В 7 утра поехал в Кузьминки.
Русский марш отдыхает.
Картина: по узкому тротуару Волгоградского проспекта валом валит народ, и каждый вал — девятый. Движение в обратную сторону так же трудно, как заплыв лососей в истоки горных рек, против течения, через каменистые пороги, на нерест. Такое ощущение, что кто-то
стреляет в тебя людьми из шестиствольной авиационной пушки, причем одни пули почему-то обгоняют, поскальзываясь, другие пули даже и догнать не пытаются. Непредсказуемые траектории, но все — в одном направлении.
И это — сотнями метров (мне надо было от дома 121 к дому 163).
Транспорт, разумеется, стоит и даже не мычит, потому что мычать устал — всё равно не подоят. Транспорт доится сам — из намертво вставших маршруток и автобусов всех видов постоянно выдаиваются люди и присоединяются к нересту лососей на тротуаре. За полкилометра, за километр до метро. В зимнем рассвете — да, сегодня первый зимний день, который я видел от рассвета до заката, а не наоборот — этот корпоративный нерест вызывает ощущение бессилия, потому что против — бесполезно.
Я сам когда-то был его частью — только у нас в Северном округе тротуары широки, и лососи по-степеннее, хотя всё равно направление одно — центр. Группа армий "Центр", только вместо Баварии или Саксонии, родина — Митино или Жулебино.
Страшно попасться под ноги спешащему на работу в 8 утра москвичу. Или не-москвичу.
Хотя москвичи, наверное, менее страшные, потому что понежнее и менее похожи на акул.
* * *
Сделал я свои дела в доме 163 по Волгоградскому проспекту, наступило 10-00. Многоэтажки отнерестились квартиросъёмщиками, и даже можно уже не уворачиваться от бешено и слепо семенящих на работу секретарш и менеджеров; возник вопрос — а как обратно-то?
Проспект всё ещё стоит. Обратно пешком, но уже по свободной реке. Иду, ржу — рядом жёлтый автобус 138, кажется, маршрутка, едет с точно такой скоростью, как я иду. А я иду медленно, потому что семеню ножками и боюсь поскользнуться. Так с автобусом 138-го маршрута на пару и дошли до метро.
Об остальном умолчу, потому что ещё много пришлось походить по округу по делам, испытать пару недюжинных шоков, но зато я ни разу не поскользнулся, а это позитив. Вроде бы все дела сделаны, а тут — сплошные поздравления, а папа подарил мне чёрный шарфик с эмблемой IBM.
Папа, разумеется, вынес мне мозг, но, во-первых, ему можно; а во-вторых, я всё равно его вижу раз в два года (даже не каждый день рожденья), так что это ничего. Хотя страшно подумать, что было бы, если бы он с мамой не развёлся. С ними я бы сошёл с ума годам к 13-ти и сейчас пускал бы слюни на казённые простыни.
Римляне были без ума от скачек. Ипподром в современном английском городе Кольчестер окружен могилами возниц и болельщиков. Уже позднее, в VI веке, в Византии — Восточной Римской империи — фанаты команд разбились на политические партии и даже устраивали погромы и беспорядки в случае проигрыша.
