"Набережная Невы", А.К. Беггров, 1876. Русский музей, СПб.

Сын живописца родом из прибалтийских немцев (отсюда и такая фамилия), Александр Карлович несмотря на род деятельности отца, изначально пошел по военной стезе: сначала отучился в Инженерно-артиллерийском училище Морского ведомства, а в 1863 году принял присягу и начал службу в Императорском флоте.                                                                                                                         В 1868 году Беггров был одним из офицеров фрегата "Александр Невский", который потерпел крушение неподалеку от датского побережья. Картину на этот сюжет решит написать известный маринист Алексей Боголюбов, который, увидев зарисовки Беггрова, порекомендовал ему "не закапывать свой талант в землю". Боголюбов еще сыграет свою огромную роль в судьбе моряка-художника.

"Фрегат «Светлана»", А.К. Беггров, 1878. Центральный военно-морской музей, СПб. На этом фрегате Беггров сопровождал одного из сыновей императора в кругосветном путешествии.

"Пляж в Бигаунциемсе. Ливония", А.К. Беггров, 1879. Частное собрание. Ныне это Латвия."Вид на Неву от Зимнего дворца", А.К. Беггров, 1881. Русский музей, СПб. Если художник писал эту картину с натуры, то он должен был находиться на крыше Зимнего дворца.

Очевидно, слова мариниста запали в душу Беггрову, и через два года (будучи уже почти 30-летним) тот начинает посещать Академию художеств как вольнослушатель, где его учителями будет Михаил Клодт и Алексей Боголюбов. Через несколько лет офицер выходит в отставку и в тот же год (1874) уезжает в Париж, где снова будет учиться у Боголюбова, уехавшего во французскую столицу годом ранее. Кроме русского наставника у Беггрова будут и французские: Леон Бонна и маринист Эжен Изабе.

Вообще влияние Боголюбова на своего ученика будет настолько сильным, что в своих мемуарах известный скульптор Илья Гинцбург вспоминал:

Боголюбов однажды охарактеризовал своего ученика (возможно, с иронией): «…он, подлец, стал копировать меня и так подделался под мою манеру писать, что его картины принимали за мои».

"Шевенинген. Голландия", А.К. Беггров, 1887. Нижнетагильский музей изобразительных искусств. Художник посещал Нидерланды в 1876-1877 годах.

"Горное озеро", А.К. Беггров, 1896. Частное собрание."Берег в окрестностях Гапсаля", А.К. Беггров, 1897. Ярославский художественный музей. Гапсаль - это город в Эстляндии, ныне это город Хаапсалу.

Любопытно, что именно в Париже художник сойдется с другими русскими живописцами-передвижниками: там он познакомится с Ильей Репиным и Константином Савицким, отправленных за границу Академией художеств. Тогда же Беггров начнет участвовать в выставках передвижников, а вскоре станет и полноправным членом Товарищества.

В дальнейшем художник неоднократно будет участвовать в различных международных выставках: так утверждается, что за эту картину художник получил "высшую награду" Всемирной выставки в Париже в 1878 году (на ней кстати говоря, была представлена голова знаменитой американской "Статуи свободы"):"Вид Невы и Стрелки Васильевского острова с Фондовой биржей", А.К. Беггров, 1879. Центральный военно-морской музей, Санкт-Петербург.

Однако же, подтверждение этому я не нашел, сколько не пытался искать, хотя картина "Санкт-Петербург зимой" Беггрова действительно участвовала в выставке, но золотую медаль получила другое полотно. Тот год, однако, еще примечателен тем, что Беггрова назначат художником Морского министерства. Он останется им до самой своей смерти. В последние годы жизни он постоянно проживал в Гатчине, что под Санкт-Петербургом.

После продолжительной болезни, сопровождающейся нестерпимыми болями, "выстрелом из револьвера в сердце покончил с собой 73-летний Александр Карлович Беггров", как напишут тогда в некрологе местной газеты. Произошло это в 1914 году, за несколько месяцев до начала войны, изменившей так много в нашей и мировой истории.

Он бойко справлялся с рисунком и акварелью, изображая городские виды, движение судов на реке, но все это носило иллюстративный характер, видна была условная умелость с трафаретной, заученной манерой письма, выработанной им за многие годы...

Обыкновенно он был в это время занят своими произведениями: ввинчивал кольца в рамы, завязывал веревки, протирал стекла на акварелях. У него все должно было иметь аккуратный, блестящий вид, как у вещей на корабле.

Эти воспоминания говорят нам о том, что до самого конца живописец оставался и морским офицером тоже, что безусловно вызывает уважение.