01 Август 2019, 22:35

Юваль Ной Харари

Когда репутация рушится – это хороший сигнал.Это значит,что в стране она хоть чего-то стоит.

В России вышла книга израильского писателя Юваля Ноя Харари «21 урок для XXI века». Вышла с опозданием в девять месяцев – американским и европейским читателям она была доступна еще осенью 2018 года.Но,как оказалось,задержка объясняется не только трудностями перевода.Как только российское издание вышло в свет,читатели обнаружили существенную «адаптацию».

Например,в английском издании,в главе «Постправда»,автор приводил в пример фейки, которые озвучивал Владимир Путин,отрицая присутствие российских войск в Крыму.А в российской адаптации автор бичует уже Дональда Трампа и его заявления.

Когда журналисты заметили различия и обратились к издательству за комментариями, Юваль Ной Харари выступил с публичным заявлением.Автор заявил,что правки были согласованы,и даже нашел для себя оправдание.Мол,цель оправдывает средства,и если нужно достучаться до граждан,живущих в «недемократических странах»,то ради преодоления цензурного барьера нужно допускать адаптацию примеров.

Затем случилась привычная дискуссия о том,можно ли ради борьбы с цензурой заниматься самоцензурой.Тем более,что речь идет о книге,посвященной фейкам и постправде.Кто-то говорил,что автор просто соблазнился гонораром и предал все то,о чем пишет в своих книгах.Кто-то вставал на сторону Харари – и настаивал на том,что речь идет о «допустимых компромиссах» во имя высокой цели.

Но особая пикантность состоит в другом.В той же российской адаптации украинский блогер Андрей Черников обнаружил еще один измененный фрагмент.

В разделе «Война» в оригинальной версии шла речь о «завоевании Крыма» Россией и о том, что Москва «вселила страх в сердца людей».А в российском издании вместо этого читатели встречали пассаж о том,что «до сей поры единственным успешным вторжением XXI века, предпринятым великой державой,было присоединение Крыма Россией».

После этого Харари заявил BBC,что не согласовывал изменение формулировок с «аннексии» на «присоединение».Что на эту терминологическую адаптацию он не согласен.Пообещал поговорить с агентами и адвокатами и принять решение.

Очень надеюсь,что история получит продолжение.Например,российские издатели подтвердят,что все изменения были согласованы.Или наоборот – адвокаты писателя смогут доказать обратное.В противном случае,можно представить,какие вопросы Юваль Ною Харари будут теперь задавать журналисты на пресс-конференции.

Но если брать шире,то вся эта история – про битву денег и репутации.И про то,что в разных странах итог этой схватки обречен отличаться.

Потому что многие из тех,кого мы привыкли считать «лидерами общественного мнения», «интеллектуалами» и «прогрессивными писателями»,на деле готовы подстраиваться под конъюнктуру.Быть имитатором можно в любой стране – вплоть до того момента,пока тебя не раскроют.А когда разоблачение случилось – ты начинаешь взвешивать репутационные риски и сравнивать объем потенциально упущенных прибылей с величиной уже полученных гонораров.И принимать решение.

В тех странах,где репутация имеет значение,ты обречен следовать если не своим убеждениям (кто может гарантировать,что они у тебя есть?),сколько своему публичному имиджу.Оправдываться.Искать объяснения.Ты вынужден делать это,потому что в противном случае рухнувшая репутация будет чревата расторжением контрактов, потерей аудитории и – в результате – уменьшением дохода.

А если ты живешь в среде,в которой репутация – пустой звук,то ты ничем не рискуешь. Можно работать на подлецов – и оправдываться «свободой слова».Можно выполнять функции сливного бачка – и продолжать считаться журналистом.Можно попасть в финансовые скандалы – и сохранять репутацию правдоруба.

Вполне может быть,что Харари – просто талантливый имитатор.Человек,который популярно пересказывает чужие многотомные научные труды,и не готов при этом лишаться гонораров из авторитарных стран.Его проблема лишь в том,что он живет в среде,в которой репутация имеет значение – и у каждого есть риск ее потерять.

Если бы он жил в Украине – таких проблем у него бы не было.