История песни Бориса Мокроусова и Марка Лисянского.

Материал о советском композиторе Борисе Мокроусове выходил на моём канале уже достаточно давно. Тогда я оставил без внимания одну очень известную его песню, которая в самом конце XX века пережила второй виток популярности благодаря Алле Борисовне Пугачевой. Сейчас эта песня как раз приходится по сезону – повод о ней вспомнить.   

«Осенние листья шумят и шумят в саду», - запела Примадонна в 1997 г. Композитора тогда уже почти 3 десятилетия, как не было на свете, а музыкальное произведение приближалось к полувековому юбилею, ему шел 46-ой год.

 

 

 

Авторы песни: композитор Мокроусов, Борис Андреевич (1909-1968), поэт Лисянский, Марк Самуилович (1913-1993)

 

В отличие от «Вологды» того же композитора, которую на всю страну прославили «Песняры» уже после ухода автора из жизни, «Осенние листья» были прекрасно известны публике и раньше, и старшее поколение помнит других её исполнителей. Пугачева не могла не обратить на себя внимания, а потому её «кавер» стал одним из самых известных.

А началось всё с пьесы «В Лебяжьем» авторства Дмитрия Прокопьевича Девятова. В 1951 г. по ней готовил спектакль Московский театр им. Станиславского. Это была не первая постановка произведения, ранее его воплотили на сцене в Тамбове.

Стать композитором московского спектакля пригласили Бориса Мокроусова, чуть позже телефонный звонок с предложением написать стихи для «грустной осенней песни» раздался в квартире Марка Лисянского.

Марк Самуилович очень тепло отзывался о своём соавторе, во многом личность композитора и побудила его принять предложение:

«Само имя Бориса Мокроусова звучало для меня музыкой, песней, поэзией. Его песни были у всех на слуху. Нетрудно догадаться, что, услышав это имя, я сразу же согласился написать «грустную осеннюю песню».

Благодаря воспоминаниям Лисянского известны обстоятельства рождения этой песни.

Соавторы договорились о встрече в гостях у Мокроусова. Композитор тогда жил на Фрунзенской набережной.

«Песня должна быть грустной, но не тоскливой»,

- такую задачу Борис Андреевич поставил соавтору.

«Мы изобразим встречу со своей старой любовью. Это не только об осени. Это о человеческой судьбе. Это о жизни…», -

приводил Лисянский в своих воспоминаниях слова Мокроусова.

Под мелодию, которую он стал наигрывать на рояле, у Лисянского родилась строчка «Осенние листья шумят в саду». Музыкальная фраза была длиннее, композитору, как выразился Лисянский в своих воспоминаниях, «хотелось простора». Так в тексте появилось второе «шумят». Оттолкнувшись от главной строчки, как бы сегодня сказали хит-фразы, поэт сочинил текст и показал его композитору на следующий же день. Оказалось, что ориентируясь всё на ту же заглавную строчку, композитор уже дописал музыку. Принесенный Лисянским текст с итоговой мелодией «не сошелся».

А дальше между авторами встало извечное противоречие «поэтов и композиторов», что должно сочиняться сначала – музыка или стихи. Как известно, почти все поэты и композиторы по «любимому» принципу работы условно делятся на две категории. В этой песне «сошлись» два соавтора с разными принципами работы.

«Писать стихи на готовую музыку – худое дело»,

- считал Лисянский.

Композитор не соглашался с ним. Он привык сначала писать музыку, а уже потом приглашать поэта. Музыкант недоумевал, почему композитор, вчитываясь в текст, может сочинить мелодию, а поэт, вслушиваясь в музыку, поняв её настроение, не может сочинить стихи.

«Конечно, может»,

- ответил ему Лисянский, но в песнях, написанных подобным способом, по мнению Марка Самуиловича, текст зачастую имеет мало общего с поэзией.

«Согласен. Подобных песен уйма. Потому что пишут стихи не поэты, а бесталанные стихотворцы-ремесленники»,

- сказал Мокроусов.

Этот диалог между авторами иллюстрирует, что противоречие, неразрешенное до сих пор и часто вызывающее споры, существовало ещё в середине прошлого века. С тех пор прошло уже семь десятилетий.

Своего соавтора Мокроусов «ремесленником», естественно, не считал. Сошлись на том, что текст уже практически готов. Придуманы две главные строчки: «Осенние листья шумят и шумят в саду, знакомой тропою я рядом с тобой иду» и по две строки для каждого куплета, Лисянскому осталось только дописать двустишия к куплетам - и дело сделано. Следуя за мелодией Мокроусова, Марк Самуилович досочинил недостающие строки, в результате получилось стихотворение «со странным ритмическим рисунком», как характеризовал её сам автор.

Песня быстро стала хитом. Как и предполагалось, она прозвучала в спектакле и с театральной сцены перекочевала на эстраду. Широкой аудитории «Осенние листья» явил голос Владимира Нечаева

Примерно в тот же период её запела и Вера Красовицкая.

В числе классических вспоминают исполнение "Осенних листьев" артисткой Ленинградского театра оперетты Тамарой Кравцовой.

В разные годы эту песню исполняли две известных семейных пары. В 1956-ом Аркадий Райкин с женой Руфь Иоффе, а позже, в конце 60-х - дуэт Аллы Иошпе и Стахана Рахимова.

По иронии судьбы сложилось так, что историю этой композиции закольцевали «Девятовы». Писалась песня для спектакля по мотивам пьесы Дмитрия Девятого, а спустя много лет, в музыкальном дискурсе начала 2010-х уже после Пугачевой, эту песню исполнила однофамилица драматурга и наследница знаменитого певца-народника – Марина Девятова.

Бывают песни, которые не стареют, сколько бы лет не прошло с момента их написания и первого исполнения, их знают, поют люди разных поколений, от мала до велика. В наследии Бориса Андреевича Мокроусова таких много: «Одинокая гармонь», «Песня Яшки-Цыгана», «Песенка фронтового шофера» и т. д. «Осенние листья» занимают своё место в этом ряду. Она давно стала народным хитом. «Грустная, но не печальная», а даже немного теплая, лирическая песня, рожденная в споре двух талантливейших людей, живет уже много лет.

_________________________________