Addendum

Опыт проверки одной книги

Сейчас перед работниками редакции Лендетиздата стоит неотложная и серьезная задача: в самый короткий срок проверить весь договорный, рукописный и производственный портфель, весь самотек.

Затягивание сроков сдачи рукописей или срыв своевременного выпуска книг, опечатки, вклейки - вот один из путей вредительства в детской литературе. Это путь - нанесения материального ущерба издательству.

Но есть другой путь, не столь явный, а замаскированный, который, однако, приносит огромный вред нашему читателю. Это путь идеологического вредительства в детской книге.

Попытаюсь показать этот второй путь на примере сборника рассказов Марка Твена.

Казалось бы, что особенного можно сделать с книгой рассказов американского писателя, который к тому же умер более 25 лет назад?

И все же проверка этой книги может помочь работникам редакции более внимательно и более зорко отнестись к тому редакционному портфелю, который мы все сейчас проверяем.

Мы все отчетливо сознаем, насколько важно ознакомить наших советских ребят с методами шпионской, диверсионной работы.

А вместо такой жизненно-необходимой книжки б. редактор Задунайская предлагает советскому подростку рассказ "Любопытный случай" М. Твена.

Это рассказ о четырнадцатилетнем мальчике, пришедшем в отряд северян (время действия - война между Севром и Югом Америки). Спустя некоторое время неоспоримые улики - шифрованные записки и другое говорят о том, что мальчик - шпион, подосланный южанами. За мальчиком начинают следить. Подозрения подтверждаются. На допросе мальчик отпирается, но потом выдает мнимых сообщников, сообщает вымышленные биографии, указывает выдуманные адреса. Открыт заговор, много людей арестовано. А в конце концов выясняется, что мальчик ни в чем не повинен, а все это он выдумал, начитавшись газетных отчетов о шпионах, проникнувших в армию, об их гнусных замыслах. Все это так воспламенило его воображение, что он решил идти по их стопам. Для своего удовольствия, "играя в шпиона", он писал записки, выдумывал биографии разных людей, указывал адреса и вводил в заблуждение военные власти.

Таково содержание рассказа. И конечно такой рассказ не научит нашего читателя разоблачать врагов, диверсантов, но зато может направить воображение совершенно нежелательным образом. Этот рассказ М. Твена может быть интересен и понятен взрослому, но для ребенка он явно вреден.

Зато в сборник не попал рассказ М. Твена "Как я служил секретарем у сенатора", обнажающий нравы избранных чиновников и их отношение к запросам избирателей. Этот рассказ, вскрывающий сущность буржуазной демократии, был куда более уместным в сборнике рассказов, чем рассказ "Любопытный случай".

В той же книге есть биография М. Твена. В этой биографии редактор допустил ряд формулировок, которые искажают марксистско-ленинскую трактовку вопроса.

Вот например, допущенное определение на стр. 337. "Власть президента Соединенных Штатов огромна. По закону он поставлен выше законодательных палат. Он по своему усмотрению может назначать министров и других высших чиновников". Но в этом определении ничего не сказано о том, что президент выражает только волю своего класса (в данном случае промышленников), давшего ему эту власть. Конечно, можно думать, что это само собою подразумевается. Но нам следует помнить, что читатель не взрослый, и подобное определение может создать ложное представление о том, каковы на самом деле полномочия президента.

Наконец последнее. Все могли наблюдать как группа бывших редакторов систематически отгораживалась от остальных работников редакции, ссылаясь на свою "квалифицированность", на свою исключительную "филигранную" работу над словом.

И при всем этом в сборнике рассказов М. Твена мы находим такие мало уместные в детской книге выражения: "в политике он никогда не ушел левее чем передовые круги…" (стр. 385), или "но жар серебряной лихорадки не остыл у него в крови" (стр. 345), или "туземное население быстро вымирало под тройным влиянием занесенных моряками болезней, водки и капиталистической эксплоатации" (стр. 352), или "призраки феодальной эпохи доныне гнездятся в темном лабиринте английских законов и потаенных закоулках английского быта" (стр. 373), или "он свято верит в преимущества единоспасающей капиталистической цивилизации и стремится осчастливить ее благами чуждую полудикую страну без всякого учета местных исторических условий" (стр. 374) и т. д. Это не случайно пропущенные выражения, ибо они встречаются не в стадии гранок, а в сверке, которую оставалось только подписать к печати.

Редактору детской книги советский народ оказывает большое доверие, поручая ему подготовку книг, которые должны читать миллионы советской детворы. Коллектив работников редакции Детиздата должен помнить об этом почетном доверии и оправдать его на деле, выпуская безупречно оформленную, политически-актуальную книгу, которая может воспитать подлинного советского гражданина.


Н. Теребинская

Стенная Газета Лендетиздата "За детскую книгу", № 4, 1937*