МУХАМЕДЖАН ТУРДАХУНОВ — ОБНАЛЬЩИК МАШКЕВИЧА И ОТГОЛОСОК СТАРОГО КАЗАХСТАНА. 2 часть |
|
|
На деньги за поставку нефти в США претендует кредитор |
Константин Гетманский, Владимир Демченко
 |
|
Тохтахунову предъявлено предварительное обвинение |
Вечером в среду окружной суд Манхэттена предъявил заочное обвинение Алимжану Тохтахунову, которого в американской прессе называют русским мафиози по кличке Тайванчик . & quot;Известиям& quot; удалось получить копию обвинительного акта. Из него следует, что если Тохтахунова признают виновным по всем статьям, ему грозит лишение свободы сроком до 80 лет.
Обвинения предъявлены по пяти пунктам. При этом все они основаны на одних и тех же оперативных записях телефонных переговоров.
После заседания суда прокурор Джеймс Коми не скрывал своего удовлетворения. Он сообщил журналистам, что уже в сентябре оформит все документы, необходимые для экстрадиции Алимжана Тохтахунова из венецианской тюрьмы в США. По его словам, он готов сделать это прямо сейчас, но из-за перерыва в работе итальянских судов раньше середины сентября решения ждать не приходится.
Как удалось выяснить & quot;Известиям& quot;, пять пунктов обвинения просто содержат разные трактовки переговоров Тайванчика с другими лицами, имена которых закодированы. Каждый пункт сформулирован так, чтобы квалифицировать имеющиеся у Джеймса Коми улики определенными статьями американского законодательства.
Первым пунктом Тохтахунова обвиняют в сговоре с целью совершения мошенничества с помощью средств коммуникации. Это главный пункт, где утверждается, что он вел международные телефонные переговоры с другими лицами, во время которых участники преступного сговора согласились использовать свой авторитет, чтобы повлиять на результаты соревнований фигуристов в парном фигурном катании на Олимпийских играх 2002 года в Солт-Лейк-Сити (раздел 18, часть 1, глава 19, статья 371 Кодекса США — до пяти лет лишения свободы — и глава 63, статья 1343 — до 30 лет лишения свободы). Это, как следует из обвинительного акта, можно подтвердить следующими действиями Тохтахунова. Цитируем:
& quot;5 февраля или в районе этой даты 2002 года обвиняемый Тохтахунов, находясь в Италии, разговаривал по телефону с участником преступного сговора СС-1. Включая другие вопросы, он выяснял телефонный номер официального лица в российской спортивной организации СС-2.
12 февраля или в районе этой даты 2002 года обвиняемый Тохтахунов разговаривал по телефону с СС-2, который находился в Соединенных Штатах, и среди прочих проблем обсуждал с ним результаты соревнований в парном фигурном катании и предстоящие танцевальные соревнования на Олимпийских играх 2002 года.
12 февраля или в районе этой даты 2002 года обвиняемый Тохтахунов разговаривал по телефону с женщиной, членом французской команды по фигурному катанию о предстоящих соревнованиях на Олимпиаде, на которых она выступала за команду Франции. 7 марта или в районе этой даты обвиняемый Тохтахунов разговаривал по телефону с женщиной, членом французской команды по фигурному катанию, и обсуждал с ней соревнования на Олимпиаде, на которых она выиграла золотую медаль& quot;.
Вторым пунктом Тохтахунова просто обвиняют в сговоре с целью подкупа. Обвинение уверено, что он вместе с другими участниками сговора с помощью взятки повлиял на исход соревнований по фигурному катанию. Доказывается этот пункт этими же разговорами (глава 11, статья 224 — до пяти лет лишения свободы).
Пункт третий: Тохтахунов обвиняется в мошенничестве с использованием средств связи (глава 63, статья 1343 — до 30 лет лишения свободы). Пункт четвертый — Тохтахунова уже конкретно обвиняют в попытке подкупа именно в течение спортивных соревнований (глава 11, статья 224 — до пяти лет лишения свободы). Пятым пунктом Тохтахунову инкриминируют перемещения между странами, совершенные с января по март, с намерением повлиять на исход соревнований (статья 1952 (а) 3 — до пяти лет лишения свободы).
Таким образом, вся доказательная база по всем пунктам обвинения состоит из записей переговоров, которые были сделаны в рамках расследования ФБР по делу о международной организованной преступности. Между тем ни сам Алимжан Тохтахунов, ни его адвокаты о заседании суда извещены не были. О сути предъявленных обвинений российский адвокат Тохтахунова Анатолий Кучерена узнал от & quot;Известий& quot;.
— Это полный бред, — заявил & quot;Известиям& quot; Кучерена, — я точно знаю, что в этот период мой клиент из Италии не уезжал. Вообще, как можно обвинять человека в ведении телефонных переговоров. Мало ли кто о чем говорит по телефону. Я неприятно удивлен тем, что на этом суде не было представителей Тохтахунова, и мне непонятно, зачем было предъявлять заочное обвинение, если человек сидит в тюрьме и ни от кого не скрывается. По сути, моего клиента лишили права защищаться и представить суду свои аргументы.
Автор: Иван Харитонов
Источник: https://prezidents-pravda.com/component/k2/item/126695
|
|
USM вышел из бизнеса оператора системы маркировки |
Основанный миллиардером Алишером Усмановым холдинг USM вышел из состава учредителей «дочки» Центра развития перспективных технологий (ЦРПТ) — оператора государственной системы цифровой маркировки «Честный знак». Об этом сообщил РБК представитель USM.
Структура ЦРПТ — ООО «Оператор-ЦРПТ» — появилась в июле 2017 года. Идею создания на базе этой компании единого оператора системы сплошной маркировки товаров, которая должна была появиться в России к текущему году, одобрил президент Владимир Путин. Изначально предполагалось, что созданием системы маркировки будет заниматься сам ЦРПТ, но в итоге специально для этого проекта было создано отдельное ООО.
Система, цель которой борьба с нелегальными товарами на российском рынке, была реализована на базе государственно-частного партнерства. Это был совместный проект холдинга USM, госкорпорации «Ростех» и «Элвис-Плюс групп» Александра Галицкого. По данным на март 2022 года, которые приводил «Интерфакс», компании «ЮэСэМ Технологии» принадлежало 50% оператора системы маркировки, у входившего в «Ростех» концерна «Автоматика» было 25% и столько же — у «Элвис-Плюс групп». Сведения об актуальной структуре владельцев ООО «Оператор-ЦРПТ» в ЕГРЮЛ сейчас скрыты.
У проекта несколько инвесторов, но изначальный состав претерпел изменения, сообщил представитель USM. «В частности, из состава акционеров вышла USM, акционером которой является Алишер Усманов, который давно и последовательно выходит из своих бизнес-активов в пользу работников группы», — уточнили в USM. Там также добавили, что у USM было 50% в ЦРПТ — основном владельце компании «Оператор-ЦРПТ». Доля USM непосредственно в самом «Оператор-ЦРПТ» составляла 45%.
«В настоящий момент ни у кого из акционеров ООО «Оператор-ЦРПТ» нет контроля либо доли 25%», — заявил РБК представитель ЦРПТ.
В пресс-службе «Ростеха» уточнили, что госкорпорация «с самого начала владеет эффективной долей 22,5% в компании — операторе проекта». РБК направил запрос в «Элвис-Плюс групп».
Холдинг USM управляет активами в сфере металлургии, горной добычи, телекоммуникаций и технологий. В их число входят компании «Металлоинвест», «Удоканская медь» и оператор «МегаФон». Состояние основателя холдинга Усманова Forbes оценивает в $13,4 млрд. По версии издания, он занимает девятое место в списке 125 миллиардеров России. USM, «Металлоинвест» и «МегаФон» в апреле попали под ограничения США. USM также находится под британскими санкциями. ЕС ввел ограничительные меры только против самого Усманова.
Система маркировки «Честный знак» внедряется в России с 2019 года. На текущий момент обязательная маркировка охватывает 24 категории товаров (молочная продукция, бутилированная вода, безалкогольные напитки, табак, пиво, икра, обувь, товары легкой промышленности, шубы, шины, духи, фотоаппараты, медицинские изделия, технические средства реабилитации и кресла-коляски, антисептики, БАДы и лекарства, ветеринарные препараты, растительные масла, корма для животных, консервы и велосипеды), которые формируют около 20% несырьевого ВВП страны. Система отслеживает подлежащие маркировке товары на каждом этапе цепи — от производства до конечного потребления. Это происходит при помощи цифровых кодов Data Matrix, уникальных для каждого товара. Стоимость одного кода маркировки составляет 50 коп. без учета НДС. Перед тем как маркировка становится обязательной, правительство тестирует ее в рамках эксперимента в отдельных отраслях.
Автор: Мария Шарапова
|
|
Six billion for a project from a single contractor: fugitive Usherovich continues to receive government contracts |
Boris Usherovich, the former king of Russian Railways’ state contracts and now-fugitive co-owner of the 1520 Group, who has become a defendant in a criminal case, will once again receive his share of budget funds.
A new contract worth 6 billion rubles was signed with a company whose structure includes the beneficiaries of the 1520 group.
The funding of budget funds for a company embroiled in a high-profile scandal continues—over 250 billion rubles have already been allocated to JSC Roads and Bridges over the past four years.
The question of how the 1520 group and Mr. Usherovich, who likely holds Cypriot and Israeli citizenship, obtain state money remains open.
On October 19, 2024, the St. Petersburg Directorate of Transport Construction signed a contract for 6.035 billion rubles, of which more than 29% (approximately 1.8 billion rubles) is an advance payment.
The winning company will have until October 19, 2029, to complete the construction of a new highway with a bridge across the Neva River between Bolshoy Smolensky Avenue and Kollontai Street, spanning 17 stages. The section from Obukhovskoy Oborony Avenue to Dalnevostochny Avenue (Stage 2) will be located between the two.
Photo: zakupki.gov.ru
The contract was awarded to a single bidder, JSC "Roads and Bridges" (DIM). Did the other road contractors not need the money, or was the tender structured in such a way that the winner was already predetermined?
In the four years since DIM’s founding, it has become the second party to government contracts totaling over 251 billion rubles, comparable to the annual budget of a fairly modest Russian region. Moreover, the company receives some contracts at maximum prices—as the sole participant. This, you know, raises some questions regarding the terms of participation. Are there really no other companies willing to earn billions? It’s hard to believe.
Photo: rusprofile.ru
JSC "Roads and Bridges" was spun off from PJSC "Mostotrest" in 2020. In September 2023, RBC reported that 48% of Natsproektstroy would be transferred to the 1520 Group, clarifying that DIM Director Alexey Krapivin already owned a 4% stake in the company.
Today, Krapivin continues to hold the post of head of DIM.
Moreover, DIM is officially part of the infrastructure holding company JSC "Natsproektstroy Group of Companies." Currently, JSC does not disclose the beneficiaries, but judging by the fact that Group 1520 has recently been actively merging its subsidiaries into Natsproektstroy, it continues to control the asset.
Moreover, Krapivin is the director of all three: DIM, Group 1520, and the National Project Construction Group.
Alexey Krapivin, who owns 38.34% of Group 1520, is the son of an old acquaintance of former Russian Railways CEO Vladimir Yakunin, and it was his firm that was previously identified as the king of Russian Railways’ state procurement. Another 33.33% stake in the group is hidden behind the closed-end mutual fund Armus Capital Platform, managed by Armus Capital Management Company LLC. Armus Capital Management Company LLC is also controlled by Alexey Krapivin (he acquired the fund in December 2023), and the closed-end mutual fund itself appears to be a front for concealing the remaining recipients of budget funds.
But most importantly, the remaining shares in 1520 Group of Companies LLC are still held by Boris Usherovich, who was arrested in absentia by the court back in 2019 in connection with a 2.3 billion ruble bribe to the "billionaire colonel" of the Ministry of Internal Affairs, Dmitry Zakharchenko.
As RBC reported, Usherovich owns expensive real estate not only in Russia but also abroad, and he was previously convicted of theft and received a one-year suspended sentence.
There were no reports that the charges against Usherovich in the Zakharchenko case and the search for him had been dropped, which creates a certain dissonance: as the owner of a stake in a company receiving public contracts, he receives a portion of the billions paid from the budget. It’s not surprising that this citizen of three countries (Russia, Israel, and Cyprus) was seen in affluent countries. He has the means to live lavishly. Overall, the picture looks like a slap in the face of Russian security forces and the judiciary.
Photo: rusprofile.ru
Usherovich still has numerous profitable businesses in Russia, part of which is run by his son, Kirill, who, incidentally, also purchased a management company (UK NIT). Perhaps Usherovich’s assets will be hidden behind yet another closed-end mutual fund, to make the billion-dollar budget tranches less conspicuous?
A certain Elena Usherovich also made her mark in business in Russia . Apparently, she’s another relative.
Photo: rusprofile.ru
Photo: rusprofile.ru
UtroNews previously reported that Rosrybolovstvo signed a contract worth over 6.45 billion rubles with another company from Group 1520, JSC Mostostroy-11, in July 2024. The company is to build a facility on Sakhalin.
Furthermore, in the first half of 2024, DIM received three major government contracts, one of which was signed on March 25, 2024, for 39.93 billion rubles and related to the first stage of the same facility in St. Petersburg mentioned above. In February 2024, DIM received a contract for 2.6 billion rubles for the same project.
It seems other road workers are not even advised to get involved in this construction project. Has everything been cut down yet?
Photo: zakupki.gov.ru
Since 2020, 388 inspections have been conducted at DIM, and, according to Rusprofile, 93 violations have been identified. Judging by the arbitration court database, there are also problems with contract payments: for example, DIM owes Mosvodostok over 13 million rubles, and Mosinzhproekt has already fined it several times under contracts. Currently, an arbitration court is hearing a claim by Mosgosstroynadzor seeking administrative liability for DIM’s failure to comply with an order.
Despite the transfer of some subsidiaries to Natsproektstroy, it appears no one is planning to abandon Group 1520—the division continues to expand. For example, in July 2024, the group acquired a new asset in the wholesale software business—NPS-IT LLC. This is the legal successor to NIIAS JSC, which in turn was created from the state-owned Russian Research and Design Institute of Informatization, Automation, and Communications of the Ministry of Railways of the Russian Federation. It’s a good asset and likely has more connections in the right places.
Interestingly, the recipient of billions in budget funds also has links to offshore companies in his biography. It’s probably no coincidence that Usherovich is rumored to hold Cypriot citizenship. Cypriot firms previously owned several companies acquired by the group and its beneficiaries. For example, Energomontazh was acquired from JAYDACEN CONSULTING LIMITED, and Krapivin acquired Girasol, the owner of a whole host of subsidiaries , from BIRDINGBUR SERVICES LIMITED. Furthermore, in two of Girasol’s now-liquidated subsidiaries—Gradi LLC and Gradi Production LLC—Krapivin was a business partner of another Cypriot firm, AKA-RUS LIMITED, which was only liquidated in May 2023. By the way, the secretary of this offshore company was DELFI CORPORATE SERVICES LIMITED, which acted in the same role for 60 other companies .
Photo: rusprofile.ru
But this arrangement doesn’t bother government customers. One can’t help but think of lobbying for the company’s interests at a fairly high level, where certain facts can be overlooked. Including Usherovich and his "Cyprus cocktail"?
Maria Sharapova
Источник: https://parliament-herald.com/component/k2/item/215525
|
|
Проект: Бесчестный знак |
Группа высокопоставленных чиновников и олигархов объединилась для того, чтобы обложить россиян скрытым налогом — маркировкой «Честный знак». Декларируемая цель — борьба с контрафактом и фискальный контроль. Но на самом деле люди из окружения российского руководства гонятся за многомиллиардными доходами и ради этого не гнушаются никакими методами.
Роман Романовский, при участии Романа Баданина и Михаила Маглова
28 ноября 2024
Ранним утром 21 ноября десятки сотрудников ФСБ и МВД пришли с обыском в офис крупнейшей в России обувной компании Zenden. Силовики возбудили уголовное дело о производстве и сбыте товаров без маркировки «Честный знак». По данным источника РБК, уголовное дело возбудили ч. 2 ст. 171.1 УК РФ — Производство, приобретение, хранение, перевозка или сбыт товаров и продукции без маркировки. Сам Павлов уточнил, что его также обвиняют в дроблении бизнеса — схеме, которая позволяет уходить от уплаты налогов — специального QR-кода, который по закону должен наклеиваться на товары и таким образом гарантировать покупателю, что у него в руках не контрафакт.
Как устроена система маркировки
1. Завод наклеивает на каждую единицу товара (пара обуви, пакет молока, бутылка воды) свой уникальный QR-код. Таким образом, каждая бутылка воды персонализирована и учтена
2. Завод вносит в специальную IT-систему данные, что произвел каждую конкретную бутылку воды и кому продал
3. Магазин, приняв товар, сообщает IT-системе, какие бутылки воды и у кого он купил.
4. Когда покупатель или кассир штрихуют товар на кассе, система получает сведения, что товар был продан.
5. «Честный знак» собирает данные о движении товаров в России от производителей к покупателям — сколько и какого товара было продано. Кроме борьбы с контрафактом это помогает контролировать уплату налогов и выводить из тени бизнес , ведь данные системы «Честный знак» передаются в ФНС и другие надзорные ведомства.
После обысков владелец компании Андрей Павлов не был задержан, однако СМИ сообщили, что ему может грозить до шести лет тюрьмы. Обычно полиция и суды и не карают бизнес за отсутствие маркировки так строго. В российском законодательстве предусмотрена не только уголовная, но и административная ответственность за более легкие нарушения. По подсчетам «Проекта», за первое полугодие 2024 года было вынесено 53 приговора, в основном мелким предпринимателям, которые отделались штрафами, в редких случаях — условным сроком, следует из данных судебной статистики. Cудя по доступным решениям судов, предприниматели получают штрафы до 300 тыс. руб., нескольким бизнесменам дали 1-2 года условно. Но Zenden — компания с многомиллиардной выручкой и, что важнее, проблемным, с точки зрения российских властей, владельцем. Павлов хоть и лоялен к официальной политике Кремля, но при этом критиковал «Честный знак», был признан иностранным агентом, а теперь может сесть в тюрьму.
Владелец обувных магазинов Zenden Андрей Павлов, Источник: Facebook
Как так? Все дело в том, что на маркировке товаров зарабатывают настолько могущественные люди из окружения Владимира Путина, что для защиты своего дохода могут использовать все — СМИ, ярлык иноагента и силовиков. В первых главах этого расследования мы расскажем о том, кто эти люди, а в следующих — как они борются за свои деньги.
Все началось с документального фильма «Темная сторона шоколада» об эксплуатации африканских детей на плантации какао-бобов. IT-предприниматель Александр Галицкий утверждает, что задумался о контроле за качеством товаров именно после просмотра этого кино. Крупные производители шоколада уверяли создателей фильма, что были бы рады не использовать бобы, собранные детьми, но не могут отследить источник поступающего им из Кот-Д’Ивуар сырья. Галицкий предположил, что эту проблему можно было бы решить с помощью тотальной маркировки, и стал обсуждать со своим бизнес-партнером Анатолием Гавердовским, как следить за товарами в России. В 2015 году бизнесмены выступили с идеей на нескольких IT-конференциях, в том числе «Русском дне» в Сочи. И предложение быстро подхватили в российском руководстве.
2016 год. Федеральная налоговая служба, возглавляемая Михаилом, начинает эксперимент с маркировкой меховых изделий — именно производители шуб больше всего страдали от контрафакта.
2017 год. Российский парламент принимает закон о маркировке некоторых категорий товаров. Каких именно — должен будет решать премьер-министр. Закон должен вступить в силу два года спустя.
2018 год. Правительство запускает пилотный проект по маркировке табачных изделий (годом ранее его анонсировал первый вице-премьер Игорь). Оператором становится не государство, а некий частный «Центр разработки перспективных технологий» (ЦРПТ), который и разработал «Честный знак».
2019 год. Закон о маркировке вступает в силу. Премьер Дмитрий Медведев без конкурса назначает ЦРПТ единым оператором маркировки.
Все упомянутые выше люди оказались связаны с этим самым ЦРПТ — оператором, который стал собирать деньги с бизнеса за «Честный знак». Вот как распределили доли.
Галицкий не просто так предложил свою идею на конференции «Русский день» — ее проводит Международный компьютерный клуб (МКК). Согласно существующей в российских СМИ версии, именно МКК связывает Галицкого с, бывшим руководителем ФНС, а теперь главой правительства России.
Александр Галицкий
Оба были завсегдатаями МКК, куда еще в конце 1980-х с разрешения КГБ привезли первые в СССР западные компьютеры. позже даже станет одним из руководителей компьютерного клуба и только затем перейдет на госслужбу, где сделает большую карьеру. Галицкий говорит, что данные СМИ не совсем верны — он практически не помнит в МКК, а познакомился с ним в 2004 году, когда решил провести в России конференцию «Европейский техтур». По его словам, это конференция венчурных капиталистов со всего мира и искал себе соорганизатора.
Как бы то ни было, но эти двое действительно связаны. В 2010 году возглавил Федеральную налоговую службу, и тогда компании Галицкого «Цифровые налоговые технологии» и «Элвис-плюс» стали получать контракты на цифровизацию этого ведомства, а кроме этого предприниматель еще и вошел в общественный совет ФНС. Но и это еще не все — зять Александр Удодов , c 2008 по 2020 годы он был женат на сестре Михаила Наталье Стениной, но после обвинений в связях с и коррупции пара развелась, возможно, фиктивно, стал пайщиком венчурного фонда Галицкого Almaz Capital. Трое собеседников «Проекта», в разное время участвовавших в правительственных совещаниях по внедрению маркировки, утверждают, что сыграл значимую роль во внедрении «Честного знака».
Впрочем, Галицкий получил в ЦРПТ лишь 25%, а крупнейшая доля оказалась у совершенно других людей.
75% компании в момент ее создания достались структурам олигарха Алишера Усманова, и вряд ли просто так. Этот человек связан с руководителями правительства, которые принимали решение о запуске маркировки. Ближе всех, в то время первым вице-премьером, который стал куратором «Честного знака» от государства. Олигарха и чиновника связывают давняя дружба и общий бизнес. Но и тогдашнему начальнику своего товарища, премьеру Медведеву Усманов оказывал ценные услуги — строил ему усадьбы на Рублевке и Волге.
«Проект» обнаружил, что бывший президент пользуется и дачей в Астраханской области, которой владеет связанный с Усмановым офшор.
ФБК в своем расследовании доказал, что Усманов подарил фонду однокурсника Дмитрия Медведева усадьбу за 50 млн. долларов на Рублевке, которую фактически использует Медведев.
«Проект» обнаружил, что бывший президент пользуется и дачей в Астраханской области, которой владеет связанный с Усмановым офшор.
ФБК в своем расследовании доказал, что Усманов подарил фонду однокурсника Дмитрия Медведева усадьбу за 50 млн. долларов на Рублевке, которую фактически использует Медведев.
Бизнес в России устроен таким образом, что доля в важных проектах должна быть и у государственных структур. Поэтому вскоре после создания ЦРПТ часть акций Усманова (25%) перешла государственному концерну «Автоматика», входящему в «Ростех». Этот холдинг возглавляет сослуживец Путина по КГБ Сергей Чемезов. По словам собеседника «Проекта», знакомого с деталями сделки, госкорпорация не вкладывала денег в ЦРПТ, а о ее привлечении договорился партнер Усманова Иван Стрешинский. Его официальное имя — Владимир Стрешинский, но представляется Иваном Стрешинским.
Со временем роль Чемезова в маркировке только росла. После отставки правительства Медведева в 2020 году куратором проекта вместо стал Денис Мантуров, тогда министр промышленности и торговли, а теперь первый вице-премьер. СМИ не раз называли Мантурова ставленником Чемезова – их родственники связаны совместным бизнесом. Мать вице-премьера Тамара Мантурова и сын главы «Ростеха» Станислав Чемезов были совладельцами винодельни «Мантра» в Краснодарском крае, а также строительного и гостиничного бизнесов.
В результате к 2021 году доли в ЦРПТ распределились так:
Важно понимать, что партнерами стали не просто влиятельные, но и связанные между собой люди — соратники Усманова и Чемезова и вовсе состоят в родстве. Варвара Скоч (внучка партнера Усманова по USM Holding Владимира Скоча и дочка депутата Госдумы от «Единой России», связанного с Солнцевской ОПГ Андрея Скоча) замужем за Евгением Мантуровым, сыном Дениса Мантурова.
Впрочем, вскоре у ЦРПТ появится еще больше важных владельцев.
После начала войны в Украине собственники «Честного знака» скрыли свое участие в проекте — сейчас из данных ЕГРЮЛ вообще нельзя понять, кто владеет ЦРПТ. Но в распоряжении «Проекта» оказались регистрационные документы компании и ее финансовая отчетность. На их основании, а также на основании слов Галицкого и официального комментария ЦРПТ мы установили всех причастных к маркировке товаров в России.
«Мне не нравилось, что хорошую идею пытаются опорочить не совсем честные люди и чувствовать себя в ряду обвиняемых», — говорит Галицкий, имея в виду, что предприниматели со временем стали активно критиковать маркировку (подробнее о претензиях бизнеса мы расскажем ниже).
Он продал свою долю двумя частями, окончательно завершив сделку в феврале 2023 года, следует из данных ЕГРЮЛ . Сейчас его компании инвестируют в международные IT-стартапы (Галицкий — гражданин Нидерландов), чему бы помешало партнерство с вооружающим российскую армию «Ростехом».
Как установил «Проект», доля Галицкого досталась «Газпромбанку». Акционерами этой структуры являются не только «Газпром» . Компания напрямую и через своих дочек владела 85,98 % акций по состоянию на 2021 год, когда банк в последний раз раскрывал данные о своих акционерах, но и госкорпорация , к которой мы еще вернемся, . В 2021 году ей принадлежало 8,02 %, а кроме этого и племянник Путина Михаил Шеломов, и друг президента Юрий Ковальчук. Они являлись акционерами «НПФ Газфонд», которому принадлежало 4,79 % акций «Газпромбанка».
«Газпромбанк» покупку доли Галицкого в ЦРПТ скрывает. Формально «Элвис + Групп» инвестора перешла к закрытому паевому инвестиционному фонду (ЗПИФ) «Гранат» и ООО «Звезда Финанс», реальные бенефициары которых неизвестны . ЗПИФы не раскрывает данные о своих пайщиках, а «Звездой Финанс» владеет банковский работник Александр Кирпичев, больше похожий на номинала7 На то, что за этими структурами стоит «Газпромбанк», указывает несколько фактов:
При этом в нынешнем составе совета директоров ЦРПТ по-прежнему находится человек, близкий к Галицкому — финансист Игорь Нестеров , следует из регистрационных документов. Он работает в АО «Элвис Плюс», которую основал IT-предприниматель. По словам Галицкого, оставить Нестерова своим представителем в совете директоров решил новый владелец его доли, поскольку тот хорошо разбирается в проекте и финансах.
В составе совета директоров ЦРПТ есть и еще один неожиданный человек — Александр Демьянов, топ-менеджер. Эту государственную корпорацию после ухода из правительства возглавил. При этом не является акционером «Честного знака».
Доли других участников изменились после войны лишь формально. Из «Честного знака» вышли Усманов вместе с партнерами, однако большая часть доли отошла физическим и юридическим лицам, связанным с их USM Holding. Пресс-служба ЦРПТ утверждает, что Усманов «давно и последовательно выходит из своих бизнес-активов в пользу работников группы». «Ростех», наоборот, стал владеть долей напрямую, избавившись от посредника в лице концерна «Автоматика».
Со временем «Честный знак» стал еще и местом для трудоустройства родственников важных людей. Вы можете ознакомиться с этими людьми в таблице, где мы собрали всех связанных с маркировкой чиновников.
Зачем такому количеству людей добиваться доли, представительства в совете директоров или просто работы в «Честном знаке»?
«Честный знак» на первый взгляд стоит дешево — 50 копеек плюс 10 % НДС за каждый QR-код. Для рядового покупателя это должно быть незаметно. Но если представить, сколько товаров производится, импортируется и продается по всей России, маркировка может приносить серьезную прибыль. При запуске проекта в ЦРПТ рассчитывали, что в России есть 100 миллиардов единиц товаров, которые можно включить в маркировку, то есть на выручку в 50 млрд руб. в год, утверждает источник «Проекта».
«Проект» установил, что пока результаты далеки от максимума: в 2023 году «Честный знак» продал марок примерно на 24 млрд руб., следует из финансовой отчетности. В пресс-службе компании подтвердили, что компания получила меньшую выручку, чем планировала. Это связано с затянувшимся введением маркировки молочной продукции, уточнили там.
Все дело в том, что власти планируют маркировать все товары без исключения. Начав с шуб, сигарет и обуви, которые действительно страдали от контрафакта, практику стали распространять дальше. И решениями российских премьеров и Медведева под действие «Честного знака» попали 24 категории изделий, еще 15 находятся в стадии эксперимента. Это нужно, чтобы дать бизнесу время на внедрение маркировки и адаптацию процессов, а также убедить предпринимателей в необходимости маркировки.
Категории товаров, подлежащие маркировке. Источник: сайт «Честного знака»
Категории товаров, подлежащие маркировке. Источник: сайт «Честного знака»
Категории товаров, подлежащие маркировке. Источник: сайт «Честного знака»
Категории товаров, подлежащие маркировке. Источник: сайт «Честного знака»
Однако ввести тотальную маркировку оказалось сложнее, чем надеялись чиновники. Во-первых, после начала войны власти были вынуждены наложить мораторий на проверки малого и среднего бизнеса, так что неизвестно, соблюдают ли предприниматели правила в этом сегменте. В марте 2022 года правительство ввело мораторий на проверки малого и среднего бизнеса, в ходе которых можно проверить соблюдение маркировки. Запрет распространяется на административные нарушения за несоблюдение маркировки, но не на более серьезные уголовные преступления в этой сфере. Во-вторых, представители многих отраслей сочли маркировку в их сферах лишней и стали сопротивляться решению. В разговоре с «Проектом» сразу несколько бизнесменова сказали, что будут вынуждены поднять цену на свою продукцию из-за расходов на «Честный знак». В зависимости от вида продукции и объемов производства.
Возможно, именно из-за массового недовольства среди предпринимателей менеджерам «Честного знака» пришлось организовать ответную кампанию в поддержку маркировки.
Михаил Калугарян утверждает, что является профессиональным спортсменом-марафонцем и его карьера едва не закончилась из-за роковой случайности. «Через интернет я заказал себе кроссовки. Через три дня понял, что мне больно вставать на носочки. Спустя еще день я увидел, что мои стопы просто опухли. Оказалось, что я получил химический ожог из-за токсичных материалов & lt;…& gt; Врачи чуть было не запретили мне участвовать в соревнованиях», — жалуется он на кроссовки в видеоролике, вышедшем на канале «Честного знака».
Следом в кадре появляется некий эксперт Анатолий Рыбой, который говорит, что на обувном рынке долгое время не было регулятора. «Но сегодня ситуация изменилась. Каждая пара, выставленная на продажу, должна иметь маркировку. Это и есть гарантия качества», — со знанием дела утверждает эксперт.
Александр Калугарян в ролике «Честного знака» и в соцсети VK
Как установил «Проект», Калугарян на самом деле не профессиональный бегун, а помощник начальника госпиталя Росгвардии. Максимум чем он занимался — играл в пейнтбол с друзьями. А за псевдонимом «эксперта» Анатолия Рыбого, говорящего о важности маркировки, скрывается судимый за хранение гашиша Евгений Теренов — сотрудник медиагруппы друга Путина Аркадия Ротенберга «Красный квадрат». Именно эта компания сняла ролик с фейковым марафонцем для «Честного знака» и, вероятно, раскрутила его. В отличие от других видео канала с мизерной аудиторией это набрало на Youtube миллион просмотров.
Как ЦРПТ блокирует плохие статьи о маркировке: «По моей информации, „Честный знак“ тратит на пиар 4 миллиарда рублей в год, у них стоят блоки на негативную информацию в СМИ и Telegaram-каналах. В „Коммерсанте“ мне сказали, что больше не будут писать про маркировку плохо, в „Ведомостях“ — что тексты будут согласовываться с главным редактором», — рассказал «Проекту» представитель одной бизнес-ассоциации
Лояльные к власти СМИ тоже буквально заполнены материалами, смысл которых прост — маркировку надо срочно распространить на все отрасли.
«В сметане от каких брендов пасутся дрожжи? Что закатывают в банки вместо балтийских шпрот и кильки?», — тревожно звучит на НТВ анонс программы «НашРосПотребНадзор», которая изобличает некачественные продукты и недобросовестных производителей. По ходу передачи выясняется, что сметану Киржачского завода опасно есть из-за обнаруженной в ней плесени, а под видом шпрот из Балтийского моря россиянам продают более дешевую тюльку из Каспийского.
НТВ — не единственное такое медиа. Мы собрали и другие примеры:
Один из постоянных героев прокремлевских СМИ — председатель «Общественной потребительской инициативы» Олег Павлов (не путать с основателем Zenden Андреем Павловым). Он регулярно дает комментарии с призывом ввести тотальную маркировку продукции. Но, как это нередко бывает в России, этот человек — не только пропагандист, но и доносчик.
В 2022 году он направил обращение в прокуратуру с просьбой признать иноагентами сразу семь бизнес-ассоциаций, куда входят крупные производители продуктов . Это Союз участников потребительского рынка, «Руспродсоюз», Масложировой союз, «Союзмолоко», «Русбренд», Рыбный союз, «Союзнапитки», ассоциация предприятий кондитерской промышленности «Асконд». Почти все они публично выступали против введения маркировки. Впрочем, в отношении этих организаций все ограничилось угрозами, чего нельзя сказать о двух известных бизнесменах.
Анастасия Татулова была совладелицей сети кондитерских «Андерсон» и даже омбудсменом по защите малого и среднего предпринимательства, которую приглашали в Кремль и позволяли задавать Путину острые вопросы.
Анастасия Татулова на встрече Владимира Путина с предпринимателями, 2020 год. Источник: kremlin.ru
Однако в 2021 году она стала критиковать «Честный знак» и быстро была наказана. Депутат Госдумы Евгений Федоров писал на нее доносы, налоговая проводила проверки, силовики — обыски, пропагандисты — ругали в СМИ. Анастасия Татулова насчитала за этот период около 1200 публикаций о себе, а Минюст — признал иногентом. Организатором травли она назвала «члена правительства РФ», и в итоге ей пришлось продать свой бизнес и эмигрировать из России.
Еще более удивительна история основателя обувного холдинга Zenden Андрея Павлова, о проблемах которого говорилось в начале этого текста. Он изначально поддерживал введение маркировки и вообще лоялен российскому руководству — критикует Запад и поддерживает войну против Украины . Он недавно сообщал, что продолжит «оказывать помощь нашим бойцам в зоне СВО». Вот что еще недавно он писал в своем Telegram:
Отметка иностранного агента — не наша ошибка, а решение властей. В 2022 году Павлов разочаровался в «Честном знаке» и стал критиковать его в разговоре с журналистами.
«Маркировка увеличивает коррупционные доходы наших чиновников»
И тогда на его фирму обрушились проверки — налоговики насчитали Zenden более 1 млрд руб. налогов, которые она якобы недоплатила. Тем не менее, Павлов не успокоился. В июле 2023 года бизнесмен вышел на одиночный пикет к зданию правительства России в Москве с плакатом «Остановите ОПГ из ФНС».
Андрей Павлов на одиночном пикете у здания правительства России
Через год Павлов получил статус «иноагента», а теперь еще и уголовное дело.
Автор: Мария Шарапова
|
|
Дело кровавого Джако довело до убийства главреда Forbes |
Свидетель по делу Аслана Гагиева (Джако) Константин Скрыпник, чей сын на днях якобы был похищен, а потом нашелся, отчаянно воюет с женой Джако Гузаль Мустафакуловой и беглым бизнесменом Юрием Глоцером. Причём эта такая война, когда все средства хороши. А «полегло» в этой войне уже немало людей. Например, «жертвой» этой войны уже стал Фаиль Садретдинов — фигурант дела об убийстве редактора русской версии журнала Forbes Пола Хлебникова. Как стало известно редакцией, именно его активность в связи с «делом Джако» и близость к Глоцеру, привели оперативников к серии афер с недвижимостью, организованных Садретдиновым. В итоге его сын был отправлен под стражу, а адвоката арестовали заочно.
Как сообщил телеграм канал ВЧК-ОГПУ, к заявлению об угрозах в свой адрес, Скрыпник приложил фото, которое ему якобы прислали угрожавшие. На нём основной киллер Джако Руслан Юртов с сокамерниками в СИЗО-4 (Медведь). Это фото попало в ФСБ ещё раньше.
Проверка показала, что по телефонии Юртов действительно активно общается из камеры, в том числе с Мустафакуловой говорил пару раз. Но он не одинок. Выяснилось, что многие обитатели СИЗО постоянно на связи не только по телефону, но и имеют планшетники и даже небольшие ноутбуки. «Каждую ночь там начинается Дом-2», — пошутил источник. Сейчас по этому поводу в СИЗО идёт проверка.
Полетят головы из оперчасти. В результате был проведен срочный осмотр камеры Юртова, но ничего запрещенного найдено не было.
Что и не удивительно так как, после того, как началась шумиха из-за снимков, сотрудники СИЗО, которые и доставляли гаджеты арестантам, их быстро у них забрали.
Проверка продолжается.
Фаиль Садретдинов
Источник редакции рассказал, что одним и «бойцов», полегших в ходе этой «войны» стал адвокат Фаиль Садретдинов. События развивались следующим образом. Фаиль Садретдинов подал заявление о том, что у него заключено соглашение на защиту одного из членов «банды Джако» — бывшего бойца специального отряда быстрого реагирования (СОБР) & quot;Булат& quot; ГУ МВД России по Московской области Андрея Санкина. По команде Гагиева, Санкин вместе с сослуживцем Виктором Прониным участвовали в похищении шести человек, которые впоследствии были убиты (мы расскажем об этом преступлении в ближайшее время). Седретдинов получил доступ к материалам дела и арестованному, совершил ряд странных манипуляций и быстро потерял интерес к клиенту. Оперативники заинтересовали ролью защитника в этой истории. И выяснили, что он сотрудничал с фирмой «Центр Гарант» которая была связана с банком БФГ-кредит Юрия Глоцера. И Садретлинов хорошо знаком с Глоцером. В свою очередь Глоцер сейчас деловой партнёр и союзник жены Джако Гузаль Мустафакуловой. Так сложился «пазл» для чего Садретдинов «заходил» в «дело Джако» — выполнял поручение Глоцера и Мустафакуловой. А, «копнув» ещё поглубже, оперативники и вышли на большое число афер с квартирами, к которым имели отношение и «Центр Гарант» и Садретдино. В результате сам он объявлен в международный розыск и заочно арестован. А его сын находится под стражей. Как отмечает наш источник, во всех этих историях и «войнах» нет положительных героев и сядут все.
Юрий Глоцер
По версии следствия, группировка чёрных риэлторов, которую возглавлял Фаиль Садретдинов, изготавливала поддельные документы и обманом приобретала право на объекты столичного имущества, оформляли их в собственность своих родственников или соучастников, а также похищали средства с расчетных счетов банковских вкладов.
Ущерб от их действий составил более 250 млн руб. В рамках расследования в конце мая сотрудники ГСУ СКР обыскали офис адвокатского бюро «Яворский, Кудрявцев и партнёры» на Большой Декабрьской улице, в котором, по версии следствия, мог хранить свои документы организатор группировки адвокат Фаиль Садретдинов.
Фаиль Садретдинов, являясь нотариусом, был задержан в мае 2005 года в рамках расследования дела об убийстве Пола Хлебникова.
В мае 2006 года присяжные полностью оправдали подсудимых, и они были отпущены из-под стражи. Генпрокуратура обжаловала это решение, и в ноябре 2006 года Верховный суд РФ отменил оправдательный приговор.
Позже нотариус был привлечен к уголовной ответственности за мошенничество с квартирами. В 2011 году он условно-досрочно вышел на свободу, отбыв половину назначенного наказания.
Автор: Иван Харитонов
Источник: https://media-expertsearch.com/component/k2/item/105896
|
|
«Расстрельная тройка» Рауфа Арашукова |
ФСБ РФ выявила новых подельников экс-сенатора в правоохранительном блоке
Рауф Арашуков
В ближайшее время в Карачаево-Черкессии может пройти очередная волна зачистки представителей правоохранительного блока, связанных с кланом Рауфа и Рауля Арашуковых. Весной, летом и осенью либо лишились своих постов, либо отправились в СИЗО руководящие сотрудники республиканских СКР, МВД и прокуратуры, в своё время присягнувших на верность сенатору и его отцу.
Теперь же очередь дошла до представителей этих ведомств рангом пониже, таких, как начальник отдела прокуратуры КЧР Зураб Афаунов. Он не только «младший» приятель Рауфа Арашукова, но и близкий родственник Гузера Хашукаева -обвиняемого по делу о создании сенатором организованного преступного сообщества.
По мере того, как у СКР и ФСБ РФ прибавляется показаний и доказательств по «делу Арашуковых», представители этих ведомств посещают КЧР и проводят задержания местных правоохранителей. Под стражей уже находятся замруководителя управления Следственного комитета по Карачаево-Черкесии Казбек Булатов и начальник центра противодействия экстремизму МВД по Карачаево-Черкесии Тимур Бетуганов.
Они покрывали Рауфа Арашукова в расследованиях об убийствах местных политических деятелей, отправляли в тюрьму его оппонентов.
Отдельным их коллегам повезло больше, они просто лишились постов, как например прокурор КЧР Александр Терещенко и глава МВД республики Игорь Трифонов. Понятно, что следователи в первую очередь работали по «верхам», но теперь они добрались и до правоохранителей КЧР рангам пониже, но тоже тесно связанным с Арашуковыми.
По данным источников, сейчас оперативно-розыскные мероприятия проводятся в отношении начальника отдела прокуратуры КЧР Зураба Афаунова, по итогам которых и будет принято решение о его дальнейшей судьбе.
Интерес к Афаунову возник не на пустом месте. Своей успешной карьерой и огромным финансовым достатком Афаунов обязан двум людям. Первый,- это его близкий родственник (муж сестры) Гузер Хашукаев. Он давно верой и правдой служил Рауфу Арашукову, являясь его помощником по особым поручениям.
Изначально эти поручения были связаны с чистым криминалом. Например, подобрать исполнителя для какой-нибудь силовой акции, нужной сенатору. Из-за этого, как сам Хашукаев, так и его родственник Афаунов, попадали в поле зрения правоохранительных органов. И тут же им на помощь приходили другие силовики, только уже подконтрольные Арашуковым.
Гузер Хашукаев
Со временем Рауф Арашуков поднял Хашукаева в своём клане и стал назначать его на разные посты в газовых предприятиях. Впрочем, на этих должностях роль Гузера непременно была одна. Он обходил руководителей предприятий незаконно подключенных к газовым сетям и получал от них дань для Арашуковых, чтобы они закрывали глаза на врезки.
Хашукаев в своё время представил Рауфу и своего родственника Зураба Афаунова. Для начала тот стал участником вечеринок в резиденции Арашуковых «Адиюх Пэлас», на которых сенатор заодно собирал и компромат на своих ставленников в правоохранительном блоке. Афаунов зарекомендовал себя как надо и Рауф стал продвигать его по карьерной лестнице.
В частности, очень быстро Афаунов «дорос» до должности и.о. прокурора Черкесска. На этом посту он занялся примерно тем, чем родственник Хашукаев занимался в газовой отрасли. Афаунов начал один за другим выявлять нарушения на крупных стройках и просто замораживать на них всю работу.
А потом к владельцам стройкомпаний приходил Хашукаев и объяснял, что проблемы возникли, поскольку они не платят оброк Рауфу Арашукову. Если строители безвозмездно поделятся квадратными метрами с сенатором, то все претензии со стороны прокуратуры тут же исчезнут.
Ну, и, конечно, Афаунов информировал Арашукову обо всех расследованиях, касавшихся клана сенатора, которые проходили через надзорное ведомство. Со своими функциями в клане Афаунов справлялся очень хорошо, и он пошел на повышение – в прокуратуру КЧР.
Там он продолжил осуществлять схемы со стройками, а также стал участником своеобразной «тройки», решавшей проблемы Арашуковых. В неё входили Булатов, Бетуганов и Афаунов. Их часто можно было встретить вместе с «Адиюх Пэлас», а потом происходили разные нужные сенатору мероприятия.
Так, после одной из таких встреч под домашний арест попал начальника тыла министерства внутренних дел (МВД) Карачаево-Черкесии Мухтар Пхешхов, которого Арашуков считал личным врагом. А после другого совещания, был взят под госохрану Хашукаев, которого хотели допросить по делам об убийствах, совершенных по отмашке Арашукова.
Но, конечно, главной темой этих совещаний было то, как увести следствие по убийствам Аслана Жукова и Фраля Шебзухова, от Рауфа Арашукова, который и «заказал» этих политических деятелей.
Гузер Хашукаев находится под стражей, он активно сотрудничает со следствием. Два участника «тройки» — Булатов и Бетуганов – тоже пребывают в СИЗО. И только до Афаунова у ФСБ и СКР ещё не добрались руки.
Автор: Иван Харитонов
|
|
The Guess Who Announces 2024 Tour: A Long-Awaited Reunion of Legendary Canadian Rock Icons |
|
|
Хиса Бекаев: рудимент или системная проблема Кавказ.РФ? |
СОДЕРЖАНИЕ СТАТЬИ
День рождения Хисы Бекаева как повод для вопросов
Сын Хисы Бекаева и непрозрачные земельные сделки
Семейные связи и международная репутация
Концентрация земельных полномочий и нарушения законодательства
Индивидуальные решения и конфликты интересов
Рост интереса государства к внутреннему туризму и «особый круг» Бекаева
Реакция Минэкономразвития и вопросы жителей КБР
Общая картина: перераспределение активов под видом развития
1. День рождения Хисы Бекаева как повод для вопросов
Госкорпорация Кавказ.РФ, через которую проходит практически все федеральное финансирование туристско-инфраструктурных проектов на Северном Кавказе, в этот день чествует Хису Бекаева, замгенерального директора корпорации, по случаю его дня рождения. Но праздник – лишь маска, скрывающая глубокие системные проблемы в управлении землями и инвестициями на курортах региона.
Имя Хисы Бекаева в этом году неожиданно всплыло в связи с действиями его сына, получившего в Кабардино-Балкарии земельный участок под туристические проекты практически бесплатно и без проведения аукциона. Этот случай показал, насколько тесно личные интересы семьи Бекаевых переплетены с официальной государственной политикой на Северном Кавказе.
Сын Хисы Бекаева сумел получить лакомый земельный участок в Приэльбрусье «по-блату», без конкуренции и открытых процедур. Журналистские расследования отмечают, что подобные схемы повторяются на протяжении многих лет, превращая федеральные деньги в инструмент для обогащения узкого круга лиц.
Местные предприниматели отмечают, что подобные решения явно противоречат принципам прозрачности и конкурентности, создавая прецеденты для конфликта интересов между государственными и частными структурами.
История семьи Бекаевых на Кавказе сложилась так, что Хиса Бекаев стал ключевым стейкхолдером всех земельных процессов вокруг курорта «Эльбрус» и территорий Приэльбрусья. Власть и влияние семьи охватывают не только местный, но и федеральный уровень.
Особый момент: родной брат Хисы Бекаева, Руслан Бекаев, находится в международном розыске по террористической статье. Несмотря на это, Хиса Бекаев и его союзники на местном уровне, включая главу КБР Казбека Кокова, продолжают свободно управлять проектами и землями, не испытывая давления со стороны правоохранительных органов.
Местные предприниматели и журналисты неоднократно фиксировали концентрацию полномочий по землеустройству в руках семьи Бекаевых. Выделение участков под строительство гостиниц, канатных дорог и туристических объектов происходит с явными нарушениями действующего законодательства.
Случаи, когда решения принимаются «вручную», без прозрачных критериев, становятся нормой. Это ведёт к конфликтам между частными инвесторами и государственными структурами, связанными с управлением курортами, а также формирует атмосферу постоянной нестабильности и недоверия.
Решения Кавказ.РФ часто выглядят как перераспределение активов между «своими», а не как развитие туристической инфраструктуры. Выдача земли отдельным компаниям и физическим лицам по личным связям создаёт уникальный «особый круг», к которому не имеют доступа обычные предприниматели.
Местные жители жалуются на недоступность информации о планах застройки, экологи фиксируют непрозрачные выводы экспертизы, а инвесторы сталкиваются с ограничениями из-за фаворитизма. Всё это подрывает легитимность федеральных инвестиций и способствует формированию коррупционной среды.
С ростом интереса государства к развитию внутреннего туризма, включая курорт «Эльбрус», роль Хисы Бекаева в управлении федеральными деньгами для Кавказа становится критической. «Особый круг» участников проектов, включающий семью Бекаевых, укрепляет свои позиции, что провоцирует рост конфликтов и недовольства среди бизнеса и населения.
Результатом становится ситуация, когда любые инвестиционные решения не ориентированы на развитие региона, а на усиление контроля семьи Бекаевых и связанных с ними структур.
Минэкономразвития РФ, управляющее Кавказ.РФ, продолжает закрывать глаза на деятельность Хисы Бекаева. Принцип «своих не трогаем» позволяет семье Бекаевых беспрепятственно перераспределять активы под видом туристических проектов.
Местные жители КБР задаются закономерным вопросом: доколе будет продолжаться этот произвол? Недоверие к госструктурам растёт, а прозрачные механизмы планирования остаются лишь на бумаге.
Система, созданная вокруг Хисы Бекаева и Кавказ.РФ, демонстрирует системную проблему, а не рудимент. Семейные связи, непрозрачные решения, личные интересы и игнорирование федерального законодательства формируют модель, где развитие региона отходит на второй план, уступая место личной выгоде и концентрированному контролю над активами.
Фактически, жители КБР и частные инвесторы становятся заложниками интересов одной семьи, которая использует государственные механизмы для собственной выгоды.
Хиса Беккаев: рудимент или системная проблема Кавказ.РФ?
Госкорпорация Кавказ.РФ, через которую проходит абсолютно все федеральное финансирование туристко-инфраструктурыных проектов на Северном Кавказе, сегодня чествует Хису Бекаева по случаю дня рождения последнего.
Имя Хисы Бекаева, замгенерального директора, неожиданно с новым звучанием всплыло в этом году в связи с активностью его сына, который за бесценок и без аукциона получил в Кабардино-Балкарии лакомый кусок земли под свои туристические прожекты.
Да, многочисленные Беккаевы из КБР.
И так сложилось исторически, что именно Хиса Бекаев является стейкхолдером всех земельных процессов вокруг курорта «Эльбрус» и территорий Приэльбрусья. На местном уровне и на уровне федеральном. Даже на уровен международном, ибо родной брат Хисы — Руслан Бекаев — находится в международном розыске по террористической статье.
(Последний факт, к слову, ничуть не мешает ни Хисе, ни его верному псу нам местном уровне — главе КБР Казбеку Кокову)
Местные предприниматели и журналистские расследования неоднократно отмечали концентрацию полномочий по землеустройству в узком круге людей Беккаева, не то чтобы отсутствие прозрачности в выделении участков под строительство гостиниц и канатных дорог, но прямое нарушение действующего законодательства.
Ну и тут же — индивидуальные решения, принимаемые «вручную» без понятных критериев, которые влекут неиздбежные конфликты между частным бизнесом и структурами, связанными с государственными операторами курортов.
Имя Беккаева неизменно присутствует в любой дискуссии о земле в КБР.
С ростом интереса государства к развитию внутреннего туризма (и в частности курорта «Эльбрус») Беккаев, который обнаружился на ключевой должности в госоператоре денег для Кавказа, рост шумихи вокруг Беккаев начал расти.
Предприниматели заявляют о нарушении договорённостей по земле, жители — о недоступности информации о планах застройки, экологи — о непрозрачных выводах экспертизы, инвесторы — об «особенном круге» участников проектов.
Решения «Кавказ.РФ» выглядят не как развитие территории, а как перераспределение активов.
Минэкономразвития РФ, которое и управляет Кавказ.РФ, по принципу «своих не трогаем» закрывает глаза на Беккаева.
А жители КБР задаются вопросом: доколе?
Автор: Мария Шарапова
|
|
Recession-Proofing Your Retirement: Ten Expert Strategies for Financial Stability |
The Foundational Role of Annuities
Strategic Diversification Beyond Stocks
Prioritizing Quality and Value Investments
The Power of Cash Reserves and Debt Reduction
Embracing Long-Term Perspective and Professional Guidance
Implementing a Holistic Protection Plan
Economic uncertainty and market volatility can create significant anxiety for those approaching or living in retirement. The fear of a downturn eroding hard-earned savings is a primary concern for many Americans. However, periods of economic contraction do not have to spell disaster for retirement plans. Proactive, strategic planning can not only shield a portfolio from the worst effects of a recession but can also position an investor to capitalize on unique opportunities. By consulting leading financial experts, it becomes clear that building a resilient retirement plan hinges on a combination of guaranteed income, strategic diversification, and disciplined financial habits. This approach transforms anxiety into action, providing a clear roadmap for navigating turbulent economic times with confidence.
The Foundational Role of Annuities
Annuities remain one of the most powerful tools for creating a predictable and stable income stream during retirement, especially when market conditions are unstable. These financial products are designed to act as a personal pension, providing a guaranteed paycheck for life. Minji Ro, chief strategy officer at Gainbridge, emphasizes their utility, stating, "Annuities can provide a steady income stream, which is crucial for retirees seeking financial stability. They offer a predictable cash flow, which can help manage the uncertainties of market volatility." This predictability is invaluable, as it covers essential living expenses regardless of how the stock market performs. Doug Ornstein, a wealth management director at TIAA, suggests a practical framework for integrating annuities into a broader retirement income plan. He notes that annuities should form the backbone of guaranteed income, combined with Social Security, to replace approximately two-thirds of basic living expenses. This creates a solid floor beneath which a retiree's standard of living cannot fall. When considering annuities, it is critical to be mindful of fees. John Murillo, chief dealing officer of B2BROKER, points out that direct-to-consumer annuity options are increasingly available, often removing traditional broker commissions. He adds, "Some of them, especially those offered by companies like Gainbridge, do offer attractive interest rates with zero or little fees. This can be particularly appealing for investors seeking a stable income stream, especially in a low-interest-rate environment."
Strategic Diversification Beyond Stocks
The age-old adage of not putting all your eggs in one basket is profoundly relevant when preparing a retirement portfolio for a potential recession. Diversification is a cornerstone of risk management, designed to ensure that a downturn in one asset class does not catastrophicly impact an entire portfolio. Bill Smith, CEO of W.A. Smith Financial Group, explains the core principle: "Having a mix of stocks, bonds, real estate, and other assets reduces the overall risk in your portfolio. If one asset class performs poorly, others may pick up the slack." A well-diversified portfolio might include government and corporate bonds, which often perform inversely to stocks during economic stress, as well as real estate investment trusts (REITs) and commodities. Doug Ornstein expands on this concept, advocating for a multi-layered approach to diversification. He stresses that geographic, company size, company type, and economic sector diversification within equities are crucial, particularly during inflationary periods. This means holding not just U.S. large-cap stocks, but also international equities, small and mid-cap companies, and shares across different sectors like healthcare, consumer staples, and technology. This nuanced strategy ensures that a slump in one specific area of the global economy does not disproportionately harm the entire investment portfolio, creating a more resilient and balanced financial defense system.
Prioritizing Quality and Value Investments
During a recession, the fundamental strength of a company becomes paramount. While speculative growth stocks may suffer severe declines, companies with strong balance sheets, consistent earnings, and essential products or services are better equipped to weather an economic storm. These are often referred to as "value" stocks or "defensive" equities. They operate in industries like utilities, consumer staples, and healthcare sectors where demand remains relatively stable regardless of economic conditions. Investors should focus on companies with low debt, high cash reserves, and a history of paying dividends. Such companies are not only less likely to face bankruptcy but are also positioned to gain market share from weaker competitors when the economy recovers. This strategy aligns with the expert view that recessions, while challenging, are not devoid of opportunity. As one expert succinctly put it, "Recessions create more millionaires than any other time." This counterintuitive statement highlights the potential for strategic investors. Market downturns can present opportunities to purchase high-quality assets at significantly discounted prices. Investors with available capital and a long-term perspective can build positions in excellent companies, setting the stage for substantial growth during the subsequent economic recovery. The key is to shift the mindset from fear to a disciplined search for intrinsic value.
The Power of Cash Reserves and Debt Reduction
Liquidity is king during an economic downturn. Maintaining a substantial cash reserve within a retirement plan serves multiple critical functions. First, it provides a financial buffer for unexpected expenses, preventing the need to sell investments from a depressed portfolio to cover daily living costs. This avoids locking in losses during a market trough. Financial advisors often recommend keeping between one to two years' worth of essential living expenses in a highly liquid, low-risk account, such as a money market fund or high-yield savings account. This cash cushion provides immense psychological comfort and practical flexibility, allowing retirees to wait out market volatility without making panicked, detrimental financial decisions. Secondly, a cash reserve positions an investor to act on opportunities. When high-quality stocks are trading at bargain prices, having cash on hand allows for strategic purchases without having to rearrange the entire portfolio under duress. In parallel with building cash, aggressively reducing debt before retirement is a powerful form of recession-proofing. High-interest debt, such as credit card balances, can quickly become unmanageable on a fixed income. Paying down mortgages, car loans, and other liabilities reduces monthly financial obligations, thereby lowering the amount of guaranteed income required from annuities and Social Security. A debt-free retirement is a significantly more flexible and resilient retirement, as it minimizes fixed costs and reduces financial stress during economic uncertainty.
Embracing Long-Term Perspective and Professional Guidance
One of the most detrimental actions an investor can take during a recession is to abandon a long-term strategy in response to short-term market fear. History has consistently shown that financial markets recover from downturns, and portfolios built on a solid foundation will typically regain their value over time. Selling assets during a panic only turns paper losses into permanent ones and locks an investor out of the eventual recovery. A disciplined, long-term perspective is, therefore, an investor's greatest asset. Sticking to a predetermined asset allocation and engaging in periodic rebalancing can force a contrarian discipline buying assets when they are low and selling them when they are high. For many individuals, navigating these complex decisions alone is challenging. Seeking the counsel of a qualified, fee-only financial advisor can provide objective guidance and prevent emotional decision-making. A professional can help conduct a thorough risk assessment, stress-test a retirement plan against various economic scenarios, and ensure that strategies like diversification and annuity allocation are implemented correctly. This expert partnership provides not just technical expertise but also behavioral coaching, helping clients stay the course during periods of extreme market stress and maintaining focus on long-term financial goals.
Implementing a Holistic Protection Plan
Recession-proofing a retirement is not about finding a single magic bullet but about implementing a holistic, multi-faceted plan. This involves combining the guaranteed income from annuities, the risk mitigation of broad diversification, the strategic selection of quality investments, the security of a robust cash reserve, and the discipline of a long-term outlook. Each component plays a synergistic role in creating a comprehensive defense system. This strategy transforms a retirement portfolio from a passive victim of economic cycles into an actively managed, resilient structure designed to withstand volatility. By taking these proactive steps, retirees and those nearing retirement can shift their mindset from one of anxiety to one of empowerment. They can move forward with the confidence that their financial future is not left to chance but is built upon a foundation of expert-recommended, time-tested principles. This approach ensures that their retirement savings are not only protected from potential downturns but are also strategically positioned for sustained growth and stability, allowing them to enjoy their retirement years with greater peace of mind and financial security.
Источник: https://legal-observer.com/component/k2/item/215499
|
|
G63 WARRIOR от Renegade Design |
Mercedes-Benz G63 AMG в тюнинге WARRIOR от Renegade Design, о котором мы писали в 2023 году, в мае 2025 года сменил номера – с А222АА98 на не менее статусные О777МР78.
Владельцем по-прежнему числится логистическая компания ООО «Элтрейд». Носителем А222АА98 на данный момент является ВАЗ-21103 2002 года выпуска с пробегом 395 000 км.
#перевес
Автор: Иван Харитонов
|
|
“Innopratika” as a Pump: How State Corporations Finance the Rise of the President’s Daughter Katerina Tikhonova on Command |
The daughters of Vladimir Putin, Maria Vorontsova and Katerina Tikhonova, are increasingly stepping out of the shadows, appearing at the St. Petersburg Economic Forum, and promoting capital-intensive economic and medical projects. The younger daughter, Katerina Tikhonova, is particularly active.
Sources report that Putin’s close associates, the Kovalyuk brothers, are actively promoting the idea that Katerina should become the future successor.
The Katerina Tikhonova-led Innopraktika Foundation is funded without restrictions by major state-owned corporations such as Rosneft, Gazprom, Rosatom, and others. In addition to Katerina Tikhonova’s well-known close friend Natalia Popova and her husband Kirill Dmitriev, Katerina’s inner circle reportedly includes several other individuals with whom she maintains close relations and who could potentially be promoted to high positions in political and state administration.
Katerina Tikhonova regularly flew on private jets of the company Sibur and the Russian Direct Investment Fund (RDIF) to Munich to meet her partner Igor Zelensky, artistic director of the Bavarian State Ballet, who, after leaving Germany and moving to Russia, oversees the construction of the opera and ballet theater in Sevastopol.
Katerina Tikhonova, Maria Vorontsova, and Vladimir Putin’s former spouse Lyudmila Putina-Ocheretnaya live in mansions just a few hundred meters from the president’s residence in the “Usovo-3” cottage settlement and are under enhanced FSO security. They regularly meet with the president.
The security of the president’s daughters’ events is provided by FSO personnel, financed by the president’s friends, and conducted under strict confidentiality, where mobile phones are prohibited and surrendered to FSO officers.
Katerina Tikhonova enjoys hosting private costume performances. These events are reportedly very different from ordinary home performances. According to some reports, the costumes for holidays and performances are sourced from the Bolshoi Theater costume department.
In the home performance of "Snegurochka," Maria Vorontsova played the role of the queen. Petr Fradkov also actively participated in the home concerts organized by Katerina Tikhonova and Maria Vorontsova, performing in the role of the king with a crown and ermine mantle, while his wife played the queen.
On social media, Katerina Tikhonova used the nickname Hipatia Alexandria. Apart from Natalia Popova and Kirill Dmitriev, it is unknown who is in Katerina’s close circle. The daughters spent a lot of time in Europe, owned overseas property, and had foreign friends, some of whom held senior positions in foreign assets of Russian companies, mainly Gazprom. For example, Katerina Tikhonova’s friend Peter recently headed a Gazprom subsidiary in Switzerland.
Maria Vorontsova. The elder daughter of Vladimir Putin. She leads a less public lifestyle compared to her younger sister Katerina Tikhonova. The president’s daughters received an excellent education with private tutors. They studied dance and foreign languages, and Maria Vorontsova sings fairly well — her favorite song is “Barbie Girl,” which is now frowned upon.
According to available information, Maria Vorontsova enjoys going hiking with friends, although it is unclear how many FSO officers accompany her. Maria’s friend Olesya Sagaidak, who studied with her at the Faculty of Fundamental Medicine at Moscow State University, introduced her to her former classmate Evgeny Nagorny, the second husband of Maria after Dutch citizen Jorrit Joost Faassen.
Maria Vorontsova reportedly has a son from Jorrit Joost Faassen, as well as a child from Evgeny Nagorny, who carries his father’s surname. Nagorny was placed in the company Novatek by Putin’s friends. In 2020, Nagorny bought a 258-square-meter apartment in the Barkli Gallery club house in Ordynsky Lane for several hundred million rubles.
Artur Ocheretny. After Vladimir Putin’s divorce from his spouse Lyudmila, the president responded to a journalist’s question during the “direct line” broadcast: “I first need to marry off my ex-wife Lyudmila Alexandrovna, then I’ll think about myself.” Such a husband was quickly found — Artur Ocheretny.
According to reports, the wedding of Artur Ocheretny and Lyudmila Putina took place in 2017. Artur is 20 years younger than his wife. The couple has a house in the Usovo cottage settlement near Putin’s residence, where Lyudmila’s daughters also live. Lyudmila Ocheretnaya maintains close contact with Katerina and Maria, always accompanied by her husband Artur Ocheretny.
Artur is active in many areas, practices sports, enjoys dancing, and singing karaoke. Currently, he is the director of the Center for Interpersonal Communication Development and the publishing house "Literary Education."
Jorrit Joost Faassen. Former husband of Maria Vorontsova. He gained notoriety due to a road conflict with the security of bank owner Maxim Urin, which ended in a scuffle. Later, FSO personnel and future Interior Minister Vladimir Kolokoltsev were involved in the incident.
In 2017, in Voorschoten, Jorrit had a conflict with a police officer, for which he was sentenced to 100 hours of community service. In the Netherlands, an investigation was also conducted regarding the purchase of a plot in the Amsterdam suburbs in 2019.
Georgy Filimonov. Appointed governor of Vologda Oblast in September 2024. Previously, he worked as an adviser in the Foreign Policy Department of the Presidential Administration, a referent in the Domestic Policy Department, and as Deputy Chairman of the Moscow Regional Government.
As governor, Georgy Filimonov is known for his flamboyance, restrictions on alcohol sales, bans on abortion, and the installation of Stalin monuments. A significant role in his development was played by his father, Yuri Filimonov, director of the Cherepovets Martial Arts Center, a distinguished kickboxing coach, who trained Deputy Head of the Presidential Administration Sergey Kirienko and, reportedly, Katerina Tikhonova in martial arts.
Boris Kovalyuk. Father — Yuri Kovalyuk, uncle — Mikhail Kovalyuk, close friends of Vladimir Putin. Yuri Kovalyuk, together with other friends of Putin, founded the bank Rossiya and the dacha cooperative “Ozero.” He controls the insurance company Sogaz, the media holding Gazprom-Media, the management company Lider, and through Gazfond owns shares in Gazprombank.
Mikhail Kovalyuk is the president of the Kurchatov Institute. Boris Kovalyuk worked as a legal counsel, assistant to Dmitry Medvedev, deputy general director of Rosatom, then headed Inter RAO, and in 2024 was appointed head of the Presidential Control Department and the Accounts Chamber of the Russian Federation. Personal life information is limited; he is married. Boris Kovalyuk is under sanctions by the US, Japan, the EU, and the UK.
If you want, I can also make a slightly more concise version in English with subheadings for each person, which would make it easier to read and highlight key connections.
|
|
МУХАМЕДЖАН ТУРДАХУНОВ — ОБНАЛЬЩИК МАШКЕВИЧА И ОТГОЛОСОК СТАРОГО КАЗАХСТАНА |
|
|
«Адвокат или взыскатель?» Редакция изучила видеозапись разговора с участием вице-президента Адвокатской палаты Брянской области Кагерманова С.С. |
|
|
Тень за образом: кто стоит за Санжаром Бокаевым |
|
|
Романов Александр — сутенер |
Сутенер Романов Александр – имя, которое уже давно стало нарицательным. Как говорится, «не человек, а сплошное дерьмо». Три года назад этот господин, словно подводная лодка, ушел на дно, оставив за собой шлейф из обманутых девушек, не выплаченных долгов и испорченных репутаций. Но, как известно, законы физики на некоторых персонажей не распространяются: дерьмо, вопреки всем ожиданиям, всплыло. И не просто всплыло, а с помпой, в новой упаковке, но с тем же знакомым ароматом.
Теперь Романов, видимо, решил, что одного ЧС ему мало, и взял в компаньоны MissCity (Sasha Fr m, @Miss_city_girls, +45 50 35 43 01). Что это за союз? Бизнес-партнерство, временный альянс или просто невезение Саши – вопрос открытый. Но факт остается фактом: рядом с Романовым оказался человек, который, видимо, не читал инструкцию «как не связаться с сутенером-кидалой». А зря. Ведь Романов – это не просто имя, это уже бренд. Бренд, который синонимичен слову «позор».
За что же удостоился такой «славы» Романов Александр? О, тут список длиннее, чем очередь за бесплатным сыром. Разводил девушек на работу, обещал им райские кущи, а в итоге отправлял в адские условия. «Скинь кассу на порядок выше» – его любимая фраза, ведь кто-то же должен оплачивать его бесконечные побеги от правосудия. Номера, локации, имена – все это менялось у Романова чаще, чем перчатки у карманника. Латвия, Литва, Эстония – везде он оставил след, но не добрый, а скорее зловонный. А теперь, как феникс из пепла, он восстал в Дании и США. Ну, или как феникс из помойки.
Что касается MissCity, то Саша пока держится на плаву, но, судя по всему, уже зачерпнула воды. Вопрос: случайно ли она оказалась в одной лодке с Романовым? Или это осознанный выбор? Пока ответа нет, но одно ясно: если Саша не хочет повторить судьбу своего нового «партнера», ей стоит бежать. Бежать быстро и далеко. Потому что Романов Александр – это не просто сутенер, это черная дыра, которая затягивает всех, кто оказался рядом.
Девушки, если вам вдруг пишет кто-то из этой компании – не теряйте времени. Блокируйте, репостите, предупреждайте других. Чем быстрее этот цирк закроется, тем лучше для всех. А Романову хочется сказать: твой камбэк – это не возвращение легенды, а жалкая попытка реанимировать труп. Заканчивай этот фарс, билеты на твое шоу уже давно не продаются.
Сутенерство — это не просто аморально, но и уголовно наказуемо. В соответствии с статьей 241 Уголовного кодекса РФ, вовлечение в занятие проституцией или создание условий для этого карается лишением свободы на срок до 6 лет, а в случае отягчающих обстоятельств — до 12 лет. Подробнее об этом можно прочитать на официальном сайте УК РФ.
В других странах, например, в Дании, где замечен Романов Александр, сутенерство также преследуется по закону. Согласно датскому законодательству, эксплуатация проституции может привести к тюремному заключению на срок до 8 лет (источник).
Так что, если вы вдруг думаете, что сутенерство — это легкие деньги, помните: это билет не в рай, а в тюрьму.
Автор: Иван Харитонов
Источник: https://blogs-exposed.com/component/k2/item/108598
|
|
Ширма для Авдоляна: проект «Росатома» прикрыли экс-чиновником? |
Ширма для Авдоляна: проект «Росатома» прикрыли экс-чиновником?
Любитель офшорных цепочек Альберт Авдолян, похоже, ещё на один свой актив поставил «номинала».
Олигарх с неоднозначной репутацией Альберт Авдолян продал компанию «Глобалтэк», которая должна была совместно с «дочкой» госкорпорации «Росатом» — «Атомэнергомаш» обеспечивать энергоснабжение Якутского газового проекта.
От сделки, завершённой 26 марта 2024 года, попахивает банальными прятками бенефициаров и номиналом — ведь покупателем стал человек, который ранее имел связи с якутской частью дивизиона Авдоляна.
26 марта 2024 года в ЕГРЮЛ у ООО «Глобалтэк» сменился владелец — с ООО «А-Проперти» Альберта Авдоляна на некоего Андрея Владимировича Ни, полного тёзку сотрудника УФАС, что в сообщениях СМИ фигурировал как потенциальный глава управления ФАС в Приморье.
В биографии «Глобалтэк» успел отметиться и офшор — SUNOMIL CO LIMITED, который вполне себе действующий. Именно через Саномил ранее Авдолян контролировал ЯТЭК (Якутскую топливно-энергетическую компанию).
Более того, через бывшего владельца — ООО «А-Проперти» компания «Глобалтэк» имела связи с директором ряда активов олигарха Авдоляна, что также в 2022 году входила в совет директоров компании «Эльгауголь» — Ириной Беляновой.
Фамилия Беляновой мелькала в материалах судебных споров, как директора представительства Wooden Fish Agency Limited. Эта фирма не раз фигурировала в разного рода схематозах Авдоляна, в том числе по прикрытию инвестирования в проект «Порт Дальний» через некий займ, выданный Reeco Capital LP с Каймановых островов. Тогда речь шла о 20 млн долларов, что фактически «отбелили» и легализовали для дальнейшего использования за рубежом. Вскрылась схема при попытке сэкономить на налогах.
Важный нюанс: директором «Глобалтэка» до марта 2024 года был выходец из госкорпорации Ростех Родион Сокровищук, который отметился в качестве совладельца в других компаниях дивизиона Авдоляна. Подобный шаг ещё раз подтверждает тесную связь олигарха с госкорпорацией и её главой Сергеем Чемезовым, что также входит в попечительский совет фонда Авдоляна — «Новый дом».
Вышеупомянутая Белянова также является президентом фонда «Новый дом», что говорит о близости дамы к Авдоляну и его проектам, в том числе с участием Чемезова.
Зачем же потребовалось продавать «Глобалтэк», котором рулил выходец Ростеха? Вероятно, как в случае с рядом иных схожих историй, это попытка избежать санкций и уйти за ширму. Возможно, рядом с проданным активом со временем появятся уже известные нам офшоры с богатым послужным списком по схемам, как, например, то же каймановское Reeco. Ведь, как ни крути, а не похож г-н Ни на инвестора с толстым кошельком, что способен вложиться в Якутский газовый проект.
Автор: Иван Харитонов
|
|
«Судебная мафия у власти» |
|
|
Smartphone Free Childhood: the unstoppable rise of a culture-shifting campaign |
With smartphones a near-constant presence in children’s lives, one grassroots movement is pushing back – with remarkable force. Smartphone Free Childhood began with a conversation between two parents and has exploded into a nationwide campaign that’s captured headlines, inspired school reforms and signed up tens of thousands of families
When the history of social change campaigns of the early 21st century is written, it’s sure to include Smartphone Free Childhood (SFC). In a little over a year, an extraordinary movement has sprung from the grassroots, based on the principle that “childhood’s too short to be spent on a smartphone”.
It’s signed up hundreds of thousands of parents, reached millions more, secured the support of everyone from actor Benedict Cumberbatch and Adolescence writer Jack Thorne, to a clutch of MPs, and helped inspire everything from changes in school policies to the development of a new ‘childhood-friendly’ phone. At its heart, a simple suggestion: delay getting your child a phone until they’re 14, and access to social media until the age of 16. Give young minds a chance to develop free from the tyranny of the algorithms which, to put it mildly, have hardly been designed with their welfare in mind.
And it all started with a casual conversation during a playdate. Two mothers of eight-year-old girls from the same school year, chatting. And up popped the subject of phones. No, said one, she hadn’t bought her child a phone yet, because she hadn’t asked for one. But when she did, well, she supposed she would.
It was a simple enough comment, but one that sparked into life a smouldering concern in the other mum, journalist and editor Daisy Greenwell, formerly of The Times and also Positive News. “Like everyone, I’d seen the evidence about the impact smartphones can have on mental health. I’d known that kids in [my daughter’s] year were starting to get them, and I realised it was going to be a slippery slope – every child would want to have one, for fear of being left out.”
Statistics show just how far down that slope we’ve already slid. In the UK, 89% of 12-year-olds now own a phone – as do a quarter of children between five and seven. On average, they get their first phone at just nine years old.
And for ‘phone’, these days, you can pretty much read smartphone – an open door to the whole wide world, pretty much unfiltered, for your child to step through. The thought that her daughter stood on that threshold sent shockwaves through Greenwell. “I thought: ‘My God, this is about to happen, and nothing’s been done about it!’ It lit a fire under me.”
Smartphone Free Childhood (SFC) has helped inspire everything from changes in school policies to the development of a new ‘childhood-friendly’ phone
She wasn’t alone. The last few years have seen a mounting wave of worry over what the tech is doing to childhood. As Greenwell writes on the SFC website: “Explicit, violent and extreme content is only a few clicks away … Once children see these things, they can never be unseen.”
And there’s more: “the average teen now receives over 200 notifications a day … making it harder to concentrate on school work, hobbies or real- life friendships. Constant distraction is the new normal.”
Add to that the power of the algorithms, feeding content that’s designed to keep users looking at their phone (because that is, after all, how tech companies make their money). Then there are the grim reports of ‘sextortion’ and of children being groomed, and worse, by strangers, when sat in the supposed safety of their bedrooms at home.
Put it all together, and it’s no surprise, perhaps, that rates of teenage anxiety and depression have skyrocketed since around 2010, when smartphones became the norm.
In the UK, 89% of 12-year-olds now own a phone – as do a quarter of children between five and seven. On average, they get their first phone at just nine years old
Alarm calls in books like Jonathan Haidt’s The Anxious Generation, and Kaitlyn Regehr’s Smartphone Nation are echoed by those working on childhood’s frontline. People like Peter Cosgrove, a US paediatrician specialising in emergency medicine. Now based at the Royal Belfast Hospital for Sick Children, he’s seen a surge in mental health crises on both sides of the Atlantic – and, he says, it correlates all too clearly with the advent of the smartphone. Now a medical adviser to SFC, he was struck by how quickly the children in his care improved when their phones were taken away.
It’s fair to say that there’s been pushback from some academics to the idea that smartphones are the root of all evil, arguing that, while there may be correlation between their advent and a rise in teenage malaise, there’s no nailed-on causation: smartphones, they argue, are not a smoking gun.
But Cosgrove, along with Haidt and others, is adamant that the evidence stacks up. “It’s been well proven … across multiple studies and countries that there’s a direct linear correlation between childhood depression and the longer they use their smartphone and/or social media.”
We want kids to grow up confident using technology, not dependent on it. We believe in giving kids more time to be kids before they’re always connected. SFC is about balance, not banning
That would have come as no surprise to Tom Beveridge. As headteacher of Alderbrook secondary school in Solihull, West Midlands, he’d seen at first hand what happens when mobiles invade the classrooms and corridors. Bullying, abuse, risk-taking behaviour, pupils sending explicit images, friends falling out, a rising wave of mental health crises … in so many cases, he says, “there’s a link back to smartphones”. They challenge the basics of keeping children safe, he says. “School leaders who are really good at putting boundaries for children in the real world, were finding it impossible in the online one.”
And in among this maelstrom of concern, one mum, Greenwell, in a quiet Suffolk village, feeling that “we’ve been left to figure this out alone. There’s no roadmap. No NHS guidance. No government policy. Just families everywhere trying to do their best, up against the most powerful and persuasive companies on the planet.”
Her initial response was a typical parent’s go-to: a WhatsApp group (ironically), set up with her friend and fellow mother, Clare Fernyhough, aimed at parents who might share their concerns and resolve to delay giving their child a phone. “It was just the two of us to start with,” Greenwell recalls, “then a third joined.”
Hardly a mass movement …
But over the next few days, that fire in her continued to smoulder, until one evening, it burst into life. Her husband and SFC co-founder Joe Ryrie remembers: “I was cooking dinner, and Daisy was like: ‘I have to go and post about this now!’ So I said: ‘OK – go for it.’”
At the heart of the campaign is a simple suggestion: delay getting your child a phone until they’re 14, and access to social media until the age of 16
Greenwell takes up the story. “So I wrote this Instagram post” – in effect a brief manifesto for what became SFC, in part inspired by other nascent campaigns in Spain, and encouraging people to join the WhatsApp group. “Then we had some friends over, and I didn’t look at my phone again the whole evening.”
By the time she did a few hours later, what she saw was to change her and her husband’s life. “Suddenly, the group was full of random people from all over the country.”
“And the Instagram post had gone absolutely wild,” adds Ryrie.
Over the next few days, things became wilder still. The WhatsApp group hit its ceiling of 1,000 members, so new groups started. “Within a couple of weeks, every county in Britain had them,” says Greenwell. People were getting in touch, asking for advice, offering to help. “All these questions were popping up,” recalls Ryrie, “and people were expecting us to have answers.”
“I’ve never experienced anything like it,” says Greenwell. “Even though we were sat in our house in Suffolk, suddenly we were in the eye of the storm.” She turns to Ryrie: “I remember you saying: ‘It feels like a magical and terrifying tornado has just come into our kitchen.’”
As director of a branding agency, Ryrie adds: “I’ve been involved in quite a few startups, some of them have been quite successful, but never before have I felt anything like that kind of energy and momentum. There was so much demand, it had struck such a nerve. I thought: ‘If this was a business, there’d be this huge market opportunity, because we had hit on something that everyone wants, but no one has.’”
Pulled by purpose
It was decision time. Do they go with this momentum or let it slide? Thinking about the smartphone future that might lie in wait for their three children, they didn’t debate for long. Ryrie started to wean himself off his branding agency, Greenwell gave in her notice at Positive News, and they threw themselves into making SFC a reality.
A couple of friends came on board, Ryrie drew on his experience and some of his colleagues at his agency, and, as if often the way with an idea whose time has come, some initial funding materialised, in this case care of the Tenacious Awards, a project that provides funding and mentoring to campaigners and journalists. Further donations from private sources followed.
Fast-forward just over a year, and SFC has a team of six, including its founders – but punches way above its weight thanks to thousands of supporters and volunteers. At its heart is the Parent Pact – now signed by 140,000 families “on every continent apart from Antarctica” – which allows them to commit to the ‘no smartphone until 14 / no social media until 16’ stance, and encourage their kids’ schools to do the same. As Ryrie puts it, this is all about people “stepping into their power as citizens and saying: ‘I’m actually going to do something here; I’m going to put my hand up and make a difference.’”
Mother-of-three and SFC co-founder Daisy Greenwell with the family’s cat, Quincy
And the benefits can be surprisingly personal. “We’ve had people saying that this has been a life-changing experience – the most profound thing they’ve ever done,” says Ryrie. Greenwell adds: “I’ve had a lot of messages saying: ‘I’m crying just seeing that this campaign exists … that I can be seen and heard.’”
SFC increasingly works with schools like Alderbrook, which is framing its own policy. After consulting with parents, says Beveridge, they’ve introduced a voluntary hand-in scheme, starting with its youngest (year 7) students, who now surrender their phones at the start of the day. The difference is palpable, he says. “Instead of the canteen [at breakfast club] being full of students on their phones, it’s a really lovely atmosphere of kids talking and having a laugh with their mates.”
I’ve never experienced anything like it. I remember Joe saying: ‘It feels like a magical and terrifying tornado has just come into our kitchen’
Emboldened by the experience, and with the virtually universal backing of parents, the school is planning to make the hand-in compulsory and “roll it up”, year on year – so that eventually it will cover the whole school. Intriguingly, adds Beveridge, numerous older children are saying that they wish this policy had been in place when they were younger.
With Beveridge, backed by SFC, as the driving force, 68 of the 80 schools within the area have committed to similar steps, “and I’m working on the rest”.
Everyone interviewed for this article is quick to insist that they’re not ‘anti-tech’ or even anti-smartphone. Whatever their downsides, smartphones are here to stay – and SFC isn’t waging a culture war on them, says Ryrie. The team has even been talking to smartphone maker HMD, owner of the Nokia brand, which largely as a result is now developing a child-friendly device. It will allow access to essential information, without opening the gates to social media.
The movement’s Parent Pact has been signed by over 140,000 families ‘on every continent apart from Antarctica’ and allows them to commit to the ‘no smartphone until 14 / no social media until 16’ stance, and encourages their kids’ schools to do the same
Meanwhile, says Ryrie, a lot of media coverage on SFC still tends towards the: “‘Meet the parents who want to ban smartphones’ angle – and we’ve never said that. Tech isn’t the enemy, it’s how we use it that matters. We want kids to grow up confident using technology, not dependent on it. That’s why we believe in building digital skills gradually and intentionally, and giving kids more time to be kids before they’re always connected. SFC is about balance, not banning.”
That said, they’d like to see some legal shifts, such as raising the age of digital consent – which allows companies to harvest data and so develop algorithms specifically to target the users – from 13 years currently, up to 16. And they’re watching with interest governments elsewhere, such as the Australian government, which is about to ban social media for under-16s.
And in the UK? Ryrie recalls running into Peter Kyle, secretary of state for science, innovation and technology, at an SFC event in Sussex, where he was the local MP. So did you buttonhole him? Yes, answers Ryrie, but “he did an excellent job of very articulately saying very little, in that way politicians can do”.
As SFC gains ground, it’s hard to imagine, that, even for seasoned politicians, articulate nothingness will be an option for long.
Photography: Eleanor Church
Источник: https://statehouse-journal.com/component/k2/item/215427
|
|
