КАк известно, для правильного сперматогенеза, то бишь процесса образования спермы, нужна температура заметно ниже, чем 36,6. Поэтому яички вынесены за пределы брюха. Но нынешней весной, иногда так и хочется...
И отсекла Суламифь главу его, закрыв при том очи. А когда отверзла она очи свои, узрела сия славная дщерь лик не лепый но ужасный. И нарекла она сию тварь...
Утконос Петя был всеобщим любимцем. Несмотря на ядовитые шпоры и застывшую на морде постоянную глупую ухмылку. Петю любили за умение слушать, соглашаться и сочувствовать. Он мог войти в положение любого жителя эвкалиптовых трущоб. Сегодня Петя проникается горестями крокодила, обожравшегося несвежими поссумами и потерявшего интерес к супруге, а завтра - льёт слёзы над рассказом осиротевших поссумят, выпавших из родительской сумки в самом начале крокодильего ужина.
Лес души не чаял в мудром утконосе. Он был и духовником и другом для всех, кто нуждался во внимании и чуткости.
И если ты, мой юный читатель, полагаешь, что сейчас сюжет этой сказки круто повернёт и выяснится, что утконос Петя на самом деле полный мудак и гнида, то ты ошибся адресом. Петя хороший.
Вчера, по случаю приезда из Германии нашего друга, выпивали в маленьком заведении неподалёку от "Звёздной". Хозяин кафе, высокий приятный армянин, подошёл к Лёне и похвалил его армянскую узорчатую шапочку, обещая за сей головной убор скидки и кредиты. Я завёл разговор о Дживане Гаспаряне, питая надежду подольстится к хозяину и помня о том, что при упоминании имени дяди Дживана все, в ком течёт хоть капелька армянской крови, расплываются в улыбках и мечтательно закатывают очи.
Хозяин грозно нахмурился и досадливо поглядывая на меня, разразился гневной речугой с массой горячих жестов.
Суть его выступления состояла в том, что музыкантов такого уровня, как Дживан, в Армении - жопой ешь, но дядя Д., как выбился в функционеры в советские времена, так, по сию пору, позиции сдавать не собирается, старый хрен! И другим, талантливым, дороги не даёт, дудочник пузатый!
В общем, скидок мне не дали.
Хочется продолжить: оставшиеся в живых 3% Масхадова продолжают свою подрывную деятельность из нового бункера, расположенного под жилым домом в посёлке Достоевский-Юрт...
Лесной Хорь Серёга был очень стремительным животным. Настолько быстрым, что бесчисленные жертвы, которых он зверски загрыз и растерзал, не успевали ничего заметить. Они гибли под его клыками мгновенно, отправляясь в нижний мир спокойными и счастливыми. Серёга не без оснований считал себя невероятно опасным и одарённым убийцей. Но свидетелей его кошмарных деяний не находилось. Никто ничего не просекал. Все зверюшки, видевшие Серёгу на месте преступления, обнаруживали его застывшим над дохлятиной и брезгливо называли падальщиком. Неуклюжие старомодные киллеры, вроде волков и лис, презрительно сплёвывали, когда хорь проходил мимо. Серёга огрызался: - дилетанты!..
Скорость губила Серегину карьеру. Он отчаялся. Исхудал. Пристрастился к чистой крови. Начал спиваться.
Но быстроту не пропьёшь. Никем не понятый, не оцененный, но по-прежнему мгновенный, Серёга загрызся.
Питон Степан жил на краю тропического леса и не любил гостей. Был он длинным и толстым гадом, настолько гладким, что зацепиться не за что. Всех тех, кто заходил в его места без разрешения – а разрешения он не давал никому, питон Степан заглатывал целиком, начиная с ног. Своё питонье дело он знал назубок. Ел медленно и обстоятельно, с едомым любил пообщаться по душам. Разузнать о лесных новостях, о жизни вообще и о родне своей пищи в частности. Двигало Степаном не праздное любопытство, а внимательное и чуткое отношение к собственному желудочному здоровью. Всегда нелишне знать, что ты ешь и в каких условиях росла и готовилась пища. В процессе общения жертвы влюблялись в Степана, он казался им самым близким, родным существом. Единственным, кто понимает и разделяет их горести. А Степан, будучи созданием сострадательным и неравнодушным, старался вникнуть во все нюансы и помочь. По возможности. Он точно знал – сказывался богатый опыт – что нужно сказать пациенту, чтобы одним махом разрешить все его проблемы. И Степан обязательно сделал бы это! Помог бы, облегчил, очистил, снял бы грех с души и избавил бы от комплексов…
Если б не занятый рот.
1968 год - новорождённый (4,8 кг)
1982 год - семиклассник (42 кг)
1991 год - врач-педиатр (68 кг)
1993 год - художник (67 кг)
1995 год - папа (63 кг)
1996 год - литератор (72 кг)
2003 год - криэйтор (78 кг)
2005 год - директор (83 кг)