д-р_АГОН обратиться по имени
Среда, 19 Января 2005 г. 03:53 (ссылка)
Ночь. Москва. Кремль.
Путин собрал членов правительства на традиционное секретное собрание.
— Я собрал вас, господа, чтобы сообщить пренеприятнейшее известие, — начал он. — В стране массовые беспорядки.
— Коммунальщики, что ли, бастуют? — отозвался Греф.
— Неужели шахтеры опять на мосту? — саркастично предположил Иванов, министр обороны.
— Нет, балалаечники голодовку объявили! Тут не до смеха, все серьезно. Пенсионеры дороги перекрывают. Уже во многих городах, даже в Москве.
Министры переглянулись. Греф объяснил всеобщее удивление:
— Странно, Владимир Владимирович... Дороги как обычно пусты! Сегодня ехал на работу в 9 утра — ни души! И вечером сюда везли — я так еще посмотрел за окошко, думаю, странно. На дороге вообще никого.
— Да, да... — лепетали министры. — Никого, ни души...
— Это все СМИ, — заключил министр культуры Соколов. — Врут, превратили, понимаешь ли, телевидение в помойку! И газеты туда же!
— Нужно что-то делать с этим, — начал речь президент. — Не знаю, правда это или нет, я сам тоже ничего такого не видел, но в интернете читал. А в интернете врать не станут.
Путин, говоря от первого лица и заглядывая иногда за цифрами в бумажку, рассказал кабинету, что беспорядки нужно как-нибудь объяснить.
— Предлагаю свалить все на Березовского! — конструктивно предложил Греф. Выражение лица у него сменилось с либерального на очень даже серьезное.
— Я считаю, что во всем виноваты боевики. Они грабят поезда с деньгами, идущие в регионы.
— Это кто такой умный? Иванов?
— Да, Иванов. Ему везде боевики мерещатся. Хи-хи. Уже пять лет десяток бандитов мочит, — пошутил Соколов. В зале послышалось хихиканье.
— Закончить галдеж! — строго оглянул президент министров. — У нас тут, все-таки, не филармония! Кстати, Соколов, вам филармония.
— Это моя шутка, — недовольно пробормотал Шойгу.
— Сегодня шучу я, — ответил Путин. — Я всех вас увольняю и Фрадкова прежде всего. Решение уже почти принято.
Министры опешили от неожиданности. Было, конечно, понятно, что антигосударственные высказывания советника и провал десятипроцентного плана инфляции повлекут серьезные меры, но отставки никто не ожидал.
— Не беспокойтесь, с пустыми руками никто не уйдет, — продолжал президент. — Специально для премьера я издал указ о восстановлении Налоговой полиции. Кудрину достанется инвестиционная компания.
— Какая, Владимир Владимирович?
— Ну эта... Я уже не помню, как она называется. Балтийская какая-то, э, не п..., да, балтийская, там, инвестиционная... тьфу, не балтийская, а..., а... байкаль... ба.., «Байкальская инвестиционная компания». Вот, она достанется Кудрину.
— Но ее вроде давно уже купили и продали, Владимир Владимирович!
— Не передергивайте. Это «Байкалфинансгрупп» купили и продали. Сечин и Сурков, если ты не знаешь. А «Байкальскую инвестиционную» специально для тебя зарегистрировали вчера. Будем туда этот самый, мега..., нет, «Вымпелком» оптимизировать. Так что всем советую переключаться на МТС. Тем более что это выгодно.
Путин встал из-за своего стола, заходил по комнате заседаний. Сделал несколько кругов вокруг министров, о чем-то напряженно думая.
— Думаю, Иванова и Шойгу придется все-таки оставить. Жириновского тоже.
— Но он не в правительстве, Владимир Владимирович!
— Пригласим. На твое место. Ну или на место Грефа.
Все засмеялись. Смех длился минут пять, но его прервал возмущенный возглас министра образования и науки Фурсенко:
— Я тоже хочу кусок собственности! Кудрину, значит, «Би-лайн», Фрадкову — полицию, а мне что? МГУ!? Мне там что, со студентов за общаги деньги брать? Или профессоров крышевать? Вообще...
— А ты плату за вход установи! — пошутил министр финансов. Кабинет рассмеялся: Кудрин сегодня был в ударе. — Будешь там фундаментальной наукой заниматься. Ха-ха... В лаборатории... Все правильно делаете, Владимир Владимирович!
— Прошу прекратить! — Путин ударил по столу. Министры снова опешили. — Здесь я все решаю! Знаете ли, есть такая пословица: пар эн парэм нон хабит империум!
— Это на каком языке, Владимир Владимирович?
— На латинском.
— Но мы же не в Латвии, Владимир Владимирович!
— Специально для министра финансов перевожу: равный над равным силы не имеет. Но мне, конечно, из этой ерунды больше всего нравится последнее словечко: империум, — Путин мечтательно посмотрел вверх. — Империум!
Президент еще долго сидел и мечтал. Когда все разошлись и уборщица уже гремела ключами, он думал о том, что следует еще раз поздравить Януковича, покритиковать Лукашенко и слетать в Казахстан потрясти Назарбаева за границу.
Уже светало. Путин поднял эбонитовую трубку старого телефона и набрал номер.
— Первый канал? Это Эрнст? Президент беспокоит. Слушай, надо найти еще старух, поагитировать против льгот... Что, нет таких? Хорошо искали?... Хм. И что, даже десятка не наберется?.. То есть вообще никак!? Жаль.
Путин подумал еще немного и решил пойти на решительность.
— Ну тогда, Костя, готовь сюжет: террористы грабят поезда, везущие в регионы льготные компенсации... А покрывает их Фрадков. Вот. А все министры пусть будут его пособники. Нужно с честью проводить ребят. Все, пока. А, нет, стой... Иванова, Шойгу и Козака не трогать. Все. Давай.
Продолжение следует...