Когда речь заходит и русских и латышах, то обязательно – по инициативе латышской стороны – всегда начинается с песни об исторических гостях и исторических хозяевах на берегах Балтийского моря. Причина понятна – закрепить за собой статус главнюка, а потом с высоты этого статуса обсуждать все остальные вопросы.

 

Я всегда принимаю этот вызов и сразу расширяю его, начиная не с 1919 года (провозглашение независимой Латвии), как все латышские историки, а с Геродота, Плиния, Птолемея, Тацита, рассказывающих о таком античном славянском племени венеды, которое славно потопталось по всей Европе, оставив после себя массу топонимов, самый известный из которых – город Вена…

 

 

Вот выдержки из этого сочинения Клавдия Птолемея «Географии»: Книга III, в главе V «Положение Европейской Сарматии».

 

«Европейская Сарматия ограничивается на севере Сарматским океаном по Венедскому заливу и частью неизвестной земли».

 

Речь идёт о Балтийском море, в древности называвшемся Венедским.

 

В полном соответствии с античными описаниями на территории Латвии, аккурат на берегу моря можно найти реку Венту и город Вентспилс, а прямо по центру Латвии – еще и Венден. А теперь можно задавать первый провокационный вопрос – считают ли себя современные латыши предками венедов?

 

Продолжая вопрос о том, «кто в доме хозяин» и вообще – где чей исторический дом, обратим внимание на национальных символах. Я предлагаю обратить внимание на Аусеклис — один из символов латышской культуры, часто изображаемый на национальных нарядах: тканях, платках, покрывалах и так далее.

 

 

Аусеклис также стал символом национального движения «Атмода» (латыш. Atmoda) буквально — Пробуждение, участвовавшего в Поющей революции 1991 года

 

А теперь посмотрим на Национальный герб Удмуртии и попробуем сравнить символ, трехкратно повторенный на этом гербе (на флаге Удмуртии, кстати - он точно такой же):

 

 

Предупреждаю, что это жесткий троллинг, особенно для молодого поколения латышей, применяйте осторожно ввиду возможной истерики.. Ну а мы вернемся на берега Балтийского моря и посмотрим на карту Х века

 

 

Латыши русских называют Криевс. Пошло это от племен кривичей, которых мы легко находим на карте Х века - ПСКОВ. А вот на месте нынешней Риги никаких латышей нет. Ливы – это финноугрская языковая группа. Латгалы по языку – Западная Белоруссия и Литва. Между латгалами и латышами до сих пор присутствует некоторое... м-м-м-м... отчуждение. Плохо скрываемое и тщательно замалчиваемое.

 

Перемещаемся в средневековье – аккурат в Старую Ригу

 

 

Вот так выглядело 700 лет назад место рядом с Домским собором (реконструкция карты средневековой Риги 1400 года, проведенная немецким архитектором, архивистом и краеведом Вильгельмом Нейманом в 1892 году). Русская улица, которая сегодня называется улицей Трокшню (шумная) и входила в Русское подворье, занимавшее примерно четверть средневекового города.

 

 Вот так она выглядит сегодня:

 

 

А в то время была местным промышленным центром - помимо торговцев, державших свои амбары для хранения товаров, на территории рижского русского подворья существовало широкое ремесленническое поселение: цеха бочаров, скорняков, огородников и садоводов, а также каменщиков и кузнецов.

 

Кроме Русской улицы (plаtea Rutenorum) в Риге были также Малый русский переулок и Большой русский переулок. Они примыкали к Ратушной площади, там, где сейчас находится Дом Черноголовых. 

 

 

Мой любимый троллинг: в ответ на причитания местных нациков о том, что русских здесь не стояло – предлагаю на спор, что могу найти на средневековой карте РИГИ минимум 3 русских топонима и предлагаю в обмен найти хотя бы один – про Латвию и латышей.

 

Но самый жестокий троллинг о коренном языке, который для аборигенов является священной коровой – погружение в деловую документацию:

 

Рижские бургомистры вели специальную Долговую книгу для записи сделок рижских купцов: согласно сведениям, собранным в ней с 1286 по 1352 годы, из 2000 записей, сделанных за этот период, около 400 касалось торговых сделок, заключённых русскими купцами (пятая часть всех торговых сделок). Члены магистрата, ответственные за ведение Долговой книги, делали помету перед указанием о сделке или же после фамилии участников: Ruthenus или Ruthe (русский), определяя таким образом рабочий язык сделки. 

 

Ещё раз - для закрепления материала - четверть сделок в средневековой Риге совершалось на РУССКОМ языке и НИ ОДНОЙ - на латышском. Просто исторический факт, ничего личного...

 

Продолжая формировать историческую базу, нельзя не упомянуть Петра Первого, выкупившие эти земли у шведов, вместе со всей живностью и всем населением, а также их потомством.  Речь идет о Ништадтском мирном договоре, который завершил Северную войну между Россией и Швецией. Согласно ему участок Карелии, Эстляндия, Ингерманландия и Лифляндия отошли Петру I за 2 млн. ефимков (серебряных монет) – это почти 56 тонн серебра.

 

 

Договор, кстати, действующий, никто не денонсировал и не объявил ничтожным,   поэтому будет справедливо, если следом после текста международного действующего договора мы подвесим вот такую шутку

 

 

А мы перейдем к главным святыням национальной идентичности латышей. Где, когда и кем они создавались. Базовый, как "Слово о полку Игореве" у русских, у латышей имеется  свой Эпос Лачплесис.

 

К сожалению, люди даже не догадываются, что написал этот эпос штабс-капитан российской императорской армии Андрей Пумпур

 

 

Но самое интересное, что прообразом главного героя был Вячеслав Рюрикович – легендарный князь Вячко, погибший со своей дружиной в «русских фермопилах» - городе Юрьеве В 1224, на пути тевтонского ордена – за 18 лет до ледового побоища.

 

 

"Мощные духи с Запада встали,

 

Молвил он, - Перконса власть ненавидя,

 

Чёрные демоны в шлемах рогатых

 

Точат мечи, угрожая Востоку.

 

– писал штабс – капитан в 19м веке, даже не подозревая, что в 21 веке его «благодарный потомок» в должности министра обороны Латвии скажет: ««We are welcoming German boots on the ground here in Latvia ever since 1940» («Мы с 1940 года рады немецкому сапогу на латышской земле»).

 

 Кстати - на гибели русского князя Вячеслава Рюриковича,  ставшего под пером штабс-капитана русской армии латышским богатырем Лачплесисом, удивительная переплетение судеб не заканчивается. Потомок князя Вячко – Фердинанд Тизенгаузен, адъютант и зять Кутузова, стал прообразом Андрея Болконского в «Войне и Мире» Л.Н. Толстого, погибнув в битве при Аустерлице.

 

 

От легендарного эпоса перейдем к святые святых - государственным символам. И начнем с государственного гимна Латвии. Написал ее вот этот дядечка:

 

 

Карлис Бауманис. В 1858 году он свалил из тогдашней Латвии со словами «Лучше быть дворником в Петербурге, чем учителем в Видземе!» В столице Бауманис, тем не менее, стал совсем не дворником, а преподавателем немецкого языка в Смольном институте, и в 1-й Петербургской гимназии. Дважды награждался за педагогическую работу. 1873. Орден Св. Анны. 1878. Орден Св. Станислава. То есть национальный гимн Латвии, как и национальный эпос, писал тоже русский чиновник на государственной службе.

 

Теперь сам гимн. Это песня, которую Бауманис написал для праздника песни, причем особо сильно не заморачивался, где взять текст и музыку.

 

Вот гимн Латвии

 

А вот – народная немецкая песня "Wenn ich ein Vöglein wär" (в переводе — «Если бы я был птичкой»): «Если бы я был птичкой и у меня были бы два крылышка, я бы полетел к тебе..».

 

То есть мелодия гимна позаимствована у немцев. А как дело обстоит со словами? А слова Бауманис заимствовал у гимна Российской Империи "Боже, Царя храни!".

 

Структура первых двух строк гимна Латвии идентична, т.е. в первой строчке содержится просьба, чтобы Боже хранил/благословил избранный объект, а во второй строке этот объект характеризуется (царь — сильный, державный, а Латвия — дорогая).

 

Подводя промежуточный итог, резюмирую - сама латышская идентичность создавалась в Петербурге и Москве, само ядро латышской нации - интеллигенция - формировалась за счет "оккупанта". Ну и, чтобы два раза не вставать - для заинтересовавшихся вообще темой национальной латышской идентификации – третий – ключевой вопрос о языке нации – просто отсылаю к статье Владимира Линдермана

 

 

На этом мы свой исторический экскурс закончу и перейду непосредственно к теме происхождения нынешней государственной и идеологической конструкции Латвии. Начну с цитаты учебника: «История Латвии XX век», 2005 г. Официальную презентацию этой книги провели в Президентском дворце президент Латвии. Тем самым было подчеркнуто, что данное издание одобрено высшим руководством страны и ему придается статус официальной трактовки латвийской истории.

 

 

Открываем стр. 119.:

 

"Процесс обретения Латвией государственной независимости был извилист и непрост. По словам историка У.Германиса, накануне Первой мировой войны «латыши, за исключением левых подпольщиков, можно сказать, не были политически организованы, а широкие народные массы ещё не были готовы воспринять „высокие политические цели”». Попросту говоря, латыши (да и эстонцы) в большинстве своём независимости не ждали и не хотели. Буржуазия пассивно и подобострастно ориенти¬ровалась на официальную Россию. Большинство латышских социал-демократов ориентировалось на революционную Россию и пролетарский интернационализм, демонстрируя нигилизм в отношении национального вопроса». Такая вот печальная история!

 

Огромный всероссийский рынок давал необозримые возможности для предпринимательской деятельности, блестящая императорская армия открывала латышским офицерам великолепные перспективы для карьерного роста, жаждущие знаний молодые люди могли обучаться в лучших столичных учебных заведениях, бурный предвоенный промышленный рост страны создавал новые рабочие места, и, наконец, – практически свободный выезд за границу дарил желающим радость видеть Европу и весь необъятный мир. И чего ещё желать? Мне приходилось беседовать со стариками, помнившими тех, кто жил ещё в «царское время». Все они с ностальгическим придыханием признавали, что по словам современников «до 1914 года была золотая эпоха, сладкое „предвоенное время”».

 

Первый раз о независимости Латвии говорится 12 января 1918 года- на мирной конференции в Брест-Литовске Социал-Демократическое правительство П.Стучки, принимает документ №13 - «декларация представителей латышского народа». Именно в этом документе, впервые в истории выражается "воля латышского народа на самоопределение" и настоятельная просьба, отвести из Курляндии как немецкие, так и русские войска. В декларации, особо отмечается, что правительство России, заочно готово выполнить просьбу законного правительства Латвии. 

 

Однако! Цитирую латышского историка Эрика Жагарса

 

"Сознательно созданное белое пятно – история с латышскими коммунистами, которые очень хотели сделать Латвию частью Советской России. Однако Советская Россия брать Латвию не хотела. Сегодня в это трудно поверить, но – факт: в 1918 году Ленин даже послал к латышским коммунистам Сталина, чтобы тот заставил их отказаться от идеи автономии Латвии в составе РСФСР и создать независимую республику."

 

Как всегда бывает в таких случаях, независимых Латвий получилось несколько и та буржуазная Латвия, которая утвердилась в конце концов выглядело ну очень бледно. Скажем честно, её войсками были два английских крейсера и резиденция  представителя британской разведки майора Маккинена, в доме которого и прятался до "демократического воцарения" шеф "Всея Латвия" - Карлис Ульманис.

 

Нас же будет интересовать только латышские стрелки, "преторианцы революции", без которых, по признанию многих большевиков, власть удержать не получилось бы. Вот теперь представьте - В ОГРОМНОЙ РОССИИ латышские стрелки смогли удержать советскую власть, а в крошечной Латвии - не получилось. А ведь, кажется, где бы ещё её удерживать, как не в гнезде. Тем более, что все предпосылки для этого существовали. И Латвия была советской! Оцените, как описывает современник появление "преторианцев революции": 

 

Журналист Н.Бережанский: "К вечеру 3 января 1919 года в город вступили конные разъезды красных латышских стрелков. Это были крепкие, хорошо одетые парни в папахах и широких шароварах с казачьими красными лампасами. В солдат бросали живые цветы, их угощали папиросами, конфетами.   Александровская улица от Воздушного моста до улицы Известковой была переполнена людьми».

 

 «На каждом перекрёстке всадники останавливались, снимали фуражки, снимала их и толпа, гремела Марсельеза и Интернационал. Затем эскадрон, надев шапки, кричал «ура», ехал дальше. На следующем перекрестке происходила та же церемония. Для большинства латышской интеллигенции большевики-стрелки были ближе и роднее, нежели недавние оккупанты - немцы. 

 

А вот дальше - выделяю особо:

 

Если стрелки зверствовали и палачествовали там, в чуждой им России, и истребляли чужих, не родных им русских, то дома они, эти краснощёкие, рослые красавцы, по отношению к своим родным по крови латышам не будут зверьми.... 

 

Характерным откликом на эти настроения явилась статья главы советского правительства Латвии - П.Стучки, в которой он хвалил поведение латышской интеллигенции, «рвение которой на советскую службу было так велико, что правительство совершенно не в состоянии использовать труд этих желающих послужить на пользу советской Латвии».

 

Вышеуказанные настроения подтверждают и немецкие источники. В частности - немецкий историк К.Гримм, анализируя политическое  Латвии в то время, отмечал: «…В ноябре 1918 года уже примерно 65 процентов латышского населения были настроены большевистски или симпатизировали большевикам… Во всяком случае распространение коммунистической заразы происходило так интенсивно, как прежде ни у одного народа Европы». 

 

 «На 1 февраля 1919 года Красная Армия Латвии, включая резервы, насчитывала приблизительно 20 000 человек; из них три четверти, примерно 15 000 человек, составляли латыши. В то же время в антибольшевистских латышских подразделениях было всего 450 человек. Таким образом, на стороне большевиков воевало в 33 раза больше латышей, чем на стороне антибольшевистских сил».

 

И вот теперь вопрос! Что же должно такое случится, чтобы ВСЕГО ЧЕРЕЗ МЕСЯЦ ошмётки разгромленной немецкой армии, доставленной под присмотром Британии на восьми пароходах, как написано в латышский "первоисточниках" в хлам разгромили вот этих самых "преторианцев революции" и выперли их из Латвии? 

 

Причем разгромили крайне интересно!

 

Разбитые вроде как войска советской Латвии, отступившие в Россию, с 26 июня 1919 года  называются Латышской стрелковой дивизией, которая успешно сражается в октябре-ноябре 1919 года в Орловско-Курской операции против войск Деникина, освобождает Белгород, Харьков. В феврале-марте 1920 года дивизия вела борьбу с бандами Махно, а в апреле участвовала в боях за Крым, в августе-октябре - в захвате и обороне Каховского плацдарма, затем вела бои по ликвидации врангелевских войск в Советской Таврии и в Крыму. 

 

Простите, но в хлам разбитые себя так не ведут. Позволю себе предположить, что в Латвии имел место договорняк, в рамках которого латышей отправили защищать революцию там где надо, а не там, на что положили глаза "наши западные партнеры". Зато 11 августа 1920 года, когда был заключен мирный договор между буржуазной Латвией и Советской Россией, приблизительно 13 000 КРАСНЫХ латышских стрелков совершенно беспрепятственно вернулись в Латвию. И вот этими лицами мы сейчас и займёмся.

 

 

Вилис Янумс, прапорщик 4го Видземского латышского стрелкового полка. Командир 2-го пулеметного батальона 15 армии РККА. Вернулся в Латвию в 1921м. 

 

 

А вот это - он же о время Второй мировой войны - Командир гренадерского полка 1й дивизии СС. Латышский легион Ваффен СС.

 

Согласитесь - фееричная карьера! Царский офицер - Преторианец революции - офицер буржуазной Латвии - опять офицер РККА (1940) и, наконец - верный сын Третьего Рейха. И заметьте - везде абсолютно искренне! 

 

Следующий - его соратник -  Петерис Лапайнис, прапорщик царской армии 4го Видземского латышского стрелкового полка. В 1918 году вместе с другими стрелками поступил на советскую службу в Красную Армию, участвовал в Гражданской войне в России и был награжден орденом Красного Знамени за героизм. Вернулся в Латвию в 1923м.

 

 

Поступив 1 апреля 1921 года в военное училище уже в Латвии, 1 сентября 1923 года он получил звание лейтенанта и был назначен офицером 3-й роты 6-го Рижского пехотного полка. 18 декабря 1935 года он был произведен в капитаны. 18 ноября 1939 г. награжден 5-й степенью ордена Виестура с копьями.

 

После присоединения Латвии к СССР 11 июля 1940 года он был назначен командиром Даугавпилсской крепостью РККА.

 

 

Во время второй мировой - командир II батальона 34-й полка 1й дивизии СС. Латышский легион...

 

Давайте я отдельно еще раз перечислю награды этого воина:

 

-Георгиевский крест 3 и 4 ст.

 

- Орден Красного Знамени — за бои под Царицыным

 

-Военный орден Лачплесиса 3 ст. — за рейд на Латгальском фронте у села Коженец

 

-Орден Виестура 5 ст.— за долгую и образцовую службу в армии Латвийской Республики.

 

-Железный крест 2 ст. — за бои у реки Великой...

 

А вот теперь только не упадите - умер Петерис в 1990 году, успев поработать УЧИТЕЛЕМ в латышской школе и похоронен на Похоронен на Братском кладбище в Риге. Для справки - в советское время (а 1990 год - еще СССР) на Братском кладбище хоронили СОВЕТСКИХ воинов. В частности - в 1958 году на Братском кладбище захоронили советских воинов, павших во Второй мировой войне, и бойцов партизанских бригад.

 

В конце статьи я добавлю еще с десяток подобных фамлий. Обобщая сказанное хочу обратить внимание на то, на что еще никто никогда не обращал. Все знают, что латыши воевали за Советскую власть, знаю, что они воевали и за Гитлера, однако, никто не обращал внимание что среди тех, кто изображен на трех нижеопубликованных фото могут быть ОДНИ И ТЕ ЖЕ ЛЮДИ

 

 

 

 

Кстати, это не конец... ЭТИ ЖЕ ЛИЦА присутствуют и тут:

 

 

"Около 30 тысяч латышских солдат стали военнопленными западных союзников, сдавшись им в плен после капитуляции Германии. Латвийским организациям удалось убедить союзников, что латышские легионеры должны рассматриваться как граждане независимой Латвии, незаконно призванные на военную службу, поэтому вскоре они были освобождены из лагерей военнопленных и позже получили разрешение на эмиграцию в Великобританию, США и другие страны Запада. Многие из них служили рабочими и помощниками охранников в вооружённых силах США и Великобритании, дислоцированных в Германии. Уже на Нюрнбергском процессе недавние товарищи по оружию охраняли нацистских преступников"

 

Ну, то что бывшие нацисты нашли приют у англосаксов - давно всем известно и никому не интересно. Я расскажу про другие лица

 

 

На этом – Роберт Гайгалс – серьезный советский госслужащий. Уважаемый человек Советской Латвии. Фото - вы не поверите - с доски Почета Ударников СоцСоревнования Советской Латвии!

 

А вот -  этот же человек:

 

 

Роберт Гайгалс — оберштурмфюрер СС Латышского добровольческого легиона СС, кавалер Рыцарского креста Железного креста. Окончил в июле 1940 года Латвийскую военную академию, был произведён в лейтенанты и направлен в сапёрный полк. После присоединения Латвии к СССР комвзвода 181-й сапёрной дивизии РККА.

 

Жаль! Не нашёл я в инете фото Роберта в форме офицера советской армии - был бы полный комплект!

 

После начала Великой Отечественной войны Гайгалс дезертировал и сбежал на сторону немцев, с 1943 года служил в Латышском добровольческом легионе СС. В мае 1944 года за службу награждён Железным крестом II класса, в июле — Железным крестом I класса, произведён в оберштурмфюреры СС. Командовал 6-й ротой 42-го ваффен-гренадерского полка 19-й ваффен-гренадерской (2-й латышской) дивизией СС. После капитуляции группировки немецких войск в Курляндском котле попал в советский плен, за службу на стороне немцев был выслан в Магадан. Вернулся в Латвию в 1954 году. Скончался 15 апреля 1982 в Риге.

 

Ощутили, какое тут всё советское время было гнездо строителей "светлого будущего"? Поехали дальше. Следующий "герой", несмотря на более, чем бурную жизнь, оставил после себя только рисованый портрет

 

Андрей(с) Роберт(с) Фрейманис (латыш. Andrejs Freimanis;) — С 1936 по 1939 год служил во 2-м Вентспилсском пехотном полку Латвийской армии , в 1939 году получил звание лейтенанта.

 

 

А на фото – он уже - офицер Латышского добровольческого легиона СС (командир 13 роты 44 полка 19 пд СС. Кавалер, 1-й и 2-й степени Железного креста, Немецкого креста в золоте.

 

8 мая 1945 Фрейманис попадает в плен к Советскому Союзу и отправляется в лагерь для военнопленных. Однако уже в 1946 году он был освобожден, а в ноябре вернулся в Латвию, где работал экономистом. Выйдя на пенсию, в 1983 году он переехал в Лутрини Салдусского района, где прожил до своей смерти в 1994 году.

 

Последняя высшая награда Третьего Рейха - Рыцарский крест, которым Фрейманис был награждён за бои во время обороны Курляндского котла, но не смог получить вовремя, была торжественно вручена в 1993 году в актовом зале Технического университета Латвии, приняв награду, Фрейманис отсалютовал: «Хайль Гитлер»!

 

На церемонии похорон приняли участие представители Лиепайской пограничной охраны, Морских сил обороны, Службы безопасности Латвии, советники Национальной гвардии, Национальных солдат и «Даугавских ястребов», оркестр вооруженных сил Латвии...

 

Подведем итог и вернемся к фотографии №1, где московские и питерские студенты и аспиранты горячо поддерживают требования латышского народа. Русским, волею судеб оставшихся в Латвии после распада СССР сейчас совершенно понятно какие именно требования латышского народа поддерживала интеллигенция России в конце 80х-90е. А в этом очерке я постарался пояснить, почему никаких других требований к русским у этого народа нет и и не могло быть, как у избалованного дитяти, которому все прощается и которого балуют и кормят, отрывая у себя последний кусок, делая "красиво" даже в ущерб собственной нации, которая - в соответствии с тезисом Ленина - "велика только тем, чем может быть велик держиморда"... Осталось только поставить жирную точку, затронув ключевой вопрос, который упорно заметают под коврик современные марксисты - латышские коммунисты и их борьба за ЛАТЫШСКУЮ Латвию. Согласитесь - это тема заслуживает отдельного материала

 

P/S/ Тем, кому интересно то же самое в видео варианте - прошу сюда:

 

 

Сергей Васильев: https://aftershock.news/?q=node/953921