"Сначала происходят разрозненные протесты по дворам. Их разгоняют, а СМИ помалкивают, чтобы не будоражить зрителя. Потом начинаются первые протесты по всей стране, уже организованно. Власть идет на уступки (как в случае с дальнобойщиками) и "банит" в СМИ всех, кто требует рассказать об этом телезрителям. Телеящер молчит.
Протестующие, получившие кость, клянутся в верности "партии и правительству". Примерно так: "Мы не пятая колонна. Я люблю свою страну и ненавижу Америку. Многие из нас были участниками Антимайдана, но сейчас мы боремся за наши права и за права всех россиян" — говорит зампредседателя межрегионального профсоюза дальнобойщиков Сергей Волощук. Ну, а потом происходит ожидаемый коллапс.
Почему именно коллапс? Потому что на фоне банковского кризиса случается обвал цены на нефть. К весне 2016-го предсказывают цену по 26-32$ за баррель. Деньги стремительно заканчиваются (с учетом коррупционных аппетитов), бюджетникам не платят зарплату, повсюду — массовые увольнения, недовольство нарастает как снежный ком. Акции протеста приобретают неуправляемый характер. К осени 2016 года уже никто не будет вопить о "верности Путину". Напротив: к социальным требованиям добавятся и политические. Массы признают, что их обнищание — штука рукотворная, и сотворена именно Путиным, его окружением и тем политическим курсом, который был взят несколько лет назад
И как только власть пустит "первую кровь" на улице — начнется полное и быстрое погружение страны в тотальную смуту. За все приходится платить. За вранье и воровство, за конформизм и глупость, за терпеливое молчание и надежду на то, что "не тронут". Тронут. Достанут. Допекут. В черные времена вступает моя страна. Похоже, сценарий снова будет самым жестким. Впрочем, Россия всегда выбирала самый кровавый путь из всех возможных. Из огня - да в полымя. Из ваты — в жесть."
Так считает Российский журналист Александр Сотник.