Пять минут назад начались каникулы

18 сентября 1971 года Песочница отмечала годовщину гибели Джими Хендрикса. Все чудовищно надрались и потом бегали с разноцветными сигнальными факелами по старому городу толпой, тупо скандируя: "Джими, Джими!.." Той осенью из Москвы впервые приехал в Таллин Юра Солнце. Его, и с ним еще пару московских людей, в Песочницу привел Влад. У Юры были запорожские усы и длинные соломенные волосы, он был одет в широкий светлый плащ. Солнце с жаром рассказывал нам про события, состоявшиеся в Москве 1 июня, во Всемирный День защиты детей. Московские хиппи решили тогда выйти на антивоенную демонстрацию, но менты их жестко запаковали, многих повязали, уволили с работы, отправили по дурдомам. В небе на востоке мелькнула зарница революции... "Пожарка" зажигала огни. Юра очень много пил и очень активно танцевал рок-н-ролл — настоящая звезда танц-пола. Все девушки — его. Я поселил московского гостя в квартире у своего папы, с которым иногда можно было договориться. Юра потусовался в Таллине где-то с неделю, а потом уехал в Питер.

Я тоже отправился той осенью в Питер. Марка мне сказала, что наш (мой бывший) класс собирается на ноябрьские праздники на экскурсию в Ленинград. Жить будут якобы в спортзале какой-то школы. Я узнал у нее точный адрес и пообещал, что заеду в гости. Ехать нужно было, разумеется, в максимально хипповом виде. Я надел драные левиса с черными кожаными заплатами на коленях, синие резиновые сапоги и желтую рыбацкую куртку с капюшоном. В общем, вид был как у китобойца северного флота. Мое появление в таком прикиде, с утра пораньше, в школьном спортзале, вызвало настоящий шок. Я сказал Марке, что есть вариант прямо сейчас захипповать в Питере по полной программе. Она свалила со мной из группы, купившись на экзотику альтернативной программы знакомства с городскими достопримечательностями.

Выбравшись из школы, я потащил ее, первым делом, к Лео. Его адрес смутно сидел в моей голове: Ленина то ли 25-50, то ли 50-25. Мы пошли сначала в дом 25, нашли квартиру 50. Я звоню. Дверь открывает молодая женщина.

— Доброе утро, Леша дома?
— Леша только что ушел в парикмахерскую.
— Что, решил постричься? — язвительно спрашиваю я, помня о лешином роскошном хайре ниже плеч.
— Ну да, и себя постричь, и детей...
— Детей? У него есть дети?
— Ну да, двое! А что?

Дама подозрительно оглядела мою желтую куртку и заплатки на коленях:

—А вы кто?
— Знакомые из Таллина...

Она объяснила, в какой парикмахерской можно найти Лешу. Мы двинули туда. Однако, никто из сидевших там клиентов не был похож на Лео. По пути назад я понял, что, возможно, мы просто перепутали номера дома и квартиры, и зашли совсем не к тому Леше. Решил проверить. Идем до дома номер 50, там — квартира номер 25. Леша? Лео! А мы — к тебе на праздники! Из Таллина. Привет от Пузыря...

Лео жил в комнате коммуналки вместе с бабушкой, обитавшей за шкафом. Бабушке было за 80 лет, она некогда закончила Смольный институт, пережила революцию, чилала французские романы и рассказывала, как ее в дни октябрьского переворота чуть не изнасиловал на улице вооруженный пьяный матрос. На белой стене, между двумя окнами, висело резное барочное зеркало с ангелочком. В него смотрелась бабушка всю жизнь... На следующий день Лео познакомил нас со своими друзьями: Йезусом (Ником), жившим рядом с "Чернышевской", на Салтыкова-Щедрина, и Женей Кричманом, с 15-й Линии. У Жени в петлицу голубой джинсовой куртки была вдета ярко-красная радиодеталь — сопротивление. Такие же сопротивления были у Лео с Йезусом. Мы с Маркой тоже получили по такому. Потом присоединились к команде "Сонгми", в которой Йезус был ударником, и отправились на схак в какой-то сельский клуб под Питером. Правда, публика туда накатила вполне городская, в основном — свои. Питерский андеграунд...

Москвичи начали активно осваивать Таллин с 1972 года. По весне в городе их высадился целый десант. Среди новых людей здесь появились такие персонажи, как Диверсант, Джонни, Сережа Зимин, Юра Федоров, Клёпа, Сержант, Сеня Скорпион, Вася Лонг, Саша Ермаков... К сожалению, всех не упомнить — столько воды утекло! Питерцы тоже зачастили: Лео, Женя Кричман, Жгиров, Кирилл Воскресенский, Гена Зайцев, Меланья... Нарисовалась даже хипповая троица из Тбилиси: Гурам, Шота, Наина. Гурам утверждал, что они — единственные по тем временам хиппи во всей Грузии. Но хотя грузины, по его словам, вовсе не считали себя де-факто частью СССР (даже якобы в аэропорту объявляли: "Внимание, объявляется посадка на рейс в Советский Союз "Тбилиси-Москва"), к проявлениям западного либерализма в виде потертых джинсов и длинного хайра у мужчин относились крайне нетолерантно. Вот троица и перебралась в Эстонию — поближе к реальному Западу. Из Риги, помимо Илоны, периодически наезжали Маленький Янка, Аушра... Из литовцев в Таллине на постоянное жительство осел симпатичный блондин с женским ником Бирути. Ну и, разумеется, собственно эстонская молодежь тоже не осталась в стороне: Рейн Роллинг, Рейн Мичурин, Аарэ Лойт, Янус Ныгисто, Фанат, Айн — лишь вершина айсберга.

Одним из самых популярных тусовочных флетов в ту пору был дом Александра Дормидонтова, больше известного как Сассь. Этот человек был одним из тех, кого я впервые увидел еще в тусовке на площади Победы, а затем встретил в Раку. К нему в Кивимяэ (зеленый пригород Таллина, состоящий в основном из частных домов) приезжали целыми командами и сразу на несколько суток. Места было мнго, два этажа, гуляли как хотели!

Зимой 1973 года я поехал в Москву. Меня пригласил туда один московский человек по имени Юра, с которым мы познакомились в Таллине в том году. Он был невысокого роста, смуглый интеллигент, рассказавший мне про Маркузе как главного идеолога западного хиппизма. Москвич хорошо знал Алену, Солнце, вообще весь Психодром — стартовую базу событий 1 июня. Он был первый, кто членораздельно мог объяснить идейные установки движения глобального альтернативного движения, зародившегося на крайнем Западе Америки, у тихоокеанского побережья, в солнечном городе святого Франциска:

If you're going to San Francisco
Be sure to wear some flowers in your hair
If you're going to San Francisco
You're gonna meet some gentle people there.

Однако, практика показывает, что система — не хипповая, а государственная — весьма оперативно реагирует на все попытки подрыва ее монополии эмансипативными средствами. Буквально через несколько дней, как мы договорились с Юрой езать в Москву, меня, прямо во время лекции, вызвал к себе в кабинет декан. Там мне представился высокий человек в безликом сером костюме и сказал, что хочет со мной побеседовать, но не здесь, а на улице. Мы вышли. Таинственный незнакомец предложил мне следовать за ним, и минут через 15 мы были у входа в большое серое здание классицистского типа, где, говорят, во время немецкой оккупации размещалось гестапо, а после нее — штаб-квартира республиканского КГБ. Мы поднялись в кабинет. Это была явная вербовка.

— Вы нам хотели бы помочь?

И как аргумент всепроницательности:

— Вы, вроде как, в Москву собираетесь? Кстати, как зовут вашего попутчика? Вот и рассказали бы нам после поездки, что там в молодежной среде происходит. Ну и здесь вы могли бы понаблюдать? Ведь вы из хорошей семьи!..

Я, конечно, напрягся: откуда они узнали про Москву? И главное — так быстро! Неужели Юра сказал?.. Но зачем они тогда спрашивают, с кем я еду? Что тут делать? Не ехать? Предупредить знакомых? Сделать вид, что ничего не произошло? Я дипломатично отказался от сотрудничества, сославшись на врожденную рассеянность и забывчивость. Тут ведь нужна память, как у разведчика!

Ситуация неожиданно разрешилась тем же вечером. Мама спросила меня:

— К тебе на днях в институт никто не заходил?
— Заходил. Какой-то кагэбэшник, я думаю. Спрашивал, не собираюсь ли я в Москву. А ты откуда знаешь?
— Ко мне недавно заходил Володя, спрашивал, как у тебя дела. Я ему сказала, что ты собираешься в Москву с приятелем.

Тут я все понял. Володя — старый знакомый нашей семьи, бывший сосед. По некоторой информации, он долгое время работал резидентом в какой-то западной стране. Империи нужны были преданные люди. Их пытались привлечь, прежде всего, из корпоративной среды ближайшего окружения прокуратора провинции. Видимо, этот Володя и навел на меня того, в сером костюме, забросить удочку, тем более — в удачный момент со спонтанно полученной от мамы информацией о моем скором отъезде с приятелем в Москву. ЧК не дремлет!

Мы с Юрой спокойно приехали в заснеженную столицу, никто нас не доставал. Хипповая публика собиралась на Новом Арбате в "Ивушке", где считалось хорошим тоном упиться в хлам. Рядом, в "Метелице", собирались мажоры, которых Солнце постоянно колол на дринк. Однажды вся тусовка отправилась на концерт "Скоморохов" в клуб "Энергетик", располагавшийся напротив гостиницы "Россия", по ту сторону Москвы-реки, на Раушской набережной. Перед железными воротами входа на территорию клуба собралась огромная толпа. Нам всем удалось каким-то образом просочиться внутрь. В действительности рок-концерт вовсе не был главным официально заявленным мероприятием клуба. Таковым считалось кино, а музыканты лишь как бы разогревали зрителя перед сеансом. Они выступали на сцене реального кинозала, перед зашторенным экраном, на котором, после нескольких часов сейшена, обязательно, чисто ритуально, прогонялась заявленная картина. Глядя со стороны на энергичные массы, запрудившие подходы к "Энергетику", можно было подумать, что это люди рвутся на фильм.

Однажды я встретил в Песочнице своего школьного знакомого из параллельного класса. Как он туда попал — не имею представления, но увидев меня он резко оживился:

— Вау, Кест, как дела, старик?

И почти тут же он начал меня подбивать устроить что-нибудь такое вызывающе-хипповое:

— Ребята, вот вы тут все такие экзотические, хайрастые, а занимаетесь какой-то ерундой! Давайте, лучше организуем какую-нибудь громкую акцию, чтобы потом пр нас по голосам рассказали... А то ведь такой человеческий потенциал пропадает!

Очень быстро разговор перешел к формам молодежного протеста против Системы, который нужно было как-то манифестировать. Понятное дело, что лобовое антисоветское выступления в духе демонстрации за свободу рок-н-ролла пройти не могло. Тем более, уже был известен печальный опыт московских событий 1 июня, в Международный День защиты детей. А что, если организовать некий протест против нарушения прав человека на Западе? Тут вроде бы и тема благородная, и себя во всей красе показать можно, и насчет последствий не шибко беспокоиться... Я подал идею протестовать против оккупации Северной Ирландии британскими войсками, под фонограмму песни Пола Мак-Картни "Отдайте Ирландию ирландцам":

Give Ireland Back To The Irish,
Don't Make Them Have To Take It Away,
Give Ireland Back To The Irish,
Make Ireland Irish Today!

Это был тогда известный хит, только что записанный экс-битлом по поводу начала ольстерских событий. Общий сюжет манифестации был такой: одновременно выйти несколькоми группами, из прилегающих закоулков, на Ратушную площадь в центре Старого города, включить на полную мощность переносной магнитофон с записью песни, подхватить куплет вживую и демонстративно спалить британский флаг. После чего, пока не успели нагрянуть менты и службисты, так же рассеяться в средневековых лабиринтах, заранее согласовав пути отступления, дабы не создавать толчеи. В сущности, на всю акцию хватило бы буквально пары минут — времени звучания песни, но поскольку сама площадь — место весьма туристическое, то был большой шанс засветиться в глазах иностранных наблюдателей. Да и местным не мешало бы показать актуальный профиль прогрессивной молодежной культуры.

Я, в самом деле, загорелся этой идеей и начал понемногу агитировать народ. Вроде как все срасталось. Даже конкретная дата и время были назначены. Оставалось лишь где-нибудь достать или самостоятельно воспроизвести британский флаг. И тут, где-то за неделю до оговоренного срока, Куня мне сообщает, что его вызывали в гэбэшку и требовали разъяснений по поводу планируемого перформанса. Типа "кто, где, когда будет жечь Юнион Джек"? Понятное дело, он отмазался — мол, "впервые слышу", но суть-то проблемы в том, что спецслужбам уже все известно. Стало быть, будут заранее поджидать на том же месте, в тот же час. А главное — откуда им это стало известно? Неужто в Песочнице кто-то стучит? Это было неприятное открытие. Но кто? И вообще, что делать-то? Так просто свернуть мероприятие — как-то уж совсем кисло. Я сообщил предупрежденному Куней народу, что акция по сжиганию флага все равно состоится в означенные сроки, но не на Ратушной площади, а по-соседству — в кафе "Пегас", где тогда собирались местные богемщики и залетные неформалы.

В день Икс здесь, как обычно, здесь тусовалось около дюжины наших. Я присел за компанейский столик, достал из кармана трамвайный талон с нарисованным на нем Юнион Джеком и, подпалив папиросу с палевом (в те времена на эти запахи, по крайней мере — в Эстонии, еще не реагировали, по необразованности, даже менты), поднес спичку к символу британского империализма. Флажок вспыхнул, и в считанные секунды от него практически ничего не осталось. Правда, перформанс прошел без песни, но зато — с косяком как символом истинной свободы мысли.

Я, безусловно, пытался как-то понять, кто же это нас тогда сдал, кто рассказал ментам про готовящуюся демонстрацию? Скорее всего, кто-то из "песочных" просто сболтнул по неосторожности родителям или непроверенным посторонним... Однако, через какое-то время интуиция подсказала, что этим "азефом" оказался тот самый мой школьный приятель, который и подбил меня на весь сыр-бор. По всей вероятности, он, отпрысок номенклатурного семейства, участвовал по комсомольской линии в осведомительстве и, проявляя прыть, сам же попытался сначала организовать как бы диссидентское выступление, а потом заработать на этом очки в качестве разоблачителя происков антисоветских элементов в среде советской молодежи. Не могу этого утверждать на 100%, поэтому и имени "приятеля" не называю. Однако, после фактического провала выступления на Ратушной площади этот человек больше в Песочнице не появлялся. Спрашивается, куда же подевался его изначальный пыл массовика-затейника? Видимо, партия послала на другой участок идеологического фронта...

В свое время под Таллином находился всесоюзно известный рыболовецкий колхоз им. С. М. Кирова. Тут были очень крутые зарплаты, а для колхозников устраивались шумные и дорогостоящие мероприятия. И вот, по Песочнице прошел слух, что в этом колхозе будет рок-концерт с бесплатным пивом по случаю летних дней молодежи. Но когда наша десантная рота высадилась на кировском побережье, то никаких предполагаемых позиций там не обнаружила: ни рок-концерта, ни пива... Пипл угрюмо перешаговал с ноги на ногу, в ожидании обратного автобуса. Курить тоже не было. А хотелооось! Неподалеку от остановки, на пригорочке, разложила скатерть с напитками и закусками компания местных рыбарей. Я решил стрельнуть у них сигаретку. Не успел я еще подойти, как мне уже машет человек из их команды:

— Эй, ты кто, давай сюда!
— Я... литовец! Хочу курить.
— А выпить не хочешь?

После первой стопки сразу же пошла прана по сосудам.

— Ты что тут делаешь?

Я, как "литовец" уже изъяснялся с известным акцентом, который я перенял от литовских беженцев. Это были те люди, которые отсиживались в Таллине после известных общественных выступлений в Каунасе, где 14 мая 1972 года, в одном из городских парков, в знак протеста против оккупации Литвы советским режимом совершил самосожжение молодой человек по имени Ромас Каланта. После этого люди вышли на улицы, стали мочить ментов и уничтожать советскую символику, взвились национальные триколоры, зазвучали гимны времен независимости. Власти ввели в город усиленные наряды милиции и десантников, которые бросились хватать и мочить национал-революционеров. Практически за день основные очаги общественного сопротивления были подавлены. Потом начались репрессии. Милиция и спецслужбы начали поголовную фильтрацию всех альтернативных тусовок в республике.

— Каунас, революшн, баррикадас!

Все пили тост, и я дальше гнал про то, что скрываюсь от властей за участие в каунасской революции против советской системы.

— А твоя компания, там, на остановке — тоже литовцы?
— Конечно, литовцы! Мы все вместе из Каунаса уехали, должны были встретить здесь эстонских друзей, но как-то потерялись...
— Ну, так зови их сюда!

Через пять минут вся наша тусовка, которую я оперативно предупредил про "литовскую революцию", сидела вокруг импровизированного стола. А водки — залейся. Сразу видно: колхоз-миллионер. Эдика от такой наглости даже немного заколбасило:

— Вова, карэн уркас вырубонас! — обращается он ко мне (Карэн — это наш знакомый урка), намекая, что пора бы и честь знать, а то ведь местные могут и не понять юмора.
— Герай, баррикадас но пасаран!

Ну как отсюда уедешь, когда только-только появились белокурые девахи-рыбачки. Они налетели щебечущей стайкой на наш издержавшийся гаубичный взвод... Эдику, тем не менее, удалось увести пипл на автобус, к тому же — последний. Я решил остаться вместе с герлами. Как оказалось — правильный был выбор. Они отвели меня на местную дискотеку, представив своей клике литовским революционером из Каунаса, только что с баррикад. Народ проявил недюжинную солидарность, тосты только и опрокидывались под "No pasaran!" Я чувствовал себя прямо-таки Оводом (итальянский революционер из одноименного романа Войнович). В завершение ко всему одна из русалок затащила меня к себе в дом на сеновал. Правда, с утра имела место быть немного стремная сцена. Подруга повела меня вниз, в комнаты — познакомить с семьей, накормить завтраком. Ее папа, голый по пояс усатый амбал, посмотрел на меня с интересом:

— Ледукас? Литовец?

Я утвердительно закивал:

— Ледукас, ледукас!

И тут он что-то меня спросил по-литовски. Я это понял из интонации, но ничего не понял. Да и вообще, кроме "герай" ничего не знаю.

— Герай!

Я ему кивнул с выражением "знаем-знаем", и тут же постарался что-то втереть по-эстонски, т. е. так, как приизносят эстонские слова якобы литовцы. Главное — сбить папу с толку, а то не дай бог откроется история — сильный выйдет конфуз...

— Ну и что теперь будешь делать?
— Хочу пойти посмотреть город. Никогда здесь не был!

Дочка вызвалась меня сопровождать. Мы, в самом деле, приехали из Кирова в Таллин, и она водила меня по Старому городу, по всяким таким забойным для туристов местам, а я все думал, как бы случайно не напороться на знакомых. Бог миловал — все сошло. Но ее знакомые, как ни странно, встретились.

— Это кто с тобой?
— Да так, один ледукас. Из Каунаса...

Вечером, когда уже темнело, я ее посадил на автобус до Кирова. Моего литовского адреса она не спросила. Эстонские девушки — очень воспитанные.

...

...

Rama Tam Om

Дорогие друзья, всем спасибо за поздравления с Днем Рождения! Жизнь продолжается. Единственный облом - травы так и не достал. Тут с этим такой напряаааг... Пришлось принять на грудь чуток антигрустина - "un litro rosso" (La Strada, Fellini). Так что просьба в следующий раз присылать пакетики :) Зато понял точно: как можно скорее - в Берлин или Таллин. Вот здесь - истинная европейская гуманистическая культура...

Приходил сегодня к Филиппу в гости его одноклассник - "лучший друг". Ребята, конечно, отрывались, и все прочее... Но я о другом. Как-то сразу бросилась в глаза разница умственных потенциалов сверстников, что ли... Филя в свои пять с половиной может общаться на трех языках, собирает-разбирает трансформеры (непростая операция, не каждый взрослый сразу сообразит), делает несколько уровней в "Star wars", знает массу игр в Интернете, рисует и раскрашивает объекты в архитектурной программе, собирает фигурки в разных конструкторах (Лего, Кнекс и др.), свободно общается с телевизором, DVD, фотоаппаратом, умеет пользоваться калькулятором... НИЧЕГО из этого не знает его приятель. Даже языка своего испаноязычного папы совсем не понимает. Ясно, что тут дело не во врожденнои IQ ребенка, а в том, что родители с ним совсем не занимаются, не развивают его. Кстати, после недавнего посещения Берлина, где Филипп встречался со своим тамошним другом-ровесником, у меня было то же впечатление: наш - семь пядей во лбу, тот - ни бум-бум. Даже писать и читать еще совсем не умеет! А наш читает даже лучше многих англиков, и алфавит (последовательность букв и их название) знает, пожалуй, единственный в классе. Это мне сообщил сам учитель, еще год назад. Странное дело, но про "отсталость" британских детей мне рассказывала наша русская соседка, у которой девочка ходит в одну школу с Филей (параллельный класс). До сегодняшнего дня мне казалось, что соседка явно перехваливает свое чадо, говоря, что Кристина в классе - самая продвинутая. Теперь вижу - все не так просто... Еще одна русская знакомая рассказывала, что ее парень - лучший в классе, отличник. Теперь верю. Может быть, и наш - самый-самый? Вот есть что-то в детях из русских семей! Русских учеников хвалят за успеваемость и в Германии, и в Англии. Наверное - и в других странах. Странная это тема, никогда серьезно не задумывался. А тут понял: вот он наш "человеческий капитал"! Может быть, это просто у русских семей на Западе такая установка - развивать своих детей, дать им хорошее образование? Но, опять же, мы с женой никогда так уж особенно с развитием ребенка не парились - все идет само-собой, естественно. При этом меня постоянно свербит мысль, что недостаточно уделяем внимания развитию ребенка. У него даже своего рабочего стола до вчерашнего дня не было. Зато теперь - Запад, держись!

Армия нового покления

Девочки-припевочки (Анастасия - Лариса)

Мастера новой русской живописи (Виноградов - Дубоссарский)

Территория свободы

Праздник жизни

Каждому - свое

Инопланетный драйв

Еще припевочки

Томные грезы новой русской сцены

Страж порога

С московским приветом!

Интервью с мастером:

Получил сегодня вот такое извещение: Здравствуйте!

У Вашего друга Karmazon сегодня День Рождения. Не забудьте его(ее)
поздравить. Быстро и удобно отправить поздравительную открытку можно, пройдя
по адресу http://www.liveinternet.ru//postcards.php?userid=1026823&id=629

Ссылка на дневник именинника: http://www.liveinternet.ru/users/karmazon/

Дополняю "Школу магов" новыми главами. Вот очередная:

В Таллине гульба, естественно, продолжилась. Как-то раз я сильно заквасил со своим приятелем по ВУЗу Дмитрием — членом нашего Азиатского буддо-суфийского клуба верхолазов, куда также входили Аарэ Плохой, Эдик Схак, Йокси, Толик Белов, Ычу, Джуга, Гена и еще ряд криптомуршидов.

Дмитрий, как истинный апологет пустого сознания, любил кураж и крепкие напитки, но и от пива не отказывался. Однажды, на корпоративной пьянке, он натянул на себя платье своей подруги, а когда закончилось бухло, то решил, не переодеваясь, сбегать к телефону-автомату (в квартире не было линии), чтобы заказать в нужном месте еще дринка. Было уже темно, на улице мело во все пределы, но до телефонной будки нужно было пройти, буквально, пару шагов, поэтому Дмитрий выскочил из дому без пальто. Вид странной дамочки в красном ситцевом платье в белый горошек привлек внимание милицейского патруля, как раз в это время проезжавшего мимо: как это так, в такую пургу — и без пальто? Не иначе, или пьяная блядь, или обворовали... Однако, реальность превзошла воображение видавших виды хранителей социалистического порядка. Получается, или пидор, или сумасшедший! В любом случае, надо брать. Вот Дмитрия и доставили прямо в таком виде в одтеление...

Когда нас уже совсем хорошо развезло, я потянул Дмитрия к Юльке: бухнем якобы еще, с закуской. Она жила в желтом доме на Палдиски-маантеэ, где в те времена располагался магазин "Молдавия". Мы затарились еще "молдавским" и бодро взлетели на пятый этаж. Но, несмотря на настойчивые звонки, дверь в квартиру не открывалась. У меня в пьяном могзу стала вырисовываться конспирологическая картина страшной неверности: вот мы тут звоним, а Юлька, быть может, трахается в задней комнате с любовником, и никак нас запускать к себе в домашний уют не желает!.. В голову пришла шальная мысль: ломать дверь. Я предложил приятелю прямо на месте провести воркшоп по карате — отработку ручного боя в технике "железный кулак". Хлебнули еще "молдавского" — и за дело. Мы, по очереди, наносили удары кулаком в область замка, с целью пробить дыру и, просунув руку, открыть дверь изнутри. Киай! Уже через пару минут после начала представления на лестничной площадке появились первые соседи.

— Это что здесь происходит?
— Осади, тетя, тут идет серьезный разговор... Киай!

Тетя, разумеется, тут же вызвала милицию. Дмитрий, поняв, что разговор в самом деле может стать серьезным, пытался меня утащить вниз, на улицу, но я упорно продолжал бой с дверью.

— Ты вали, меня не жди. Я вот сейчас открою дверь, и в квартире меня уже не возьмут — Юлька не выдаст...

Когда наряд заламывал мне руки, рядом с замком уже зияла серьезная брешь. Повезли меня не в вытрезвитель, а прямо в КПЗ. Бросили в темную каменную одиночку, в замке тяжело звякнул массивный железный ключ. Ну и что теперь? Хмель сошел мгновенно, голова лихорадочно стала просчитывать альтернативные варианты. Из института теперь — точно попрут. Как Дмитрия за его платье в горошек. Я глянул в маленькое решетчатое окошко. Одинокий страж тупо сидел на лавке, скучая. Видать, из азиатов: широкие скулы, узкие глаза. Наверняка — мсульманин...

— Эй, брат, ты мусульманин?

Страж поднял голову. Точно — азиат!

— Эй, брат, я тоже мусульманин. Меня эти шакалы-кафиры совсем не по делу привезли. Я честь женщины защищал, понимаешь, а меня — под замок.

Страж встал:

— Чо такой говоришь? Мусульманин?
— Якши, джура, муслимон. Хочешь, я тебе фатиху прочитаю? Бисмиллахи рахмани рахим, альхамдулиллахи рабби аламин, малики явми дин...

И я зарядил ему весь аят, стараясь еще подделывать голос под причитания классических муэдзинов. Мент был в явном замешательстве. Брат по вере — а в этом теперь не было никакого сомнения — защитил честь женщины, а его — в зиндан? Нет такого закона! Аллах не велит...

— Брат, выпусти меня отсюда, ты же наши законы знаешь, — продолжал я давить на своего цербера, — Аллах тебя не забудет!

И, о чудо, караульный действительно подошел к двери, щелкнул ключом:

— Давай, быстро отсюда! Никому не говори!

Я мгновенно вылетел из камеры, на выходе из отделения меня никто не задержал (видимо, сменилась смена), и тут же отправился... к Юльке. Через двадцать минут я снова стоял перед полуразбитой дверью. На звонки все так же никто не отвечал. Ну что тут делать? Ясный перец — ломать дальше! Я вновь принялся крушить фанеру.

Когда соседка вновь увидела меня за работой, у нее от изумления просто свело речевые центры: не прошло и часа — а он снова здесь! Но повторно вызвать милицию ей уже не пришлось. Снизу заслышались шаги. Это возвращалась с работы Юлькина мама.

— О, Раиса Паллна...
— Володя? Ты что тут делаешь?
— Да вот, решил к Юле зайти, а тут смотрю — какие-то хулиганы дверь сломали!..

Раиса Павловна сделала знак соседке и завела меня в квартиру. Юльки там не было. Что было дальше — не помню. Проснулся уже утром, с головной болью, на диване. Новую дверь я купил на стройке, за бутылку водки, у местных работяг...

Праздничная елка

Каток

Астральный

План

Brick Lane

http://www.youtube.com/watch?v=kKQRs4l3iYo

Потом я снова заснул, и под самое утро приснился уже совсем забойный сон. На этот раз я увидел другого знакомого — Диму Мишенина, гламурного питерского арт-мастера. И вот он как бы ведет меня к себе в издательство, но по-пути туда я спохватываюсь, что иду в одних трусах, а весь остальной клоуз почему-то оставил в парке, на той стороне Невы.

— Давай, — обращаюсь я к Диме, — вернемся сначала за вещами, а то ведь сопрут!
— Да нет, — отвечает он, — не сопрут! Тут народ спокойный... К тому же, возвращаться назад — очень заморочно. Ведь прямо отсюда нет моста на ту сторону, нужно очень долго обходить!

Мы выходим на набережную и, действительно, слева и справа виднеются в тумане мосты, но — очень-очень далеко... Я хочу подойти поближе к реке, посмотреть, нет ли тут переправы на лодке или каком-либо ином плавсредстве? И вот, мы подходим. А река — широченная, в километр! Сама же набережная — крайне высокая, напоминает обрыв в пару сот метров. И течет в этом гигантском русле совершенно прозрачная вода, прямо как из-под крана. Но самое удивительное — на дне потока. Я вижу здесь колоссальных размеров гранитные барельефы двух летящих бодхисаттв в духе кушанского искусства, расположенные валетом, словно инь и ян. Эти барельефы настолько огромны, что занимают, практически, все русло — от берега до берега. Один бодхисаттва как бы "летит" по течению, другой — против. Сначала я подумал, что это просто две гигантские статуи, специально опущенные на дно реки в декоративных целях. Но, постепенно пробуждаясь, я все более отчетливо понимаю, что барельефы небожителей были выточены водным потоком самой реки. Как же такое возможно?

Окончательно проснувшись, я понял аналогию. Река — это поток сознания, существования. А гранитное русло — его материальная основа. У каждого человека, в течение всей его жизни, этот символический поток как бы вытачивает на экзистенциальном дне подсознания некие образы. В зависимости от природы водных потоков как символа приложения психических сил, в конечном итоге, когда река жизни окончательно обмелеет, остается некая финальная фигура судьбы. Это как бы застывший, вечный слепок с нематериальной сущности индивида, полученный в результате "кармического трения". Но данная догадка задала новую загадку: следует ли мне теперь и дальше стремиться к максимальной отточке деталей, или же, напротив — к полировке донного образа до уровня зеркально-гладкой гомогенности? Но это уже размышления бодрого ума, не имеющего никакого отношения к интуициям сновидной не-реальности...

Приснился мне сегодня Ибрагим, который Миша Михалкин (интересно, кто помнит этого парня?). Иду я, стало быть, по улице и тут вижу справа от себя - он! "Привет, - говорю, - кабан, давненько не виделись! Только что-то у тебя вид такой раздутый, будто с пережора каликов! Расскажи, как дела. Как-никак, почти 30 лет не виделись - с того самого дня, как мы к тебе с Эдиком заходили! Тогда твоя мамашка на нас наехала, думала, что мы хотим тебя как сумасшая слить и твой флэт к рукам прибрать... Но ты сейчас совсем нормально смотришься. Может, выпьем за встречу?" Подходим мы к ларьку с бухлом. Я заказываю стакан красного, а Ибрагом - стакан краснушкина (кто не знает, что это такое, проконсультируйтесь у y0x1). "Во, - думаю, - приход, чем теперь ларьки торгуют!" Чокнулись - и в этот момент я проснулся. А голова болииит! Накануне перед сном как раз принял бател красного - ух! Вот так, значит, сон - в руку...

Шарлоттенбург. Небольшой парчик недалеко от дома.

На этой улице живет приятель

Ребенок научился лазать по стенам. Так он карабкается до самого потолка. Только слезать еще не умеет :(

Макет комплекса. Форма основного корпуса имитирует стопку книг. На красной крыше стеклянной башни лежит главная книга истории.