Просыпаться от лучиков солнца с мыслями о....
точно знать, что до всего можно дойти и достучаться...
*
я всех люблю и помню.
даже тех людей, которых очень давно не видела и не говорила с ними, не угадывала, какого цвета их глаза сейчас и на что похожи. они все остались такими, как были, и одновременно изменились вместе со мной. автоматическое сохранение. они иногда снятся вместе с сегодняшними, настоящими. значит, разницы нет. я могу не писать им, не видеть и не знать, что они сегодня ели на завтрак, но я почему-то знаю, что они - ели, что они - встали где-то там, а чаще всего - в Питере. они - есть, это самое главное, как учил меня один Главный Друг.
а все потому, что часть тебя навсегда осталась в тех, кто был дорог тебе. и поэтому никогда не бывает этого самого БЫЛ, а всегда бывает самое странное и здоровское ЕСТЬ
не смотря ни на что
*
Нет никого и дороже-то брата Кая.
Ноги скользят по земле, тороплюсь, не плачу.
Кай, просыпайся! Послушай – а я умираю…
Как ты останешься здесь не со мною, мальчик?
Тридцать – число несуразное, слишком долго.
Мне с этим кашлем не вытянуть стало ношу.
Кай, просыпайся! Трясу за плечо… лишь вздрогнул…
Глупый мой мальчик… как быть мне с тобою? Брошу
Зёрна пшеницы – авось добредёшь до дома,
Если придётся вернуться в проклятый город.
Спи, мой братишка… Осталось немного. Снова
Я проведу тебя через лапландский холод.
Невод заброшу – и будет на ужин рыба.
Камню слова нашепчу – обернётся хлебом.
Спи, мой хороший.
Проснёшься – мне время прыгнуть
С веточки жизни в спокойное синее небо…
Кай, просыпайся…
*
Разрывы нитей, связей, высоты,
И ты теперь совсем уже не ты,
И звон ручья – не просто звон ручья,
А тонкий смех, что ты ничья, ничья.
Ты ждёшь дождя, ты пленница небес,
Ты можешь жить с любовью, можешь без,
Ты слышишь каждый выдох тишины,
Карандашом простым рисуешь сны,
В кармане носишь падшую звезду…
И я – как ты. Но я теперь уйду
В какой-нибудь от всех закрытый рай.
А ты, мой друг, живи, не умирай.
*
