Мало у кого в современной России сохраняются иллюзии относительно «равенства всех перед законом и судом», обещанного статьей 19 Конституции, однако ещё год назад сохранялась хотя бы имитация правосудия. Но затем понеслось – «дело Долиной», громкий спор между правообладателем товарных знаков PayQR и Сбербанком и т.д.

Казалось бы, судебная система вверена Игорю Краснову с целью повышения доверия населения к судам, но за последние полгода оно упало ниже плинтуса. И теперь доверие к судебной системе утратила даже сама судебная система.

«ФИТ» (PayQR) против Сбербанка (SberPay QR)

Сегодня мы остановились на последнем деле, так как по нему произошел разворот общественного мнения, а множащиеся расследования в отношении Сбербанка вскрыли занимательную схему «рейдерского захвата» чужой интеллектуальной собственности.

Минимальное погружение в материалы дела (они раскрываются как свидетелями событий, так и судебными актами) достаточно быстро оставляет на губах неприятное послевкусие. И первому этот привкус пришлось ощутить судье Девятого арбитражного апелляционного суда Борису Стешану, к которому на рассмотрение попало дело № А40-166729/2024. Рефлекторное «маленькая компания захотела заработать на большом банке» столкнулось с суровой реальностью:

мобильные приложения платежного сервиса PayQR работают в России многие годы (архив App Store 2015 г., архив Google Play 2015 г.);

товарные знаки PayQR зарегистрированы 10 лет назад;

«ФИТ», владеющий PayQR, не регистрировал какие-либо другие товарные знаки;

Сбербанк и «ФИТ» знакомы 10 лет (как только проект PayQR приняли в «Сколково»);

Сбербанк уже допускал и устранял нарушения прав «ФИТ» на товарные знаки PayQR;

«ФИТ» до подачи иска несколько лет пытался убедить Сбербанк перестать использовать товарные знаки PayQR, не требуя денег;

кроме Сбербанка, «ФИТ» никому не предъявлял иски;

Сбербанк не зарегистрировал товарные знаки по своим сервисам SberPay QR и «Плати QR».

При этом директор и собственник PayQR Глеб Марков работает в сфере оказания платежных услуг более 15 лет, о чём свидетельствуют его трудовая книжка и дипломы, опубликованные судом.

А то, что сумма требований не соответствует выручке «ФИТ» – так в случае законного использования Сбербанком товарных знаков «ФИТ» роялти по лицензионному договору выплачивалось бы от выручки Сбербанка (как лицензиата), а не «ФИТ». В конце концов, выбирать для своих услуг названия, похожие на название бывшего партнёра, Сбербанк никто не заставлял. Кроме того, судебная экспертиза могла прийти к другой оценке, если бы Сбербанк сам не отменил её в суде кассационной инстанции (потому что новая сумма могла оказаться ещё больше).

Вероятно, все это вместе и то, что названия PayQR и SberPay QR практически идентичны, вынудили судью Девятого арбитражного апелляционного суда принять решение не в пользу госкомпании, а по закону. Возможно, Борис Стешан даже понимал, что скоро уйдет на пенсию и за более чем 20-летний судебный стаж ему захотелось принять решение, которое бы стало демонстративно справедливым, «как в цивилизованных странах». Гадать можно сколько угодно – только факт в том, что в день отмены решения апелляционного суда Судом по интеллектуальным правам 13 марта 2026 г. заявления об отставке подали как сам судья, так и председатель Девятого арбитражного апелляционного суда Сергей Седов. И сложно вспомнить аналогичные по масштабам демарши в арбитражных судах до этого.

Своя рубашка ближе к телу

Первыми недовольство постановлением суда кассационной инстанции по делу «ФИТ» против Сбербанка (разрешить Сбербанку бесплатно пользоваться названиями, похожими на товарные знаки «ФИТ») стали проявлять юристы в области интеллектуальной собственности и патентные поверенные, которые попросту теряют работу. Дело в том, что после этого решения Суда по интеллектуальным правам регистрировать товарные знаки и, уж тем более, пытаться предъявить кому-либо претензии за их незаконное использование в России потеряло всякий смысл.

Говоря простым языком, раньше в бизнесе использовались «обозначения» и «обозначения, зарегистрированные в качестве товарных знаков». Закон охраняет только «товарные знаки», поэтому если между «товарными знаками» и «незарегистрированными обозначениями» возникал конфликт, вторые проигрывали по умолчанию. И вокруг регистрации, сохранения и защиты товарных знаков практически в каждой стране мира выстраивается целая индустрия.

Буква закона в России по-прежнему охраняет только «товарные знаки», однако Суд по интеллектуальным правам своим прецедентом по PayQR пошел вразрез с законом: «обозначения» могут приравниваться к «товарным знакам» (даже если «обозначения» нарушают чьи-то права на «товарные знаки»), если «обозначение», вместо процедуры регистрации в качестве «товарного знака», будет широко использоваться, в результате чего потребитель к нему привыкнет. Вопросы доказательства факта привыкания потребителя, критериев широты использования (например, продолжительности) и вообще положений закона, которые предусматривали бы существование таких «обозначений», суд оставил без ответа.

Дальше подключились адвокаты и судьи, возмущенные грубым попиранием процессуального законодательства Судом по интеллектуальным правам. Первое и ставшее единственным заседанием по делу «ФИТ» против Сбербанка отложили «в прошлое» на месяц – до подачи кассационной жалобы истцом, до истечения срока на подачу кассационных жалоб (нарушение ст.278 АПК РФ) и с уведомлением о заседании всего за два дня (нарушение ст.121 АПК РФ). Отечественные предприниматели, и без того живущие в депрессии, предлагают логичное «Давайте уже внесем поправку в Конституцию, что закон на госкомпании не распространяется, если в противостоянии с такими ответчиками на состязательность рассчитывать все равно не приходится».

Имеет к этому надругательству над правом отношение Игорь Краснов или нет – это станет понятно по тому, примет или нет Верховный Суд жалобу «ФИТ» к рассмотрению. Единодушие граждан в том, что дело должно быть отправлено на новое рассмотрение. Странно, что ещё не запускаются петиции и не проводятся акции протеста.

«Файлы Грефштейна»

Самое интересное заключается во всплывшей на поверхность очередной из схем Сбербанка, помогающих зарабатывать более триллиона рублей каждый год (и это даже не на комиссиях за внутренние переводы между клиентами Сбербанка, проклинаемые многими).

Что Сбербанк – главный рейдер в стране, известно уже давно (кейс 1, кейс 2, кейс 3 и др.), но в век искусственного интеллекта и захватывать нужно собственность уже интеллектуальную. А Герман Греф, как всегда, гонится за первенством во всем.

Как было установлено и в постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда, и независимыми расследователями, история взаимоотношений Сбербанка и PayQR давняя.

Прежде чем запустить собственные продукты по QR-платежам Сбербанк в течение нескольких лет вел переговоры с «ФИТ» якобы о покупке компании (постоянно подогревая обещаниями, как минимум, внедрить PayQR то в один проект Сбербанка, то в другой), а в реальности – для получения их исходных кодов, базы клиентов и т.п. Когда все полезное из «ФИТ» было выкачано, Сбербанк вышел из переговорного процесса и начал создание аналогов, которые он и запустил через пару лет.

Но обычного «промышленного шпионажа» Сбербанку показалось недостаточно, поэтому он опутал свои продукты (среди которых было даже отдельное мобильное приложение) десятками названий, максимально смешивающихся с PayQR, вплоть до прямого использования названия «PayQR» без приставки «Sber». И, так как платить что-либо «ФИТ» не входило в планы Сбербанка, он стал совершать действия, держащие «ФИТ» на коротком поводке как можно дольше и откладывающие обращение «ФИТ» в суд – удовлетворять некоторые претензии «ФИТ», запускать, а потом прекращать процессы опротестования товарных знаков PayQR в Роспатенте и т.д. До появления иска в суде Сбербанк в 2021 г. регистрирует товарный знак «SberPay» без окончания «QR», в 2023 г. подключает к платформе «Плати QR» другие банки (вовлекая в правонарушение как можно больше соучастников), в 2024 г. делает свой товарный знак «СБЕР» общеизвестным и др.

Все это время, естественно, Сбербанк популяризует обозначения SberPay QR, что приводит к стремительному ухудшению финансовых показателей PayQR, начиная ровно с того момента, как ему пришлось конкурировать со Сбербанком – с 2019 г. Пользователи путаются в двух «пэйкьюарах» и выбирают сбербанковский, потому что «он же государственный». Функционал все равно ничем не отличается. А как только Сбербанк почувствовал себя увереннее в плане судебной позиции, он элементарно перестал отвечать на письма «ФИТ». Защищать правообладателя товарных знаков PayQR, как того требует закон, суд отказался, из-за чего сейчас, возможно, придётся организовывать общероссийский сбор, чтобы спасти «ФИТ».

Статья 35 Конституции обещает охрану законом частной собственности, которой является и интеллектуальная собственность. Но Суд по интеллектуальным правам, выполняя заказ Сбербанка (владельца «карманного арбитража»), лишил «ФИТ» частной собственности – не прекращая существование товарных знаков PayQR юридически, отключил в них функцию исключительных прав.

Что было дальше?

Интересно, как объединение юристов и судейского корпуса с гражданами из других профессий, жаждущих справедливости, в борьбе против банка с госучастием и всех, кто с ним ассоциируется, повлияет на грядущие выборы в Государственную Думу. Предпринимателям же советуем больше никогда не связываться с госкомпаниями.

Эксклюзивный кадр: руководитель PayQR Глеб Марков и зампред Сбера Станислав Кузнецов на стенде PayQR на форуме Сбера в 2016 г.

Бессменный главный редактор, в незапамятные времена работал в издании РБК