В разного рода сериалах я люблю сцены, показывающие героев в кафе, на приёме у врача, или в других публичных местах. Мне нравится рассматривать статистов, изображающих прочую "фоновую" публику. Кто они? Что они? Как они оказались в роли "живых декораций"? Мальчики и девочки из глухих провинций, мечтавшие о голливудской карьере, приехавшие в Л.А. на мамины-папины деньги, работавшие на грязных и иногда порнографических работах, надеявшиеся и стремившиеся, верившие и внушавшие себе — и вот, вершина карьеры, роль "третьей женщины в кафе" в "Большом взрыве", или роль прохожего в "Малкольме". Годы идут, нервное напряжение копится, кожа стареет, и формальная дружелюбность всё более отдаёт пластмассой, а они по-прежнему получают по 200 баксов за изображение "публики, поглощающей кофе" или "пациентов в больничном коридоре". Успех, блятть.
Мне их даже не жалко, кстати. Они сделали ставки, и проиграли. Меня всегда ужасно веселило, что многие люди покупаются на байки "поверь в себя", и пытаются искренне верить в свою "избранность", в "гарантию успеха". Никто не хочет верить в предназначение себя как "ворчливого таксиста", все верят в себя как во второго Брэда Питта. Каждый верит, что он особенный — и получает особенную роль "второго полисмена" или "помощника торговца кебабами". Как же это мучительно, наверное, самые красивые 20 лет своей жизни провести в погоне за мечтой, не скупиться на авансы, ничего не жалеть, верить-надеяться-и-ждать, и в итоге оказаться за бутафорским столиком с картонным стаканчиком бутафорского же кофе. Или даже настоящего кофе, но индустрия беспощадна, и стаканчик наверняка пуст, — чтобы не разлили, не напачкали. Каково это, подносить пустой стаканчик к губам, изображая беззаботную публику, пока ненавидимые тобою звёзды ("Господи, да что ж они в ней нашли? Чем я хуже?") блещут перед камерой в пяти метрах от тебя?
Вера обманчива. Ещё более мне жаль тех, кому ещё и внушает психологическая пиздобратия, "поверь в себя, и всё получится". Ещё бы, ведь эта пиздобратия не будет платить по твоим счетам, её ответственности — нуль. Напиздел и свалил, искать других наивных несамостоятельных мудаков с излишним апломбом и верой в собственную "избранность", или даже наоборот, робких и неуверенных, которые поверят — получат от жизни по мозгам — и станут ещё более забитыми, и хорошо если не на колёсах. Выжженная эмоциональная пустыня из не оправдавшихся ожиданий, пройденной и пережитой грязи, нереализованных надежд, и зря растраченных усилий. Полный "булевард оф брокен дримз", как поётся в песне.
А что "вдохновитель"? — скажет, "сами виноваты". Или "недостаточно старались". Он скажет всё что угодно. кроме единственно верного "Это я, психо-мудак, натрезвонил вам в уши хуйни, а вы поверили и обожглись, простите меня, это я беру на себя слишком много, и не несу никакой ответственности".
Кстати, возвращаясь к статистам: среди них много людей в возрасте, 30-40-летних, кто уже лет по двадцать в этом "бизнесе". Как они живут, как они выживают, мне непонятно. Как им не противно самих себя. На это нужно либо фантастическое самолюбие, непоколебимость самооценки, и серьёзное уважение к себе — либо действительно непроходимая тупость, неспособность задуматься, неспособность воспринять себя со стороны, забитость самокритики, и фонтан неистощимого себялюбия. Или какое-то просто бескрайнее море надежд. Которые, разумеется, так и останутся не оправдавшимися и нереализованными, и хорошо если не отравят тебя, когда наконец прокиснут.
В "Убить Билла", будущий муж Умы Турман — классический наивняк и задрот. "У него лавка грампластинок в Эль-Пасо; он обожает музыку" — возможно, ещё и эскапист. Их брак был бы заведомо матриархален. Возможно, в этом и была причина её изначального выбора: с ним, она чувствовала бы себя в безопасности, и имела бы контроль. Более того, с ним у неё было бы меньше шансов применять психологическое или физическое насилие. Если бы брак состоялся, он был бы, скорее всего, не особо счастливый, основанный не столько на любви, сколько на соображениях безопасности и контроля. Впрочем, такие характеры, как "невеста", вообще редко бывают счастливы. Сильные личности иногда такие же заложники своей силы, как слабаки заложники своей слабости.
Господа, кто-нибудь напомнит мне фильм, мистический триллер. Что-то на религиозную тему, а в конце, в развязке (в финальной схватке), герои погибают в пожаре — показано, как горит итальянский город с очень высокими башнями.
Ещё в детстве, когда я рассматривал альбомы и открытки по искусству, в изобилии имевшиеся у матушки, меня мучил вопрос про рожки Моисея. Сейчас эта загадка раскрылась — виноваты, как всегда, тонкости перевода.
за фото. 
Часовые охраняют арестованных царских министров 
