Как же я люблю когда идёт снег!
Шла вчера по Арбату, мимо огней лайнера, сияющего витринами. Высотки на другой стороне празднично искрили иллюминацией фасадов, на титанических экранах лица сменяли друг друга, играла музыка, из тёмного неба сыпался снег, порывистый ветер дёргал за капюшон, зазывно переливались огни казино и ресторанов, затмевая праздничным блеском респектабельные пары фонарей. Падал снег, мимо спешили люди. Я шла без копейки денег, только обратный билет на метро, и всё, и музыка, и огни, и снег, было волшебно прекрасно. Мне хотелось танцевать, вдыхать этот ветер, улыбаться людям, мне было уютно в этом городе, на этой улице, сейчас.

В "Подруге брата" какая-то девочка, вытаскивая эмо сумку, почти уронила плюшевую русалку метровой высоты, поймала её в полёте, и одной рукой придерживая сумки, а другой русалку, грозившую обрушить своим массивным телом лавину диковинок поменьше, жалобно пропищала парнишкам, вошедшим вместе с ней: "спасите меня кто нибудь!". К моему удивлению, парни не двинулись с места, и один, совершенно равнодушно, без тени эмоций ответил: "я не могу". Вот тебе, бабушка, и эмо. Пришлось мне помогать несчастной из всего этого выбраться, чай не в первый раз человека из под всякой нечисти выковыриваю.

Оказывается, в нижнем ярусе "Москвички" можно купить очень вкусные пироги с капустой. Шла обратно, ела пирог, пуховик в сумке через плечо, в кармане пятисотка одной бумажкой, капюшон, музыка, огни, снег. Было так хорошо, что не стала сворачивать на привычную дорогу в Арбатские переулки, а пошла вдоль сияния лайнера на запад, до Садового кольца. Шла по родному городу, улыбаясь как заезжий турист, легко и беспечно. На встречу спешили люди, парами и по одиночке, родители с детьми, и у всех были серьёзные, озабоченные лица, даже у детей. Кто-то спорил, кто-то отрешённо нёс пакеты с покупками. Каждый обдумывал свою проблему, стремился к своей цели, думал о чём то казавшимся ему значимым. На этой огромной сияющей улице, заполненной народом, среди множества благополучных, хорошо одетых людей, здесь и сейчас я была одна. Здесь и сейчас, вся эта красота, фонари, ёлки в кадках, мраморные полы, огни рекламы, фронтоны и сияющие колонны подъездов, весь этот блеск во имя статусности не приносил радости никому, кроме меня.
Я шла мимо, с сумкой через плечо, в уютных белых сапогах на шнуровке, цепкой походкой, какая бывает, когда спускаешься с каблуков, чувствуя, как отталкиваю землю при каждом шаге. К одному из искрящихся подъездов подъехала сияющая машина, и, проходя мимо, я встретилась глазами с сидевшей внутри женщиной в шикарной шубе. Затравленное лицо жертвы обстоятельств, а глаза, властные пустые глаза несчастного человека. Несколько секунд, всего один взгляд сквозь броню защиты человека от самого себя.
За всё в этой жизни приходится платить, вопрос лишь в том, за что ты готов платить, чем и как долго.