Действие первое.
Гарри Поттер* в душевных терзаниях из-за неразделенной любви и отсутствия признания его творческих потуг.
Безумно хочется ведерко попкорна, чтобы можно было методично двигать челюстями и тупо таращиться на происходящее действо.
Действие второе.
Гарри Поттер нашел ружье и поставил себе шрам, чтобы привлечь внимание и слышать вслед: «Вот идет мальчик, который выжил».
Чеховщина.
Сложно понять в каком времени происходят события: джинсы, кеды, урбанистические декорации при чеховских «запрягайте лошадей» и «оклад учителя 23 рубля». Молодые актрисы временами переигрывали и неприлично гундосили, когда надо было повышать голос.  Не спасло положение наличие сильных «старичков».
Пару раз показали хуй и сиськи, хотя смысловой нагрузки эта демонстрация  не носила и можно было обойтись без эксгибиционизма. Какой же современный перфоманс без обнаженки…
Я старый закомплексованный дурак, потому что хожу в театр искренне надеясь, что не увижу обнаженки
* Актер, фамилия которого не отпечаталась в памяти, был неприлично похож на выросшего Поттера, а растянутый свитерок и фирменные поттеровские очки это сходство только усиливали.

Я вникал в запутанные отношения  книжных героев, когда мне под нос сунули брошюрку, сопроводив приказом прочитать. Брошюрку украшал лесной пейзаж и вопрос «Кто такой ИЕГОВА?».  Из всех пассажиров, скучающих в вагоне печатной продукцией одарили только меня. Видимо есть в моем облике что-то выдающее  потенциального адепта.
Глядя на солнечный лесной пейзаж я провалился в детские воспоминания. Жаркий летний день, мне 4 года, бабушка привела меня крестить, храм закрыт на реставрацию и служба проходит на улице. Я смотрю, как крестят младенца, окуная в медный таз с водой,  переживаю по поводу того, что я большой, а таз маленький и я могу не поместиться. А еще на мне новые сандалики с тугими  ремнями,  я нервничаю, что не смогу их самостоятельно расстегнут и батюшка откажется меня крестить.  Я ждал какого-то таинства, откровения и чуть не расплакался, когда батюшка остриг прядь волос и, не глядя, бросил мою медную прядку на поднос к чьим-то разноцветным локонам. Я тогда не знал слово конвейер и сравнил произошедшее с медосмотром в садике, когда ты один из многих, и при встрече врач твоего имени не вспомнит.  Зато мне купили покрытый изумрудной эмалью крестик на белом шнурке. Я шел домой, глядя, как радостно играют солнечные блики на изумрудной поверхности. Радовался я не долго, потому что первая же встреченная по дороге старушка отчитала меня за то, что я нательный крест напоказ выставил. Будучи ребенком послушным я спрятал крестик под футболку. А придя домой, разрыдался: шнурок по-прежнему висел на шее, а вот крестик бесследно пропал. Я чувствовал себя отвергнутым. На следующий день мне купили другой крестик, тоже с зеленоватой эмалью, но оттенок был другой и я отказался его носить. Позже меня все - таки уговорили, но и этот крестик «сбежал», прихватив с собой заодно и церковный белый шнурок. Больше крестик я не просил, а родители хоть и купили, но не  стали настаивать на его ношении.
Я называю своих родственников «христианствующими язычниками»: они не особо соблюдают заповеди, игнорируют посты и прочую христианскую обрядовость, зато иногда ходят в церковь и кропят квадратные метры святой водой, верят в приметы и силу языческих заговоров.
То один, то другой родственник, одержимый очередным приступом христианства тащил меня в ближайшую церковь или храм  «общаться с богом». Общение с богом заключалось в том, что пока мой родственник делает пробежку от иконы к иконе, пока не застывал на несколько минут у алтаря, я должен был поставить свечку какому-нибудь из представленного многообразия святых. С завидным упорством я ставил свечку бородатому дядечке, похожему на веселых, пахнущих костром геологов - друзей  моего отца.  А еще он прочно ассоциировался с алкоголиком дядей Колей из веселой песни, у которого «лишних нет доходов, зато есть бак для пищевых отходов, зато у дяди Коли в этом баке всегда найдутся кости для собаки»(с). Как выяснилось годами позже, бородача тоже величали Николаем, правда, не дворником-алкоголиком, а Чудотворцем.
Идущий в церковь родственник был обязан принести мне просвиру, почему-то этот кусок пресного теста был для меня наравне с пирожными. В такой милой и уютной обстановке языческого христианства я прибывал до 10 лет: Господь безмолвно присутствовал в небесной выси, бесовский мальчик выигрывал в карты мое здоровье, боль когтями и клювом вырывала огромная птица, имя которой я уже не помню, дядя Коля мягко взирал на меня из церковного полумрака.
Я даже поверил, что дезертирующие крестики всего лишь недоразумение, пока не попал на службу, в конце которой надо было вкусить  «плоти и крови Христовой».  Я был наивным ребенком с богатой фантазией, так что легко поверил, что «плоть и кровь» будут настоящими. Воображение рисовала страшную картину: несчастный распятый Иисус как прикованный Прометей, корчиться от боли пока священнослужители вырезают куски плоти и сцеживают кровь.  Будучи старушкой чуткой и догадливой, бабуля заметила мою нервозность и успокоила, объяснив, что плоть-хлеб, а кровь-вино.  Поэтому вкушать вино с хлебом шел спокойный и невозмутимый как танк. Вино больше походило на слегка подбродивший сливовый компот, который продавали в 3-х литровых банках в отделе соки-воды.
Вот только плоть и кровь Христовы самовольно покинули мой желудок в кустах сирени у стен церкви. Домой я дошел на ватных ногах,  перед глазами кружил вихрь разноцветных пятен, подташнивало, а в голове гудело. И до вечера  провалялся в тяжелом полубреде-полусне.
Один раз-случайность, два- совпадение, три -закономерность. Триединый, любящий троицу бог трижды намекнул мне, что я нежеланный гость в христианских райских кущах со сладкоголосыми ангелами.

Меня уже раздражают истеричные всхлипы о "Великой Утрате", о том, что другие выжили, а "светоч" погас в расцвете сил. Мне не нравятся диспуты "кто более достойный". Погиб молодой человек, чей-то хороший друг, чей-то коллега, чей-то муж и отец, НО, таких молодых, веселых чьих-то сыновей, отцов, мужей, друзей гибнет по всему миру каждый день не один десяток. Объясните мне, что такого значимого и особенного сделал в своей жизни Бачинский, что половина блоггерских ресурсов рыдает несколько дней? Я понимаю, когда скорбят те, кто был с ним знаком, а остальные? Почему же не рыдают, когда в газетах появляются статейки о гибели детишек, которые жизни толком не видели? Тошнит уже от "ухода достойнейшего из достойных". Лучше бы деньги на реабилитацию пострадавших собирали, им еще жить и мучаться  увечьями. А то все такие чуткие и ранимые...

Терпеливые таджикские дворники отказались убирать наш подъезд. Меня удивило, что они так долго продержались. Судя по сиротливо примостившимся по углам пузатеньким пакетам с мусором, мои доблестные соседи мужественно превратят подъезд в ароматную помойку уже к началу следующей недели. Предвижу нашествие тараканов и толстеньких крысюков.

Год свинтуса пальнул в меня напоследок залпом фейерверка, и я остался жив и здоров только благодаря сработавшему неписанному закону «дуракам везет».
Если верить приметам, то весь год я проведу в окружении толпы незнакомых единомышленников, наливающих непьющему мне шампанское в пластиковый стаканчик.
Понимаешь, что где-то в матрице произошел сбой, когда 1 января в 4:30 утра в метро народу как в час пик.

Прислал на почту знакомый батюшка

Сидит монах и молится:
- Я не грешил нифига и все такое, дай мне, Господи...
И тут время останавливается, как на паузу нажали, открывается дыра в
пространстве, оттуда высовывается сам Господь Бог с шестью картами в
руке и двумя тузами в рукаве и орет:
- А кто вчера послушницу имел?
Монах зарделся аки помидор переспелый и принялся оправдываться:
- Бес попутал, не виноватый я...
Тут господь оборачивается в дыру и орет туда:
- Эй, Люцифер, ты этого товарища вчера искушал?
- Нет!!!
- Значит так и запишем: Пи..дел на Князя Тьмы!

Либо у офтальмолога очень хорошая память, либо в полумраке кабинета я являю собой незабываемое зрелище.
-Ну, как глаза?
-Чуть получше.
- А общее самочувствие?
-Нормально.
-А вы оптимист.
 Похоже мое «нормально» далеко от общепринятого «нормально.»

- Как на улице?
- Холоднее чем вчера.
- А как было вчера?
- Теплее чем сегодня.

 

- Что мне одеть?
- Что хочешь.
-Я не знаю…
- Тогда иди голой

От прописанных капель глаза приобрели нездоровый маньячный блеск, который гипнотизирует школьниц и вызывает у ментов-охранников-менеджеров зала плохо скрываемое желание сотворить со мной что-нибудь противоестественное.

 

В далеком советском детстве лакомством считалась баба ромовая с глазурью. Помню как я старательно объедал глазурь, категорически отказываясь есть пропитанное ядреным коньячным сиропом тесто. Коньяк по-прежнему числится в составляющих сиропа, но ромовую бабу я теперь съедаю целиком, потому что если коньячок и добавляют, то очень экономно.

Глаза - зеркало всего организма. Сидя в романтическом полумраке кабинета, я наблюдал как офтальмолог, глядя в глаза пациентам, перечислял имеющиеся недуги. Самое главное, что ни разу не ошибся.

Видимо, проникнувшись темой глобального потепления, мои родные коммунальщики решили устроить небольшой ледниковый период районного масштаба.  Сначала упорно не хотели открывать отопительный сезон и батареи потеплели только после недельного флэшмоба «позвони в районную администрацию».  Я отогрелся, успокоился и подобрел.
Но, мои дивные коммунальщики вдруг вспомнили о плановой замене труб и отключили отопление и горячую воду на два дня. Когда за окном небольшой минус, а из крана льётся ледяная водичка очень удобно тренировать силу воли и закалять тело. Наблюдая за облачком пара над чашкой с чаем, я терзался вопросами: «Почему было не заменить трубы летом, когда планово отключаете воду? Или осенью?»
После двух дней вынужденной закалки я так обрадовался горячей воде и теплым батареям, что не сразу заметил подвох - бодрящую прохладу в ванной и туалете…
Вот довольно часто слышал-читал, что, мол, нефиг родину хаять, надо родине пользу приносить. В качестве приносимой пользы были почему-то налоги и служба в армии.
Так вот я исправно оплачиваю коммунальные услуги, так какого фига на мой вопрос, когда же подключат тепло в ванной, милая барышня лениво отвечает: «Не знаю. Что вы жалуетесь, люди вообще без тепла сидят».
 -А в Японии центрального отопления нет, никто не жалуется,- парирую я, - но, почему же вы требуете, что бы я ежемесячно и своевременно оплачивал счета?
-Вы мне ничего не платите, - бурчит голос в трубке.
-Буду платить лично вам, если гарантируете тепло во всей квартире,- иду на мировую я.
-Я не сантехник,- гордо заявляет барышня.
- Тогда пришлите сантехника.
-У нас по таким мелким вызовам сантехники не ходят, я же уже вам говорила, что у многих вообще тепла нет.
- А у кого ходят?
-Не знаю.
Печально уткнувшись лбом в холодный змеевик я размышляю о превратностях судьбы. Мало заплатить, чтобы получить что-то. Надо заплатить, а потом упорно оплаченное что-то выбивать.

Впал в легкий предновогодний коматоз и на последнем издыхании доживаю год злобного свинтуса.  В этом году мне щедро «насвинячили» проблем больших и малых на всех фронтах, так что теперь я знаю сакральный смысл фразы «the stars is not in position».
Думалка не думает, «крокодил не ловится, не растёт кокос»… Какому богу молится тоже не ясно.  

Второй день зависаю напротив плаката "Зенит. Футбол эпохи Возрождения". Какой тайный смысл хотел донести автор сего шедевра до моего воспаленного сознания?

Стою на пустынной улице, томлюсь в ожидании маршрутки, а в наушниках звучит блюз бродячих собак. Воровато осматриваюсь. Ни души. Начинаю тихо подвывать, пританцовывая на месте. В ногах приятно покалывает, согреваюсь. В плеере мелодии одна другой задорней, никого вокруг, можно не стесняясь мурлыкать и ритмично топтаться. Напевая «Ooh, strong man, queen of the balls, some brotherly love is a pleasure for all» я обернулся… На меня еще никогда ТАК не смотрели.  Парень даже не сел со мной в маршрутку. А уши до сих пор горят.

За сегодняшний день я возненавидел фанатов Зенита. И когда в метро очередной фанат выразил мне над ухом свой восторг, я не менее радостно посоветовал ему убиться.
- Ты чё?!! Зенит выиграл! – гаркнул фанат, грозно нависая надо мной и буравя мутными от алкоголя глазами.
Я демонстративно захлопнул книгу.
-А ты чему радуешься?- спросил я, мысленно готовясь к небольшому мордобойчику,   попутно размышляя, будет ли невежливо с моей стороны ударить первым и сломать ему нос ребром библиотечной книги.
- Мы выиграли!!!
- Выиграли футболисты Зенита, твоей заслуги в этом нет.
Звиздюлей за не разделение радости победы я не огреб, потому что парень завис. Две остановки он дышал на меня перегаром и играл в гляделки, а потом как-то сник и понуро вышел из вагона.
- Зря вы так, молодой человек…- стоящий рядом старичок неодобрительно покачал головой, - у человека радость, а вы…
А я виновато улыбнулся и уткнулся носом в книгу.

 

В большинстве американских фильмов есть кадр, где бывалый полицейский и его молодой неопытный напарник сидят в машине и охраняют порядок, поедая пончики.
И этим кадром никого не удивишь, но я чуть не протанцевал по гололеду, увидев припаркованный около ларька ментовский жигуль, а точнее его хозяев. От ларька к жигуленки шли два мента: молодой высокий парень с автоматом на плече и двумя пластиковыми стаканчиками с чаем в руках, а следом за ним семенил маленький пузатенький «бывалый» с пакетом пышек. Увидев «бывалого» с пышками я и потерял бдительность, совершив пару па на льду. 
Я стоял на остановке, пряча улыбку в шарф, а в нескольких метрах от меня доблестные стражи порядка, сидя в потрепанном жигуленке охраняли порядок, с суровым видом поедая пышки и прихлебывая горячий чай.

 

Улыбался, вспоминая как в детстве выковыривали собачьи каки из протекторов на подошве кроссовок.

В процессе переездов была утеряна книжка, ценная лишь одной сказкой. Сказка про рыжую Мод Эйплинг, искавшую мистера Смерть. И не найти.
М-м-м, нет, нашел:) Название другое, сказка та же.
насладиться

Первая осень, когда вид опадающих листьев не вызывают у меня чувства тревожности.
Попытался составить wish-list, с трудом вымучил 10 пунктов, из которых только один действительно важный. Остальные - сущая безделица с тенденцией жажды новых впечатлений.
Прошел тест Люшера, подтвердив, что да, действительно «перемен требуют наши сердца».
Теперь я понимаю, что легкий коматоз, в котором я пребываю в последнее время, есть ни что иное, как подготовка к очередной душевной мутации.