Так получилось, что в доме одновременно жили трое детей. Это были братья погодки: двое родных и один троюродный. Взрослые на тот момент жили все большой семьей, и на такие тонкие отличия в родстве внимания не обращали. Всех троих строем выгоняли гулять во двор, затем так же, толпой загоняли обедать, а вечером хором ложились спать. Мамы в это время являлись людьми творческих профессий и занимались, когда нахлынет вдохновение, батиком, дизайном причесок и изготовлением рекламных вывесок, а когда вдохновение отступало, консервировали соленья на зиму или затевали грандиозную стирку.
Особого присмотра за детьми не было, да это и не требовалось. За забор участка, на улицу их пока не тянуло, ибо и во дворе была масса неисследованных вещей. Например, в углу огромной кучей были свалены рулоны рубероида, которые, если, конечно, подключить воображение, легко становились космическим кораблем.
Однажды, когда космический корабль совершил посадку, и экипаж при помощи хворостины был загнан бабушкой на кухню обедать, возникла нештатная ситуация.
- Что-то газом вроде несет… - заметила Аня, мама двух старших космонавтов.
- И правда, - согласилась с ней Оля, мама младшего члена экипажа, - сильно воняет.
- Не иначе как АГВ где-то травит, - сделала вывод бабушка, - а дед с работы вернется не скоро… Где газ перекрывается, никто не помнит?
Конечно, никто из присутствующих дам этого не то, что не помнил, а и не знал. Газопровод в доме делал дед собственноручно, ибо был в этом деле был профессионалом. В процессе построения сложной газовой системы женщины справедливо решили, что с советами лучше не лезть, и, соответственно, об устройстве и работе сложного агрегата АГВ и прочего газового оборудования они имели довольно поверхностное представление. Но тут бабушка вспомнила, как для выяснения герметичности соединений газовых труб дед пользовался мыльным раствором, на что извел целый кусок хозяйственного.
- Так, - скомандовала она, - делаем мыльный раствор, мажем все, до чего сможем дотянуться. Где начнет пузыриться, там, стало быть и утечка. Найдем ее и залепим чем-нибудь.
Последующие двадцать минут юные космонавты с огромным интересом наблюдали, как наземные службы в полном составе с помощью свежеприготовленного мыльного раствора покрывали тонким слоем все, что могло иметь хоть малейшее отношение к газу. Увы, безрезультатно. Все трубы и вентили покрыли вторым слоем раствора, но искомых пузырей так и не увидели. АГВ намазали мылом трижды, не пропустив ни один миллиметр довольно большого котла. Ноль.
- Что ж, давайте, девки, нюхайте тогда, - приняла альтернативное решение бабушка, - может, чего унюхаем.
Втроем они стали дружно обнюхивать всю кухню, периодически отгоняя мешающихся под ногами детей.
- Стойте! – вдруг воскликнула Аня, - А ну-ка, Женя, подь поближе… Блин! Так это от него так воняет! Где ты так надушился? Чем? И, главное, зачем?
Командир экипажа рассказал все без утайки.
Сегодня они должны были лететь особенно далеко. Вероятнее всего, куда-то за пределы Солнечной системы. Для того, чтобы корабль смог преодолеть это гигантское расстояние, его было необходимо основательно заправить топливом. Перерыв весь дом в поисках топлива, отважные космонавты нашли довольно большой аэрозольный баллон с дихлофосом. По расчетам, содержимого баллона должно было в аккурат хватить для успешного проведения космической экспедиции. И, как показала практика, хватило. Правда, при заправке часть топлива распылилась на командира экипажа, поскольку эту непростую работу он решил выполнять сам, не перекладывая ответственность на подчиненных. Но, в остальном, полет прошел удачно, задачи экспедиции были успешно выполнены, самочувствие экипажа во время полета и после приземления нормальное, все параметры бортовых систем были в норме.
В общем, кончилось все хорошо. Только следующие полгода отважного космического командира домашние звали не иначе, как «Женя-дихлофос».
А через полгода его пришлось переименовать в «Женю-пожарного». Только это уже другая история.
P.S. На фото командир экипажа и младший космонавт-исследователь.