, она никогда не приедается и от неё не устаёшь.
Оно просто есть. Было до тебя и будет после.
Вот оно. Принимает в себя Лачупите - Медвежью речку, маленькую, цеженную сквозь торфяники и оттого потемневшую речку-ручей, проложившую путь сквозь лес и пески.
Напрямую к морю.

1.
Читать далее

Небо, море, облака, сквозь облака изредка проглядывает солнце. И ничто не не предвещало.
И вдруг песок стал парить. Сначала едва заметно, а затем всё больше и больше.
И, буквально, в один миг резко похолодало и всё затянуло. Сразу. Словно личный дементор кликнул приятелей на пирушку.
Туман ворует цели и ориентиры. Туман многократно увеличивает расстояния. Туман сбивает с пути.
В тумане водятся дементоры. Теперь я это точно знаю.


1.


2.

Котофеи, котоморды и котофото.

1.
Читать далее

Если вы долго ехали, вас трясло на выбоинах и вдруг...
Вас перестало трясти, но вокруг подозрительно много церквей - вас скорее всего занесло в Литву.
Вас трясёт ещё сильнее, но стало немного чище, и вокруг лес с замаскированными по опушке фоторадарами - вы заехали в Латвию.
Вас совсем не трясёт, но на дорожных указателях встречаются знакомые латинские буквы, но ещё больше незнакомых - вы в Эстонии.

Lip Service 2
Не знаю, как вам, но по мне - это слишком напоминает мою жизнь. И не только мою. Хотя бы тем, что там вдруг не "жили долго и счастливо", а очень даже "наши соболезнования, вы теперь живёте вместе". И многое можно вешать в рамочку и перечитывать, когда слишком уж подступает к горлу.

"-Как думаешь, Джемима из бухгалтерии станцует голой для меня, если я мило попрошу её?
-Сомневаюсь. У неё есть муж и вольво.
-Ну, что ж. Уверен, что её вольво возражать не будет.

Разберись в себе и прекрати вести себя, как ебучий член.

Хуй с ним. Жизнь слишком коротка, чтобы злиться.

Всего лишь обычная девочка-хочет-девочку, но не-может-добиться-ее хрень.

Лучший способ забыть девушку - найти себе другую.

Отношения - это то, что люди обычно делают, пока не переспят с кем-то другим.

Хотя, я бы не следовала моему совету. Я сама им не следую.

Боже, когда наступить день, когда я встречу лесбиянку, которая не ебнутая на всю голову?

Раз правильные поступки приводят меня в никуда, я решила отныне проще ко всему относиться".

А ещё у меня есть соблазн вывесить сюда любимые морды, но без разрешения правообладателей этих морд, я на это пойтить не могу. Хотя Птица там очень умилительная.

1.
Читать далее

Короче, приехали мы в этот Каунас, а у них там какой-то флэшмоб... нет. Не флэшмоб, а косплей. Птица мне сорок раз объясняла зачем, и чем флэшмоб отличается от косплея, но я так и не поняла и ничего не запомнила. Потому как, я не в состоянии, когда там такие девки в фартучках.

1.
Читать далее

Каунас, ака Ковно. Дома.

1.
Читать далее

В любой поездке, куда и с кем бы вы не ехали, найдётся один позорный просыпун и опоздун.
На этот раз, судьба, многозначительно покрутив пальцем и рассчитав "эники-беники", выбрала на эту роль толстомордую медеведесобаку, которая никогда и нукуда не опаздывает (ну, почти).
Короче говоря, выезд в семь тридцать, сбор у автобуса в семь двадцать. А в семь утра мне звонит Птица и говорит:
-Ты уже едешь?
-Ага. - говорю я, откидывая одеяло.
Потому что никуда я не еду, а сижу на кровати с выпученными глазами и мысленно ору: "Ой, бляяяяяяяаааа!"
-Тогда скажи, что я на десять минут задерживаюсь. - мирно докладает Птица.
"Вот сама и скажи!" - думаю я, одной рукой зашвыривая телефон в рюкзак, другой натягивая штаны, третьей, отыскивая ключи от машины, а четвёртой расчёсывая шевелюру.
Да, у меня в минуты шухера вырастает ещё две руки. И четыре ноги, чтоб быстрее скакать за вполне заслуженными пиздюлями. А ещё я никогда и никому не рассказываю, что благодаря мне, всё сейчас окажется в жопе. Жизненное правило такое. Коли нашкодил - ни за что не признавайся!
В общем, я не знаю как, но к семи тридцати мне удалось быть у автобуса. Вообще-то я знаю, но на языке административных протоколов это зовётся нарушением скоростного режима. И очень надеюсь, что оператор фоторадара, который настраивал свою адскую машину у обочины, всё-таки, настроить её не успел.
Птица прибыла к финишу на три минуты позже, так что позорный опоздун у нас оказалась она.
-Нет, ну какое самообладание! - возмущалась она час спустя, когда я, гнусно хихикая, принародно покаялась, что никуда я, в семь утра не ехала, а вполне себе мирно спала, спасибо тебе, милая Птица, что разбудила, а то не знаю, чем бы всё это закончилось.
Поездка оказалась очень хорошая. Я, правда, хотела вырвать ноги дедушке гиду, но меня всем коллективом отговорили. Дедушка, сказали, старенький, ежели ещё и ты ему ноги выдернешь, то это будет как-то не по-тимуровски.
По-тимуровски, конечно, надо было пристрелить его ещё до выезда, но уж раз не получилось... Я, вообще, гидов не люблю и никогда их не слушаю, ("Спасибо тебе, добрая Ебанькова" - сказала мне на это гид Птица) потому что рассказывают они всегда какую-то ерунду, которую я и без них знаю.
Приехал, говорят, епископ Альберт... Причём, ни одна сука не догадалась начать с епископа Мейнарда. Первым, всё-таки, приехал именно он, хотя ничем хорошим для него это не кончилось.
Каунас ничего такой городок. Жаль только, что благодаря малоскоростному дедушке мы его почти и не видели, и, проебали нимало, несомненно гениальных кадров, но зато теперь нам будет куда развиваться: Птица станет тренировать стремительность походки, Светка брать с собой больше коньяка, Натали постарается не засыпать при первых звуках автомобильного двигателя, а я научусь ставить будильник и не заваливать кадр влево.
В общем, на этом отчёд о проделанной работе заканчиваю, целую всех в ухи и иду вешать нещадно отфотожопленные фотографические картинки.

"Горизонт завален" - это моё второе имя.

Эдуард ван дер Нюлль отгрохал Венский оперный театр по многочисленным просьбам общественности. ЖЖ тогда не было, поэтому из развлечений оставалось: пустить кровь соседям и оценить красоты бельканто. Ну ещё - потанцевать.
Поэтому ван дер Нюлль повёлся. А зря, зря...
Театр ещё достроить не успели, как публика прибежала срать в каменты, то есть, пардон - критиковать. Оно и понятно, когда не то что театр, сортир спроектировать не умеешь, из утешений остаётся только критика. Ван дер Нюлля не критиковали разве что немые, но, подозреваю, и те выражали жестами решительное осуждение. Император Франц-Иосиф, к стыду своему, тоже не сдержался. Чего это, сказал, лестниц в оперА так мало? А как же нам теперь, если дамы по лестницам не поднимаются, оценить красоту женских ножек? А? Герр Нюлль, я вас спрашиваю?
Герр Нюлль послушал, послушал всё это и повесился ещё до окончания строительства.
Императора это так шокировало, что с тех пор, он зарёкся критиковать архитекторов. И не архитекторов тоже. А вообще всё, в чём не разбирается.
После чего в Вене рвануло.
-Ваше Величество, там какие-то собачьи дети изобрели архитектурное безобразие и называют его сецессион. - докладывали императору.
-Пусть строят. - торопливо перебивал император.
-Ваше Величество, там этот Климт...
-Пусть творит.
-Ваше Величество, там этот Фрейд...
-Пусть анализирует.
-Ваше Величество, там этот Штраус...
-Пусть музицирует.
-Ваше Величество, но как же?
-А вот так. Я - чиновник, но не архитектор, не музыкант, не художник и не этот, как его... Как там его правильно называют, этого мозгокрута?
-Психо... как-то там.
-Вот! А я не психо как-то там! Я в их делах ничего не понимаю.
В общем, редкого здравомыслия оказался мужчина. Из-за чего Вена выиграла, а все остальные не очень.
А вот не покритикуй он ван дер Нюлля, может сецессион зародился и расцвёл бы где-нибудь в Урюпинске.
Пусть это и будет моралью басни.

Сволочи, они убили Рэйчел МакАдамс в первых десяти минутах фильма. Ну что за непруха-то? Кому после этого интересен ваш Шэ. Холмс?
Пидарасы.

Сиськи Рэйчел МакАдамс меня, конечно, не спасут, но попытаться стоит...

Папа Александр VI очень любил готовить и угощать своей стряпнёй знакомых кардиналов. Но не умел.
Папу это, собственно, мало волновало, а вот кардиналы переживали. Перед каждым ужином у папы приходилось переписывать завещание таким образом, чтоб никого из наследников не пригласили на следующую дегустацию.
В конце концов кардиналам надоел кулинарный террор и папу накормили собственной стряпнёй, хотя он и отказывался. Папа, ясное дело, такого столкновения с реальностью не выдержал и ушёл в вечность с ярлыком коварного отравителя.
А ведь просто хотел радовать своими талантами людей. А она вона как вышло.
Мораль, говорите, какая? Да никакой.
Мяса просто очень хочется. Жареного.

Фигня, всё-таки, ваш Никон. Все преимущества - не оттягивает карман.
Кошачьи жопы фотографирует хорошо. Котолитса - плохо, вероятно пугаясь выражения.
Сравните.


Жопа.



Литсо.

Нашла ещё одно место, где можно уютно спрятаться. Вчера пряталась от дождя.
Словно попала в детство и играешь в прятки с судьбой: вот она я, попробуй найти. Натягиваешь на себя арку, узкий проулок, кирпичные стены, словно любимую куртку. Становится тепло и уютно.
Потом выходишь из-под этой арки и думаешь: почему? Почему я не замечала медведей на балкончике напротив филармонии? И львов на музее мореходства - почему? А эту крышу, словно лесенка в небо? А эту скамейку чуть в стороне у собора?
Я же ходила тут тысячу раз. Мимо этой арки, мимо балкона, мимо львов и скамейки. Мимо этих крыш. И смотрела на них, как через мутное стекло.
Но что-то случается... Пять минут под аркой, в тишине и безопасности. Просто перевести дыхание. По приятельски привалится плечом к стене, которая стояла тут до тебя и останется стоять после.
И ты снова можешь не только смотреть, но и видеть.

1.
Читать далее

Весной у котов делается настолько разнузданный вид, что невольно начинаешь им завидовать.

А к чему снится карликовый камерунский козел, который вдруг оказывется моим домашним животным? Или это истинная кузякинская сущность явилась в мои трепетные девичьи сны?

Пять балов! Типичный Шмосби. Надо ж было додуматься назвать кофеюшник "Инуля".



И не знаю как вам, но у меня из ассоциаций всплыло только это



А теперь дружно хором: "Козюля. Козюля."

Но больше всего мне нравится "Постреляй с Господом"... ты пишешь свои грехи на тарелке, её запускают в воздух, и, ты расстреливаешь её вдребезги из ружья 12 калибра, полного божьей благодати.
(С) Миссис Мэри Купер.

Наблюдения сего дня:
-в Кузякину влезает бесконечно много вкусного жёлтого полосатика.
-вкусного жёлтого полосатика на самом деле готовят из ставриды. Это очень обидно.
-не такой уж он и вкусный.
-вкусную вяленую форельку готовят из чего-то, что звучит, как инопланетный космический корабль. Не то на "н", не то на "пэ", но звучит ужасно.
-сколько форельки влезает в Кузякину я не знаю, потому что мне не по средствам кормить её инопланетными космическими кораблями.
-недоёб существенно увеличивает словарный запас.
-СУЩЕСТВЕННО!
-две недели назад придумала дивный новый мир без психологов и до сих пор в нём барахтаюсь.
-отсюда мораль: недоёб влияет не только на словарный запас, но и на создание дивных новых миров, а с психологами или без, это уже без разницы.
-двадцать минут назад Кузякина вылезла из-под одеяла и принялась тревожно смотреть куда-то в прихожую.
-определённо, психологи в претензии и насылают на нас толстых воображаемых мышей.
-придумывать их взад всё-равно не буду. Пока.
-Психология - это лже-наука, как и алгебра. Все про неё слышали, никто не знает, но все разбираются.
-счастье есть, но до тех пор, пока не надо идти на работу.
-если дивный новый мир не зачахнет сам собою, под грузом моей лености, мне точно понадобится консультация психолога.
-поэтому, Света, никуда не уходи. Не Свет, это тоже касается. Если они психологи и если не слали нам с Кузякиной толстых воображаемых мышей.
-кажется всё.
-А! десять минут назад, неизвестная белобрысая собака в коришневую пятнышку, пописала на колесо моей машины. Знающих, где проживает вышеозначенная собака, просьба сообщить её адрес. Я пошлю туда Кузякину, пусть она пописает им под дверь. Вкусного желтого полосатика надо отрабатывать.
-вот теперь - точно всё!

Смелости посмотреть "Дирижера" Лунгина так и не хватило. Пока.
Мама смотрела и плакала.
Но музыка всё равно прорвалась. Совершенно невероятная мощь. Просто нет слов.

-Ну, ладно, расскажи мне эту занимательную ебанистику про друидов. То есть, я так понимаю их практики, что когда уж совсем хреново: я иду в лес, ищу дерево, которое понравилось больше всего, обнимаю его и стою так до тех пор, пока не полегчает. Да?
-Угу
-Ну и в чём фишка?
-Фишка в том, чтобы выбрать дерево, которое пришибёт тебя до того, как это захочу сделать я.