Сейчас я допью свой ромашковый чай, поплаваю в ванне и улягусь спать. Не в пять утра, как обычно, а хотя бы в два.
Утром не буду материться себе под нос в стиле "Будь проклят тот день, когда...", а включу один из кабельных исторических каналов и буду запивать зеленым чаем рассказы о каких-нибудь римлянах.
На обед буду есть супчик, а не кофе закусывать сигаретами.
Вечером не стану кусать губы в раздумьях, начать ли плакать или все-таки ругаться.
И буду считать все это точкой отсчета нормальной человеческой жизни.

С Днем меня Рождения.

Хватит ныть, вообще-то. Вообще -- хватит.
Все временно.
Сессии закончатся, работы закончатся, праздничные даты когда-нибудь пройдут.
И потому -- хватит.

И если я еще раз спрошу "зачем" или "в чем высший смысл", то дайте мне в лоб, пожалуйста. Ибо заебала.

Очень не хочется учиться. Ничему. Как раскурить сигарету на ветру и что пальцы совать в розетку не очень здорово -- эти уроки я давно усвоила. Все остальное -- зачем?..
Чуть меньше, но все равно не хочется работать. Но придется. Но не хочется. Но никуда не денешься.
Не хочется застолий, гостей, поздравлений, подарков. Хотя если всего этого не будет -- обижусь и буду сердито сопеть в уголке. Я ж, блин, вся такая противоречивая, что самой тошно.

А хочется забраться под одеялко, заснуть и спать сладко-сладко, долго-долго, и, если возможно, не просыпаться.

С ужасом и непролазной тоской думаю о третьем июня. Двадцать лет -- это много. Что-то среднее между четвертью и третью человеческой жизни.
Понятно: родители, прочие родственники, лучшие друзья, просто друзья, хорошие приятели и просто знакомые. Реал, телефон, Интернет. Есть, пить. Напиться, накуриться, удолбаться -- чтоб не было так страшно.

"Бля, Юля, ты там рождаться собираешься или умирать?" -- спросил меня один непосредственный человек.
"Не вижу особой разницы", -- промолчала я.

Безусловно, главный вопрос этой недели звучит так: "Удастся ли мне наконец убиться об стену, трагически померев за несколько дней до собственного двадцатилетия?".

Впрочем, подать и не хочется. Наподдать хорошенечко - сколько угодно, а подать руку, ногу или еще чего как-то... брезгливо.
Ну, что же делать, если раздражают меня люди, хоть реальные, хоть виртуальные, хоть тот самый людь, что в зеркале. Фу. Доебаться бы до кого, прицепиться и посабачиться от души -- может, тогда полегчает. Хотя вряд ли.

Да, господа, это круче, чем все прочие виды спорта.
Ваша покорная умудрилась не спать, хотя встала в шесть утра, смогла вылакать бутылку белого вина и почти не опьянеть, и, кажется, меня угораздило сорвать голос в процессе матерения всех тех, кто голосовал не за Россию.

Короче, Билан -- молодец! Хоть диск иди покупай.

Напиться, что ли?..
Ну, внимая советам товарищей к предыдущему посту.
По шансону я не специалист, а вот промурлыкать что-нибудь из Окуджавы -- легко.
Все равно ведь в моем состоянии соблазнительным кажется только медленное убивание себя об стену.

Я люблю своих родителей. По-своему. И мои родители меня любят. Тоже по-своему. Надо признать, довольно замысловато.

Приехала в наш чудный город дальняя родственница, ныне проживающая в Польше. Тетенька лет пятидесяти.

Дорогие родители торжественно вручили мне ключи от бабушкиной квартиры и велели ухаживать за гостьей и обеспечивать ее культурный досуг. Очень-очень культурный, ага.

Тететька приехала, казалась не слишком мымрой. Это радовало и оставляло сладкую надежду, что культурный досуг не будет совсем уж тоскливым. Но тетенька превзошла все мои ожидания.

Вечерело. Гостья деликатко постучалась в комнату, где сидела я и низким приятным голосом спросила, не найдется ли в доме винца. Хотя бы кружечки. Почему именно кружечки, а не бокальчика - я так до сих пор и не выяснила. Перечить не решилась, принесла тёте винца. В бутылочке. Кружечки в большом количестве свободно стояли в кухне.

После второй бутылочки того самого винца и, кажется, седьмой по счету кружечки, тетенька запела. Два часа ночи, хорошо выпившая тетенька, трезвая идиотка я и специфический репертуар. Пикантная подробность: дорогая гостья в свое время отсидела некоторое количество лет за мошенничество, а потому исполняемые песни были типа "А на нарах плакали девчата, вспоминали молодость свою...". Ыыы. Я фигела.

Но по причине тонких стен более всего фигели соседи. Выхожу утром из квартиры, встречаюсь на лестничной клетке с очень томной дамой в шляпке. Дама нежно сказала "Доброе утро, Юленька", печально покачала головой и отправилась по своим дамочковым делам.

Дома холодно даже в теплой пижаме.
Дохленький обогреватель не спасает.
Сердито хлюпаю ромашковым чаем.
Пропади оно всё пропадом.
Совсем всё, совсем пропади.
Бу. И, наверное, бля.

Знаешь, я очень не люблю невыполненных обещаний. Возможно потому, что сама довольно редко их выполняю.
Больше этого я не люблю только неисполнившиеся мечтания и несбывшиеся сновидения, когда понятно уже, что дело тут не во времени, не в пространстве, а в чем-то другом. Гораздо более многогранном и страшном.
И остается только курить на лестнице, всхлипывать на каждой слишком личной мысли и убеждать себя, что всё вот это и есть жизнь.

Да, господа, да.
Юлия Викторовна окончательно и бесповоротно ебанулась.
Она купила себе ЕЩЁ три пары чулочков и ЕЩЁ два флакона духов.
Сумма покупки составляет что-то около шести тысяч родных рублёв.
Ой. Ой-ой-ой.

А я сижу -- и радуюсь.
Но как так можно, как можно, можно как...

Работала до восьми утра. В девять вползла домой. Приняла душ и рухнула спать, как дохлая суриката. Проснулась, решила пойти на кухню поохотиться за чем-нибудь съедобным. Открыла холодильник и что же я там обнаружила, господа?!..
Почти целую бутылку водки и половинку лимона! Потом, о слава небесам, я нашла на верхней полке банку консервов. Возрадовалась, наивное создание. Так ведь консервы оказались собачьими!
Нет, на что остроумный высший разум намекает, если считает водку, лимон и собачьи консервы для меня подходящим обедом-ужином?! То есть, понятно, конечно, кем я по его разумению являюсь, но зачем же так грубо?..

В 10 вечера 9 мая шла на работу.
Недоумеваю до сих пор.
Милые, томные, хрупкие барышни! Если вы прекрасно знаете, что вечером будете в говно, то зачем напяливать на себя пыточные колодки со шпилькою сантиметров в 15?!..

Все раздражает.
Болит зуб, голова и хвост отваливается.
Очень хочется то ли разораться, то ли разреветься, то ли учинить еще что-то такое же некрасивое.
Куда податься, чем заняться, обо что бы такое убиться, чтоб не очень больно.
Что обнадеживает -- вселенская тоска, скорбь и апатия в скором времени могут трансформироваться в злость, ярость и разрушительную энергию. И тогда уже плохо будет всем остальным. И поделом.

Никогда, господа! Никогда перед сном не читайте "Божественную комедию"! Мне всю ночь снились круги Ада и прочие кошмары.
Приобщилась, называется, к прекрасному. Тьфу.

Стоять на темной грязной лестнице, курить, понимать, что назад уже не дойти никак, совсем невозможно. И то ли сигареты виноваты, то ли звездное небо, то ли слезы, но шатает же, мир рушится на глазах, не дойти назад никак.

Вдохнуть глубоко. Еще раз. Саму себя по физиономии шлепнуть. Несколько раз. Добрести по стеночке до рабочего места. Облегченно вздохнуть.

А что дальше, дальше-то что?..
Я, господа, трус, я изо всех сил надеюсь, что не доживу до старости, что не узнаю, что же там дальше.

В какой-то умной шибко психологической книжке читала, что самый верный и легкий способ определить, какие люди нам действительно важны и нужны, а которые так себе, кофе попить вместе приятно, но и только, -- так вот лучший способ это дело определить, просто-напросто отследить, к каким людям мы чаще всего обращаемся в своих внутренних монологах. Они и будут самыми главными, без которых никак, никогда и незачем.

Отследила. Пошевелила ушами. И окончательно охренела от обнаруженного.

Нет, я не обращаюсь к Богу, совсем никогда не обращаюсь, потому как весьма смутно разумею, кто это, чего это, и как с этим общаться.

Я даже не обращаюсь к великим мертвецам, хотя могла бы. Благо в истории человечества вполне возможно отыскать нескольких симпатичных мне лично человек. Да и потом, разговор, пусть и воображаемый, к примеру, с Кантом, -- это же офигеть как круто, сами понимаете. Ладно.

Но ведь и к реальным людям я не обращаюсь, вот что печально. Вернее, к реальным, но не совсем. К персонажам, созданным безусловно на основе реальных личностей, однако все они так или иначе усовершенствованы моим же бурным воображением и тягой к прекрасному (читай "идеальному"). Крылья у всех болтаются, пусть у некоторых и на соплях, блестками посыпаны, в рюшечки обряжены, и все такие душечки белые-замечательные-пушистые, что хоть плачь от умиления. А на деле-то, если крылья оторвать, блестки стряхнуть, рюшечки к чертям выбросить, то товарищей-то этих иногда хочется веником хорошенечко отходить. Ну, или хоть подушкой. За дела всякие разные.

Неправильно все это. Разрыв между иллюзией и реальностью велик. Лишние разочарования сулит.
Надо как-то иначе, а страшно.

Дуализм и проблемность человеческой природы в чем заключается?
Правильно, в том, что тело однозначно смертно, а душа вроде как бессмертна.
И поэтому тело по сути своей очень жизнерадостно, у него слишком мало времени на страдания. Ему хочется съесть, выпить, потанцевать, трахнуть кого-нибудь в конце концов. И даже физические страдания, вызванные той или иной болезнью, -- только психосоматика ебанутого духа.
А дух, он бессмертен, у него времени до жопы, и потому он сидит и грузится, грузится, грузится. Падла.

Ты выходишь ночью на крышу и смотришь в черное небо. И рассказываешь самой себе о том, что мы обязательно будем счастливы. Пусть когда-нибудь, когда деревья будут большими, или даже уже засохнут и упадут, но будем, обязательно будем. И пройдет, окончательно пройдет вот это безнадежное "Мы будем жить не просто и светло, и тех любить, кто нас во грош не ставит. И в грош не ставить тех, кто любит нас" -- это непременно пройдет, закончится, сотрется. И тоска ночная, и скука дневная, и ежемоментное ощущение бессмысленности всего и вся -- все пропадет. Ты смотришь на звезды и луну, и шепчешь то ли себе, то ли тихому небу о будущем счастье. И странно кажется, что луна тебе верит и будто бы улыбается. Ты сама не веришь себе, а она вот верит. Но значит ли это, что сбудется?..