Нет области, нет великого открытия, которое не было бы исцарапано когтями этой стаи бандитов: товарища Ленина и товарища Сталина. Товарищ Ленин первый, кто публично объявил красный террор. Вообразите себе: после войны Сталин вычищал Москву от инвалидов, которые передвигались на колясочках, на дощечках. Дабы не портили вид города-победителя. Сталин - убийца и с самого начала был двуличным животным. Выиграл войну никакой не Сталин! Выиграли русские люди, которые, включая и моего дядю, пошли добровольцами умирать и своими телами заткнули эту войну. Сталин даже не в крови, он весь из крови погибших!

Алексей Баталов

1.


2.


3.


4.


5.


6.

Боишься смерти, ада и людей,

Боишься слов латинских и английских.

Боишься власти, собственных идей,

Небытия боишься, и за близких.

 

Боишься ночи, вечера и дня.

И утром тоже страшно и тревожно.

Полиции боишься, как огня.

В глаза не смотришь, ходишь осторожно.

 

Боишься пешеходов и собак.

И в городе родном — нерусской речи.

Боишься сделать что-нибудь не так,

Боишься, что ответить будет нечем.

 

Боишься солнца, воздуха, воды.

И засухи боишься, и болота.

Боишься испугаться ерунды

И сам боишься напугать кого-то.

 

Боишься суеты и темноты,

Боишься перемен и постоянства.

Боишься высоты и темноты.

И подлого закрытого пространства.

 

Боишься не найти и потерять.

Боишься заблудиться, обознаться.

И главное: боишься перестать.

Боишься перестать всего бояться.

 

ЕВГЕНИЙ ЛЕСИН

1.


2.


3.


4.


5.


6.

Лишь потому что я люблю тебя...

Я никогда не отдам тебе последнее, потому что я люблю тебя. Ибо если я отдам тебе последнее, я буду злиться и обижаться на тебя и уже не смогу подойти близко.

Именно потому, что я люблю тебя, я забочусь о себе в первую очередь. Потому что если я не позабочусь о себе, я не смогу дать ничего тебе.

Лишь потому, что я люблю тебя, я открываю тебе сердце, даже когда на нем самая темная тьма. Потому что если я не открою о тебе, это будет стоять между нами.

Именно потому, что я люблю тебя, я иногда ухожу от тебя и остаюсь в одиночестве, чтобы соединиться с собой и, отдохнув, вернуться к тебе свежим человеком, готовым к общению.

Именно потому, что я люблю тебя, я постоянно с тобой ругаюсь и спорю. Я не хочу, чтобы невыясненные проблемы встали стеной между нами.

Именно потому, что я люблю тебя, я постоянно ищу и развиваю себя, чтобы потом не обвинять, что я трачу жизнь только на тебя.

Именно потому, что я люблю тебя, я не возлагаю на тебя непосильную ношу ответственности за свое счастье. Я не прошу тебя сделать меня счастливой. И также не пытаюсь осчастливить тебя. Ибо счастье человека - это только его дело.

Именно потому, что я люблю тебя, я постараюсь ничего для тебя не делать через силу, чтобы потом не злиться и не обижаться на тебя, что ты меня заставляешь.

Именно потому, что я люблю тебя, я часто злюсь на тебя, потому что ты подходишь ко мне близко как никто другой и можешь сделать больно. Моя злость ограничена и направлена на ясные цели. Моя злость - это не попытка убить тебя, но приглашение договориться.

Лишь потому, сто я люблю тебя, я придумываю правила, по которым мы будем жить, потому сто мы два отдельных человека. Две вселенные, которым надо как-то договориться.

Лишь потому, что я люблю тебя, я уязвима с тобой и не прячу свою уязвимость. Потому что именно через это мы можем быть близки.

Именно потому что я люблю тебя, я терпеливо и бережно отношусь к твоим "больным местам", не пытаясь бить по ним. Но и не игнорирую их, давая тебе возможность исцелиться.

Именно потому что я люблю тебя, я иногда проявляю строгость, настойчивость и даже упёртость, чтобы остаться собой. Потому что если я перестану быть собой, я не смогу быть с тобой.

Именно потому, что я любою тебя, я часто говорю тебе "нет", чтобы мое "да" было полным и искренним.

Именно потому, что я люблю тебя, я часто отказываю тебе, чтобы согласиться на то, что мне действительно нравится и быть с тобой в этом без остатка.

Именно потому, что я люблю тебя, я не жалею тебя и не делаю из тебя морального инвалида, а терпеливо жду, пока ты залечить свои душевные раны в моем присутствии.

Именно потому, что я любою тебя, я не беру на себя твою ответственность, потому что если я возьму её, это сделает тебя слабым, а меня злой на тебя

Именно потому, что я любою тебя, я останавливаюсь, когда понимаю, что тебе меня уже много. Лишь потому, что я люблю тебя, я говорю, что мне тебя уже тоже много. Потому что если я не скажу этого, у меня возникнет чувство отвращения к тебе и наша встреча станет мучением.

Именно потому что я люблю тебя, я лучше не буду подходить к тебе близко, если я не уверена в чистоте и ясности своих или твоих намерений.

Именно потому, что я люблю тебя, я все время спрашиваю у себя, чего я хочу и что мне интересно. Чтобы поделиться с тобой радостью от своих открытий и достижений.

Именно потому, что я люблю тебя, я стараюсь найти счастье без тебя, чтобы не возлагать на тебя ответственность за мое благополучие, но поделиться тем, что я имею.

Лишь потому, что я люблю тебя, я не обещаю тебе, что это будет вечно. Но я могу любить тебя сейчас всей душой и всеми своими силами.

Только потому, что я люблю тебя, я готова прожить всю жизнь без тебя, если тебе так лучше.

Лишь потому, что я люблю тебя, я отпускаю тебя во все приключения, которые ты хочешь испытать в жизни. Потому что те, кто должен уйти, уйдет всё равно . А те, кто истинно предназначен тебе, останется или вернется.

Именно потому, что я люблю тебя, я радуюсь, если тебе хорошо с кем-то еще кроме меня, потому что я хочу, чтобы в мире было больше любящих тебя людей.

Именно потому, что я люблю тебя, я не терплю тебя, а сразу говорю что мне не нравится. Пусть лучше будет много мелких притирок, чем одна большая все разрушающая ссора.

Именно потому, что я люблю тебя, я готова отпустить тебя в любой момент, потому что только тогда я буду радоваться каждой секунде, проведенной вместе.

Именно потому, что я любою тебя, я всеми силами стараюсь полюбить и узнать себя, чтобы не пытаться использовать тебя для затыкания своих дыр и неосознанного залепливания своих ран.

Лишь потому, что я люблю тебя, я встречаюсь со своей болью, злостью и страхом. Я снова и снова нахожу смелость проходить через это. Я много ожидаю от себя, а на твой ответ лишь только надеюсь, потому что ты - это не я. Ты другой.
И я вижу тебя. Я стараюсь увидеть тебя как можно яснее, отличая от своих фантазий и иллюзий. Лишь потому, что я люблю тебя.

Аглая Датешидзе

Серия сообщений "О сокровенном...":
Часть 1 - МАНИФЕСТ ЛЮБВИ
Часть 2 - БАЛЛАДА О ЛЮБВИ
Часть 3 - Без заголовка
...
Часть 41 - Без заголовка
Часть 42 - Подари нам наше счастье
Часть 43 - Без заголовка

Анна Валерьевна умерла достаточно спокойно. Инсульт произошел во сне, и потому проснулась она уже не у себя в кровати, а в просторной комнате с множеством других людей, как и она, ожидавших увидеть нечто иное. Потолкавшись среди народу и выяснив что к чему и где, Анна Валерьевна протиснулась к большому справочному бюро, которое сначала направило ее обратно в очередь, потом на выход и только с третьего подхода (к вящему удовлетворению Анны Валерьевны, ибо и не таких бюрократов штурмом брали) операционист удосужился пробить ее по базе данных и сообщил:

– Вот распечатка кармы, третий кабинет направо за левым углом – получите комплектацию. Потом подойдете. Следующий.

Анна Валерьевна послушно взяла распечатку, ничего в ней не поняла и проследовала в указанном направлении.

– Карму давайте! – Анна Валерьевна подпрыгнула от неожиданности.
– К-карму?
– А вы можете дать что-то еще? – цинично поинтересовались за стойкой и буквально вырвали из рук Анны Валерьевны распечатку. – Так, карма у вас, скажем прямо, не ахти. Много с такой не навоюешь.
– Я не хочу воевать – испуганно пролепетала Анна.
– Все вы так говорите, – отмахнулись от нее и продолжили, – на ваше количество набранных баллов вы можете купить 138 земных лет человеческой жизни, 200 лет птичьей или лет 300 в виде дерева или камня. Советую камнем. Деревья, бывает, рубят.
– Сто тридцать восемь… – начала было Анна Валерьевна, но ее опять перебили.
– Именно сто тридцать восемь лет стандартной и ничем не примечательной жизни, заурядной внешности и без каких-либо необычностей.
– А если с необычностями?… Это я так, на всякий случай… уточняю…
– Ну, выбирайте сами. Необычностей много. Талант – 40 лет жизни, богатство – в зависимости от размера, брак, честно вам скажу, полжизни гробит. Дети лет по 15 отнимают… Вот вы детей хотите?
– Нет… то есть да… двоих… нет, троих…
– Вы уж определитесь.
– Брак, троих детей, талант, богатство и чтобы по миру путешествовать! – на едином дыхании выпалила Анна Валерьевна, лихорадочно вспоминая чего ей еще не хватало в той жизни, – и красоту!
– Губа не дура! – хмыкнули из-за прилавка, – а теперь, уважаемая Анна Валерьевна, давайте посчитаем. Брак – это 64 года, остается 64. Трое детей – еще минус 45. Остается 19. Талант, допустим, не мирового масштаба, так, регионального, ну лет 20. А богатство лет 20 минимум. Лучше надо было предыдущую жизнь жить, недонабрали лет.
– А вот… – прикусила губу Анна Валерьевна, – если ничего…
– А если ничего, то 138 лет проживете одна в тесной квартирке, достаточной для одного человека и при здоровом образе жизни в следующий раз хватит на побольше лет – отбрили Анну Валерьевну.
– И ничего нельзя сделать?
– Ну почему же? – смягчились за прилавком, – можем организовать вам трудное детство – тогда высвободится лет 10. Можно брак сделать поздним – тогда он не полжизни отхватит. Если развод – еще кредит появится, а если муж сатрап, то авось и талант мирового масштаба сможем укомплетовать.
– Да это же грабеж…
– Свекровь-самодурка карму неплохо очищает, – проигнорировали ее возмущение и продолжили, – можно вам добавить пьяного акушера и инвалидность с детства. А если пожелаете…
– Не пожелаю! – Анна Валерьевна попыталась взять в свои руки контроль над ситуацией, – Мне, пожалуйста, двоих детей, брак лет этак на 40 по текущему курсу, талант пусть региональный будет, ну и богатство чтобы путешествовать, не больше.

– Все? Красоты вам не отсыпать? У вас еще 50 лет осталось… нет? Тогда комплектую… – девушка за прилавком достала кружку и стала высыпать в нее порошки разных цветов, приговаривая себе под нос: «брак сорокалетний, есть, дети – две штуки есть, талант… талант… вот пожалуй так, деньги… сюда, а остальное от мужа еще… Все!»

Анна Валерьевна недоверчиво покосилась на полулитровую кружку, заполненную цветным песком, которую ей протянули из-за прилавка.
– А если, скажем, я талант не использую, я дольше проживу?
– Как вы проживете – это ваши проблемы. Заказ я вам упаковала, разбавите с водой и выпьете. Товары упакованы, возврату и обмену не подлежат! Если вы пальто купите и носить не будете – это уже ваши проблемы.
– А…
– Счет-фактура вам, уверяю, не пригодится.
– А…
– Да что вы все «А» да «А»! судьбу вы себе выбрали, предпосылки мы вам намешали, все остальное в ваших руках. Кулер за углом. Следующий!

Последнее, что успела подумать Анна Валерьевна перед собственными родами, было: «Вот вроде все с моего ведома и разрешения, а такое ощущение, что меня все-таки обдурили». Хотя нет, мимолетной искрой у нее в мозгу успела пронестись мысль о том, что ей интересно, как ее назовут.

Алиса Пермякова

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.

Любовь измеряется мерой прощения,
привязанность болью прощания,
а ненависть силой того отвращения,
с которым мы помним свои обещания...

Я снова бреду по заброшенной улице
на мыс, где прибой по-змеиному молится,
качая права, и пока не расколется,
качать продолжает, рычит, алкоголится,
и пьяные волны мычат и тусуются,
гогочут, ревут, друг на друга бросаются,
как толпы поэтов, не втиснутых в сборники,
не принятых в члены, а призванных в дворники.
Стихия сегодня гуляет в наморднике,
душа и природа не соприкасаются.

Любовь измеряется мерой прощения,
привязанность - болью прощания,
а совесть - всего лишь в себя превращение,
всего лишь с Началом Начал совещание...


А в море житейском с припадками ревности
тебя обгрызают, как рыбы-пирании,
друзья и заботы - источники нервности -
и все-то ты знаешь заранее,
и жуть возрастает в пропорции к сумме
развеявшихся иллюзий...
Кто был потупее, кто благоразумен -
тот взгляд своевременно сузил.
Но время взрывается. Новый обычай
родится как частное мнение.
Права человека по сущности птичьи,
и суть естества - отклонение,
измена, измена! - проклятье всевышнее
Адаму, а Еве напутствие...
Свобода - для мозга нагрузка излишняя,
она измеряется мерой отсутствия.

А море свои продолжает качания,
толкуя, как древний раввин, изречение,
что страсть измеряется мерой отчаяния,
и смерть для нее не имеет значения.

На пляже не прибрано. Ржавые челюсти,
засохшие кеды, скелеты консервные,
бутылки, газеты четырежды скверные.
Ах, люди, какие вы все-таки нервные,
как много осталось несъеденной прелести
на взгляд воробья - и как мало беспечности.
Модерные звуки как платья распороты,
а старые скромно подкрасили бороды
и прячутся в храме - единственном в городе
музее огарков распроданной вечности.

Лишь музыка помнит, что жизнь - возвращение
забытого займа, узор Завещания.
Любовь измеряется мерой прощения,
привязанность - болью прощания...

Владимир Леви

Снег. Снова снег в конце апреля.
Он стирает все твои следы.
Нет. Я надеждам больше не верю,
От них можно ждать лишь беды.
Снег. Такой нежный и ненадежный,
Он живет лишь короткий срок.
Я устала одна. Сколько можно?
Жизнь дала мне горький урок.
Снег. Он ложится на ветки – тяжелый.
Ветки гнутся, стремятся к земле.
Даже если б сейчас и пришел ты,
Я б уже не открыла тебе.


© Copyright: Маргарита Устала, 2009

Открой мне, весна, твою тайную силу,
Чарующий взмах своих крыл подари,
Из мертвенной, блеклой темницы постылой
На волю мне вечную дверь отвори…

Как жаждет душа голубиного неба,
Благой полноты аромата земли,
И ищет, подобно зёрнышку хлеба
Как ей умереть, чтобы вновь прорасти.

И в первых аккордах птичьего пения,
И в звоне капели мне чудится вновь
Таинственный вешний закон возрождения,
Его неизменное имя: «Любовь»


@ Мария Абазинка

Доброго времени суток! Читаю чужие дневники уже не первый год,наверное созрела для своего...
Будет здорово,если найдутся ´´ близкие духом ´´ человеки-))