Совершенно особенные моменты, о которых я буду грустить в конце жизни:

Момент между тем, когда свет в театре начал гаснуть и тем, когда ты это осознал.

Момент за сотую долю секунды до прихода заветной смс, когда рутинное пищание лишь подтверждает внутреннее знание.

Момент перед сном, когда сознание начинает отпускать вожжи и мысли расплываются кругами немного дальше, чем это бывает в минуты бдения.

Момент, когда сидишь в деревенской избе и прислушиваешься к бойкому ходу часов, присматриваешься к побагровевшим довоенным фотопортретам далёких пращуров, принюхиваешься к особому сыровато-кислому запаху кухни, человека и природы вокруг дома, рвущемуся в ноздри, и, внезапно, наваливается на тебя несимметричность косяков, разводы на потолке и обоях и нищая опрятность старинного покрывала на протёртом почти до пружин диване, и та трогательность, с которой старенькая "Юность" накрыта тряпицей ромбиком с бахромой, словно лоб индийского слона во время торжеств, всё это наваливается так, что хочется одновременно бежать назад в город и прожить всю свою жизнь здесь, чтобы, оставив пару суровых фотографий в серванте, залечь навсегда на местном погосте.

Момент, когда книга почти дочитана, и ты дочитал до последнего абзаца, который тебе уже знаком. И, дочитав его, глаза начинают бездумно блуждать по бугоркам букв... А внутри буря...