Алесь АДАМОВИЧ. Что мы потеряли и чего мы ищем...
bonapart_ps

ПРИОБРЕСТИ ЧУВСТВО САМОСОХРАНЕНИЯ (1988) Главное, что мы потеряли, — это чувство самосохранения. Хотя казалось, все в нашей недавней истории было направлено на сохранение, укрепление, бетонирование "завоеваний"На самом же деле мы это чувство утратили. Потому что потеряли чувство развития и способность к развитию, совершенствованию. Был умертвлен механизм, «ген» саморазвития. А если разлажен этот механизм, общество ждет деградация, с чем мы и столкнулись.



Что же произошло и как это случилось? Будто бы в целях сохранения, сбережения завоеваний социализма, а на самом деле — всего лишь личной власти, во имя этого на общественную жизнь, на все структуры и проявления человеческого общежития надет был, посажен тяжеленный панцирь административной, предельно бюрократизированной системы. Да, как бы во имя сохранения революционных завоеваний, защиты от внешних (и внутренних) покушений, а на самом деле — во имя собственности на власть больших и маленьких Сталиных.



Истинных революционеров-мыслителей всегда заботила не только проблема завоевания власти, обретения власти, но и не менее важное и сложное: а что будет на второй день после захвата власти? Не растеряет ли революция свои принципы, идеалы, завоевания в борьбе за удержание власти? Не переродится ли в террористическую власть? Именно



из этого исходили Махатма Ганди и его сторонники, когда свою партию вооружали методами ненасильственной борьбы, а не бомбами. Их удерживало опасение: а удастся ли остановиться «на второй день»? Не станет ли насилие перманентным, самоцелью — и после победы, завоевания власти?



Что это не «идеалистическая блажь», продемонстрировала история нашей революции, результаты которой узурпировал теоретик и практик «усиления классовой борьбы по мере нашего победоносного продвижения вперед».



История подсунула нам злого гения власти ради власти — Сталина. В нем в переизбытке имелось все, что для этого необходимо. Или как раз не было чего-то такого, что любого способно остановить на меже, где все человеческое кончается. Любого, но не Сталина. Уничтожить собственную семью, родню — способен. Во имя личной власти отринуть и предать смерти вчерашних друзей-соратников — поступал так на протяжении десятилетий. Уничтожить цвет революции, страны, армии — сделал, совершил. Войну объявить стомиллионному крестьянству и вести ее до «победного конца» — и тут преуспел. Настолько преуспел, что запоздалые наши усилия по перестройке сельского хозяйства напоминают не переоборудование или возведение заново здания — как мы пишем, — а скорее возведение времянок на огромном пожарище. Нового здания сельского хозяйства даже в проекте не видать еще.



В свете этого наша перестройка — это попытка вернуть обществу, экономическим и социальным структурам способность к развитию, снять, сбросить тяжеленный сталинский колпак административно-приказной системы. Мы его только приподняли, тот мертвящий колпак, и вдруг — статья в «Советской России», ажиотаж вокруг нее, невероятная активность в центре и на местах. Прямо-таки взрыв активничания. Такую бы — некоторым республиканским отделам ЦК, обкомам, райкомам и парторганизациям в делах по осуществлению законов о предприятии или кооперации. Статья эта — и еще важнее, всплеск партийно-административного энтузиазма в связи с ней — что это как не попытка снова надеть бетонный колпак на нашу жизнь? Не все уже поместится под него: выросло, наросло многое, что не влезет туда. Ну, да обрубать, резать по живому выученики Сталина умеют. К этому и рвутся, когда поносят гласность (пользуясь, кстати, ею же), оплевывают демократию (под ее же прикрытием).



Надежная, гарантированная демократия — это когда я, ты, он готовы умереть за право говорить все, что думаешь. Но это еще не все. ЕЕ обязательное условие — твоя готовность умереть и за право твоего оппонента с тобой не соглашаться, не с кем-то, а с тобой.



Одно смущает: оппоненты, те, кто прячутся (уже и не прячутся) за статью Н. Андреевой, они-то свое право не соглашаться используют, открыто об этом заявляют — чтобы снова всем зажать рот. Как в старые добрые времена. И, право, не знаешь, как примирить в себе сложные чувства. Особенно, когда сознаешь: возврат к прежнему — катастрофа. Не только для нашего общества, но, возможно, и для всего человечества. Выйти снова к человечеству с именем Сталина на устах? Не примет оно нас таких. И пожалуй, правильно сделает. Это все равно, если бы вы на виду у всех прогуливались, обнявшись, с убийцей вашего отца, матери, детей. А ведь это убийца миллионов!



Какие уж тут договоренности о разрядке, а тем более — о практическом разоружении? Невозможно. А значит — катастрофа.



Да, утеря чувства самосохранения, механизма развития, совершенствования — главное и самое опасное, к чему привел сталинизм. Не видя, не осознавая, какой катастрофой грозит это, не обрести нам вновь этого чувства. И тут нужна смелость, решительность, а если необходимо, то и жесткость взгляда на наше прошлое, настоящее, будущее.



Да, именно потерей чувства самосохранения объясним тот безудержный рост бюрократического слоя, который наблюдался в годы застоя. Хотя вроде бы — во имя «укрепления управления». Но это, как с раковыми клетками. Безудержно, бесконтрольно растут, множатся, хотя как раз этим обрекают организм (а в конечном счете — и себя) на гибель.

Прочитать обсуждение Вы можете
http://www.liveinternet.ru/users/bonapart_ps/post7741262/.