Photoshop onlineДля того чтоб отредактировать картинку совсем не обязательно иметь фотошоп на комьпьютере. Это можно сделать с помощью приложения online photoshop =)
Всегда под рукойаналогов нет ^_^
Позволяет вставить в профиль панель с произвольным Html-кодом. Можно разместить там банеры, счетчики и прочее
Онлайн-игра "Большая ферма"Дядя Джордж оставил тебе свою ферму, но, к сожалению, она не в очень хорошем состоянии. Но благодаря твоей деловой хватке и помощи соседей, друзей и родных ты в состоянии превратить захиревшее хозяйст
Смешные цитаты и ICQ статусыСмешные цитаты и ICQ статусы из социального цитатника basher.ru
"Если ты желаешь, чтобы мир изменился, - сам стань этим изменением" У Шекспир
"Суди сам себя. Это самое трудное. Себя судить куда трудней, чем других. Если ты сумеешь правильно судить себя, значит, ты поистине мудр" (Экзюпери).
СТРАДАНИЕ СВЯТЫХ 40 МУЧЕНИКОВ СЕВАСТИЙСКИХ |
В 313 году Святой Константин Великий издал указ, согласно которому христианам разрешалась свобода вероисповедания и они уравнивались в правах с язычниками. Но его соправитель Ликиний был убежденным язычником и в своей части империи решил искоренить христианство, которое значительно распространилось там. Ликиний готовился к войне против Константина и, боясь измены, решил очистить от христиан свое войско.
В то время в одном армянском городе Севастии одним из военачальников был Агриколай, ревностный сторонник язычества. Под его началом была дружина из сорока каппадокийцев, храбрых воинов, которые вышли победителями из многих сражений. Все они были христианами. Когда воины отказались принести жертву языческим богам, Агриколай заключил их в темницу. Войны предались усердной молитве и однажды ночью услышали глас: «Претерпевший до конца, тот спасен будет».
На следующее утро воинов вновь привели к Агриколаю. На этот раз язычник пустил в ход лесть. Он стал восхвалять их мужество, молодость и силу и снова предложил им отречься от Христа и тем снискать себе честь и расположение самого императора. Снова услышав отказ, Агриколай велел заковать воинов. Однако старший из них, Кирион, сказал: «Император не давал тебе права налагать на нас оковы». Агриколай смутился и приказал отвести воинов в темницу без оков.
Через семь дней в Севастию прибыл знатный сановник Лисий и устроил суд над воинами. Святые твердо отвечали: «Возьми не только наше воинское звание, но и жизни наши, для нас нет ничего дороже Христа Бога». Тогда Лисий велел побить мучеников камнями. Но камни летели мимо цели; камень, брошенный Лисием попал в лицо Агриколаю. Мучители поняли, что Святых ограждает какая-то невидимая сила. В темнице воины провели ночь в молитве и снова услышали утешающий их голос Господа: «Верующий в Меня , если и умрет, оживет. Дерзайте и не страшитесь, ибо восприимете венцы нетленные».
На следующий день суд и допрос перед мучителем повторился, воины же остались непреклонны.
Стояла зима, был сильный мороз. Святых воинов раздели, повели к озеру, находившемуся недалеко от города, и поставили под стражей на льду на всю ночь. Чтобы сломить волю мучеников, неподалеку на берегу растопили баню. В первом часу ночи, когда холод стал нестерпимым, один из воинов не выдержал и бросился бегом к бане, но едва он переступил порог, как упал замертво. В третьем часу ночи Господь послал отраду мученикам: неожиданно стало светло, лед растаял, и вода в озере стала теплой. Все стражники спали, бодрствовал только один по имени Аглаий. Взглянув на озеро он увидел, что над головой каждого мученика появился светлый венец. Аглаий насчитал тридцать девять венцов и понял, что бежавший воин лишился своего венца. Тогда Аглаий разбудил остальных стражников, сбросил с себя одежду и сказал им: «И я – христианин!» – и присоединился к мученикам. Стоя в воде он молился: «Господи Боже, я верую в Тебя, в Которого эти воины веруют. Присоедини меня к ним, да сподоблюсь пострадать с Твоими рабами».
Наутро истязатели с удивлением увидели, что мученики живы, а их стражник Аглаий вместе с ними прославляет Христа. Тогда воинов вывели из воды и перебили им голени. Во время этой мучительной казни мать самого юного из воинов, Мелитона, убеждала сына не страшиться и претерпеть все до конца. Тела мучеников положили на колесницы и повезли на сожжение. Юный Мелитон еще дышал, и его оставили лежать на земле. Тогда мать подняла сына и на своих плечах понесла его вслед за колесницей. Когда Мелитон испустил последний вздох, мать положила его на колесницу рядом с телами его святых сподвижников. Тела святых были сожжены на костре, а обуглившиеся кости брошены в воду, чтобы христиане не собрали их.
Спустя три дня мученики явились во сне блаженному Петру, епископу Севастийскому, и повелели ему предать погребению их останки. Епископ с несколькими клириками ночью собрал останки славных мучеников и с честью похоронил их.
«Настольная книга священнослужителя», т. 3
Тропарь Севастийским мученикам
Страстоносцы всечестнии, воины Христовы четыредесяте, твердии оружницы: сквозе бо огнь и воду проидосте, и Ангелом сограждане бысте. С ними же молитеся Христу о иже верою хвалящих вас: слава Давшему вам крепость, слава Венчавшему вас, слава Подавающему вами всем исцеления.
«Всеславные страстотерпцы, мужественные бойцы, сорок воинов Христовых, вы прошли сквозь огонь и воду и стали согражданами Ангелов. С ними молитесь Христу о тех, кто воспевает вас: слава Давшему вам твердость, слава Увенчавшему вас, слава Тому, кто подает всем исцеления по вашим молитвам».
О святых Севастийских мучениках
Любителю мучеников наскучит ли когда творить память мучеников? Честь, воздаваемая добрым из наших сослужебников, есть доказательство нашего благорасположения к общему Владыке. Ибо несомненно, что восхваляющий мужей доблестных не преминет и сам подражать им в подобных обстоятельствах. Искренно ублажай претерпевшего мучение, чтоб и тебе соделаться мучеником в произволении, и без гонения, без огня, без бичей оказаться удостоенным одинаковых с ним наград. А нам открывается случай подвизаться не одному мученику, и не двум только мученикам, даже не десятью ограничивается число ублажаемых: но сорок мужей, у которых в раздельных телах была как бы одна душа, в согласии и единомыслии веры показали одинаковое терпение в мучениях, одинаковую стойкость за истину. Все подобны один другому, все равны духом, равны подвигом; посему и удостоены равночеснтых венцов славы.
Что же делал преобладавший тогда? Он был искусен и обилен в средствах, то обольщать ласками, то совращать угрозами. И их сперва хотел очаровать ласками, пытаясь ослабить в них силу благочестия. Он говорил: «Не выдавайте своей юности; не променивайте этой сладостной жизни на безвременную смерть. Привыкшим отличаться доблестью в бранях не прилично умиреть смертию злодеев». Сверх сего обещал им деньги. И это давал им, и почести у царя, и одарял чинми, и хотел одолеть тысячами выдумок. Поелику же они неподдались такому искушению, обратился к другому роду ухищрений: стращал их побоями, смертями, изведанием несноснейших мучений.
Так действовал он! Что же мученики? Говорят: «Для чего, богопротивник, уловляешь нас, предлагая нам эти блага, чтоб отпали мы от живого Бога и поработились погибельным демонам? Для чего столько даешь, сколько стараешься отнять? Ненавижу дар, который влечет за собою вред; не принимаю чести, которая бывает матерью бесчестия. Даешь деньги, но они здесь остаются. Делаешь известным царю, но отчуждаешь от Царя истинного. Что так скупо и так не много предлагаешь нам из мирского? Нами презрен и целый мир. С вожделенным для нас упованием нейдет и в сравнение видимое. Видишь это небо: как прекрасно смотреть на него, как оно величественно! Видишь землю: как она пространна и какие на ней чудеса! Ничто из этого не равняется блаженству праведных. Ибо это преходит, а наши блага пребывают. Желаю одного дара – венца правды; стремлюсь к одной славе – к славе в Царстве Небесном. Ревную о почести горней: боюсь мучения, но мучения в геене. Тот огонь мне страшен, а этот, которым вы угрожаете, мне сослужебен. Он умеет уважать тех, которые уважают идолов. Стрелы младенец, как рассуждаю, язвы ваши (Пс. 63, 8), потому что поражаешь ты тело, а оно, если долго выдерживает удары, светлее венчается, а если скоро изнемогает, избавится от таких судей-притеснителей, которые, взяв в услужение себе тело, усиливаетесь возобладать над душою, которые, если не будете предпочтены Богу нашему, как будто претерпев от нас крайнюю обиду, раздражаетесь и грозитесь этими страшными мучениями, ставя нам в вину благочестие. Но не найдете нас ни робкими, ни привязанными к жизни, ни легко приводимыми в ужас, и это потому, что любим Бога. Мы умеем терпеть, когда колесуют, вывертывают члены, жгут на огне; мы готовы принять всякий род истязаний».
Когда выслушал сие это человек гордый и бесчеловечный: не терпя дерзновения сих мужей и вскипев яростию, стал рассуждать сам с собою, какой бы найди ему способ, чтоб приготовить им смерть и продолжительную и вместе горькую. Нашел наконец, и смотрите, как жестока его выдумка! Обратив внимание на свойство страны, что она холодна, на время года, что оно зимнее, заметив ночь, в которую стужа простиралась до наибольшей степени, а притом дул еще и северный ветер, дал он приказание, всех их обнажив, уморить на открытом воздухе, заморозив среди города.
Выслушав тогда это повеление (рассуждай по этому о непобедимом мужестве мучеников), каждый с радостию сбросил с себя последний хитон, и все потекли на встречу смерти, какою грозила стужа, поощряя друг друга, как бы шли к расхищению добычи. «Не одежду скидаем с себя, – говорили они, – но отлагаем ветхого человека, тлеющего в похотех прелестных (Еф. 4, 22). Благодарим Тебя, Господи, что с этою одеждою свергаем с себя грех; чрез змия мы облеклись, чрез Христа совлечемся. Не будем держаться одежд ради рая, который потеряли. Тяжко ли для раба потерпеть, что терпел и Владыка? Лучше же сказать, и с самого Господа мы совлекли одежды. Это была дерзость воинов; они совлекли и разделили по себе Его одежды. Поэтому загладим собою на нас написанное обвинение. Жестока зима, но сладок рай; мучительно замерзнуть, но приятно упокоение. Не долго потерпим, и нас согреет Патриархово лоно. За одну ночь вменяем себе целый век. Пусть опаляется нога, только бы непрестанно, ликовать с Ангелами! Пусть отпадает рука, только бы иметь дерзновение воздевать ее ко Владыке! Сколько наших воинов пало в строю, сохраняя верность царю тленному? Ужели мы не пожертвуем своею жизнию из верности Царю истинному? Сколько человек, уличенных в преступлении, подверглись смерти злодеев? Ужели мы не вынесем смерти за правду? Не уклонимся товарищи, не обратим хребта диаволу. Есть у нас плоть, не пощадим ее. Поелику непременно должно умереть, то умрем, чтоб жить. Да будет жертва наша пред Тобою, Господи (Дан. 3, 40). Как жертва живая, благоугодная Тебе, да будем приняты мы, всесожигаемые сим хладом, – мы, приношение прекрасное, всесожжение новое, всеплодствуемое не огнем, но хладом».
Когда же мученики подвизались, а страж наблюдал, что произойдет: видит он необычайное зрелище, видит, что какие-то силы сходят с небес, и как бы раздают воинам великие дары от Царя. И всем прочим разделили они дары; одного только оставили они не награжденным, признав его недостойным Небесных почестей; и это был тот, который, вскоре отказавшись от страданий, перешел к противникам. Жалкое зрелище для праведных! Воин-беглец, первый из храбрых – пленник, овца Христова – добыча зверей. Но еще более было жалко, что он вечной жизни не достиг, и не насладился настоящею; потому что плоть тот час у него рассыпалась от действия на нее теплоты. Но как этот животолюбец пал, без всякой для себя пользы для себя преступив закон: так исполнитель казни, едва увидел, что он уклонился и пошел к бане, сам стал на место беглеца, и сбросив с себя одежды, присоединился к обнаженным, взывая в один голос со святыми: Я христианин! И внезапностию перемены изумив предстоящих, как число собою восполнил, так и своим присоединением облегчил скорбь об ослабевшем, поступив по примеру стоящих в строю, которые, как скоро падет кто в первом ряду, тотчас замещают его собою, чтоб убитым не разрывался у них ряд. Подобно этому поступил и сей. Видел он Небесные чудеса, познал истину, притек ко Владыке, стал сопричислен к мученикам! Иуда пошел прочь, а на место его введен Матфей! Подражателем стал Павловым вчерашний гонитель, а ныне благовествующий. И он имел звание свыше ни от человек, ни человеком (Гал. 1, 1). Уверовал во имя Господа нашего Иисуса Христа, крещен в Него не другим кем, но собственною верою, не в воде, но в крови своей.
Прошения ваши будут приличны мученикам. Юноши да подражают им, как сверстникам; отцы да молятся о том, чтоб быть родителями подобных детей; матери да изучают повествуемое о доброй матери. Ибо матерь одного из сих блаженных, увидев, что другие уже скончались от хлада, а сын ее по крепости сил и терпеливости в мучениях, еще дышит, когда исполнители казни оставили его в надежде, что переменится, сама, взяв собственными своими руками, положила его на колесницу, на которой везли прочих к костру. Вот в подлинном смысле матерь мученика! Она не пролила слезы малодушия, не произнесла ничего низкого и недостойного по времени; но говорит: «Иди, сын, в добрый путь со сверстниками и с товарищами; не отставай от сего лика; не позже других явись ко Владыке». Вот подлинно доброго корня добрая отрасль! Доблестная матерь показала, что питала его более догматами благочестия, нежели млеком. Так был он воспитан, так предпослан благочестивою матерью! А диавол остается посрамленным: потому что, восставив на мучеников всю тварь, увидел, что все побеждено доблестию их, – и ветреная ночь, и холод страны, и время года, и обнажение тел.
Святый лик! Священная дружина! Непоколебимый полк! Общие хранители человеческого рода! Добрые сообщники в заботах, споспешники в молитве, самые сильные ходатаи, светила вселенной, цвет церквей! Вас не земля сокрыла, но прияло Небо; вам отверзлись врата рая. Зрелище достойное Ангельского воинства, достойное патриархов, пророков, праведников; мужи в самом цвете юности презревшие жизнь, паче родителей, паче детей возлюбившие Господа! Находясь в возрасте наиболее полном жизни, вменили они ни во что временную жизнь, чтобы прославить Бога в членах своих: став позором миру, Ангелом и человеком (1 Кор. 11, 9), восставили падших, утвердили колеблющихся, усугубили ревность в благочестивых. Все, воздвигнув один победный памятник за благочестие, украсились одним венцом правды, о Христе Иисусе, Господе нашем, Которому слава и держава во веки веков! Аминь.
Метки: 40 севастийскихъ мученников |
Родительская |
Сегодня у нас в храме Державной иконы Божьей Матери проходило богослужение Родительской субботы, на которой поминались все наши усопшие родители бабушки и дедушки.
Безграничным и безуспешным было бы наше горе по умирающим близким, если бы Господь не дал нам вечную жизнь. Жизнь наша была бы бесцельна, если бы она оканчивалась смертью. Какая польза была бы тогда от добродетели и добрых дел? Тогда были бы правы говорящие: «Будем есть и пить, ибо завтра умрем». Но человек создан для бессмертия, и Христос Своим воскресением открыл врата Царства Небесного, вечного блаженства для тех, кто верил в Него и жил праведно. Наша земная жизнь – это приготовление к будущей жизни, а это приготовление завершается смертью. Человекам положено однажды умереть, а потом суд (Евр. 9, 27). Тогда человек оставляет все свои земные попечения; тело его распадается, чтобы вновь восстать при Общем Воскресении
Они жили в одной квартире в соседних комнатах. Мать и сын, отделенные друг от друга не каменной стеной, а чем-то гораздо более серьезным, но до конца не осмысленным. Игорь часто вспоминал те счастливые минуты, когда он, еще ребенком лишенный отцовской крепкой руки, «утопал в море» материнской нежности и заботы. Он был единственным сыном своей матери, с которым были связаны все ее смыслы и цели. Благодаря ей он получил все, что имеет: здоровье, образование, положение в обществе. Но главное, чем он был ей обязан и что не оценил по достоинству, это сама жизнь. Не оценил, ибо ему казалось, что все, что обусловлено физиологией, отчасти вынужденно и поэтому лишено достоинства добродетели. Нет, конечно, он был благодарен ей за все, что получил от нее.
Всматриваясь порой в ее улыбающееся, уже чуть сморщенное морщинами лицо на фотографии, он припоминал, как она устраивалась на вторую работу, чтобы была возможность брать ему уроки английского. Как, приходя с ночной смены, готовила ему, еще погруженному в ночные грезы, завтраки перед походом в школу, а потом и перед университетом. Вспоминал, как, скопив немалую сумму денег на необходимые ей протезы, она купила на них... компьютер для него — без компьютера уже стало сложно получить высшее образование. Как любая (он так думал) мать, она всю себя отдавала ему и прощала, бесконечно прощала все его выходки и проказы, всю его дерзость и хамство, всю его невнимательность и «беззаботность». Он вспоминал все это, и... легкая грусть едва заметным мазком ненадолго сглаживала угловатые черты его лица...
Она лежала в соседней комнате, и это было ее постоянным положением
...Она лежала в соседней комнате, и это было ее постоянным положением. С тех пор, как ее парализовало, прошло уже без малого десять лет, и она уже почти смирилась с таким своим положением. Поначалу было очень больно, невыносимо ныла вся правая сторона ее тела, мучили головные боли. Сейчас боли поутихли, и хотя врачи говорят, что она уже не встанет, это можно было бы выдержать, если бы на смену той боли не пришла другая. И эта боль была куда страшнее ноющей половины и «расколотой» головы. Эта боль, не связанная с нервными окончаниями и нарушенным кровообращением, не утихала ни днем, ни ночью, и таблетки здесь были бессильны.
Источником этой боли был... ее любимый сын Игорь. Когда она слегла, он, потрясенный этим «громом среди ясного неба», был постоянно у ее изголовья. Ей не приходилось ни о чем его просить, он обеспечивал ей полноценный уход. Когда не мог сам, он просил своих близких друзей подежурить около нее, поэтому она постоянно чувствовала его заботу. И как же изменилось все сейчас! Да, она понимала, что у него своя жизнь, свои проблемы и заботы. У него есть дети, живущие после развода с матерью, о которых он все же заботится. У него перспективная и интересная работа, друзья, которым тоже нужно помогать. Ему в конце концов и своей личной жизнью надо заняться...
Но ей все же было очень обидно. Когда он нуждался в ее заботе, она, как никакая другая (она так думала) мать, отдавала ему все свое время и силы. Он был всегда благодарен — и она гордилась, что вырастила благодарного сына. Теперь же, когда болезнь приковала ее к постели, она как будто перестала для него существовать. Когда он был у нее в последний раз? Да, вчера был, приносил воду и немного еды — и все. Что это для такой, как она?
Порой она лежала в невыносимой духоте, задыхаясь от испарений от несменяемого подгузника, и пыталась докричаться до Игоря, но никакого ответа. Что может ее слабый голос против включенного на всю громкость телевизора в его комнате? Порой кричала от невыносимой головной боли и, не в силах дотянуться до нужной таблетки, звала на помощь сына, но он оказывался с друзьями в ресторане на каком-то юбилее. А иногда (она знала это) он даже вставлял на ночь беруши, чтобы не слышать ее часами продолжающихся стонов. Подгузник менялся очень редко, и от этого на ее теле появились пролежни. От постоянного лежания, казалось, ноют все ее кости и суставы, шейные позвонки будто бы склеились и уже не давали повернуть голову. Да, она стала вполне беспомощна, но не это причиняло ей боль. Ей причиняло боль то, что она стала никому не нужна, даже своему единственному сыну...
***
Я предлагаю увидеть в этом рассказе притчу
В этом рассказе, дорогой читатель, ты можешь увидеть изображение обыкновенной для обезумевшего от неблагодарности и жестокости мира ситуации. Когда родители подкидывают детей под двери квартир, а дети — родителей в дома престарелых, подобная ситуация не покажется тебе из ряда вон выходящей. Но я предлагаю тебе увидеть в нем притчу. Притчу о том, как ушедшие в мир иной близкие становятся для нас подчас «несуществующими», когда смыкаются очи нашей веры.
Вернемся к Игорю и его маме. В каждом считающем себя порядочным человеке отношение сына к матери вызовет праведный гнев. Как он может быть таким неблагодарным и глухим к ее страданиям? Как можно лишь изредка приходить к матери, прикованной к постели и затыкаться от ее стонов? Как можно допускать появление пролежней и беззаботно развлекаться, когда ей очень больно? Казалось бы, напротив: сердце может разорваться, когда ты знаешь, как тяжко страдает любимый человек и ты, находясь совсем рядом, не можешь подойти и помочь! Как Игорь может так поступать, он достоин праведного осуждения!
Но не будем осуждать его. А лучше, немного задумавшись, признаем, что мы сами давно уже стали таким «игорем» для многих наших усопших близких!
Уходя в мир большинства, всякий человек становится для остающихся на земле беспомощным, прикованным к постели и тяжко страждущим собратом. Его положение можно сравнить еще с положением только что родившегося младенца. Младенец приходит в этот незнакомый для себя мир в незнакомом еще для себя состоянии. Насильно отрываясь от пуповины, которая так успокоительно связывала его с матерью, он попадает в страшный мир, где его окружают незнакомые люди. При этом он совершенно беспомощен и беззащитен. И от этого он почти всегда плачет.
Нечто подобное испытывают наши близкие, ушедшие от нас в вечность. Разлучаясь от столь любимого тела, душа уходит в мир, где ей все неизвестно и все непонятно. Попадая в этот непонятный мир, она сталкивается с незнакомыми и страшными существами, которые одним своим грозным видом способны привести душу в состояние паники. При этом душа совершенно беззащитна и беспомощна, ибо для нее наступило время воздаяния, время связанных рук и ног. После частного суда страдания души могут усугубиться. Если к Богу отошла душа нерадивая, то живущие в ней страсти и пороки не дадут ей почивать на «лоне Авраама», образуя на ней «пролежни» и причиняя непрерывную «ломоту в суставах». Конечно, если отходит душа святая и раскаявшаяся в своих грехах, то... Но много ли среди нас таких? И среди наших близких, ушедших от нас в вечность?
Мы должны непрестанно помнить о них — беспомощных и, вероятно, тяжко страждущих. Должны помнить, что они совсем рядом, и чтобы их узреть, надо лишь слегка приоткрыть око веры. Мы должны помнить, что только мы с Божией помощью способны «поменять им подгузник», принести «стакан воды» и «повернуть на другой бок». И делать это необходимо не только в родительские субботы, когда Церковь напоминает нам об этом.
Апостол Павел говорит о том, что «любовь никогда не перестает» (1Кор. 13:8). Истинная любовь легко преодолеет такую преграду, как смерть земная, ибо Бог есть Любовь и у Него нет мертвых. Если от нас уходит близкий, это не означает, что он уже не нуждается в нашей любви — напротив, возможно, именно сейчас он в ней особенно нуждается. И мы не должны ему в этом отказывать.
Метки: родительская |
Толерантность |
НАПОМИНАЕМ
|
Дневниковые записи моего отца. Лекция о войне и армиии |
2.02. 1962 года Лекция «О войне и армии»
- Военная доктрина определяет: характер войны, задачи экономики в обеспечении необходимого военного потенциала, роль и место р.я.о. и других средств, стратегию и тактику войны(внезапн…..)
- Некоторые курсанты считают, что в будущей войне будет массовое братание войск. Неверно, будет не братание, а переход отделений, взводов, рот, батальонов, дивизий и м.б. и армий на нашу сторону, а всем этого перехода не будет, то враг будет уничтожаться.
Наша промышленность имеет темп роста в 4-5 раз больше чем США, к 1980 году наша пром-ть будет иметь 1705 от уровня США, в 2 раза больше, чем все страны несоциалистич лагеря.
10.02.62 На электричке в 22.15 убыли в «свадебное путешествие», с нами вместе Аня.
На Балтийском вокзале взяли билеты в купированном вагоне, в разных купе. Затем передумали и обменяли на мягкий вагон. Едем в одном купе.
13.02.62 Пулково ГАО АН СССР(глав астр обс), строилась для моряков, геодезистов, картографов. 1839 год, 75 метров над ур моря, Брюлов А.И.-арх-р, брат художника. 1-ый директор-Струве В.Я.(1793-1864)
Экскурсовод был молодой работник из отдела определения координат звёзд(Павлова) бывший аспирант Александр Петрович
На мой вопрос о возможности существования планет с живыми существами в нашей , он ответил, что в нашей солнечной системе нет. И что впервые 10 лет т.н. нами была открыта звезда»61-я Лебедь» колеблется, как бы по sin-де. Это дает возможность говорить о наличии спутника, и таких звёзд было открыто множество. Сами спутники не видны, но их существование возможно
Шуб. Говорит мне, что вовсе не обязательно иметь на планете такие же условия как на земле. Вполне возможно, что на той или иной планете вместо воды – аммиак, то в этом случае тот или иной организм будет дышать водородом. Они-де пьют аммиак так же как и мы воду.
10.02.62 В 00.06 мин, в мягком вагоне Таллиннского поезда отправились в «свадебное путешествие». Крайнее купе тишина и полумрак, с нами Аня и дольше никого.
С первых минут нашего путешествия посыпались сюрпризы. Первый – ужин в вагоне из бутерброда с хамсой, коньяка «Арарат» из походной фляжки и конфет «Каракум» с апельсинами.
Этот лёгкий ужин моментально развеял настроение, сожаления у некоторых из компании вызванном сумасбродностью нашего пустяка.
Весёлый и непринуждённый разговор принял желанное направление и вывел всех к тому, что подобные путешествия иногда нужны для встряски.
В Таллинн мы прибыли в 08.00. День субботний только что начинался. В сером утреннем рассвете мы направились в город. По кривым и узким улицам города мы бродили почти весь день. Здесь кажется, что улицы не имеют ни начала ни конца, если только не смотреть на номера домов. Улица Пикк легко переходит в улицу Одливимяне, так же как в целый ряд других. Эти улицы иногда переходят в ещё более узенькие проулочки и, через сводчатые ворота, вдруг, выходят на площадь. Серые высокие дома с готическими крышами и башнями , маленькие тротуарчики, спешащая публика с незнакомым говором. В центре города, на возвышенности крепость Вышгород. За древней каменной стеной покрытой чёрным мхом, невольно забрасывает тебя в мир сказок.
Второй сюрприз – ни в одной из гостиниц(Палас, Европа, Балти, Нарва, Таллинн, Капри и др.) не оказалось ни одного свободного номера. И я, вместо номеров обменял билеты с воскресного поезда на 17.00 на 00.25, опять же в отдельном купе мягкого вагона.
Третий сюрприз – ужин в центральном зале знаменитого ресторана «Глория». Нам, как ленинградцам, администрация дала лучшие места из числа «занятых». Под мелодии западноевропейского оркестра, мы наблюдали Эстонию под зеркальным потолком, кушали вкусные холодные закуски, запивая шампанским и др. напитками и иногда принимали участие в общем веселии танцующих пар. Хорошее исполнение пианистом Аппасионанты очень тронуло моих дам. Случайным, можно назвать сюрпризом, было и то, что в Вышгороде мы заблудились в ег улочках и после долгих, мучительных(мы очень долго ходили и очень сильно устали)поисков направились на оглушающий звон колокола и вышли к собору Александра Невского. В 18.00 в церкви началась служба.
Путешествуя по городу мы не обременяли себя покупками, хотя обошли почти все магазины. В одном из них Валюшка разбила плафон, предложив мне оставить за него «лишние деньги». Говорят, что нужда заставила зайца спички зажигать и на барабане играть. Так вот моих дам нужда заставила изучить эстонский язык в течении одного дня. К концу дня они запросто по вывескам находили нужный магазин, или спросив прохожего. Где находится такой-то гастроном и шли в обратном направлении по указанному эстонкой, и точно находили то что нужно.
Лично мне эстонский язык показался не трудным. Так например здравствуйте по-ихнему – тере-тере, хлеб-лейб, море-мере и т.д. Я даже попробовал объясниться с одним продавцом. Когда я пожелал ему доброго здоровья традиционным – «Тере-тере», он доброжелательно ответил мне тем же. Ободренный ответом я быстро начал было деловой разговор:
- «Мене нере хере вене» - это значило, по-моему «мне нужно хорошего вина»
Продавец вначале меня не понял. Я снова повторил ему просьбу. После этого он вытаращил на меня глаза и, я понял, что нужно уходить, что я и сделал без промедления, решив что продавец или не в духе или неграмотный человек.
17.02.62 Лукинов побывал в Дзау t 15* в магазинах кроме лотерейных билетов купить ничего не возможно. Так ему сказал отец его, когда они пошли по магазинам. Тоже в Грозном, в Ростове и в других городах.
Началось соревнование мира по конькам. Сыпит снег в Мрскве. Первыми бежала пара Кнут Юханесен и Тадеуш Матушевский. Дистанция 500 метров. Кнут взял старт неважно, хотя и при шел первым 45.02, а Тадеуш 45.08. Лёд замечательный, ветер порывистый. На стартовой дорожке дует в спину. На противоположной и в спину и в лицо. Плохо. Кнут говорит, что лёд в Москве впервые отличный, на трибунах 80 000 зрителей.
19.02.62 КСМ собрание роты «Об итогах учёбы и задачах комсомольцев»
Наша рота по успеваемости последняя в училище, а училище в системе ВМУЗов – успеваемость в учёбе это на сегодняшний день – целина. Симошкин пытается всё свалить на преподавателей физики. Я задаю с места вопрос:
- Какая оценка по физике – 2, какая по ТОЭ – 3, (класс гудит), по истории – 3(шум).
Мне говорит командир роты, что я их испугаю. Нет я дал толчок, после которого появились выступающие.
Бабинцев сказал, что времени нет для выполнения задания, а для литературы, а для литературы(не лекционных записок) вообще нет времени.
Степанов сказал, что он на физике читал литературу, затыкая уши, потому сдал на -5. ТОЭ сдал со второго захода и получил – 6 баллов. На ТОЭ нам нужно учить физику, а мы писали формулы.
Тощаков сказал, что нужно использовать все консультации беседы и др. – формулы помнить необязательно. А с дисциплиной не всё в порядке – одни стоят смирно, а другие нет и никто не делает замечаний. Мне некогда заниматься, да и места нет – лучше на плацу; и задача моя другая
Локтев сказал, что вот в Известиях есть хорошая статья, дискуссирующая, что если взял обязательства, то выполняй и, второе – человечность к людям и к себе.
Так вот, если мы пришли в училище то это значит, что мы взяли обязательство.
Решил начать проследить и проконтролировать самоподготовку - снять фотографию рабочего дня отдельных курсантов. И начать солидную практику привлечения к союзной ответственности. И как всегда, кто-нибудь не выполнит, или выполнит или выполнит да не так. Михайловы начали нормально. Верховцев решил, что поступит ещё какое-нибудь указание и поэтому ничего не делал. Я ему дал нагоняй, и он пообещал со следующей недели начать.
22.02.62 г. В Оранжереи состоялось спаивание коллектива. Компания: Карташов, Журавлёв, Чернулич, Солодовников, Арбузов, пришла со своей программой(песня – Тревожная молодость, Варшавянка, Бескозырка и др.). Первый тост за доблестных офицеров и их подруг верных – предложил адмирал, второй за награждённых, а потом кто как мог… Трезвых не было, но и пьяных, разве только меня Валюшка ругала:
– Посмотрел бы, как шёл через залу.
Но она была не довольна тем, что меня Рещикова пригласила на танго и фокс.
– Почему тебя, а не Сашу, ведь ничуть не хуже тебя.
Ну и ревность, я ей прощал большее. На заводских, но здесь она ослеплена ненавистью к Рещиковой, как недостойной. Но из-за Саши сделал такое ей одолжение.
В субботу снова тружусь – чищу ковры, натираю пол, тру спины, стелю постель. Думал, что женюсь и избавлюсь от многих забот. Ан нет приобрёл их ещё больше.
26.02.62 г. Строкин. До ксм собрания имел имел 6 взысканий. Дал слово (со слезами) секр. Парткома, что если только малейшее замечание будет, то он сядет за рапорт об его отчислении. Не прошло и недели – он получает две недели без увольнения – за курение в коридоре(Нач. фак.). На слова Михайлова о рапорте – юлил.
Сегодня пытался на лыжные занятия идти, как петух (нужно было – ф.з., шапка, галстук, брюки в носках) На замечания командира отделения брюзжал, а в конце-концов обозвал:
– Как был ты дураком, таким и остался, 3 наряда вне очереди от Зам. Ком. Взвода Марчука. Во время переэкзаменовки, пересдал на 3, вместо 7-го – 3-го и уехал. Прохоров очень сожалел, что не знал его раньше и потому накинул полбалла в пользу курсанта, а он может создать впечатление.
28.02.62 Выехал в Москву….
До завтра по Электродной, вдоль пустыря(подо льдом пруд). На 36 авто. Семеновская, Сталинская. Лефортовской базы с гигантской каруселью, роддом, по бокам, обочинам грязиной, с обломками как сухарь снег, поезда товарники, грузовики. Так я знакомлюсь с Москвой. Высокие , красивые, в современном стиле дома, вперемежку с деревянными облупившимися, покосившимися стенами – остатки прошлого. Красивые улицы, за переулком внезапно вырывающимися на широкие просторы проспекты и площади, вроде Самотечного, Садово-Спасской и др. Здесь расстояния отмеряются стоимостью за проезд метром трамваем, автобусом. Большой бедой является отсутствие мелочи «пятаков», и прочей «меди», т.к. большая часть транспорта без кондукторов. Некоторые москвичи едут лишнюю остановку, чтобы дождаться от вошедших «пятак». Сознательность.
Володю город «давит». Ему хочется «картошку в мешке»(мешком), огурцы бочкой и улицы, вроде Ларской и Редантской. Тоскует в душе. Меня долго не отпускал, потому, что я его лучше других понимаю.
Колю Цветкова любят и жалеют. Начальство покровительствует, а друзья в нём видят добродушного свояка. Начальство покровительствует. А друзья в нём видят добродушного свояка. С начальством он на равной ноге
- Александр Григорьич! У Петра Сергеевича приступ стенокардии.
- Что ты говоришь?
- Да! Лежит, чувствует плохо.
Друг глядя на телефон начальника говорит:
- Коля, где ты достал Тесла(чешский тф, очень симпатичный)!
- В Министерстве Связи: начальнику, Макару и себе.
Видно Толстолуцкий(Начальник училища) балует его и все это видят и тоже начинают баловать. И Коле живётся легко.
27.02.62 г. Состоялся «бой быков на чужом чине Богомолов удачно выразился
– «Бой быков на чужом поле».
Диссертация «сырая», но вся беда в том, что Самсоненко два года назад вообразил себя доктором и, получив поддержку адмирала и Семашко «прёт» в доктора закрыв глаза. Но ему поперек пути встал Шубочкин. Он разобрался в диссертации и раздолбал Самсона, сказал, что она не пойдёт, как докторская, даже как кандидатская. Учёный совет его не поддержал, в угоду начальству, и вот он решил дать бой. Бой состоялся. И он его выиграл. Ему на руку играл и сам Самсоненко. Доклад и ответы были очень путанными. Трижды задавал вопросы Бунимович. И он трижды крутил и путал. Выступающие доктора, вроде Финка, Толстого и другие старались его вывести.
– Доклад и ответы не в пользу диссертанту, но учитывая предстоящую работу …
– Вообще диссертант относится к числу людей, которые не сразу могут ответить на вопрос, а через некоторое время. Мы это заметили, он на все наши вопросы давал подробные и грамотные ответы только на следующий день.
Мы думали, что у него дома какой-то «Хоттабыч». Но потом убедились в его широкой эрудиции. И, потом от того что он завтра станет доктором я ни сколько не заболею(смех в пользу диссертанта).
Всё будто-бы налаживалось в пользу Самсона. Но вот вдруг на трибуну выходит Шубочкин. Он плохо сделал, что сказал что он выступает от имени товарищей. Но начал умно:
– Уважаемые оппоненты(доктора Крылов, Юров) увидели в диссертации большие возможности, до которых диссертант ещё не дошёл и в сути вопроса не разобрался. С первых страниц труда мы видим путанные формулировки, путанные «оригинальные» наименования, иной раз по три раза по-новому, названные, мысль путанная, небрежность.
И вот, выступление внесло переполох. Начали трясти «грязным бельём».
Одни говорят(Латинский,Ёлкин и др), что выступление «Шуба» напоминает склоку, несолидно. Другие(Тощаков) наоборот. Адмирал «рвал и метал». Голосовали и пять голосов не добрали. Все недоумевали – 6 часов пропало на слушание склок.
«Заварил» выставивший диссертацию, получил оплеуху и наш Семашко, как неразобравшийся в диссертации. Решение Совета: - «Ходатайства перед ВАК не возбуждать.
Имея ввиду, что 12 докторов дали положительные отзывы, Шубочкину было трудно осадить, или вернее повернуть Учебный Совет. И он закончил так:
– Конечно, многие могут, Члены Совета могут задать вопрос, что все доктора не разобрались в диссертации, а какой-то один Шубочкин разобрался. Вовсе нет. Просто уважаемые оппоненты, в диссертации увидели большие возможности, до которых сам автор не дошёл. Для того чтобы он понял этот вопрос ему по крайней мере нужно лет 5-10 и только после этого, можно снова о нем говорить. Этот срок ему нужно. И сидя за столом он думал упорно, что же ему делать? Поступать так как этот сопляк разделывается вилкой и ножом с проклятой килькой, или есть её просто руками, или вообще не есть. Вчера этот сопляк не мог вилку держать в руках, кроме как вилы, а сегодня он уже поучает других! Или предложить рвать её на части, или съедать её с потрохами? Ужас!? После первого движения ему подана была салфетка. Он не знал что с ней делать, и решил высмаркаться.
05.03.62 год Театр ЦДСА, смотрел «Поэму о солдате». В одном из помещений (жилом) увидел картину Левитана «Летний тёплый вечер». Казалось бы несуразно написано, но глубоко. В душе остаются отдельные куски полотна – река, облака, дымка. Облака взяты с оригиналом –вроде Бога(в профиль). На горизонте – что-то вроде построек сельских и тихая даль. Убаюкивающий русский простор и марево. Тихая река и в ней небеса, рощи, островами. Картина Грузинского «Кавказ». Горянка, петух красный(наш) у стены белой и сакли…на фоне синего неба. Горянка с кувшином. Овцы, коза.
Много голубых кабинетов и картины, картины в глубоких рамках на шнурах. Маковского школы Грекова, Саврасова чудная картина, опять же с грачами в марте, протока березы с грачами и 3 балагана под соломой или камышом. Сок пошёл по жилам берез, хотя и снег кругом, а грачи греются на верхушках берёзы. Солнце берёт своё. Март. Вот и сейчас он берёт в Москве, хотя и злится зима.
Айвазовского «В шторм» и Клодта «Владимирка», пожалуй, лучше Левитана. Один столб и чахла берёзка и тоска, тоска.
07.03.62 г. Второй день пленума по сел. Хозяйству. На улицах сыро и грязно. В гостинице с балкона течёт вода. Курсантов на заводе начальник 1-го отдела не допускает к секретной литературе и в ОКБ я каждый день мчусь от гостиницы к заводу и в метро между Семёновской и красными воротами, с двумя пересадками: на Курской и Комсомольской(можно с одной на пл. Революции и с переходом на площадь Маркса но длиннее).
Хорошо что в Управлении Связи друзья. Запросто предоставляют линию на Дельфин. Тереблю Солодовникова и Богомолова. Нужно тактику выдержать по сроку.
В гостиницу прихожу вечером и беседую с п/п. Он совещается при ЦК. Скоро выйдут новые законы по взяточникам и хулиганам и насильникам(казнь). Снова шарахнемся и будут страдать порядочные от провокаций.
П/п говорит, что бедствие в сел. хозяйстве по всему миру. Очень большой приток людей в города, где значительными стали блага: кино, телевидение, транспорт, снабжение и организация(союзы, комитеты и т.д.)
Но всем москвичам очень нравится их город. Мне кажется в Москве, подчёркнута неорганизованность русского человека, его бесшабашность и беззаветность.
Вася Ткач, как прежде напускает на себя важность, деловитость, а сейчас и пунктуальность с чувством времени. И кажется, что он всё это впитал в себя и сделал эти черты своим характером. И это принесло свою пользу. Он успешно идёт по службе в гору. Сейчас он старший офицер отдела БП, и ему уже предлагают должность зам начальника связи СФ. Его ненасытная натура долго колебалась, но всё же он отказался. Повлияла жена. Пора подумать о себе и о детях. Вася сам хочет найти себя в новой бумажной работе чиновника и уже кажется, почувствовал кчёмность этой работы. Сочиняет наставления для своих любимых, которых замкнули на него. С ним считаются и он уже покровительственно говорит с однокашниками.
А Москва под окном шумит и гудит и перестукивается трамвайными колесами.
Мой сосед подполковник говорит, что резкий рост преступности среди молодёжи это результат бесперспективности самой жизни, под грузом наплываемых атомных бомб. И это идёт через взрослых, причём во всём мире. Люди перестают верить и надеяться на разоружение. Снова собираются Комитет уже 18-ти государств поэтому вопросу. Но он ещё не собрался, а французы отказались в нём участвовать вообще. И чего они воображают. На что надеются, дураки. Американцы и англичане в ответ на предложение нашего Н.С. начать переговоры на самом высоком уровне осторожно это дело снова заводят в тупик. Сначала не стоит, а потом когда будут видные перспективы.
Кончился хлопотный день по устройству курсантов. Кое что записал по РБ и рабочий день.
Завтра 8-е марта. Москвичи снуют по магазинам, ищут жёнам подарки, а женщины тоже у отделов с подарками. На улицах в метро народ, народ валит валом у многих мужчин мимозы. Я думаю о Валюшке, сегодня впервые прочитал стихи Маркса. Он писал их посвещая жене, которую обожествлял. Да! Там где любовь, там должна быть поэзия. Это чувство даже Маркс титан революции, разделял всей душой, как юноша пылкий, потерявший ум. И мне не хочется никуда идти: ни в кино, ни в театр, ни в гости. Я иду в гостиницу, где предаюсь своим мыслям и воспоминаниям.
Я заметил, что когда я один, то становлюсь жаднее. Готов не ужинать. Зато с Валюшкой я готов отдать всё. И только она меня удерживает.
14 марта 1962 года. Среда.
В Москве пурга. Злиться матушка-зима, очень злится. Особенно в Горках. По полям метёт поземкой клубится паром. Электричка прямо выниривает из него. Автобусы и электрички идут с запозданием. Шинель сходу забивается порошей. Холодно. А тут ещё пропускная система, как назло подолгу задерживает на каждом шагу.
А в Женеве начались переговоры 18(вернее 17 - без французов), французы видно боясь давления своих друзей из ФРГ решили умыть руки. Они в Эвиане наживают на алжирцев. Переговоры идут с трудом. В Париже рвутся бомбы. Французы бастуют. Оасовцы вешают посреде улицы Тузвийцев, как «дикари» осотары.
Разговор Москвичей.
- Ну и дурак ты. Тебе на Таганку с Павелецкого.
– В какую сторону ехать-то надо?
- В эту.
- А ты в какую?
- В обратную.
- Вот и получается, что ты дурак. Понял.
- Ты чего? Ты чего меня путаешь? Ты знаешь, учёного учить… Ничего не выйдет. Что я Таганки твоей не знаю? Я на ней тыщу раз был. Я там живу, а ты меня учишь. Я может быть, домой еду. Вот теперь и разберись кто из нас дурак. Ты или я.
- Конечно ты. Таганка то в какой стороне? В этой. А ты куда едешь, в обратную?
- Что она приехала, что ли! А?
На выступление Шубочкин Самсоненко ответил:
- Я А.С. не понял – и это его убило. Нужно было поставить под сомнение его знания. Нужно было сказать, что только он один проявил полное непонимание содержания работы, в чём вы убедились из его выступления, в котором он по существу ничего не сказал(аплодисменты).
Н.И.К. говорит, что в завале выступление Шубочкина. Но они промолчали. Видно ни тот ни другой не хотят выше и умнее себя кого-то. Особенно Семашко. Не поэтому ни Финк получил отказ.
В учёном совете они не хотят оглядываться и прислуживаться к авторитетам.
И так в марте 1962 года Ученый Совет после выступлений Латинского, Бледнева и других. Крупский стал профессором.
26.03.62 г. Некоторые говорят, что весна не нужна – слишком хлопотно. В с/х особенно, в городе тоже.
У на КСМ собрание Ризнин и высказались, что Карташов и Челидзе нежелательные гости на курсантских вечерах – шпионят, записывают и этим отравляют обстановку, да и лейтенанты Большаков, комсорг оскорбляют девиц, выводя их из клуба.
Микац не доволен этими демогогическими выступлениями и высказал по Физе. В то время как на собрании присутствовал его зам Курышев, который не соизволил дать отповедь разгильдяям, а занял инспекторскую позицию. Оказывается он понимает своё назначение сидеть в призидиуме, заниматься нравоучениями, ездить в служебной машине.
Метки: военная доктрина |
Неделя крестопоклонная |
|
Метки: крестопоклонная |
СМОЖЕТ ЛИ ГОСУДАРСТВО ЗАЩИТИТЬ НАС ОТ СЕКТ? |
|
Метки: кришнаитами секты |
Из истории создания училища |
31.12.1960 год.
Заседание начальников кафедр. Подготовить училище к смотру на 4-5 января 1961 года. Смотр будет проводить 1-ый зам Главкома адм. Головко, его сопровождают начальники центральных управлений, нач. управления связи, начальник Орг Моб Управления(кап.1 ранга Хомич), Нач ОК кап 1 ранга Антонов, Нач. Упр. ВМУЗ и ряд других лиц. Основная задача – проверка Организации и порядка в училище радиоэлектронники. Программа: прием докладов, осмотр всех помещений училища.
5-го докладывали Грищенко, Карташов, доклады начальников кафедр(Мил. Смирнов Журавлев , Дунаев, Макаюнов) по 15 мин. Перестройка кафедр на новый профиль, как сколоченный коллектив.
После обеда сбор всех преподавателей, где Головко сказал о прблемах развития ВМФ. После сбор всего л.с. Все офицеры в тужурках(Было указание – старые не показывать, а выбросить). Двери были все открыты, даже там где шли занятия. Все к смотру преподаватели на местах показывать занятия
- Вот так надо будет построить л.с. и прямо сказать, что у нас будет, понимаете, смотр, понимаете. К смотру, понимаете, надо подготовиться всем. Внешний вид, понимаете, у нас училище, понимаете. Курсанты у нас лохматые, кадровая рота, лохматая, все лохматые. Говорили, что это мода такая на западе. Чепуха, понимаете, нет такой моды, понимаете, другое дело – шпана. Шпана во всем мире лохматая, понимаете. Поэтому есть еще время пусть все патриоты пострижутся и оденутся в первый срок. Смотр должен всех подтянуть.
Необходимо прививать любовь к своему училищу!
Маршрут будет через все помещения. Двери должны быть открыты везде..
А как через подвалы пройти комиссии?
- Я не поведу, но подвалы нужно подготовить.
- А там вода и много воды!
- Закрыть двери. Это значит, что плохо построено здание.
- Главное, чоб в водне не было окурков, железных банок и прочего.
Там, где будет вода, понимаете, это ничего, а вот там где банки и тому подобное, понимаете,. В воинской части – это безобразно.
- Виновных – наказать!
А то вот у нас, как то раз проверяла комиссия.
Все и даже чердаки, и там, понимаете, консервные банки, фантики от конфет, понимаете.
И комиссия написала, це6лый акт безобразия.
Всё к смотру, та, что понимаете 2-го и третьего и 3-его все работы прекратить все подчиняется к смотру.
А если нужно – ночью посидеть немного, что-то лачком покрасить.
Гриценко сказал, что ветоши нет, приборочного материала нет.
Плохо, значит, что это вы сообщили сейчас.
Но майор Шурко возразил, что все у нас есть, вы понимаете, только организованности не хватает у некоторых.
Если нужно я вам готов дать хоть три тонны ветоши
Семашко.
Представляются только те лица, к кому обращаются. Докладывают только начальники кафедр..
(Отработать график энергии, так как тех возможности трансформаторной будки не обеспечит показ всего. Может быть придется часть освещения( а оно с 16-ти часов) отключить во время осмотра.
Организовать выставку – мир учебы.
|
|
В ловушке |
Как-то вечером в марте 10 числа 1919 года мы, т.е. я с товарищами Галкиным Фёдором и Мамоновым Александром зашли в «Пивную» выпить пива на Алгинской улице, ничего не подозревая, но помимо нас там ещё Публины сидели и пили пиво. Посидели мы тут минут 20 за столом. Заходит Муравлёв Павел с дядей Пашей Мастюгиным. И они сели за наш стол, чтобы угостить нас пивом. Не допили мы пиво и, вдруг заходят в пивную вооруженные казаки несколько человек, с двумя офицерами. У меня сразу по коже мороз пошёл и, думаю теперь пропал я. Офицеры стали проверять документы. Но у нас у троих ничего нет и, нас оказалось семь человек без документов, и к ним представили конвой. Но дядя Паша Мастюгин стал упрашивать, чтобы нас отпустили, но ничего не помогло. И нас семь человек отправили под конвоем в Комендантскую на Ремесленной улице в дом Замковой сзади городского театра. Дядя Паша и Муравлёв Павел тоже шли сзади до Комендантской. Нас ввели в помещение и сдали караульному по Комендантской. И вот мы сидим и ждём своей участи, мурашки по телу лазают, что делать не знаю, думаю попали в ловушку. Но надежду не теряю, думаю, что может нас дядя Паша выручит.
Оказывается у дяди Паши Мастюгина здесь в комендантской есть хорошо ему знакомый осетинский офицер поручик. Звать его, как помню Володя. Двоюродный брат начальника полиции Иванова. И вот дядя Паша долго с ним беседовал, наверно по-поводу нас. И после этого нас троих ввели в его кабинет, мы как положено стали перед начальником. Но помимо порутчика, был сам начальник полковник. Он нас спросил служили ли мы в Красной армии, я на удалую сказал что нет. В начале 1918 года прибыл с турецкого фронта, служил там в 21 стрелковом полку, по прибытии домой работал на заводе, а тут меня тиф поразил, и вот только что на ноги встал. И как видно всё, до тонкости не стал нас опрашивать. И в заключении он нам сказал: - «Вот, поручаю вас порутчику, под поручительство вашего дяди. В случае чего, ваш дядя будет отвечать за вас, а порутчик вас завтра отправит в общежитие офицеров на Лорисмеликовской улице. Вышли мы на коридор следом за порутчиком и дядя паша. Он нам сказал подождать здесь я вам дам справки и направление и вам там в канцелярии укажут, что вы будете делать. И через несколько минут нам выдали справки и направление. И сказал: - «Если кто вас задержит, то предъявите эти справки. И мы вышли на улицу, не веря, что мы на свободе, и стали благодарить дядю Пашу Мастюгина. И дали ему своё слово не подведём на первый случай, а там дальше дело покажет.
А то мы и так думали, как говориться «чем чёрт не шутит», не будь в в этот момен дядьки и такого знакомства с порутчиком, ведь время такое тревожное нас в комендантской никто не знает и у нас документов никаких нет, чем мы можем доказать, что мы не красноармейцы, когда наша обмундирование доказывает, что солдат и всё. И тут они вполне правы указать нам дорогу прямо в тюрьму, а отсюда и будут разматывать откуда и кто ты есть и могли бы пропасть как мухи, особенно меня да Галкина, если бы они факти чески узнали бы нас, что мы были пулемётчиками в Красной Армии. Но уж тут все нас бы уже Миткой звали.
На следующий день, чтобы не подвести дядьку мы пошли по назначению смело не ясь никого. Приходим в канцелярию, оказывается там старшим писарем работает наш товарищ Колька Козел, он удивился, когда нас увидел. Мы подали ему направления, он смеётся и говорит: - «Это не плохо, будем свои, значит, дело будет». Мы уселись втроём в канцелярии и пошла наша беседа по-товарищески. Мы обрисовали своё положение – и, как мы попали сюда, просто не думавши и не гадавши. Но а притом мы его спросили. Что будем здесь делать и какие наши обязанности. Он ухмыляется и говорит. Что ваши дела будут ответственные. Вот ваша будет оружие, показывает на веник и швабру. Каждое утро будете убирать номера, выметать и мыть шваброй, и печи топить вот эта ваша работа, но и подежурить придётся по канцелярии. Когда он нам пояснил нам всю нашу обстановку дел и, тут же заходит сам комендант общежития поручик Тертесов, он же и наш начальник. И с этого дня пошла наша служба – полы натирать и печи топить.
Когда мы освоились с положением дел, то уж тут мы более стали в курсе всего дела. Мы имели более свободного времени, ходили домой и узнавали все новости и прислуживали офицерам, узнавали как ихние дела на фронте.
В одно время, как-то приходит ко мне на квартиру наш коллега по службе Ковешников Давид , он оказывается находится в длинной долине, это для нас большая новость. Мы его спросили: - «Кто там ещё находится из товарищей. Он нам рассказал – Шеткин, Кувшинов и ряд других товарищей. Но меня заинтересовало, как вообще наши союзники, т.е. ингуши относятся к вам и, как вы вообще живёте, и что делаете, но он сказал: - «Не будем работать так кто же нас кормить будет, так что работаем и этим живём». Но я сказал ему по какой причине мы здесь остались и как попали мы в это общежитие и,что нас заставило. А теперь мы знаем, что в Длиной долине есть наши коллеги и думаем теперь к вам перебраться, мы об этом давно думали, но нам не удалось, в связи с тем, что попали в облаву.
Но он нам сказал, что вы в хорошее место попали, и вы пока здесь воздержитесь, я буду вас навещать, а вы мне будете сводку давать о положении дел Добровольческой Армии. А я буду через посредство вас передавать в наш штаб в Длиной долине об этом Кувшинов знает. И мы на этом согласились. И наша работа была осторожная, но и рискованная, потому что офицеры сюда заходят, т.е. приезжают со всех концов расположенного фронта и рассказывают какое положение у них на фронте и какое настроение людей. сражавшись за единую-неделимую. Особенно последнее время, когда Будёновская кавалерия стала гнать белоказаков по всем направлениям, и они стали быстро откатываться сюда во Владикавказ. И с этого времени положение у них создалось очень плохое, так что это общежитие было забито больше, сверх положенного, даже и рядовых казаков было полно и, почти все были полупьяны. Вещи и винтовки были пораскиданы как попало и где попало, ругаются между собой и начальство своё ругают как попало. Получается целый хаос, а это было нам на руку. Мы недолго думавши, воспользовавшись моментом стали у них оружие подбирать и мы делали незаметно для них и стянули у них 12 винтовок и патроны к ним. И так же незаметно для них через чёрный ход переправили эти винтовки, через Давида Ковяшникова в Длинную долину нашим товарищам. А уже через несколько дней, когда у Добровольческой армии получился такой раскорсаж, я воспользовавшись этим моментом стянул из канцелярии Алфавитную книгу и списки офицеров. И с этого дня я и Галкин покинули общежитие и ушли в Длинную долину к своим товарищам. И здесь т.е. в Длинной долине нам недолго пришлось быть и, тут же в скористи Добровольческая армия не выдержала натиска Красной Армии и стала эвакуироваться по Военно-Грузинской дороге в Грузию. И на этот раз она уходила навсегда и безвозвратно похоронила свои следы в предгорьях Кавказа и за её пределами до Чёрного моря.
Во время панического отступления Добровольческой армии по всей линии Кавказа их охватил страх от Красной конницы – легендарного командира т. Будёного. И здесь не помогла им интервенция. Белоказаки, видя свою неустойку и стала дезертировать и переходить на сторону Красной армии. Но те, которые были преданы белым и чувствовали под собой нетвёрдую почву, те уходили за пределы России. Когда паничестве отступала Добровольческая белая армия по Военно-Грузинской дороге и этим моментом наши союзники ингуши совместно делали налёты с нашими товарищами в районе Реданта и Уланного сада. Здесь им удалось отбивать лошадей с подводами гружённые провиантом. Мне тоже приходилось два раза бывать в налётах и отбить несколько казачьих трофеев и сопровождать отбитые в Длинную долину. Когда был очищен наш город, тогда мы смело вошли, это было в начале 1920 года. Город был три дня без власти и после нас вошли в город Шмаловский отряд, а на следующий день вступила конница Жлобинского отряда Одиннадцатой Армии. И по вступлению Одиннадцатой армии стали формироваться Советские учреждения.
|
Мне пришлось скрываться под полом |
Но ещё до отступления нашей армии, дня за три я почувствовал, что мои силы стали ослабевать. Но я преодолеваю свою слабость, не хочу болеть, и продолжаю свою боевую работу. Но болезнь преодолевает меня и, товарищи мои замечают во мне, что я не здоров. Лицо стало бледное, в дрожь меня бросает, видно тоже тифом заболеет. И предлагают мне идти домой. «Спасайся под полом.» А с нами ты не сможешь отступать, погибнешь в дороге или в горах. Но я не смотря на свою слабость не хотел оставаться здесь без товарищей. Я думал если останусь и меня белоказаки обнаружат, то обязательно я буду расстрелян. Но товарищи меня просили идти и как-нибудь спасаться у сестры. А если с нами ты пойдёшь, то обязательно ты погибнешь. И пришлось мне с ними распрощаться. И жаль мне было и больно с ними расставаться, но ничего не поделаешь и когда они стали удаляться, я долго смотрел им вслед пока они не скрылись в тумане из виду моих глаз. И я с прискорбием на сердце повернулся и пошёл как полупьяный. Голова моя была как в тисках, и стало опять меня знобить и я уже не стал замечать и различать людей бегущих кто-куда, а стрельба всё продолжалась, и уже были выстрелы с пулемётов с большого бугра. Казаки уже стали подходить к слободке и, уже к вечеру перерезали Военно-Грузинскую дорогу, а какие отставшие шли солдаты они с ними расправлялись и на месте расстреливали.
Я пришёл к сестре. Мы жили в то время у дяди Елизарова, и сестра Поля меня встретила. И говорит: -«Ну хорошо брат, что ты не пошёл, ведь ты совсем больной. Ты бы в дороге пропал, а здесь как-нибудь спасёшься. Пришёл брат мой двоюродный Елизаров Николай и Александр. А потом вижу пришёл их зять Яшка Якушинский, тоже красноармеец(тоже не успел убежать). И уже стало темно, стрельба прекратилась. Мы в нашей комнате в кухне оторвали две половые доски и стали переселяться под пол. Мне сестра там постелила, лишь бы можно было спать. Винтовку я положил с собой на всякий критический момент. И эту первую ночь мы под полом находились втроём. И под полом я окончательно заболел тифом, жар пошёл, голова болит как в тисках, кушать, аппетита нет, только сестра воду теплую мне подавала. И кое как до рассвета мы пережили. А утром, когда рассвело, сестра сообщила нам, что казаки совместно с осетинами обыски делают, и пьяные, и издеваются как хотят, и расстреливают подозрительных красноармейцев. И вот тут мне пришлось с минуту на минуту переживать опасность, когда в нашу комнату вошли казаки и делали обыск, но ничего не нашли и тут же ушли из комнаты. Кое как пережили день в тревоге, а тут другая новость сестра рассказывает, что на углу Тифлисской и Алгинской улиц сделана вешалка и, на этой виселицы вешают в-первую очередь красных начальников, взятых с постели больных тифом. Как командир Гарайский, Сорокин и Щербаев и т.д. А также подозреваемых красноармейцев, которые лежали в тифу в корпусе. Это как по рассказу очевидцев. Это было ужасное зрелище. Казаки были пьяные. Как палачи . И на кроватях прикалывали штыками больных. И так торжествовали они свою победу над полуживыми красноармейцами. И через три дня после своей расправы, мобилизовали людей и вырыли братские могилы за кадетским корпусом. И там сваливали эти трупы как попало, считали этих людей за собак. И зарывали их там. И в этой могиле пали от тифа и от рук палачей восемнадцать тысяч бойцов.
И восторжествовало временно белоказачья свора в гор. Владикавказе. В начале января 1919 года и на следующий день были построены в первую очередь висилицы. Первая висилица была на углу Тифлиской и Олгинской улиц, вторая на площади Свободы вцентре города, третья на Курской Слободке, четвёртая на городских кладбищах пятая на Апшеронской площади. И на этих висилицах вешали защитников революции по четыре, пять человек на каждой. И висели они по три дня. И когда люди видели такое зрелище, то с отвращением смотрели на эту картину и этим они озлобляли людей, за своё звериное отношение к живым людям и этим они подорвали свой авторитет без возвратно.
И так недолго им пришлось царствовать в гор Владикавказе. И в конце 1919 года, когда с севера стала теснить их и продвигаться наша родная Советская Красная Армия во главе с товарищами Орджоникидзе и Кировым. Измотав Деникинскую Армию, «единую и неделимую», последняя не выдержала натиска нашей Красной конницы тов. Будёного и стала откатываться к Черному морю. И первая конница вступила в наш город Одиннадцатая Армия отряд Жлобина и белоказаки отходили по Военно-Грузинской дороге без возвратно.
За период пребывания Добровольческой армии во Владикавказе я был поражён тифом и благодаря моей сестры, которая спала меня от этой болезни, и я больной лежал под полом спасая свою жизнь от белоказаков. Хотя тяжело было лежать под полом, воздух был тяжёлый сырой, но ничего не поделаешь надо мириться с такой обстановкой, иначе выхода нет, и так я пролежал под полом более недели. А потом, когда мне стало легче, я стал выходить из подпола на воздух. Но всё же опасался облавы казачьих разведок. Но когда я пошёл на поправку. То я окончательно вышел из подпола и, ко мне стали приходить мои товарищи по-несчастью. Они тоже не успели уйти и, тоже скрывались кто-где мог спасти себя от бело-казачьей своры. А кто в первые три дня попадался в ихние руки, особенно пьяным казакам, то уж тут считай конец, выводили в сады и тут же растреливали. А за насилия уж тут говорить не приходится, что хотели то и делали, особенно на молоканке. И жаловаться не имеешь права, а пожалишься – ещё хуже будет. И эти три дня было не под силу выносить казачий и осетинский разгул населению слободки, потому-что бело-казаки в каждом дворе жили. И по истечении трех дней казаки очистили слободку и, тогда население свободно вздохнуло. И по истечении трех дней Добровольческое командование издало приказ по городу о мобилизации. И из этих мобилизованных стали формировать Апшеронскую часть. И многих мобилизовали. Но я в это время ещё лежал в тифу, но когда поправился я и мои коллеги приходили ко мне и думали, и решали как быть, а уходить в горы мы не решались. Ибо мы пропадём и там и здесь быть тоже опасно. Как бы не попали в облаву, тогда хужей будет. И как то мы узнали, что в Ингушетии в Длиной долине есть, т.е. находятся наши товарищи. Но определенно не знали. А идти туда было рискованно, потому что казачья охрана стояла на Сараджевом заводом. А поэтому решили переждать и подробно узнать находятся ли там наши товарищи, и лишь тогда будет возможно перейти в ингушетию.
Метки: под полом |
Деттифосс — самый мощный водопад в Европе |
Рекомендую включить для того, чтоб понять силу и мощь водопада!
На острове Исландия нет архитектурных достопримечательностей, дворцов и знаменитых художественных музеев. Но каждый год сюда приезжают сотни тысяч туристов, чтобы полюбоваться пейзажами нетронутой северной природы, водопадами и гейзерами, вулканами и ледниками.
Деттифосс («бурлящий водопад») является самым большим водопадом не только в Исландии, но и самым мощным во всей Европе! Средний расход воды здесь доходит до 500 кубометров в секунду, и по производимому впечатлению он не сильно уступает Ниагаре.
Самый мощный водопад в Европе находится в северо-восточной Исландии на реке с труднопроизносимом названием Йёкульсау-ау-Фьёдлум в национальном парке Йёкульсаурглювур.
Метки: Деттифосс — самый мощный водопад в Европе |
Даже Гитлер не осмелился напасть на это Государство |
Впечатляющий рассказ о несокрушимой армии одного Государства, где существует принцип: народ и армия едины.
Подсказка: это не США, не Россия, не Израиль и, прости Ким Чен Ир, не Северная Корея. Ответ вас очень удивит, но это удивление — обманчивое. Представьте себе государство с самым большим в мире процентом населения, находящегося в армии. Государство, в котором все мужчины от 20 до 50 – военнослужащие, в буквальном смысле слова спящие с автоматом под кроватью. Государство, которое и после 50 просто дарит тебе ствол, и радо видеть тебя до гроба на сборах и полигонах. Государство, упрашивающее тебя купить хотя бы пистолет (а лучше-винтовку) со скидкой. Государство, способное развернуть из 22-тысячной в два-четыре часа (!) 650-тысячную, а в двое суток 1.7-миллионную (!) армию, прекрасно обученную, организованную, и очень неплохо вооружённую. (для примера – армия США – 1.3 миллиона плюс такой же резерв, армия Китая – 2.4 млн, плюс 1 млн. резерв).
Метки: даже Гитлер |
Августовские события во Владикавказе |
Августовские события, можно сказать нас захватили врасплох, потому что плохая у нас была организована бдительность, делалось больше всего на авось, да и дисциплина была из рук вонплохая, а потому они нас изучили и надеялись захватить врасплох. Но всё же они ошиблись не смогли нас захватить спящими, посты наши не спаи своевременно сигнал дали о нападении казаков. Я в это время дома у сестры ночевал, потому что я перед этим днём дежурил на казарме, когда меня сестра разбудила утром перед рассветом я услышал сильную стрельбу в городе, и я сразу почувствовал что-то неладное и стал быстро одеваться. Оделся и даже не кушал и побежал в штаб. Со мной ещё бежали товарищи по службе, а в чём дело ещё не знаем. Когда мы стали перебегать чугунный мост, не подозревая ничего, а когда перешли мост то увидели что мы не ожидали, и не думали, справой стороны моста стояли вооружённые осетины и заворачивали нас в свою сторону. И все подозреваемые красногвардейцы под конвоем отправляли в казармы на осетинской слободке, когда нас пригнали во двор открыли ворота сарая и загнали нас в этот сарай. Помимо нас там уже были наши товарищи по несчастью. И нас уже собралось в этом сарае человек 50. Но всё же мы духом не пали, только слышим сильную стрельбу в городе, так и хотелось вырваться на подмогу нашим бьющимся товарищам. Просидели мы до двенадцати часов дня, о стрельба не умолкает. Мы кушать захотели. Стали требовать:-«Дайте нам хлеб!» Но часовой осетин отвечает, что ещё рано, мы доложим начальству, что вы кушать хотите. Но не прошло много времени и нам принесли десять кругов чюрена и ведро воды. Мы немного подкрепились, но не можем успокоиться и ничего не можем сделать без оружия. Но около сарая нас охраняют двое часовых. И мы не знаем что твориться в городе, и мы просидели до пяти часов дня. А ровно в пять часов для нас открылась неожиданная картина. Слышим над нашими казармами начали рваться снаряды большой силы, нас это поразило. Мы были в недоумении и, все призадумались, что бы это значило? Неужели нас хотят похоронить под развалинами этого сарая. Но мне кажется что нет. Мы не должны здесь умирать под этим сараем и при первых же взрывах снарядов часовые разбежались. Но мы в это время не растерялись. Кто-то крикнул: - «Момент наш, давайте напором ворота ломать!»,- риск благородное дело и бежать будем через Терек к своим. И мы сразу навалились на ворота, ворота с треском повалились и нам дорога открылась. Снаряд рвался за снарядом правее нас по зданию, часовых не было. Мы стали выбегать по нескольку человек к обрыву Терека. По нам стали стрелять. Но мы не обращая на выстрелы внимания стали прыгать с кручи в Терек. Но Терек был неглубоким, кто вплавь, а кто вброд пешком – падая в воду. И в это время нас увидели с Молоканской Слободки. Когда мы переплывали через Терек, то с нашей стороны открыли огонь по Осетинской Слободке, чтобы дать нам возможность переплыть и не дать им возможность обстреливать нас. Но всё же из нас были пять человек ранены. Но всё же мы их подобрали. И так нам посчастливилось убежать.
Как видно из вышеизложенного, к Августовским событиям и подготовка со стороны белоказаков, а также со стороны осетинских кулаков и офицерства, которые имели прямую связь с казачеством, за исключением горских Керменистов и Ново-крестьянских осетин, последние были сплочены с нами от начала и до конца. А под командование Белоказаков и офицерств Мак Караулов, который был убит в вагоне, а затем полковники Беликовы, Бичераховы, Иалиповы и т.д. вот ими было заранее подготовлено это событие.
Рано утром(числа не помню) со стороны Арнонки и Ардона двинулась Белоказачья сила совместно с осетинами на город Владикавказ. И как видно они и шли в надежде захватить город спящим врасплох. Части шли одна с правой стороны, а другая с левой стороны Терека. Части шли рано утром через Владимирскую Слободку на выход через деревянный мост. А сдругой через Курскую Слободку. Вот здесь их замысел и обнаружили Курская самооборона. Отсюда и пошла единичная перестрелка. Но часть Белоказаков прорвались к штабу, но и тут их обнаружили, и тут пошла уличная перестрелка - Курские ребята за каждый угол дрались с казаками. А часть казаков прошла через Шалдон на Верхнюю Осетинскую Слободку, но здесь они сопротивления не получили. Осетины Слободки их встретили как своих союзников. Но другие казачьи части стали обходить через сады к Молоканской Слободе. Но здесь их обнаружили наши солдаты по охране садов. Выставили пулемёты для ихней встречи. Поделали окопы, как положено встречать врага. И когда рассвело тут все были на ногах и большинство выступили против белогвардейцев.
Но мы как красногвардейцы защищая свою честь и революцию, окопавшись по окраинам, а также на углах улиц и, давая отпор врагам. А также после моего возвращения из плена «белых», я опять занял свой пост, но к штабу я так и не мог прорваться. Но у нас здесь были пулемёты и мы давали отпор врагам. Итак продолжалось наше событие две недели, пока не измотали казачьи силы. Они не могли выдержать нашего натиска и отступили откуда пришли. Итак мы торжествовали свою победу и, стали более налаживать свою боевую бдительность. Стали создавать своих командиров в бывшем кадетском корпусе. Но помню у нас были и китайские отряды. Так что у нас дело стало налаживаться в революционном духе, и дисциплину стали применять более твёрже.
Но казаки тоже не унимались. Они тоже стали создавать свою группировку против большевиков. Они стали создавать свой шпионаж, просачивались в город и делали свою разведку среди наших частей и узнавали какое настроение среди населения к большевикам. Но и в городе было немало контрреволюционеров, которые всячески старались подорвать большевистский авторитет. Но как они не агитировали все же им не удавалось склонит на свою сторону, потому что люди знали как их обманывала царская и помещинкая власть.
Во время августовских событий Ингушетия присоединилась к нам и она нам в это время здорово помогла. Когда казаки наступали на город , то ингуши делали налёт на казаков со стороны Базуркино по линии Терека до самого города. А затем вся Ингушетия встала против казачества и против осетин. И также держали фронт по линии железнодорожной ветки до самого Грозного и делали налёты на близлежащие станицы.
Мне как-то пришлось увидеть какие ингуши воинственный народ. В 1918 году, после Августовских событий, в конце сентября нам пришлось охранять Котляреевский железнодорожный мост, а также и под станцией «Прохладной». Когда казаки стали нажимать на нас, мы стали отходить, потому, что силы были неравные. Но наше командование во главе с тов. Агниевым, Тасзи, Сорокиным; и просили ингушей помочь нам. Так вот сперва они вступили в бой с казаками, но увидев свою неустойку и потеряв несколько своих людей, стали сматываться. И только мы их след и видели. А нам пришлось с потерями отступить.
А также и под Котляреевкой они тоже не выдержали натиска казаков и ушли оттуда; и нам тоже пришлось всю тяжесть боя брать на себя и отойти к городу. И как-то в последних числах ноября 1918 года, рано вечером наш отряд двинулся в Архонку, к нам присоединился отряд ингушской кавалерии(сотни полторы). К полуночи мы подошли к окраине станицы. По эту сторону речки мы обнаружили пост казаков с пулемётом. А когда они нас обнаружили, то сейчас же постарались скрыться, но не смогли увести пулемёт, оставили его нам, но лент с патронами не было. А когда они стали убегать и дали выстрелами своим сигнал, то после этого сигнала пошла перепалка на всей линии. Мы залегли в траве, а пули так и свистели над головой. С нашей стороны стали стрелять с батареи. Но я свой пулемёт выставил на курган. И мне было видно пачки выстрелов, и я направлял огонь своего пулемёта на эти «пачки». С левой стороны наши было заняли окраину, но тут нужна была кавалерия. Но ингушей уже и «след простыл». При первых же выстрелах они укрылись в овраге за речкой и так оттуда они и не вышли. А наша дуэль продолжалась часа два. И за это время у нас поранило всего несколько человек и начальника Гогечкорского отряда: Саши Гогечкори. Ему снарядом ноги повредило. И особо мы в эту ночь ничего не сделали и с тем ушли обратно в город. А ингушский отряд, как только мы стали отступать. Они это почуяли и вперед нас стали уходить. В общем у нас на них надежды было мало, они не могли выдержать казачьих атак.
Всё же нам пришлось частично обезаружить Архонку и Ардон. А затем из Ардона часть нашего отряда направились в Алагир – 50 человек пехоты, два пулемёта и два орудия с прислугой. Прибыли мы в Алагир рано – в два часа дня. И расположились мы в школе около шоссейной дороги. А батрейцы заняли позицию около школы была площадка, и тут же был большой сарай, и в нём они расположились. Распрягли лошадей, выставили орудия в проходе, дула орудий повернули на площадь. А пехота и мы расположились в помещении. Начальником пехоты был товарищ Агурцов с Курской слободки. Это был человек особого покроя – не боялся ни огня, ни воды, матерщинник был беспощадный. Но командир был хороший, всегда с нами советовался по-товарищески и его все уважали.
Стали мы располагаться в этой школе. Наш «кашевар» стал разводить свою кухню, готовить нам обед, и мы не предчувствия никакой опасности расположились как дома. Кто-то песни поёт, а кто-то шутками забавляется. И так как-будто весело нам было. Прошло более двух часов, обед ещё не был готов, но кушать хотелось. Пошли мы во двор, подошли к кухни узнать как на счёт обеда, и немного побеседовали. И вдруг слышим на улице шум и конский топот в помещении, т.е. в школе. Что-то затормашилимсь, хватают винтовки. А Огурцов во всё горло закричал:
- «Товарищи! В ружьё!!!»
Мы сразу же сломя голову кинулись за пулемётом. А в окно увидели осетинскую конницу. Окружают площадь. Мы второпях выставили один пулемёт в окно, а я взял пулемёт и стал вывозить в парадную на улицу. А мой помощник Фёдор Галкин несёт две ленты патронов в коробке. Я вижу следующую картину: метров на пятьдесят от нас оцепление конницы, а посреди, т.е. на середине между нами и конницей выехали два начальника(парламентёры) с осетинской и с нашей стороны т. Огурцов и Давид. И они предъявляют нам ультиматум, чтобы мы без сопротивления сдались. Я вижу картину не подходящую, вывожу пулемёт под укрытие на угол и поворачиваю в сторону противника, Фёдор бросает мне коробку с лентой, я заряжаю пулемёт и лежу, жду команды. Но, как видно т. Огурцов следил за моим движением и, когда я залег, они сразу отбежали и закричали во всё горло:
- Огонь!!!
И, тут же сразу по команде батарея оглушила своим выстрелом, и пошло смятение среди кавалерии. Они с испугу кинулись врассыпную во все стороны. Я, в свою очередь, открыл огонь. В момент вся площадь была очищена. Было убито несколько лошадей и всадников. Они оставались лежать на площади. И пошла «перепалка» со всех сторон. Неприятель окопался на окраинах слободок и в лесу, по направлении к шоссейной дороге. К вечеру перестрелка прекратилась, и слышались только одиночные выстрелы. Так мы оказались в окружении и десять дней были в этом тревожном положении. Неприятель всячески засылал нам своих парламентёров для переговоров и, требовали, чтобы мы сдались. А мы категорически отвергали их ультиматумы. Мы считали, что лучше умрём в бою но позорно не сдадимся. А мы в свою очередь три раза засылали своих разведчиков в наш тыл и требовали нас освободить из окружения. Но всё было безрезультатно, ответа не было, снаряды были на исходе и патронов мало. Приходилось патроны зря не расходовать. И люди выбывали, а подкрепления нет. И решили мы биться до последнего. Как они не старались, чтобы вынудить нас сдаться ничего у них не выходило, мы давали им сокрушающий отпор. И вот в ночь мы решили сделать прорыв и уйти лесом к городу.
Но к счастью нашему в обеденное время мы слышим отдаленные орудийные выстрелы, и нам как-то стало легче и мы свободнее вздохнули. Как будто появилась надежда на нашу выручку. Прошло ещё часа три. И мы уже ближе слышим пулемётные и оружейные выстрелы, и нам стало уже веселее, но белоосетины стали нас сильнее обстреливать. Но как видно они с нами уже ничего не могут сделать, у них не было артиллерии и мы им делали большее поражение, хотя и мы имели незначительные потери в людях: трое убитых и семеро раненых. Но к вечеру мы стали отчётливо слышать оружейные выстрелы. А около нашего здания стали рваться бомбомётные бомбы. Мы предполагали, что по нам бьют наши враги, но оказалось, что это наши бьют по неопределённой цели. С северной стороны наши нажимали на них, но осетины сильно противодействовали нам. И стали яростно обстреливать отступающих. К вечеру разгорелась сильная оружейная и пулемётная перестрелка, так что врагам стало не под силу. Они стали отступать на Военно-Осетинскую дорогу. И когда осетины очистили и отступили, то наша кавалерия сразу ворвалась в Алагир. Летели галопом, шашки наголо в наше направление. Я даже направил было пулемёт по нашей кавалерии, но не открыл огня. И когда услышал голоса «Урааа!», встал во весь рост и стал фуражкой их встречать, они прямо летели на меня. Я даже издалека узнал Павла Шимпмина, которого мы послали известить о нашем окружении. Он скакал первым и, когда подъехали к нам слезли с лошадей и мы стали от радости обниматься. Да это и есть долг и обязанность выручать товарищей в трудных условиях не щадя своей жизни. И в этот вечер весь город был очищен от белобандитов.
А на следующий день было созвано совещание по решению вопроса «Как быть с Алагиром». На этом совещании присутствовали т.т. Орджоникидзе, Огнев, Тасуй, Гарайский и наши командиры. И решили оставить Алагир и отступить в г. Владикавказ, так как контреволюционеры Деникин и Шкуро белобандиты стали приближаться к Владикавказу, а поэтому нам необходимо было отступать. И так вопрос был решен, и мы стали готовиться к отступлению. Это было в конце ноября месяца.
Наши товарищи, которые нас выручили из окружения, был Первый Грозненский Красный Полк. Но не весь был полк, а только батальон и наша кавалерия и Гогечкорский отряд. Они стали выступать первыми и пошли по направлению в Станицу Ардон. Но я со своим пулеметом и часть кавалерии остались для подкрепления. У меня был хороший (фаэтон). Фаэтон этот был (непонятное слово) дикой дивизии. Как хорошая лёгкая тачанка на пару лошадей. И я приспособил его сзади этого фаэтона, чтобы удобно было проводить обстрел на все направления. И мы стали отходить под прикрытием последними.
Но наши враги не стали нас преследовать, и мы благополучно добрались до Ардона и, не стали здесь задерживаться, а стали свой отход продолжать до Архонки. А с Архонки направились прямо в город. И пришли мы в город уже перед самым рассветом на другой день
Но в Ардоне всё же осталось часть нашего отряда, для всякого ненадёжного случая со стороны казачества. Мы особенно казакам, не доверяли, когда пошли слухи о приближении Деникина и Шкуро на Кавказ. Они(казаки) стали голову поднимать, что идет Деникин и, освободит их от большевиков. Но мы всё же стали готовиться для встречи сильного врага Добровольческой Казачьей Армии и стали окапываться по окраинам города. И первая стычка у нас произошла с отрядом генерала Шкуро между Ардоном и Ардонским хутором. И со шкуринским отрядом сошёлся в перестрелке. Наша Коммунистическая рота и под сильным нажимом со стороны «волчьего» отряда(каких тогда называли, у них были волчьи шапки) и наши стали отступать до города. И в декабре месяце числа 15 или 16 в воскресенье первые отряды подступили к окраинам города. Первая перестрелка началась с Владимирской стороны и постепенно фронт начал расширяться по большому бугру до Лысой горы, а затем перешел по ту сторону Терека по линии Курской слободы и постепенно стал с каждым днём и с каждым днём бой всё разгорался. И перед вступлением Деникинцев на территорию города нам был приказ, собраться всем частям к штабу рано утром мы, т.е. все наши части собрались у штаба в том числе и наши курсанты будущие командиры и Китайский отряд. И все наши части тронулись, выйдя из города пошли походным порядком по направлению Базуркино. Отряд командиров пошёл первым затем китайский отряд. Они так и ушли на Грозный. Но наши отряды вернулись обратно потому, что Шкуринские отряды подошли со стороны Архонки и стали обстреливать по оркаине с правой стороны Терека с самообороной и, когда пошла перепалка мы вернулись для защиты окраины города от Деникинской передовой армии. И с этого дня пошёл наш неравный бой с ДоброАрмией и январские бои продолжались ровно две недели.
Но эти январские бои 1919 года были для нас роковыми и памятными о этой катастрофической истории осталась у нас навсегда.
Во-первых бои были неравные, хотя на нашей стороне была и Ингушетия. Но и во-вторых свирепствовал тиф и, почти вся наша Десятая армия была поражена тифом. И весь бывший кадетский корпус превратился во временный госпиталь, все помещения были переполнены тифозными больными. А медпомощь была плохая и медикаментов нет и смерть уносила тысячи бойцов, каждый день выносили смертников сотнями и сваливали в братские могилы за кадетским корпусом. И этим только могла победить и временно восторжествовать ДоброАрмия.
И две недели мы продолжали вести оборонительные бои, дрались за каждый угол. Казачьи и осетинские части старались смести Молоканскую и Курскую слободки и поджигали дома там. Жители бросали свои дома и бежали кто куда мог. И этим моментом бело бандиты грабили опустевшие дома, а кого и убивали на месте. Так расправлялась особенно Шкуринская дикая дивизия.
И наши части сильно измотались без сменно в боях, не спавши и не евши. А ждать подкрепления было неоткуда. Мы были совершенно изолированы от центра и связи не было положительной. Наши начальники тоже стали выбывать из строя. Я тоже стал чувствовать не совсем нормально, болезнь меня стала подкашивать. Но не смотря на свою слабость я старался перебороть свою болезнь, бегать и посматривать состояние и исправность пулемётов, их действие на передовой.
И впоследствии мы видим, что мы ослабели и нам стало не под силу продолжать оборону города, стали постепенно отступать по Военно-Грузинской дороге, а часть пробивались через Мечнюринский перевал по Военно-Осетинской дороге. Погода была январская холодная, моросило, гололедица. Но наши части отходили, кто мог, даже полубольные уходили в горы искать спасения. Они знали, что если останутся, то их белые расстреляют и они постепенно двигались туда куда отступала Красная армия. Но всё же многие из больных находили свою смерть в горах Кавказа. Но смерть героев-защитников революции останется в памяти навсегда.
|
7 ПРОДУКТОВ КОТОРЫЕ ОЧИЩАЮТ ОРГАНИЗМ ЛУЧШЕ, ЧЕМ ЛЮБЫЕ ЛЕКАРСТВА |
№1 КРАСНАЯ СВЕКЛА
Это «чистильщик» организма №1. Во-первых, она содержит клетчатку , фосфор, медь, витамин С и ряд органических кислот, которые улучшают «движение» еды и уничтожает «плохие» гнилостные бактерии в кишечнике. Во-вторых, в ее состав входит липотропное вещество «бетаин», которое заставлять печень лучше избавляться от токсинов. А, в-третьих, свекла способствует омоложению организма за счет фолиевой кислоты (создается больше новых клеток) и кварца (улучшается состояние кожи, волос и ногтей
Как употреблять: варенную, с борщом, в салате, в виде отвара или сока.
№2 БЕЛОКАЧАННАЯ КАПУСТА
Она содержит большое количество пищевых волокон, которые помогают «связывать» тяжелые металлы и токсины, а затем выводить их из кишечника. Кроме того, она богата органическими кислотами, которые улучшают пищеварение и нормализуют микрофлору органов пищеварения. Но и это еще не все. В капусте содержится очень редкий витамин U. Он «обезвреживает» опасные химические вещества, участвует в синтезе витаминов и даже заживляет язвы.
Как употреблять: свежую, квашенную, в виде сока.
№3 ЧЕСНОК
В одном зубчике чеснока содержится более (!!!) 400 полезных компонентов. Они снижают уровень «плохого» холестерина в крови и прочищают сосуды, убивают клетки мультиформной глиобластомы (причина рака мозга), уничтожают дифтерийную, туберкулезную палочку и хеликобактер (причина язвы желудка), «выводят» глистов и т.д.
Как употреблять: свежим, в молотом виде.
№4 РЕПЧАТЫЙ ЛУК
Его главная ценность – фитонциды, которые содержатся в эфирных маслах. Эти вещества всего за несколько секунд способны убить многие бактерии и грибки. Кроме того, лук улучшает пищеварение, усвоение питательных веществ и даже аппетит. А большое количество серы позволяет эффективно обезвреживать и удалять «все вредное».
Как употреблять: свежим, в салате, в виде спиртовой настойки и косметической маски (от прыщей и угрей).
№5 ЯБЛОКИ
Благодаря пектину и клетчатке, яблоки нормализуют работу всей пищеварительной системы – «связывают» шлаки и токсины, улучшают аппетит, стимулируют выработку желудочного сока, избавляют от запоров и т.д. Кроме того, яблоки убивают возбудителей дизентерии, золотистого стафилококка, протея, вирусов гриппа А…
Как употреблять: в свежем виде со шкуркой, в виде сока и тертой «кашицы», в виде отвара.
№6 АВОКАДО
К сожалению, свойства этого «южного» фрукта почти не известны широкой публике. Хотя… Авокадо содержит замечательное вещество «глютатион», который блокирует около 40 различных канцерогенов, «разгружая» печень. Кроме того, он нормализует уровень холестерина в крови, улучшает пищеварение, снабжает ткани кислородом и т.д.
Как употреблять: свежим, в виде сухофрукта или «масла».
№7 КЛЮКВА
Это, пожалуй, один из самых мощных «природных» антибиотиков и противовирусных средств, который эффективно очищают мочевой пузырь и мочевыводящие пути от вредных бактерий. Не менее важно и то, что клюква «борется» с образованием и развитием раковых клеток, а также с появлением тромбов и бляшек в сосудах.
Как употреблять: свежей, в виде морса и сока, в виде варенья.
Метки: продукты |
Жена - женщина |
Метки: жена |
Люди - любимые дети Бога. |
Метки: люди |
ЗЕМЛЯ - Мать-сыра-земля |
Метки: земля |
Ведать - знать |
Метки: ведать |
ВЕРность - РЕВность |
Метки: верность ревность |
Семья - означает |
Метки: семья |
