/i080.radikal.ru/1005/6f/43116328624d.gif" alt="" width="552">

КАК НАБРАТЬ НА КЛАВИАТУРЕ СИМВОЛЫ, КОТОРЫХ НА НЕЙ НЕТ? Например знак евро € и многие другие. Оказывается сделать это очень просто. Нажимаем и удерживаем клавишу alt и набираем вот такие цифры на клавиатуре. Цифры набирать ТОЛЬКО С ПРАВОЙ СТОРОНЫ КЛАВИАТУРЫ!

alt +0147 “ Закрывающая лапка alt +0148 ” Английская закрывающая лапка alt +0149 • Большая точка alt +0150 – Короткое тире (минус) alt +0151 — Тире alt +0153 ™ alt +0155 › Правый уголок alt +0167 § Параграф alt +0169 © alt +0171 « Открывающая елочка alt +0174 ® alt +0176 ° Знак градуса alt +0177 ± alt +0183 • Точка по центру alt +0187 »Закрывающая елочка

alt +0130 ‚ Нижняя бинарная кавычка alt +0132 „ Открывающая лапка alt +0133 … Многоточие alt +0136 € Евро alt +0139 ‹ Левый уголок alt +0145 ‘Перевернутый апостроф alt +0146 ’ Апостроф alt + 1 = ☺ alt + 2 = ☻ alt + 3 = ♥ alt + 4 = ♦ alt + 5 = ♣ alt + 6 = ♠ alt + 7 = • alt + 8 = ◘ alt + 9 = ○ alt + 10 = ◙ alt + 11 = ♂ alt + 12 =♀ alt + 13 = ♪ alt + 14 = ♫ alt + 15 = ☼ alt + 16 = ► alt + 17 = ◄ alt + 18 = ↕ alt + 19 = ‼ alt + 20 = ¶ alt + 21 = § alt + 22 = ▬ alt + 23 = ↨ alt + 24 = ↑ alt + 25 = ↓ alt + 26 = → alt + 27 = ← alt + 28 = ∟ alt + 29 = ↔ alt + 30 =▲ alt + 31 = ▼ alt + 177 = ▒ alt + 987 = █

Не так давно здесь была ссылочка на историю о том, как немецкая журналистка узнала на выставке фотографий из Белоруссии врмен ВОВ своего отца.
Она с детства привыкла считать его героем, погибшим на фронте, а на фотографии он участвовал в казни молодой девушки.
Стоял рядом, когда ей накидывали петлю на шею...
Потрясенная немецка журналистка публично покаялась в зверствах своего отца и в итоге через 7 лет покончила жизнь самоубийством.
Сделала ли она это из-за глубокой душевной раны? Вероятно.
Однако её дети решили похоронить эту историю и отказываются рассказывать о матери и о деде, высказывать свое отношение к произошедшему, передавать документы, дневники деда той поры и т.д.
А мне вспомнился рассказ от своей ЛиРушной подруги из Израиля Феникс_94, К сожалению её самой уже нет на ЛиРу.
Поэтому привожу выдержки из её поста. Сами понимаете израильтяне люди многословные, поэтому сокращено.
Итак, представьте яркое южное солнце, пальмы, и т.д. Мы в Иерусалиме:

МИРИАМ ГУРОВА.(ИЗРАИЛЬСКАЯ ЖУРНАЛИСТКА)

ИДЕНТИФИКАЦИЯ КУРТА.

http://booknik.ru/

.. .Случайная встреча в 2003 году.
Обычный рабочий день в Кнессете — я тогда служила парламентским помощником. «Наш» депутат Юра Штерн— все его звали просто Юра — был человек в высшей степени энергичный, и его команде помощников приходилось буквально носиться за ним с комиссии на комиссию, с этажа на этаж и ловить задания на лету. Вот так и в тот день. Бегу за Юрой по коридору с пачкой писем в руках, как вдруг у дверей фракции «Ликуд» нас тормозит Эстер — помощница одного из министров.— Послушай, — говорит она Юре, — ты можешь мне помочь? Завтра прилетает друг из Германии, а мне ночью улетать в Америку с делегацией босса. Не мог бы ты поручить Мириам встретить этого паренька и показать ему Кнессет, а? Я сама обещала, да не выходит. Курт прилетает на неделю, а я вернусь только через 8 дней. Это жених дочери моей школьной подруги.

— А подруга не может?

— Она не работает в Кнессете и вообще живет в Хайфе. А наша секретарша на больничном. Так поможешь?

— Что за вопрос! — согласился Юра и, убегая, бросил мне: — Запиши его данные и догоняй.

— Он еврей из Германии? — пытаюсь внести ясность. — Говорит по-русски?

— Стопроцентный немец, баварец.

— Но я не знаю немецкого…

— Представь себе, он говорит на иврите! Так я дам подруге твой телефон, а ты назначь в удобное время. Вот его данные — закажешь пропуск.
Бэседер?

.…У входа все думала, как же я узнаю этого паренька.
Зря переживала. Он вытарчивал из толпы — почти два метра истинного арийца, белокурая бестия лет восемнадцати, улыбка до ушей. Его видеокамеру, как водится, отобрали на контроле, но одежда и обувь выдавали туриста — израильтяне такое не носят.
Подошел поближе, вижу надпись нанаклейке-пропуске — он самый, Курт. Ого, как бойко заговорил на нормальном иврите! Почти без акцента. Ах да, подумала я, это нас израильская невеста вымуштровала. Полное погружение в языковую стихию — залог успеха. Вожу его по Кнессету, показываю все, что положено, — вот «Декларация Независимости», а вот вход на галерею прессы… Он задает вполне грамотные вопросы по истории Израиля, охает и ахает перед гигантским триптихом Марка Шагала, мило шутит по разным поводам. Немец с чувством юмора, это свежо. Короче, мне приятно в его обществе, и я не стараюсь отделаться от него поскорее.
Мы уже были в конце маршрута, как вдруг забренькал мобильник.
Юра сообщил, что задерживается на час-полтора на важный бизнес-ланч, и просил его дождаться — будет срочно диктовать статью.—
Может, и мы с вами выпьем кофе в буфете? — предложил Курт.

— Ну, если начальство обедает, то можно, — согласилась я.Поглядывая на часы, я рассеянно слушала Курта. Оказывается, его невеста Сара хотела бы пожить у него в Мюнхене годик-другой. Ей там очень нравится. «Ну вот, — подумала я. — Еще одна наша девочка уедет навсегда в Европу. Семья — светские профессора либеральных взглядов, брак с немцем для них вполне приемлем».
И тут он заявил, что мечтает жить в Израиле. Готов репатриироваться прямо сейчас.
Вот только гиюр, который он собирается пройти, не вполне его устраивает. У них в Германии все гиюры — реформистские.
А он хочет ортодоксальный гиюр в Израиле, и чтобы хупу где-нибудь в Хевроне, да по всем правилам.
На слове «Хеврон» я подавилась булочкой.
Долго кашляла, потом пила воду. Во сне не приснится: этакий хорст вессель с плаката гитлерюгенда, мечта Геббельса во плоти, которая рассуждает о гиюре и хупе! Повисла пауза. Видимо, мальчик понял, какие-такие неудобные вопросы я не решаюсь задать. И сказал совсем уж неожиданную вещь:— Я слышал от Сары, что ваш муж погиб в теракте…
Поверьте, мне хотелось бы как-то выразить вам сочувствие. Но… я не знаю, как… У меня болит сердце оттого, что погибают такие хорошие и молодые люди.
Я ненавижу убийц.
Можно я расскажу вам свою историю?
И он рассказал.

* * *

…Курт рос очень послушным ребенком. Младший сын. Отличник, спортсмен, король школы — девчонки телефон обрывали. Обожаемый бабушками и дедушкой Эрихом. Вполне бодрый старик любил гулять с малышом в зоопарке и по мере вырастания внука дарил новые велосипеды. К восьмидесяти годам дед стал сдавать, часто болел. Однажды17-летний Курт был у него в гостях.
Дедушке стало плохо, и Курт вызвал «неотложку», а пока решил, что надо бы измерить деду давление.
Он знал, что аппарат лежит в дедовском кабинете.
И вот он открывает ящики стола и видит изумительной красоты фотоальбом в кожаной обложке с золотым тиснением и обрезом.
Когда после визита врача и уколов дед уснул, Курт вернулся в кабинет, достал альбом и стал рассматривать. Он увидел молодого Эриха, очень похожего на него самого, с улыбкой до ушей — на лесной поляне, где разбросаны голые трупы.
На другом снимке — веселый Эрих позирует, держа пистолет возле уха старика со звездой на пальто. Еще — на фоне одетых мертвых тел, отдает честь командиру и смеется.
И еще — улыбка на фоне кучи обнаженных женских трупов. И еще одна — развесёлая такая компания распивает, судя по бутылкам, шнапс на фоне дымящегося крематория. И везде — его, Курта, лицо у паренька в эсэсовской форме.
Курт позвонил отцу и попросил приехать — мол, разболелась голова, наверное, температура. Он дождался папу и покинул этот дом.
Больше он никогда туда не возвращался.

Никому ничего не сказав перестал разговаривать с дедом.
С того дня Курта как подменили. Он теперь был молчалив. Нет, не грубил старшим, не пропускал уроки и не искал утешения в наркотиках или выпивке. Но в нем появилась отрешенность, будто какой дементор высосал из него всю радость. Так продолжалось до выпускного вечера.
И вдруг — новый перелом: он начал регулярно исчезать из дома — в направлении еврейского клуба и синагоги.
Вздумал изучать иврит. У него завелись новые друзья — еврейские ребята и девушки. А потом он попал на урок юной израильтянки, присланной Сохнутом на три месяца, и влюбился по уши.
Когда обоим стало ясно, что это всерьез, он ушел из дома и снял у друзей-евреев комнату поближе к синагоге.
Потом дед Эрих попал в больницу. Курт отказывался его проведывать. Родители умоляли приехать — дни дедушки сочтены, хотя бы попрощаться.
Невеста не знала причины Куртова упрямства. Семья для израильтянки — это все, Сара не понимала, как так можно, он же дедушка, как бы ни поссорились — надо пойти навестить.
И буквально приволокла его в госпиталь.
Эрих был очень слаб, но в полном сознании.

Поначалу обрадовался, увидев Курта. Но перевел взгляд на девушку и оторопел. Сомнений быть не могло. (Курт показал мне ее фотографию. Сара — типичная еврейская красавица: кудрявая рыжая грива, ашкеназский нос с горбинкой и печальные мятежные глазищи). И внук сказал Эриху: «Дед. Я все знаю — кем ты был в СС и что ты там делал. Я нашел твой золоченый альбом. Я хочу, чтобы и ты знал. Это Сара — она будет моей женой.
Я сам стану евреем.
Мы нарожаем много-много еврейских детей.
И мы построим свой дом в Израиле».
Посреди тишины в реанимационной палате раздавались короткие «бип» мониторов, было слышно, как капает в мешочке инфузия.
Потрясенные, затаили дыхание родители.
Курт взял Сару за руку, и они ушли.

— Знаете, почему я понял, что сделал это не зря? — спросил меня Курт. — Не только потому, что успел ему все сказать.
Главное — он прожил еще два месяца и все оставшееся время думал о том, что я ему сказал. Передавал мне через отца, что ни в чем не виноват, что это было жестокое время, он свое отсидел в плену и был наказан, он-де выполнял приказ — обычная их песня.
Но ведь никакой приказ не оправдывает вот этого их кайфа! Смеяться, снимаясь на фоне убитых. И любоваться этими снимками всю жизнь.
Он хуже зверя. Я не хочу быть его внуком. Я тогда же фамилию поменял на мамину — ее отец был в войну ребенком, а мамин дед — хирургом в Берлине.
А может, я вообще возьму новую фамилию — ивритскую.

— А имя? — зачем-то спросила я.

— Буду Ноах бен Авраам.
Он постепенно успокоился, вытер лоб салфеткой и снова улыбался, как на плакате.

По-настоящему гениальные песни обрастают невероятным количеством легенд.
Песня The Eagles является, пожалуй, одним из лидеров по количеству фанатских версий, толкующих её смысл.
И, как это чаще всего бывает, ни одна из них не была даже близка к истине.

Как была написана эта композиция на века

Музыка к песне, по воспоминаниям Дона Фелдера, появилась буквально из воздуха.




В невыносимо жаркий день, отдыхая в Малибу, музыкант вяло перебирал струны своей 12-струнки, не собираясь ничего создавать, тем более шедевральное.

И вдруг рандомные ноты начали складываться в завораживающую мелодию.

Завершенность композиции придал Фрай, а Хенли довёл до ума слова.

В 1977 году выходит сингл, который неожиданно для группы становится мегапопулярным.

Завистники начали злобно шептаться о том, что The Eagles просто немного переделали песню «We Used to Know» музыкантов из Jethro Tull.
Вокалист группы даже в шутку как-то сказал, что надеется на порядочность The Eagles, и что они наверняка поделятся с ним заработанными на сингле деньгами.
И даже в свои выступления включил номер «Как сделать «Отель Калифорния».

А всерьёз, позже заявил, что не видит ничего заимствованного и никаких претензий не имеет.



Но гораздо больший резонанс получили слова «Hotel California», а точнее — толкование их смысла.

В каком только направлении не работала мысль поклонников. И каждый верил, что именно его версия ближе всех к правде.

Так, в 80-х, члены христианской общины увидели в песне повествование об одном из отелей Сан-Франциско, приобретенном ведущим идеологом сатанизма Антоном Шандором Ла-Веем.

В этом здании он планировал открыть Церковь дьявола.

Сторонники другой версии были уверены, что в песне идёт речь о сумасшедшем доме калифорнийского города Камарильо.

Также песню считали повествованием о пребывании в крупнейшем центре Калифорнии для реабилитации наркозависимых.
Правила здесь схожи с тюремными.

В тексте песни есть несколько моментов, например зеркальные потолки, очень схожих с условиями в центре.

Долгое время особой популярностью пользовалась версия о том, что под отелем «Калифорния» подразумевается замок в Шотландии, принадлежавший когда-то знаменитому адепту чёрной магии Алистеру Кроули.
Особо глазастые фанаты уверяли, что на обложке сингла, при взгляде под правильным углом, чётко видна расплывчатая фигура в чёрном.

А самые раскованные поклонники были уверены, что речь в песне идёт о поместье Playboy Хью Хефнера.

Нельзя не упомянуть и о романтическом толковании смысла «Hotel California».

Авторы этой версии объясняли, что лирический герой наконец-то обрёл настоящую любовь после долгих поисков, женился. Но суженая мечтала жить в роскоши, и паре пришлось расстаться.

Авторская версия

Если честно, то при подключении фантазии любая из вышеперечисленных теорий подходит к тексту.





Но Дон Хенли, устав от необходимости комментировать домыслы журналистов и поклонников, в 2007 году поставил точку в этой истории.

Он объяснил, что изначально в «Отель Калифорния» речь идёт об «излишествах американской культуры и конкретных знакомых девушках, шатком балансе между искусством и коммерцией, ахиллесовой пяте «американской мечты».

Дон добавлял, что стремился продемонстрировать то, как смотрит на жизнь лос-анджелесское светское общество.

Глен Фрай дополнил высказывание Хенли словами о том, что песня является попыткой отобразить низменную сторону популярности, «тёмную сторону рая».

А отель — всего лишь поэтический образ, метафора.


Песня удостоилась статуэтки Грэмми. Однако музыканты были заняты на репетиции и не пришли на церемонию, так как Хенли считал, что «граммофон» вручается нечестно.

Они посмотрели её по телевизору.

Астронавты шаттла «Колумбия», потерпевшего крушение в 2003 году, вместо мелодии будильника использовали песню «Hotel California» в исполнении супруги одного из членов экипажа Уильяма МакКула.

В строчке «They stab it with their steely knives/Они вонзают в него свои стальные ножи» намекается на коллектив Steely Dan/Стальной Дэн.

У групп был общий менеджер, и музыканты постоянно «подкалывали» друг друга. «Стилли Дэн», например, намекали на «Иглз» в своей песне «Everything You Did».

Строчка «Warm smell of colitas» переводится как «Тёплый запах колитас». Последним словом мексиканцы называют маленькие почки конопли.




И-весь МИР, каждый,кто обладает минимальным музыкальным слухом,хоть раз в своей жизни -для себя, пел эту песню..Как мог...Пел!
Не мог-не петь!

Для всех мужчин,с руками -"на месте",не боящихся "тяжелого" женского труда,умеющих взяться этими руками-за "неизвестное и непознанное", фантазировать,способных к творческому труду,и-к разумным компромиссам-эта "шпаргалка!
Победитель-да,ВОЗРАДУЕТСЯ!