Ребята, всем-всем большое спасибо за внимание и пожелания! Даже не представляла, как много людей, так хорошо ко мне относятся. Догладываю, что мой день варенья прошёл на высшем уровне, львица осталась доволь-
на! Разрешите, Вам всем, пожелать огромного человеческого счастья, испепеляющей любви и жизненных удач! Я всех-всех очень люблю и всегда рада видеть Вас в гостях, в моём дневничке.

Очень рада новому ПЧ,bvg , будет время, заходите в гости!!!

Урааааааааааааааааааааа, а у меня уже зелёненькая звёздочка появилась!

Фрейд все-таки был прав
Группа ученых из университета Сент-Эндрюс в результате исследования пришла к выводу, что старина Фрейд все-таки был прав. Женщины действительно стараются выбрать в спутники жизни мужчин, которые напоминают им их отцов.

А мужчин не оставляет в покое образ мамы, который находит отражение в выборе супруги. В особенности, эта закономерность касается внешнего вида партнеров. Если у мужчины голубоглазая и светловолосая мама с некогда ангельским выражением лица, то он, скорее всего, женится на такой же нежной и субтильной блондинке. Хотя по характеру эти женщины могут существенно различаться и даже быть противоположностями. У женщин все происходит немного по-другому. Известно, что мужчины имеют привычку любить глазами, в то время как прекрасная половина человечества склонна делать это ушами. Поэтому женщинам не так важно, похож ли избранник на дражайшего папочку внешне. Для них более существенной представляется психологическая схожесть этих людей, их образа мысли и манеры воздействия на женщину.

Социологическое исследование возглавил юный специалист Энтони Литтл, которого очень волновал затронутый вопрос - ведь ему еще только предстоит вить семейное гнездо. "Мало кто обращает внимание на эту закономерность, - говорит Литтл, - им не приходит в голову, что похожая внешность их родителей и супругов вовсе не случайна, и они сами сделали такой выбор, правда, бессознательно".

Результаты исследования были опубликованы в журнале "Эволюция и поведение человека". Кстати, не только человек выбирает себе спутника жизни, похожего на родителя. То же самое наблюдается и у некоторых видов животных, в частности, у приматов. Внешний вид и характер родителей ассоциируются у человека - и у животных тоже - с безопасностью и комфортом, и эти установки закладываются в постнатальный период, а изменить их практически невозможно.

Естественно, выбранные спутники жизни не являются идентичными копиями родителей, но непременно напоминают их некоторыми качествами личности. Например, если у женщины разница в возрасте с отцом составляет более 35 лет, то, скорее всего, она выберет себе мужа на 10 и более лет старше. А если у мужчины мать не была домохозяйкой, а делала карьеру, то велика вероятность того, что его жена будет мало находиться у семейного очага и все свое время станет проводить на работе.

Примечательно, что в межрасовых семьях будущий выбор детей также определяется родителями. Полукровки в большинстве случаев будут выбирать себе в сексуальные партнеры представителей той расы, к которой относится родитель противоположного пола.

Т а й н ы д р а г о ц е н н ы х к а м н е й

Старая персидская легенда рассказывает, что благородные камни - творения Сатаны, который, заметив, что Ева любуется пестрыми цветами, растущими в райских садах, дал им великолепные краски созданиям земли, дабы возбуждать в людских сердцах алчность, соблазны.

Более прозаично их геологическое происхождение - благородные минералы образовались в результате химических процессов, происходивших в период формирования земной коры. Уже в древнейшие времена они служили украшениями, а их блеск и окраска возбуждали удивление и восхищение. У каждой эпохи были свои излюбленные благородные камни. Египтяне охотно носили украшения из изумрудов, бирюзы, аметистов, горного хрусталя. Римляне выше всего ставили алмазы и сапфиры. Семирамида, Клеопатра и другие царицы древних времен обожали жемчуга.

Мода ренесанса и барроко отдавала предпочтение цветным благородным каменьям: рубинам, сапфирам, топазам. Туалеты дам и кавалеров эпохи роккоко сверкали бриллиантами. И, наконец, эпоха романтизма открыла красоту полудрагоценных камней: гранатов, опалов, аквамаринов и хризолитов. Ювелиры периода SECESSII делали красивые и оригинальные броши, ожерелья и браслеты, усыпанные красноватыми сердоликами, зеленым "кошачьим глазом" или переливающимися молочно-голубыми блеском лунными камнями (селенитами). Впрочем, выбор той или иной драгоценности зависел не только от вкуса ее обладателя. С благородными камнями были связаны разнообразнейшие суеверия и верования. Камень был не только украшением, но и талисманом, приносящим счастье, амулетом, охраняющим от болезней и бед, а иногда и признаком профессии.

Астрологи утверждали, что каждый драгоценный камень принадлежит к определенному знаку зодиака. Потому-то люди, родившиеся в данном месяце, должны носить кольца с соответствующим камнем ношение камня не соответствующего знаку зодиака, под которым родился его обладатель, должно было оказать дурное влияние на его судьбу.

Некоторые камни особенно рекомендовались людям определенных профессий: моряков от опасностей морских плаваний охранял изумруд, турмалин был камнем художников, аметист - духовных лиц. Также в различных житейских ситуациях хорошо было обладать подходящим камнем-талисманом.

В эпоху ренесанса новобрачные обменивались кольцами с изумрудами, т. к. эти камни должны были обеспечить постоянное чувство. А лунные камни преодолевали любовные препятствия. Игрокам благоприятствовали александриты, а беременным женщинам - изумруды. Также широко было распространено поверие в лечебные свойства драгоценных камней. В средние века золотых дел мастеру приходилось быть не только ремесленником и купцом, но также иногда и врачом, который в случае надобности умел подобрать для своих клиентов камень, помогающий при различных телесных и духовных недомоганиях.

Еще в XVIII веке польская шляхта, очень любившая богатые наряды и украшения, верила что:
аметист - оберегает от пьянства,
карбункул - примиряет друзей,
хризолит - отгоняет ночные кошмары,
коралл - хранит от молнии,
гранат - веселит сердца,
топаз - усмиряет гнев,
сапфир - защищает женщину от клеветы.

Все это старательно отметил в своем дневнике французский путешественник. Ношение драгоценностей, кроме того, подчинялось правилам хорошего тона. Гранаты, жемчуг, бирюзу считали подходящими для молодых девиц. Незамужней женщине, независимо от возраста, неподобало носить бриллианты. Непрозрачные камни - агат, оникс или хризоберилл - были единственным допустимым украшением траурной одежды. Для тех, кто хотел бы узнать, какой камень-талисман надо носить соответственно дню рождения и какие свойства приписывали ему знаменитые астрологи, предназначена новая рубрика "Талисман для тебя". Но не относитесь к ней слишком серьезно. Это - только подборка любопытных сведений о драгоценных и полудрагоценных камнях, а не советы насчет того, как с помощью драгоценностей достичь счастья и успеха.

СТРАННОСТИ




Из архива

Личинка попала в организм женщины, скорее всего, когда та купалась в грязном бассейне


В Иране женщина родила жабу

Корреспондент.net
29 Июня 2004, 09:50

Жительница иранского города Ираншехр, расположенного на юго-востоке страны, родила лягушку. Правдивая история о необычном, практически сказочном инциденте была опубликована в иранской газете Etemaad.



Согласно данным издания, предполагается, что лягушка выросла из личинки в организме женщины. Как это могло произойти, пока не ясно.

Газета цитирует специалистов, которые утверждают, что у лягушки наблюдаются некоторые черты, которые характерны для людей. В частности, издание приводит слова специалиста по клинической биологии доктора Аминифарда о том, что форма пальцев, языка, а также его размер у лягушки напоминают человеческие.

"Так называемая лягушка", как пишет газета, должна пройти точную генетическую и анатомическую проверку.

По мнению ученых, личинка попала в организм женщины, скорее всего, когда та купалась в грязном бассейне. Как отмечает издание, у мамы "лягушонка" уже есть двое детей.

В истории медицины известны случаи, когда люди верили, что в их телах живут лягушки, ящерицы и даже змеи.

Один из наиболее знаменитых случаев датируется XVII столетием: жительница Германии Катарина Гейсслерин была известна тем, что ее "рвало жабами".

Когда в 1662 году она умерла, врачи вскрыли ее тело, но не нашли свидетельств того, что в ее теле жило какое-либо животное.

По материалам NEWSru.com, Ananova

Не ходила на свиданья,
Ты меня не целовал
Грезила в своих мечтаньях,
Чтоб «любимая» сказал.

Сердце сжалось словно камень,
Боль пронзила изнутри
Утолив души страданья,
Разум вторил: «разлюби».

Ты как призрак, дымка, ветер
Я придумала тебя
Только боль в душе и трепет,
Отрекаюсь я любя…


Не могу я жить, страдая,
Добровольно выбран путь
Силу чувств одолевая,
Губы шепчут тихо…Будь…

Опять приснился сон вчера,
Что я к тебе приехал снова
Ты встретила меня одна,
И к встрече ты была готова

Ведь долго ты меня ждала
На лавочку мы опустились,
Меня ты нежно обняла.
Мы в поцелуе крепком слились,

И очень долго в этот раз,
Прижавшись, ты ко мне сидела,
Ходили люди вокруг нас,
До них нам никакого дела.

Потом пошли к тебе домой
Меня ты отпустить боялась,
Шептала нежно, мальчик мой,
При этом мило улыбалась.

Потом с шампанским как всегда,
Со мной ты танго танцевала
И не заметил я когда,
Одежда тихо зашуршала.

Как быстро промелькнула ночь,
Мы не заметили рассвета,
Никто не может нам помочь,
Короткие ведь ночи летом.

А вот конец, не очень

Всё это было так прекрасно,
Тебя увидеть, прикоснуться
Владеть тобою - это счастье
Несчастье же, потом проснуться.

Стою уже здесь пол часа,
Я жду тебя, я жду ТЕБЯ!
И пусть пурга летит в лицо,
Я простою ещё часок.

Возможно, срочные дела,
Возможно, спутала сама
Я время нашего свиданья,
Что ты сказал мне на прощанье.

Ах, это было всё вчера,
Но столько времени прошло…
Всего лишь день, а кажется,
Взмахнуло вечности крыло.

Но я же тут, я буду ждать!
И всё виной тому…любовь!..
Ах, эта страсть, ах, этот яд,
Ещё глоток, ещё глоток!
***
Стою уже здесь 2 часа,
Я жду тебя, я жду ТЕБЯ!
Слеза скатилась по щеке,
Упала в сумерки… Тебя всё нет!..
-----

Простенькое стихотворение о нелёгкой судьбе влюблённых -)
_________________
Главное, верить в свою мечту, верить всем сердцем, и она непременно за это вас отблагодарит -)

* * *

Радости и горести, страсти, шутки, нервы,
Всё, чем я печалился долгие года,
Закатал, как в банку, я в стихи-консервы,
Сохранить желая чувства навсегда.

Родственную встретил душу я, подранка,
И теперь безумственно плача и любя,
Радостно-восторженно я вскрываю банку:
Милая-любимая, – это для тебя !

2001

Ещё раз о Симонове.

Константин Симонов принадлежит к тому поколению советских писателей, которое нача­ло свой литературный путь в середине 30-х годов. Это было время второй пятилетки — время больших решающих побед советского народа, завершавшего строительство социали­стического общества. А за рубежами нашей страны нарастала опасность новой войны: гит­леровцы переходили к осуществлению своих захватнических планов. И острое, глубокое ощущение роста своей родины соединялось в творчестве молодых советских художников с чувством боевой готовности, с думами о пред­стоящих испытаниях и трудах.

К. Симонов родился в Ленинграде в 1915 году, детские и отроческие годы провел в Рязани и в Саратове, в семье командира Крас­ной Армии. В 1930 году он окончил семь клас­сов трудовой школы, затем учился в ФЗУ и стал токарем по металлу. Работал сначала в Саратове, потом в Москве. Уже поступив в Литературный институт имени Горького при Союзе советских писателей, Симонов в течение двух лет совмещал учебу и труд на производ­стве. Окончив Литературный институт в 1939 году, он поступил было в аспиран­туру, но, проучившись, год, прервал занятия, для того чтобы поехать в качестве военного корреспондента в Монголию, в связи с япон­ской агрессией в районе Халхин-Гола. Там он работал в армейской газете «Героическая, красноармейская».

Началась Великая Отечественная война, и вме­сте с сотнями советских писателей он был при­зван в армию. На протяжении всей войны Симонов работал корреспондентом газеты «Красная звезда», печатая на ее страницах многочисленные очерки и статьи. Лучшие из них составили четыре сборника под общим на­званием «От Черного до Баренцева моря».

Богатство жизненных фактов и идейный, нравственный опыт, приобретенный Симоно­вым в действующей армии, разумеется, не могли быть исчерпаны в его корреспонденциях. В годы войны были напечатаны его пьеса «Рус­ские люди», повесть «Дни и ночи», книги стихов «Лирика» и «Война», пьесы «Так и бу­дет», «Жди меня». Работа Симонова была отмечена высокими наградами—орденом Красного Знамени и двумя орденами Отече­ственной войны первой степени. Произведе­ния военных лет—«Парень из нашего горо­да», «Русские люди» и «Дни и ночи» удо­стоены Сталинских премии.

«Война еще только начинается», — говорил герой пьесы «Парень из нашего города», идя на «последний штурм» позиций японских за­хватчиков на берегу Халхин-Гола. И точно: в следующей пьесе Константина Симонова — «Русские люди», — действие которой происхо­дит осенью 1941 года, воспитанник Луконина, бывший водитель Иван Никитич Сафонов, теперь командир автобата, возглавляя неболь­шую группу бойцов, отрезанную от наших войск, прижатую к соляному лиману, упорно сражается с окружившими его гитлеровцами, добывая победу.

Пьеса «Русские люди» написана в 1942 го­ду. До той поры Симонов уже опубликовал большое количество фронтовых очерков, кор­респонденции, лирических стихов и публици­стических статей. Как и многие советские писа­тели, он с первых же дней Великой Отечествен­ной войны начал трудную и ответственную деятельность армейского журналиста, отдал свой талант и вдохновение делу победы. По его собственному признанию — в «Рассказе о рассказах», — Симонов «собирался пи­сать что угодно: статьи, корреспонденции, очерки, но отнюдь не рассказы. И первые пол­года войны так оно и получалось». Однако уже и в эти полгода Симонов писал не только кор­респонденции, но и лирические стихи, печатав­шиеся в столичных и фронтовых газетах. За­тем ему пришлось написать свой первый рас­сказ, за которым последовали и другие, потом пьесу, повесть... Армии всей нашей стране нужны были произведения злободневные и вместе с тем идейно 'и художественно глубокие, полноценные, охватывавшие все стороны дея­тельности и внутренней жизни советского чело­века в грозные дни Отечественной войны. Расцвет в годы Великой Отечественной вой­ты лирики, самого тонкого и проникновенного рода поэзии, рост ее влияния—еще одно свое­образное и яркое свидетельство высокой чело­вечности и народности советской социалисти­ческой культуры. Написанные в трудных военных условиях, от самого сердца идущие строки отражали широту и благородство со­ветской поэзии. Высокие моральные качества, сложившиеся в мирной обстановке, теперь, в дни военной страды, выступали с особенной отчетливостью, приобретали действенный, непримиримый, боевой характер.

Лирическое стихотворение Константина Симонова «Жди меня» — это страстная и откровенная беседа двух близких, горячо лю­бящих людей, беседа, в которой слышится речь лишь Одного из участников, но угадывается облик обоих. Эти задушевные строки были на­печатаны на страницах «Правды», а затем переписаны в тысячи солдатских записных книжек — так по сердцу пришлось стихотворе­ние, такой широкий и горячий отклик читате­лей оно вызвало!

В «Жди меня» К. Симонов защищал те же взгляды и представления о любви, которые он выражал и ранее — скажем, в «Транссибир­ском экспрессе» или в пьесе «Парень из нашего города». В самом деле, разве не так же ждала Сергея Луконина его жена Варя, как должна была ожидать лирического героя стихотворе­ния «Жди меня» его подруга?


Жди меня, и я вернусь.
Только очень жди.
Жди, когда наводят грусть
Желтые дожди,
Жди, когда снега метут,
Жди, когда жара,
Жди, когда других не ждут,
Позабыв вчера,
Жди, когда из дальних мест
Писем не придет,
Жди, когда уж надоест
Всем, кто вместе ждет.


Эти строфы утверждают мужество и вер­ность в любви. Каждая новая строка говорит о носом испытании, которое предстоит преодо­леть любящим, и в то же время она повторяет один и тот же призыв, говорит о том же чув­стве: о надежде на счастье, об умении его за­воевать вопреки всем препятствиям — «всем смертям назло». И в этой собранной, сосредо­точенной, бьющей в одну точку лирической ре­чи, будто переливающей стойкость и выдерж­ку — как переливают кровь, — из одного любя­щего сердца в другое, угадывается нравствен­ный облик ждущей и ожидаемого.

В годы войны Симонов написал много сти­хов о любви (они составили большой цикл— «С тобой и без тебя»). Почти все они проникнуты чувством тревоги, говорят об опасности, угрожающей влюбленным. Но, не­смотря на кажущееся единство тона и настрое­ния, стихи эти весьма различны. Внутренняя напряженность одной группы стихов имеет реальное, жизненное основание и рождена борьбой за сильное и чистое чувство, за труд­но дающееся, но крепкое и прочное счастье любящих сердец. Напряжение и видимая взволнованность другой группы стихов имеет условный, мнимый характер—здесь присут­ствует не подлинная человечная любовь, а ее имитация, «игра», нарочито, искусственно усложненная. Вот в одном из стихотворений (1945) Симонова читаем:


Нет, я не прошу пощады,
Запоздалой доброты.
Мы уже скрестили взгляды,
Я во прахе, в счастье ты.
Лучше я умру, как в. сказке,
Как в сраженье ветеран,
Лучше я сорву повязки
Со своих сердечных ран,
Лучше в судорогах биться,
Бредить при смерти в ночи,
Чем вчерашнего убийцу
Взять в домашние врачи.
Чем ленивое леченье
И терпение твое,
Лучше пусть умрет в мученьях
Сердце бедное мое.


Скрестившиеся взгляды, повязки, сорван­ные с сердечных ран, судороги и бред, убийца, взятый во врачи, сердце, умирающее в мучень­ях, — как много чисто внешнего возбуждения в приведенных строках! Но читатель не разде­ляет его, потому что за всеми этими «эффект­ными» восклицаниями не ощущается подлин­ного чувства, не видно серьезных человеческих отношений, не ясна суть драматического ослож­нения, о котором здесь идет речь.

Наиболее законченное выражение получи­ла эта линия любовной лирики Симонова в его большом стихотворении «Несколько дней» (1940—1946), где любовь, превращенная в «поединок», то есть потерявшая свою светлую и чистую основу, получала и соответствующее окружение в виде неизвестно откуда взявшейся барской усадьбы и «шикарного» кабака. Тут-то с наибольшей отчетливостью и обнажалась инородность подобных барских и снобистских ноток: по самой своей сути они были чужды характеру лирического героя, выступавшего в лучших стихах Симонова, — характеру целост­ному и морально здоровому, не способному размениваться на мелкую «игру» надуманных страстишек. Этот лирический герой не мог так чувствовать, так говорить о любви:

Предчувствие любви страшнее Самой любви. Любовь, как бои. Подобная «философия» любви не имеет ничего общего с тем "хорошим, сильным чув­ством, с тем сердечным уважением, которое на­полняет слова, что обращены к любимой, спо­собной спасти «среди огня ожиданием своим». Это любовь, далекая от безмятежной идиллии и покоя, любовь борца, воина- к ней порой примешивается и горечь по ушедшим из жизни и тоска по близким, отделенным огромными пространствами, но главное в ней — сила духа, стойкость, чистота побуждений и прочная, органическая связь с товарищами по борьбе, способность откликаться на их чувства и переживать с ними.

Еще заметнее,, чем в лирической поэзии, выступает связь» с работой военного коррес­пондента в прозе Симонова. В «Рассказе о рассказах» писатель, сам устанавливает эту связь, называет конкретных людей, послужив­ших прототипами отдельных героев, и те реаль­ные события, которые легли в основу некото­рых его рассказов.

Заглянув в творческую лабораторию Си­монова, мы вместе с тем получаем возможность определить, что же именно отделяет художе­ственную прозу от достоверного изложения фактов. Это образное обобщение, умение в не­посредственном, наглядном изображении чело­веческих отношений и поступков раскрыть чер­ты типические, характерные, обнажить не сра­зу доступное глазу глубинное развитие явле­нии. Надо сказать, что по силе и широте обоб­щения рассказы Симонова далеко не равноцен­ны. Среди них встречаются и произведения, 0чень близкие к очерку, имеющие точно опре­деленное задание: обрисовать, например, воз­росшие опыт и умение советских войск, так яс­но проявившиеся уже зимой и весной 1943 го­да, во время очищения Северного Кавказа и Дона от гитлеровцев («Зрелость»); передать важнейшие этапы боев на Курской дуге («Тре­тье лето»); охарактеризовать тяжелый труд пехотинца, что «ползет по грязи, идет по пы­ли, стынет, мокнет, переносит такие трудности, о которых никто не знает» («Пехотинцы»). Обо всем этом Симонов рассказал серьезно, с хорошим знанием подробностей, с той скры­той, не требующей громких фраз, но отчетливо ощущаемой заинтересованностью, которая и позволяет его называть армейским писа­телем. Но все же упомянутые произведения имеют несколько специальный характер. Лю­ди здесь «привязаны» к определенному перио­ду или роду оружия. Писателя здесь в первую очередь занимает профессиональная, докумен­тальная сторона в изображении событий и об­становки. Иначе написаны рассказы «Третий адъю­тант», «Малышка», «Ночь над Белградом», «Бессмертная фамилия». Симонов и здесь не пренебрегал характерными подробностями.

Перечитывая военные дневники К. Симоно­ва (к сожалению, пока охватывающие лишь первые месяцы Великой Отечественной вой­ны), ясно видишь, откуда брал писатель сюжеты своих рассказов и поэм, очерков, ли­рических стихотворений и повестей. Так, сти­хотворение, начинавшееся строками «Над черным носом нашей субмарины взошла Вене­ра — странная звезда», было задумано на мостике подводной лодки, возвращавшейся из похода, когда поэт заметил на черном южном небе «блестевшую совсем отдельно от других звезд зеленую Венеру». Историю, которая легла в основу поэмы «Сын артиллериста», Симонов услышал на полуострове Рыбачьем, в самой крайней северной точке фронта. Там же, в районе Мурманска, поэт ходил с развед­чиками в десант, сдав при этом, как полага­лось, все документы, «оставив у себя только одну фотографию», и об этом впоследствии рассказал в стихотворении «Я, перебрав весь год, не вижу...» Возвращаясь в январе 1942 го­да из поездки в Феодосию, только что очищен­ную нашими войсками от гитлеровцев, Симо­нов услышал «романтическую историю» о де­вушке, тосковавшей по убитом человеке, ей почти неизвестном, но любимом. «Долго я хотел написать об этом стихотворение, — заме­чает Симонов, — но оно так и не получилось. А когда я сел писать «Русские люди», то весь этот эпизод почти целиком вошел в пьесу».

Эти короткие записи позволяют нам соста­вить представление об источниках, которые питали творчество Симонова, о том, какие до­стоверные факты были положены в основу со­здаваемых им книг. Но так же ясно замет­на и большая преобразующая, формирую­щая работа, проделанная писателем, прежде чем им был пройден путь от непосредствен­ных наблюдений к художественным произве­дениям. Именно потому, что Симонов хорошо знает людей армии, их жизнь и чувства, он пишет не только о сражениях и походах, но и о раз­луках и встречах, о тех, кто ожидает дома бой­цов, беспокоится о них и успокаивает их. Уже в поэме «Далеко на востоке...», напи­санной сразу же после Халхин-Гола, Симонов писал:


И когда солдаты,
которым завтра в бой,
говорят не только о торжестве наших дней,
а еще, грустя, вспоминают о доме,
о матери,
о родных,
то это тревожит только маленьких
чернильных людей,
верящих громким словам,
но не верящих сердцу, которого нет у них самих.


О матери, о любимой, о доме, о родных думают и герои Симонова — армейские лю­ди — и он сам. Писатель помнил об этом и в стихотворении «Жди меня» и во многих других своих произведениях военных лет. А когда раз­гром врага стал делом близким и несомнен­ным, Симонов написал пьесу «Так и будет», темой которой было возвращение победителей к домашнему очагу. Симонов вошел в литературу молодым. К сорока годам он успел написать много книг, получивших широкую известность и переве­денных на многие языки. Литературную работу он сочетает с оживленной и многосторонней общественной и организаторской деятель­ностью. И вместе с тем он еще далеко не раскрыл своих возможностей. Читая его кни­ги, мы ясно видим неровности литературного мастерства, видим и то, как упорно он ищет, как привлекают его новые вопросы, выдвигаемые жизнью, как стремительный обращает­ся он к их решению. В своих лучших лирических стихах, в прозе, в наиболее ярких, содержательных поэмах и пьесах, обращаясь к самым различным темам, Симонов сохраняет неизменное своеобразие; он верен направле­нию, принятому им в самом начале творче­ского пути.

И.Д.РУДИНСКОМУ

Солнца луч золотой
Бросил искру свою
И своей теплотой
Согрел душу мою.

И надежда в груди
Затаилась моей;
Что-то жду впереди
От грядущих я дней.

Оживило тепло,
Озарил меня свет.
Я забыл, что прошло
И чего во мне нет.

Загорелася кровь
Жарче дня и огня.
И светло и тепло
На душе у меня.

Чувства полны добра,
Сердце бьется сильней.
Оживил меня луч
Теплотою своей.

Я с любовью иду
На указанный путь,
И от мук и тревог
Не волнуется грудь.

<1911>
вверх



ЗВЕЗДЫ

Звездочки ясные, звезды высокие!
Что вы храните в себе, что скрываете?
Звезды, таящие мысли глубокие,
Силой какою вы душу пленяете?

Частые звездочки, звездочки тесные!
Что в вас прекрасного, что в вас могучего?
Чем увлекаете, звезды небесные,
Силу великую знания жгучего?

И почему так, когда вы сияете,
Маните в небо, в объятья широкие?
Смотрите нежно так, сердце ласкаете,
Звезды небесные, звезды далекие!

<1911-1912>
вверх



ВОСПОМИНАНИЕ

За окном, у ворот
Вьюга завывает,
А на печке старик
Юность вспоминает.

"Эх, была-де пора,
Жил, тоски не зная,
Лишь кутил да гулял,
Песни распевая.

А теперь что за жизнь?
В тоске изнываю
И порой о тех днях
С грустью вспоминаю.

Погулял на веку,
Говорят, довольно.
Размахнуть старину
Не дают раздолья.

Полно, дескать, старик,
Не дури ты много,
Твой конец не велик,
Жизнь твоя у гроба.

Ну и что ж, покорюсь, -
Видно, моя доля.
Придет им тоже час
Старческого горя".

За окном, у ворот
Вьюга завывает,
А на печке старик
С грустью засыпает.

<1911-1912>
вверх



МОЯ ЖИЗНЬ

Будто жизнь на страданья моя обречена;
Горе вместе с тоской заградили мне путь;
Будто с радостью жизнь навсегда разлучена,
От тоски и от ран истомилася грудь.

Будто в жизни мне выпал страданья удел;
Незавидная мне в жизни выпала доля.
Уж и так в жизни много всего я терпел,
Изнывает душа от тоски и от горя.

Даль туманная радость и счастье сулит,
А дойду - только слышатся вздохи да слезы,
Вдруг наступит гроза, сильный гром загремит
И разрушит волшебные, сладкие грезы.

Догадался и понял я жизни обман,
Не ропщу на свою незавидную долю.
Не страдает душа от тоски и от ран,
Не поможет никто ни страданьям, ни горю.

<1911-1912>
вверх



ЧТО ПРОШЛО - НЕ ВЕРНУТЬ

Не вернуть мне ту ночку прохладную,
Не видать мне подруги своей,
Не слыхать мне ту песню отрадную,
Что в саду распевал соловей!

Унеслася та ночка весенняя,
Ей не скажешь: "Вернись, подожди".
Наступила погода осенняя,
Бесконечные льются дожди.

Крепким сном спит в могиле подруга,
Схороня в своем сердце любовь.
Не разбудит осенняя вьюга
Крепкий сон, не взволнует и кровь.

И замолкла та песнь соловьиная,
За моря соловей улетел,
Не звучит уже более, сильная,
Что он ночкой прохладною пел.

Пролетели и радости милые,
Что испытывал в жизни тогда.
На душе уже чувства остылые.
Что прошло - не вернуть никогда.

<1911-1912>
вверх



НОЧЬ

Тихо дремлет река.
Темный бор не шумит.
Соловей не поет,
И дергач не кричит.

Ночь. Вокруг тишина.
Ручеек лишь журчит.
Своим блеском луна
Все вокруг серебрит.

Серебрится река.
Серебрится ручей.
Серебрится трава
Орошенных степей.

Ночь. Вокруг тишина.
В природе все спит.
Своим блеском луна
Все вокруг серебрит.

<1911-1912>
вверх



ВОСХОД СОЛНЦА

Загорелась зорька красная
В небе темно-голубом,
Полоса явилася ясная
В своем блеске золотом.

Лучи солнышка высоко
Отразили в небе свет.
И рассыпались далеко
От них новые в ответ.

Лучи ярко-золотые
Осветили землю вдруг.
Небеса уж голубые
Расстилаются вокруг.


<1911-1912>
вверх



К ПОКОЙНИКУ

Уж крышку туго закрывают,
Чтоб ты не мог навеки встать,
Землей холодной зарывают,
Где лишь бесчувственные спят.

Ты будешь нем на зов наш зычный,
Когда сюда к тебе придем.
И вместе с тем рукой привычной
Тебе венков мы накладем.

Венки те красотою будут,
Могила будет в них сиять.
Друзья тебя не позабудут
И будут часто вспоминать.

Покойся с миром, друг наш милый,
И ожидай ты нас к себе.
Мы перетерпим горе с силой,
Быть может, скоро и придем к тебе.

<1911-1912>
вверх



ЗИМА

Вот уж осень улетела,
И примчалася зима.
Как на крыльях, прилетела
Невидимо вдруг она.

Вот морозы затрещали
И сковали все пруды.
И мальчишки закричали
Ей "спасибо" за труды.

Вот появилися узоры
На стеклах дивной красоты.
Все устремили свои взоры,
Глядя на это. С высоты

Снег падает, мелькает, вьется,
Ложится велой пеленой.
Вот солнце в облаках мигает,
И иней на снегу сверкает.

<1911-1912>
вверх



ПЕСНЯ СТАРИКА РАЗБОЙНИКА

Угасла молодость моя,
Краса в лице завяла,
И удали уж прежней нет,
И силы - не бывало.

Бывало, пятерых сшибал
Я с ног своей дубиной,
Теперь же хил и стар я стал
И плачуся судьбиной.

Бывало, песни распевал
С утра до темной ночи,
Теперь тоска меня сосет
И грусть мне сердце точит.

Когда-то я ведь был удал,
Разбойничал и грабил,
Теперь же хил и стар я стал,
Все прежнее оставил.

<1911-1912>
вверх



* * *

Нет сил ни петь и ни рыдать,
Минуты горькие бывают,
Готов все чувства изливать,
И звуки сами набегают.
вверх



* * *

Я ль виноват, что я поэт
Тяжелых мук и горькой доли,
Не по своей же стал я воле -
Таким уж родился на свет.

Я ль виноват, что жизнь мне не мила,
И что я всех люблю и вместе ненавижу,
И знаю о себе, чего еще не вижу,
Ведь этот дар мне муза принесла.

Я знаю - в жизни счастья нет,
Она есть бред, мечта души больной,
И знаю - скучен всем напев унылый мой,
Но я не виноват - такой уж я поэт.
вверх




ДУМЫ

Думы печальные, думы глубокие,
Горькие думы, думы тяжелые,
Думы от счастия вечно далекие,
Спутники жизни моей невеселые!

Думы - родители звуков мучения,
Думы несчастные, думы холодные,
Думы - источники слез огорчения,
Вольные думы, думы свободные!

Что вы терзаете грудь истомленную,
Что заграждаете путь вы мне мой?
Что возбуждаете силу сломленную
Вновь на борьбу с непроглядною тьмой?

Не поддержать вам костра догоревшего,
Искры потухшие... Поздно, бесплодные.
Не исцелить сердца вам наболевшего,
Думы больные, без жизни, холодные!
вверх



ЗВУКИ ПЕЧАЛИ

Скучные песни, грустные звуки,
Дайте свободно вздохнуть.
Вы мне приносите тяжкие муки,
Больно терзаете грудь.

Дайте отрады, дайте покоя,
Дайте мне крепко заснуть.
Думы за думами смутного роя,
Вы мне разбили мой путь.

Смолкните, звуки - вестники горя,
Слезы уж льются из глаз.
Пусть успокоится горькая доля,
Звуки! Мне грустно от вас.

Звуки печали, скорбные звуки,
Долго ль меня вам томить?
Скоро ли кончатся тяжкие муки,
Скоро ль спокойно мне жить?
вверх




СЛЕЗЫ

Слезы... опять эти горькие слезы,
Безотрадная грусть и печаль;
Снова мрак... и разбитые грезы
Унеслись в бесконечную даль.

Что же дальше? Опять эти муки?
Нет, довольно... Пора отдохнуть
И забыть эти грустные звуки,
Уж и так истомилася грудь.

Кто поет там под сенью березы?
Звуки будто знакомые мне -
Это слезы опять... Это слезы
И тоска по родной стороне.

Но ведь я же на родине милой,
А в слезах истомил свою грудь.
Эх... лишь, видно, в холодной могиле
Я забыться могу и заснуть.
вверх




* * *

Не видать за туманною далью,
Что там будет со мной впереди,
Что там... счастье, иль веет печалью,
Или отдых для бедной груди.

Или эти седые туманы
Снова будут печалить меня,
Наносить сердцу скорбные раны
И опять снова жечь без огня.

Но сквозь сумрак в туманной дали
Загорается, вижу, заря -
Это смерть для печальной земли,
Это смерть, но покой для меня.
вверх




ВЬЮГА НА 26 АПРЕЛЯ 1912 г.

Что тебе надобно, вьюга,
Ты у окна завываешь,
Сердце больное тревожишь,
Грусть и печаль вызываешь.

Прочь уходи поскорее,
Дай мне забыться немного,
Или не слышишь - я плачу,
Каюсь в грехах перед богом.

Дай мне с горячей молитвой
Слиться душою и силой,
Весь я истратился духом,
Скоро сокроюсь могилой.

Пой ты тогда надо мною,
Только сейчас удалися,
Или за грешную душу
Вместе со мной помолися.
вверх




ПРЕБЫВАНИЕ В ШКОЛЕ

Душно мне в этих холодных стенах,
Сырость и мрак без просвета.
Плесенью пахнет в печальных углах -
Вот она, доля поэта.

Видно, навек осужден я влачить
Эти судьбы приговоры,
Горькие слезы безропотно лить,
Ими томить свои взоры.

Нет, уже лучше тогда поскорей
Пусть я уйду до могилы,
Только там я могу, и лишь в ней,
Залечить все разбитые силы.

Только там я могу отдохнуть,
Позабыть эти тяжкие муки,
Только лишь там не волнуется грудь
И не слышны печальные звуки.
вверх




ДАЛЕКАЯ ВЕСЕЛАЯ ПЕСНЯ

Далеко-далеко от меня
Кто-то весело песню поет.
И хотел бы провторить ей я,
Да разбитая грудь не дает.

Тщетно рвется душа до нее,
Ищет звуков подобных в груди,
Потому что вся сила моя
Истощилась еще впереди.

Слишком рано я начал летать
За мечтой идеала земли,
Рано начал на счастье роптать,
Разбираясь в прожитой дали.

Рано пылкой душою своей
Я искал себе мрачного дня
И теперь не могу вторить ей,
Потому что нет сил у меня.
вверх




МОИ МЕЧТЫ

Мои мечты стремятся вдаль,
Где слышны вопли и рыданья,
Чужую разделить печаль
И муки тяжкого страданья.

Я там могу найти себе
Отраду в жизни, упоенье,
И там, наперекор судьбе,
Искать я буду вдохновенья.
вверх





БРАТУ ЧЕЛОВЕКУ

Тяжело и прискорбно мне видеть,
Как мой брат погибает родной.
И стараюсь я всех ненавидеть,
Кто враждует с его тишиной.

Посмотри, как он трудится в поле,
Пашет твердую землю сохой,
И послушай ты песни про горе,
Что поет он, идя бороздой.

Или нет в тебе жалости нежной
Ко страдальцу сохи с бороной?
Видишь гибель ты сам неизбежной,
А проходишь его стороной.

Помоги же бороться с неволей,
Залитою вином, и с нуждой!
Иль не слышишь, он плачется долей
В своей песне, идя бороздой?
вверх





* * *

Я зажег свой костер,
Пламя вспыхнуло вдруг
И широкой волной
Разлилося вокруг.

И рассыпалась мгла
В беспредельную даль,
С отягченной груди
Отгоняя печаль.

Безнадежная грусть
В тихом треске углей
У костра моего
Стала песней моей.

И я весело так
На костер свой смотрел,
Вспоминаючи грусть,
Тихо песню запел.

Я опять подо мглой.
Мой костер догорел,
В нем лишь пепел с золой
От углей уцелел.

Снова грусть и тоска
Мою грудь облегли,
И печалью слегка
Веет вновь издали.

Чую - будет гроза,
Грудь заныла сильней,
И скатилась слеза
На остаток углей.
вверх





ДЕРЕВЕНСКАЯ ИЗБЕНКА

Ветхая избенка
Горя и забот,
Часто плачет вьюга
У твоих ворот.

Часто раздаются
За твоей стеной
Жалобы на бедность,
Песни звук глухой.

Все поют про горе,
Про тяжелый гнет,
Про нужду лихую
И голодный год.

Нет веселых песен
Во стенах твоих,
Потому что горе
Заглушает их.
вверх





ОТОЙДИ ОТ ОКНА

Не ходи ты ко мне под окно
И зеленой травы не топчи,
Я тебя разлюбила давно,
Но не плачь, а спокойно молчи.

Я жалею тебя всей душою,
Что тебе до моей красоты?
Почему не даешь мне покою
И зачем так терзаешься ты?

Все равно я не буду твоею,
Я теперь не люблю никого,
Не люблю, но тебя я жалею,
Отойди от окна моего!

Позабудь, что была я твоею,
Что безумно любила тебя,
Я теперь не люблю, а жалею -
Отойди и не мучай себя.
вверх





ВЕСЕННИЙ ВЕЧЕР

Тихо струится река серебристая
В царстве вечернем зеленой весны.
Солнце садится за горы лесистые.
Рог золотой выплывает луны.

Запад подернулся лентою розовой,
Пахарь вернулся в избушку с полей,
И за дорогою в чаще березовой
Песню любви затянул соловей.

Слушает ласково песни глубокие
С запада розовой лентой заря.
С нежностью смотрит на звезды далекие
И улыбается небу земля.
вверх





* * *

И надо мной звезда горит,
Но тускло светится в тумане,
И мне широкий путь лежит,
Но он заросший весь в бурьяне.

И мне весь свет улыбки шлет,
Но только полные презренья,
И мне судьба привет несет,
Но слезы вместо утешенья.

<1915>
вверх



НОЧЬ

Усталый день склонился к ночи,
Затихла шумная волна,
Погасло солнце, и над миром
Плывет задумчиво луна.
Долина тихая внимает
Журчанью мирного ручья.
И темный лес, склоняясь, дремлет
Под звуки песни соловья.
Внимая песням, с берегами,
Ласкаясь, шепчется река.
И тихо слышится над нею
Веселый шелест тростника.

<1910-1912>
вверх



ПОЭТ

Тот поэт, врагов кто губит,
Чья родная правда мать,
Кто людей, как братьев, любит
И готов за них страдать.
Он все сделает свободно,
Что другие не могли.
Он поэт, поэт народный,
Он поэт родной земли!

<1912>
вверх



КАПЛИ

Капли жемчужные, капли прекрасные,
Как хороши вы в лучах золотых,
И как печальны вы, капли ненастные,
Осенью черной на окнах сырых.

Люди, веселые в жизни забвения,
Как велики вы в глазах у других
И как вы жалки во мраке падения,
Нет утешенья вам в мире живых.

Капли осенние, сколько наводите
На душу грусти вы чувства тяжелого.
Тихо скользите по стеклам и бродите,
Точно как ищете что-то веселого.

Люди несчастные, жизнью убитые,
С болью в душе вы свой век доживаете.
Милое прошлое, вам не забытое,
Часто назад вы его призываете.

<1912>
вверх



* * *

Ты плакала в вечерней тишине,
И слезы горькие на землю упадали,
И было тяжело и так печально мне,
И все же мы друг друга не поняли.
Умчалась ты в далекие края,
И все мечты увянули без цвета,
И вновь опять один остался я
Страдать душой без ласки и привета.
И часто я вечернею порой
Хожу к местам заветного свиданья,
И вижу я в мечтах мне милый образ твой,
И слышу в тишине тоскливые рыданья.

<1912-1913>
вверх



* * *

Грустно... Душевные муки
Сердце терзают и рвут,
Времени скучные звуки
Мне и вздохнуть не дают.
Ляжешь, а горькая дума
Так и не сходит с ума...
Голову кружит от шума.
Как же мне быть? И сама
Моя изнывает душа.
Нет утешенья ни в ком.
Ходишь едва-то дыша.
Мрачно и дико другом.
Доля, зачем ты дана!
Голову негде склонить,
Жизнь и горька и бедна,
Тяжко без счастия жить.

<1913>
вверх



У МОГИЛЫ

На память об усопшем

В этой могиле под скромными ивами
Спит он, зарытый землей,
С чистой душой, со святыми порывами,
С верой зари огневой.
Тихо погасли огни благодатные
В сердце страдальца земли,
И на чело, никому не понятные,
Мрачные тени легли.
Спит он, а ивы над ним наклонилися,
Свесили ветви кругом,
Точно в раздумье они погрузилися,
Думают думы о нем.
Тихо от ветра, тоски напустившего,
Плачет, нахмурившись, даль.
Точно им всем безо времени сгибшего
Бедного юношу жаль.

<1913>
вверх



БЕРЕЗА

Белая береза
Под моим окном
Принакрылась снегом,
Точно серебром.

На пушистых ветках
Снежною каймой
Распустились кисти
Белой бахромой.

И стоит береза
В сонной тишине,
И горят снежинки
В золотом огне.

А заря, лениво
Обходя кругом,
Обсыпает ветки
Новым серебром.

<1913>
вверх



ПОРОША

Еду. Тихо. Слышны звоны
Под копытом на снегу,
Только серые вороны
Расшумелись на лугу.

Заколдован невидимкой,
Дремлет лес под сказку сна,
Словно белою косынкой
Подвязалася сосна.

Понагнулась, как старышка,
Оперлася на клюку,
А над самою макушкой
Долбит дятел на суку.

Скачет конь, простору много,
Валит снег и стелет шаль.
Бесконечная дорога
Убегает лентой вдаль.


<1914>
вверх



СЕЛО
(Из Тараса Шевченко)

Село! В душе моей покой.
Село в Украйне дорогой,
И, полный сказок и чудес,
Кругом села зеленый лес.
Цветут сады, белеют хаты,
А на горе стоят палаты,
И перед крашеным окном
В шелковых листьях тополя,
А там все лес, и все поля,
И степь, и горы за Днепром...
И в небе темно-голубом
Сам бог витает над селом.

<1914>
вверх



* * *

Колокол дремавший
Разбудил поля,
Улыбнулась солнцу
Сонная земля.

Понеслись удары
К синим небесам,
Звонко раздается
Голос по лесам.

Скрылась за рекою
Белая луна,
Звонко побежала
Резвая волна.

Тихая долина
Отгоняет сон,
Где-то за дорогой
Замирает звон.

<1914>
вверх



КУЗНЕЦ

Душно в кузнице угрюмой,
И тяжел несносный жар,
И от визга и от шума
В голове стоит угар.
К наковальне наклоняясь,
Машут руки кузнеца,
Сетью красной рассыпаясь,
Вьются искры у лица.
Взор отважный и суровый
Блещет радугой огней,
Словно взмах орла, готовый
Унестись за даль морей...
Куй, кузнец, рази ударом,
Пусть с лица струится пот.
Зажигай сердца пожаром,
Прочь от горя и невзгод!
Закали свои порывы,
Преврати порывы в сталь
И лети мечтой игривой
Ты в заоблачную даль.
Там вдали, за черной тучей,
За порогом хмурых дней,
Реет солнца блеск могучий
Над равнинами полей.
Тонут пастбища и нивы
В голубом сиянье дня,
И над пашнею счастливо
Созревают зеленя.
Взвейся к солнцу с новой силой,
Загорись в его лучах.
Прочь от робости постылой,
Сбрось скорей постыдный страх.

<1914>
вверх




С ДОБРЫМ УТРОМ!

Задремали звезды золотые,
Задрожало зеркало затона,
Брезжит свет на заводи речные
И румянит сетку небосклона.

Улыбнулись сонные березки,
Растрепали шелковые косы.
Шелестят зеленые сережки,
И горят серебряные росы.

У плетня заросшая крапива
Обрядилась ярким перламутром
И, качаясь, шепчет шаловливо:
"С добрым утром!"

<1914>
Cергей Есенин

ВЕСЕННИЙ ВЕЧЕР

Тихо струится река серебристая
В царстве вечернем зеленой весны.
Солнце садится за горы лесистые.
Рог золотой выплывает луны.

Запад подернулся лентою розовой,
Пахарь вернулся в избушку с полей,
И за дорогою в чаще березовой
Песню любви затянул соловей.

Слушает ласково песни глубокие
С запада розовой лентой заря.
С нежностью смотрит на звезды далекие
И улыбается небу земля

Сергей Есенин

ОТОЙДИ ОТ ОКНА

Не ходи ты ко мне под окно
И зеленой травы не топчи,
Я тебя разлюбила давно,
Но не плачь, а спокойно молчи.

Я жалею тебя всей душою,
Что тебе до моей красоты?
Почему не даешь мне покою
И зачем так терзаешься ты?

Все равно я не буду твоею,
Я теперь не люблю никого,
Не люблю, но тебя я жалею,
Отойди от окна моего!

Позабудь, что была я твоею,
Что безумно любила тебя,
Я теперь не люблю, а жалею -
Отойди и не мучай себя.

Сергей Есенин

Ты обещал прийти,
Долго тебя ждала,
Сердце стучит в груди,
Глупое сердце-молчи!

Что ты зовёшь,
Что ждёшь?
Глупое сердце-молчи!
И не стучи в груди!...

Годы бегут чередой,
Вот ты, совсем, подросла,
И вереницей рой,
Бойких поклонников бой...

Только, сердечко молчит,
Мудрое стало оно,
Уже не взлетает в высь,
Уже не зовёт никого...!

Мои чувства и эмоции в 16 лет.

МОИ МЕЧТЫ

Мои мечты стремятся вдаль,
Где слышны вопли и рыданья,
Чужую разделить печаль
И муки тяжкого страданья.

Я там могу найти себе
Отраду в жизни, упоенье,
И там, наперекор судьбе,
Искать я буду вдохновенья

Сергей Есенин

колыбельная

я пишу про птичек малых
чтоб на свете больше стало
разных шуток прибауток
и кокетливых минуток.

эти птички незаметны
эти птички предрассветны.
улыбаются натужно.
видно это так и нужно.

скромно ходят табунами
размышляют над словами
ищут вечно водопоя
как лекарство от простоя.

глянь на небо-птичек стая
в душу глянешь-мда, пустая.
глянешь в зеркало натужно.
что у нас зовется дружбой?

тихо, тихо. не шумите.
птички, в магадан летите.
что вам делать над пустыней
время плачет краской синей....

Страшно не люблю долго ждать исполнения желаний... Бывает, что всё разлетается, как мыльный пузырь, и тогда такое неприятное чувство, обида гложет...,даже, если сознательно я понимаю, что не сложилось в силу
каких-то непридвиденных обстоятельств...

ШЕЯ
Мы почему-то думаем, что женская шея должна быть длинной, лебединой, лилейной, как у Нефертити, ну, в крайнем случае - как у Анжелики Варум.

На самом деле мужчины без ума от толстых и неповоротливых шей, в идеале - от полного ее отсутствия. Шутка!

Чтобы иметь длинную шею, вам нужно было попросить свою маму, чтобы она, начиная с 4-х лет, надевала вам на шею металлический обруч. К 12-ти годам количество обручей достигло бы 14, а длина шеи - 18-20 см. Такой способ практикуют в племени маои.

Но если честно, не одной только длиной красива шея, а еще - отсутствием морщин и второго подбородка. Работайте в этом направлении, и количество членов вашего фанклуба значительно возрастет!

Настоящие морщины - глубокие складки - устранимы только с помощью пластической операции. Менее значительные следы времени можно сгладить четырьмя способами.

Замесите дрожжевое тесто, нанесите его толстым слоем на область шеи и декольте. Наберитесь терпения - маска должна полностью затвердеть. Регулярный "дрожжевой уход" уже через месяц сделает кожу более упругой и свежей.
Пройдите курс салонных процедур, направленных на улучшение кровообращения и лимфооттока, стимуляцию коллагена и регенерацию клеток.
Начните пользоваться косметикой из серии anti-age. Биоактивные добавки, включенные в состав антивозрастных сывороток и кремов, улучшают состояние кожи.
Не забывайте о физической нагрузке шейные мышцы очень слабые и нуждаются в постоянной поддержке.

Выдвиньте подбородок вперед, напрягите мышцы шеи, скажите: "И-ии". Почувствуйте, как напряжение передается в область декольте и даже груди. Повторяйте 10-15 раз дважды в день. Визуально удлинить шею можно:

надев блузку с глубоким Y-образным вырезом;
отказавшись от подплечников.



ТАЛИЯ

Тут без вариантов - талия должна быть! И она должна быть тоненькой, Как бы ни менялась мода на женские прелести и какими бы разными ни были вкусы, о которых не спорят, мужчин привлекает женская фигура, напоминающая песочные часы. Объясняется это опять-таки генетически: это идеальные пропорции для вынашивания потомства. Повинуясь инстинкту продолжения рода, мужчина ищет спутницу, которая помогла бы ему распространиться по планете и отправить своих гонцов (детей) в вечность. Сделать талию максимально приближенной к идеалу можно с помощью специальных упражнений.

Лягте на пол боком, опираясь на бедро и предплечье. Приподнимитесь над полом, вернитесь в исходное положение. Сделайте 3 подхода по 20 раз на каждый бок. В этом упражнении главное:
взять медленный темп;
задействовать все мышцы.
Лягте на спину, ноги согните в коленях, закиньте стопу одной ноги на колено второй, положите руки за голову и поднимите туловище, устремляясь к колену поднятой ноги. Сделайте 3 подхода по 20 раз для каждой ноги. В этом упражнении главное:
не отрывать пятку "стоячей ноги";
стараться держать локти развернутыми.
Визуально сузить талию можно с помощью:

одежды х-образного силуэта;
широкого жесткого пояса.



ЯГОДИЦЫ
Мы почему-то думаем, что большая "пятая точка" - это наказание божье, тяжкий крест и проклятье за грехи в прошлой жизни.

На самом деле мужчины втайне мечтают о возвращении турнюров, потому что при одном только взгляде на самую выпуклую из всех выпуклостей женского тела даже без пяти минут импотенты ощущают позывные оргазма. Почему? Потому что спрессованный тысячелетием инстинкт самосохранения говорит мужчине: "Пышная мягкая часть свидетельствует о том, что женщина хорошо подготовлена к зиме, значит, она будет хорошо заботиться о тебе и твоих детях. Выбирай!"

Самая прогрессивная часть женского общества уже сделала себе операцию под кодовым названием "попка а-ля Дженнифер Лопес". Но на самом деле "филейная часть" очень хорошо поддается коррекции с помощью физических упражнений - как в случае отсутствия выпуклости, так и в случае чрезмерного ее разрастания.

Лягте на живот, руки положите под подбородок, колени согните, а стопы прижмите друг к другу. Оторвите колени от пола, разведите их, сведите, вернитесь в исходное положение. Сделайте 3-4 подхода по 12-15 раз. В этом упражнении главное - мягкость движений: не делайте рывков, щадите поясницу, тяните подбородок вверх.
Встаньте у края скамейки боком. Поднимитесь на скамейку одной ногой, приставьте другую, опустите ее, вернитесь в исходное положение. Сделайте 3 подхода по 50 раз на каждую ногу. То же самое проделайте, стоя а) спиной к скамейке, б) лицом к скамейке, в) используя более высокую скамейку.

ЧТО МУЖЧИНАМ НРАВИТСЯ В ЖЕНЩИНАХ?
О том, какие именно части тела привлекают мужчин в женщинах, несложно догадаться, если проследить, каких женщин они выбирают спутницами жизни. Большими доками в "дамском вопросе" являются актеры - известные ловеласы... Вот, к примеру, ДЖЕК НИКОЛСОН обращает внимание на худых женщин, игнорирует округлые формы, причем отдает предпочтение брюнеткам. Не верите? Его бывшая жена Анжелика Хьюстон и нынешняя пассия Лара Флинн Бойл тому подтверждение.

Тщедушный очкарик и гигант секса американский режиссер ВУДИ АЛЛЕН признает, что ему нравятся "платиновые блондинки тевтонского типа", то есть высокие, широкоплечие женщины с мощным бюстом и чувственным ртом. Кстати, Вуди однажды пошутил, что будь он женщиной, все время проводил бы, любуясь своими грудями.

Тонкий ценитель вина и женщин француз ЖЕРАР ДЕПАРДЬЕ считает, что женщина должна быть маленькой. Когда он это говорил, то имел в виду свою жену Элизабет Гиньон. Надо признаться, что актер был очень последователен в своем пристрастии, Сегодняшняя его дама сердца Кароль Буке - женщина весьма изящных форм. Помимо этого, у Депардье есть внебрачная дочь Роксана, мать которой - субтильна

НОГИ
Мы почему-то думаем, что женские ноги должны быть:

от шеи;
без намека на растительность и тем более, на целлюлит;
с мальчишескими бедрами.

На самом деле шанс привлечь внимание зависит исключительно от длины юбки. Чем она короче (в крайнем случае, чем выше разрезы), тем лучше. Против аппетитных округлостей мужчина ничего не имеет, а легкий персиковый пушок даже приветствует. И этому есть генетическое объяснение: в крови упитанной женщины высок уровень эстрогена - он предотвращает развитие тромбов. Мужчина инстинктивно выбирает партнершу, которая проживет долго! А пушок на ногах говорит о повышенном содержании другого гормона - тестостерона, который отвечает за сексуальность. Так что волосяной покров, с которым мы так беспощадно боремся, является своего рода эротической щекоткой. И все-таки между "аппетитная пышность" и "целлюлитная бесформенность" есть разница, и эту разницу чувствует даже мужчина. Два суперупражнения помогут вам приблизиться к идеалу.

Представьте, что вы хотите сесть на воображаемый стул. Повторите эту попытку в 3 подхода 20 раз В этом упражнении главное:
постараться не напрягать мышцы живота, дав всю нагрузку на мышцы бедер;
не отрывать пяток от пола;
держать спину прямо.
Встаньте на четвереньки и ритмично "стреляйте" согнутой в колене ногой. Сделайте 3 подхода по50-60 раз для каждой ноги. В этом упражнении главное:
целиться в потолок пяткой а не носком;
тянуть подбородок вперед;
не помогать спиной и тазом - они должны быть зафиксированы в одном положении.
Визуально удлинить ноги можно, надев:

высокие каблуки;
брюки в вертикальную полоску и четко наглаженными стрелками;
юбку или брюки с высокими разрезами и завышенной талией