"Аргументы и факты", № 49, 1999 г.

"Для подготовки первого полета женщины в космос были отобраны пять кандидаток..."

"Вспоминаю, какой был ажиотаж вокруг патронируемой Никитой Хрущевым "звездной свадьбы" космонавтов...

Сегодня в Городской библиотеке девушка на приеме книг, открыв на компьютере мое «личное дело», досадливо хлопнула рукой по столешнице:

– Да что такое, уже второй раз за сегодня – районная библиотека все наши книги стерла… И хоть бы позвонили…

Электронная запись книг в нашей районной библиотеке появилась несколько месяцев назад. Просто чудо техники! Книги стопочкой (а не по одной!) клали на плоскую коробочку – и все. Компьютер не только прочитывал коды каждой книжки, но и заносил информацию в «личное дело». Вместо подробных записей шариковой ручкой в формуляре – два клика мышкой, и вы свободны!

Так продолжалось… не знаю точно, сколько дней, но до месяца новая система не дотянула. Очень скоро «чудо техники» начало капризничать – какие-то книги он не видел вовсе, другие не хотел записывать, не реагируя ни на какие уговоры… Видя такое дело, библиотекари не стали рисковать – опять пошли в ход бумажные формуляры. Читатели не роптали на ожидание в очереди на запись – они еще не успели привыкнуть к новой системе.

Или наоборот – уже привыкли к тому, что повсеместно «натыканные» терминалы частенько играют роль мебели, и только. Вспомнить хотя бы электронную запись к врачам. В нашей поликлинике эта «машинка» проработала от силы несколько дней, да и то – как понимать «проработала»: какие-то признаки жизни она показывала, но выполнять свои прямые обязанности отказывалась наотрез. А потом и вовсе отключилась. Так и стоит, всеми забытая.

Мне интересно, сколько времени потребовалось бы специалисту, чтобы вернуть ее в рабочее состояние? Неделя, день, час? Впрочем, вопрос некорректен – раньше надо спросить, где тот специалист, который может (и должен!!!) оперативно решать все возникающие проблемы.

А такого, наверное, просто нет. Или все же есть?

Однажды в Сбербанке очередь, и без того не очень-то споро продвигавшаяся к окошку коммунальных платежей, вовсе остановилась. Вытерпев минут пятнадцать, клиенты начали задавать девушке за стеклом наводящие вопросы: дескать, почему так долго. «Компьютер завис», ­– прозвучало в ответ. «Ну так вызывайте помощь, что вы сидите!» – высказался какой-то активный товарищ. «У нас служба помощи одна на весь город, туда не дозвониться. Я все время набираю номер», – выдала девушка тайну фирмы. Это у «Сбербанка»! Одна на весь город!!! А у поликлиник такая служба вообще есть? А у библиотек?

Описанная сцена в «Сбербанке» произошла несколько лет назад, с тех пор многое изменилось. Теперь почти все платежи проводятся через терминалы, и у терминалов очереди не меньше, чем раньше у окошек: клиенты ждут, пока освободится… консультант, без него им с платежами не справиться. А большинство ходят платить в Петроэлектросбыт – там хоть и бесконечные очереди, но никаких терминалов, все наличными, через кассу…

А компьютеризация продолжает себе  шагать, невзирая на лица. Жилищный комитет требует от ЖСК и ТСЖ размещать информацию об их деятельности на специальном сайте. Для этого надо регулярно заполнять определенную форму – вписывать разные показатели. В правлениях ТСЖ и особенно ЖСК люди, как правило, солидного возраста, с компьютерами не очень близко знакомые, для них задачка не из простых. Привлечь стороннего специалиста – нужны деньги, но на такую трату надо еще выпросить разрешения у собрания жильцов…Куда проще (и дешевле!) было бы представлять данные на бумажных носителях. Низзя! За невыполнение этого распоряжения городские власти грозят немалыми штрафами, и не хочется думать, что это угроза может стать реальностью…

Но, впрочем, не будем ворчать и сопротивляться прогрессу, есть в нем и положительные стороны. Вот мне, например, в Городской библиотеке сказали:

- Какие книги у вас на руках, мы сказать не можем – все данные стерты. Но вы уж, пожалуйста, сдайте все.

А ведь могу и не сдать. Техника в руках неумехи – кому-то на пользу.

Компьютеризация, блин!

И снова – здравствуйте!

Хотя здороваться здесь пока и не с кем – никто не заходит, да и я не очень озабочена наполнением странички. Предполагалось, что я буду здесь публиковать свои богатейшие архивы  ­– и личные, и так, сказать, общественные, представляющие даже исторический интерес. Но… Слишком обширно мое виртуальное поле деятельности и на все задуманное просто не хватает времени. Вот и томится мой дневник  в безвестности, никому не интересный и никем не читаемый…

Стоп! А не повернуть ли это обстоятельство в свою пользу, не сделать ли страничку в Ли.ру именно дневником? Ведь далеко не случайно я выбрала такой ник – «Дама с авторучкой»: писать, излагать на бумаге свои мысли, описывать увиденное, рассказывать о людях и событиях – это не только моя профессия, но и образ жизни. «И тянется рука к перу, перо к бумаге…» и хочется выразить то, чем живешь, что увидел, понял и прочувствовал сегодня. Иногда для этого достаточно нескольких строчек – записи в дневнике. Вот хотя бы в этом, в который (надеюсь, только пока!) никто не заходит.

Я назову его «Общая тетрадь» – в память о толстой тетрадке в коричневой «жатой» обложке, в которой я давным-давно вела личный дневник…

Василий Смирнов

 

Фрагменты рукописи, которая ищет своего издателя

 

Подберезовик

 

Один из самых массовых грибов июля (впрочем, и августа с сентябрем) – подберезовик – составляет едва ли не основную добычу многих грибников, так как он, несмотря на название, не привязан к березе, как масленок и моховик желто-бурый к сосне. Не будучи настолько космополитичен, как лисичка (в чистых сосняках и старых ельниках не растет), он все же имеет широкие взгляды, охотно поселяясь и поодиночке, и семьями в самых разных лесах. Не связан подберезовик и дисциплиной. Он не имеет привычки строго соблюдать сроки «наступления» и в различных лесах, да и в разных местах лесов однотипных растет вразнобой, как вздумается, обеспечивая тем самым свое почти непрерывное присутствие в течение всего грибного сезона.

Изо всех трубчатых подберезовик самый нетребовательный и к другим (кроме типа леса) факторам: освещенности, теплу и влажности. По количеству (по штукам) он наверняка уступает и лисичке и опенку, но если соотнести индивидуальные «анатомические» данные, то первенство достанется наверняка подберезовику, вернее, его разновидностям. В урожайные годы его по массе могут опережать подосиновики и даже белые – грибы, превосходящие его размерами и «габитусом» (упитанностью). Тем более что тяжеловес подберезовик черный пропускает эту «высоту» – июль, дожидаясь финального выхода в сентябре.

Видов или разновидностей у подберезовика несколько. Вынужден начать с такого неопределенного выражения, поскольку разные авторы насчитывают их от трех до… двенадцати, не говоря уж о том, что и «фамилия» подберезовика одинакова с подосиновиком – оба принадлежат к роду Leccinum. Чаще всего в популярной литературе упоминают три разновидности подберезовика – обыкновенный, болотный и розовеющий.

Я склонен считать, что в нашей средней полосе их все-таки пять – ну уж очень не похож черный подберезовик, которого почему-то игнорируют некоторые авторы, ни на одного своего соплеменника. По некоторым признакам он несколько смахивает на подосиновик, но и к подосиновикам его ни один автор не причисляет. Таким образом, кроме бесспорных обыкновенного и болотного, существование которых никто не оспаривает, и черного, существующего де факто, нужно отыскать еще два. Это розовеющий и бархатистый. Не берусь объяснить, почему один из них выпадает из поля зрения некоторых авторов, но смею утверждать, что кроме трех (обыкновенного, болотного и черного) в лесу встречаются еще два, отличающихся один от другого вида подберезовика. У одного из них шляпка и в самом деле слегка бархатистая, а у второго слегка розовеют ножка на срезе и мякоть при надавливании. Недостающие до двенадцати семь разновидностей или не растут в наших лесах (арктический-то уж точно), или очень редко встречаются, или слишком мало отличаются от пяти перечисленных, а, скорее, все вместе.

Число разновидностей не имеет принципиального значения, а рассказал я все это только для того, чтобы подчеркнуть существующие до сих пор разночтения в определении даже такого известного и очень популярного гриба.

 Болотный подберезовик способен выдержать путешествие в корзине только в самом молодом возрасте, да и то при очень бережном обращении, которого явно не заслужил. Поэтому он попадает в корзину только по принципу «хоть что-то». Растет подберезовик болотный и на моховых болотах, но не торфяных с сосенками, а небольших, заросших такими же низкорослыми, кривоватыми березками, и в сырых низинках, где после дождей под ногами долго хлюпает вода. Но не так уж редко он встречается и в сухих березняках, и в смешанном лесу, а бывает, находишь его и в зарослях молодых елок, группами подрастающих под опекой старых берез. Встречал я его семейки и во мху между колеями старой лесной дороги, проходящей вдоль еловой посадки.

Молоденькие грибы, выросшие на сухом месте, среди негустого мха или листохвойной подстилки выглядят очень симпатично. Выпуклая шляпка, мелкопористый трубчатый слой и недлинная, довольно плотная ножка – чисто белые, без единого пятнышка. С возрастом шляпка становится грязно-белой с зеленоватым оттенком, иногда откровенно зеленоватой, трубчатый слой теряет белизну и упругость, ножка, вырастая в длину, остается тонкой даже у самых крупных грибов, а случалось видеть их высотой до двадцати – двадцати двух сантиметров и диаметром до восемнадцати. Среди густого мха болотных кочек молодые подберезовики менее плотны и упруги, мякоть у них водянистая, и даже самые мелкие не бывают чисто белыми, но чрезвычайно длинноноги – трехсантиметровая шляпка может вознестись сантиметров на двадцать пять от основания ножки. Болотный подберезовик с диаметром шляпки больше пяти – шести сантиметров брать уже не стоит: если и не червивый, что очень маловероятно, то все равно в корзине изомнется так, что дома опознать не удастся. Но и молодые грибы, доставленные домой в «товарном» виде, можно пускать только в жаркое – ни в маринад, ни в суп не годятся.

Подберезовики обыкновенный, бархатистый и розовеющий растут почти повсеместно, то есть во всех типах леса, кроме чистых еловых и сосновых боров, на всех почвах, при любой степени увлажнения почвы – и на сухих буграх, и на болотах (кроме торфяных). Превосходно они чувствует себя и на опушках, и в глубине леса, и на полянках, и в густой тени елового подроста. Растут и среди травы, во мху, на листохвойной подстилке, избегая лишь (как и все остальные грибы, за исключением лисички и желто-бурого подосиновика) густых зарослей черничника. Сосны подберезовики не избегают, как, скажем, желто-бурый моховик березы, в смешанном лесу их можно обнаружить и под сосной. А к елке питают явную симпатию – под молодыми елочками, островками растущими в березовом или смешанном лесу, подберезовики – обычная находка. И, наоборот, в густых ельниках, где лишь изредка встречаются крупные старые березы, вполне можно находить эти грибы.

Подберезовик бархатистый или чернеющий иногда весь одноцветный – коричневато-желтый, но встречается и с темно-коричневой шляпкой. Ножки, покрытые мелкими чешуйками, даже у молодых грибов тонкими не бывают, поэтому самые мелкие грибы напоминают желуди – шляпки хоть и не прижимаются краями к слегка вздутым ножкам, но не сильно отличаются от них диаметром. С возрастом ножки вытягиваются, чешуйки становятся почти незаметными, шляпки разрастаются, но остаются выпуклыми и слегка бархатистыми (шершавыми). Из-за довольно толстых плотных ножек и очень темных шляпок можно принять их за подберезовики черные. Однако отличие очень явное – у черного срез слегка синеет, а у бархатистого – чернеет.

Розовеющий подберезовик по некоторым «личным качествам» и повадкам ближе к черному, чем к остальным собратьям. Так же, как черный, в июле он попадается редко, откладывая активный рост на сентябрь или, в крайнем случае, на август, когда начинает встречаться разновозрастными семьями. Молодой гриб приземист, с выпуклой, почти полушаровидной шляпкой, мелкопористым снежно-белым трубчатым слоем и толстой (при достатке влаги) вздутой посередине, сильно чешуйчатой темной ножкой. Окраска шляпки зависит от многих условий и изменяется от охристого до темно-бурого, причем, как и у черного, бывает неравномерной – местами темнее, местами светлее. В таких количествах, как черный подберезовик, розовеющий не встречается, да и семейки его поскромнее – обычно от двух до пяти-шести, а больше десятка мне вообще не попадались. В подходящих для него местах да при удачной погоде этот подберезовик может потягаться даже с подосиновиком, вырастая до двадцати пяти см в высоту, при диаметре шляпки в 20 и ножки в 6 см, сохраняя при таких размерах молодой задор, упругость мякоти и кипенно-белый трубчатый слой. Такие красавцы регулярно попадались мне в сентябре 2000 года вдоль опушек еловых посадок и на светлых полянках елово-березового леса вблизи небольших заболоченных низин.

Одновременное появление всех разновидностей подберезовика в разных типах леса бывает только в сентябре, да и то не каждый год, а в июле его «выход» зависит от количества тепла и влаги.

В наших путешествия по Петербургу XVIII века мы уже не раз останавливались у Исаакиевского собора – и у деревянной церкви, где утром 19 февраля 1712 года шаутбенахт Петр Михайлов (Петр I) обвенчался с Екатериной Алексеевной, и у каменной с куполом и довольно высокой колокольней, которую заложили 6 августа 1717 года примерно в том месте, где Медный всадник, только ближе к берегу…

Знаем и то, что в конце царствования Елизаветы Петровны решено было разобрать старую церковь и, укрепив берег, построить новую. За это устроение взялась уже Екатерина II. Она пожелала возобновить здание на месте, где оно находится и до сих пор. Cтроительство поручили архитектору А. Ринальди. Однако спустя время мрамор, заготовленный для ринальдиевского Исаакиевского собора, по приказу нового императора – Павла употребили на строительство Михайловского замка…

Читать далее...

Василий СМИРНОВ

 

Рукопись, которая ищет своего издателя

 

Подосиновик

 

Подосиновик… Многие грибники ставят его на второе место после белого. По чисто эмоциональному восприятию это вполне справедливо– в лесу ни один гриб не выглядит столь же эффектно. Его внешний вид, внушительные размеры и склонность к семейственности (он редко растет в одиночку) создали ему устойчивый имидж «звезды» наших лесов.

Подосиновик, как и подберезовик, не очень соблюдает сроки слоев– его можно встретить в любое время грибного сезона, но в узком смысле этого слова,– ни в апреле, ни в мае он мне ни разу не попадался. Зато с конца июня по сентябрь подосиновик радует грибников своим присутствием в самых разнообразных типах леса. Да и сентябрь– не всегда заключительный этап для подосиновика. Мне случалось находить целые семейки этих красавцев даже в двадцатых числах октября, за несколько дней до первого снега, уже после вполне приличных заморозков. Бывают случаи и их массового роста в октябре; так,в 1985 году в первых числах октября в некоторых районах Тверской области пошли подосиновики. Сентябрь в том году был очень сухой, дожди начались только в конце, одновременно с похолоданием, а в начале октября вернулось тепло… А в 1998 году, вообще богатом всевозможными аномалиями (и погодными и политическими), в начале октября на рынках Москвы было полно не только подосиновиков, но и белых.

Обычно в «грибной» литературе описываются два видаподосиновика –красный и желто-бурый, реже упоминается белый.

Читать далее...

Памятники Петербурга

 

1957 год. Ленинград отмечает свое 250-летие. На площади Искусств открыт памятник Пушкину. В те дни быстро становится известной фамилия, которая отныне неразрывно связана с Ленинградом и с Пушкиным, – Аникушин.

В сентябре 2012 года исполнилось 95 лет со дня рождения скульптора. И посвященные юбилею газетные публикации позволили вернуться на полвека назад  и вновь пережить волнующую встречу с Поэтом на площади Искусств.

…Всесоюзный конкурс на памятник Пушкину был объявлен еще до войны. Интересно, что изначально предполагалось установить его на Стрелке Васильевского острова (вроде бы именно поэтому и площадь назвали Пушкинской).

Читать далее...

Василий СМИРНОВ

 

Рукопись, которая ищет своего издателя

Подснежники

 

Вопреки утверждениям многих книг, посвященных «третьей охо­те», грибы-подснежники в конце апреля, да и в первых числах мая встречаются только в те редкие годы, когда весна бывает очень ранней. Обычное же время появления строчков и сморчков – конец первой и начало второй декады мая. В смешанном елово-березовом лесу, наиболее характерном для окрестностей Москвы, к этому времени снега уже не остается, а сквозь слой прошлогодней листо-хвойной подстилки начинает пробиваться трава. В городе березы полностью развернули листья, а в лесу только начинают. Вот в этот момент и можно по-настоящему открывать сезон.

В смешанном лесу основной (по объему и весу) добычей обычно бывали строчки гигантские, почему-то большинством знакомых мне грибников называемые сморчками. Даже те немногие, кто при­держивается научных названий, обычно опускают слово «гигант­ский», так как строчок обыкновенный, растущий только в сосновом лесу, довольно редком в Подмосковье, вообще мало кому знаком. Отличается один от другого очень сильно и не только величиной.

Строчок гигантский, достигающий размеров мужского кулака, а то и двух (до 15 сантиметров высотой и до 20 шириной), окрашен светлее своего обыкновенного сородича. Его шляпка, скорее напоминающая не шляпу, а чалму, варьирует все оттенки коричневого цвета, от желтого до темно-коричневого, но никогда не бывает чер­ной. Обыкновенный, наоборот, ни разу не попадалсямне с коричне­вой шляпкой, да и чернота всегда была, как говорится, иссиня-чер­ной. И шляпка и ножка у него больше соответствуют своим назва­ниям, и весь он больше похож на привычный шляпочный гриб, чем его гигантский собрат, а вот размеры обыкновенного строчка гораздо скромнее – до мужского кулака не дотягивают (8 – 9 санти­метров в диаметре и до 10 в высоту). Широко распространенное в узком кругу грибников, любителей ранних грибов, мнение о привер­женности строчка к сосновым пням и сосновым вырубкам совсем не соответствует моим личным наблюдениям: строчки гигантские как раз чаще всего попадались мне в елово-березовом лесу, тяго­тея, правда, к старым замшелым пням, но отнюдь не сосновым. Встречались они и в лиственных участках смешанного леса, и в местах, где мелкий березняк заполнял промежутки между редко растущими «мачтовыми» деревьями ольхи. Я не оговорился. Репу­тация ольхи как мелкого, кривого деревца не совсем, мягко говоря,верна.На торфяных болотах сосна тоже выглядит не лучшим обра­зом, но это почему-то не портит ее имидж, а вот ольхе кто-то при­клеил ярлык и избавиться от него она не может…

В 1988 Строгановский дворец вошел в состав Русского музея. Началось возрождение (второе рождение?) здания – единственного в Петербурге памятника жилой архитектуры середины XVIIIвека. В 1988 году ему исполнилось 235 лет.

…Фамилия Строгановых известна в России с допетровского времени. Глава клана, «именитый» человек Григорий Дмитриевич Строганов щедро помогал молодому царю в годы Северной войны. В 1700 году на воронежских верфях он за свой счет построил два фрегата и, вооружив пушками, подарил Петру. Затем Строганов повторил пожертвование флоту, построив с помощью иностранных мастеров еще два военных судна и снабдив их пушками заграничного производства. Велики были и денежные субсидии Строганова на войну со шведами. Сохранилась легенда о том, как однажды Григорий Строганов пригласил Петра к себе на обед, поданный на бочке. При этом хозяин заявил, что не потчует своего господина и благодетеля вполовину, а просит смотреть на бочку как на часть угощения. Бочка оказалась наполненной золотом.

Уже после смерти Григория в память о нем и за его выдающиеся заслуги перед Отечеством Петр удостоил трех его сыновей – Александра, Николая и Сергея – титулом барона.

Читать далее...

Василий СМИРНОВ

Грибы с апреля по октябрь

Рукопись, которая ищет своего издателя


Глава I
Апрель ... Открытие сезона
Суббота 27 апреля 1985 года, шесть часов утра, идет снег, холод но. Немногочисленные пассажиры, ждущие электричку, бродят по платформе, пытаясь согреться. При очередном проходе нос к носу сталкиваюсь с сослуживцем, как всегда, элегантно одетым, с дипломатом в руках. Он с изумлением смотрит на мои резиновые сапоги, старенький плащ и рюкзак с корзинкой. Я удив¬лен не меньше. Вопрос «А вы, собственно, куда?» вылетает у обоих одновременно. От неожиданности и ответы звучат в унисон: «В Сандуны!» - «За грибами!». Посмотрев друг на друга с недоумением и покрутив пальцем у виска, мы расходимся, сожалеюще покачивая головами: «Ну, дошел человек!».
Конечно, по такой погоде ехать за грибами, рассчитывая на «улов», бесполезно, но уж больно велико нетерпение заядлого грибника – с момента последней прошлогодней поездки прошло шесть месяцев! Поэтому, не надеясь что-либо добыть, я все-таки начинал ездить в лес с конца апреля. Удовольствие доставляла возможность походить по знакомым местам, глядя не только под ноги, но и по сторонам, обойти те участки леса, куда в сезон не хватало времени добраться, оценить потенциальную урожайность вновь открытых полянок с тем, чтобы позже проверить свои прогнозы.
Эти первые поездки сезона я использовал и для «стратегиче¬ской» разведки, выезжая в места, где еще никогда не бывал. Боль¬ше половины всех своих точек «грибосбора», коих насчитывалось в лучшие времена почти четыре десятка, я впервые посетил до или после общепринятого времени грибных вылазок. Грибная география не ограничивалась Московской областью – бывал я в Ярослав¬ской, Тульской, а Тверскую и Владимирскую осваивал очень актив¬но. И все-таки расположение подавляющего большинства «планта¬ций» обеспечивало возможность однодневной поездки на электрич¬ках, пусть даже на двух-трех, но без автобусов, в которые можно и не залезть. Однодневной считалась поездка, не превышающая два¬дцати часов.
Не только апрельские поездки бывали чисто ознакомительными, случалось возвращаться пустым и летом, и даже осенью. Знания даром не даются – наша присказка тех лет. «Всяка охота предпола¬гает и удачу и неудачу, грибная охота в том числе». (В. Солоухин). Не угадал на¬правление (север – юг), не учел погоду или ... да мало ли в чем мож¬но ошибиться, а в результате – пустая корзина. «Он ведь, гриб, что? Для него законы не писаны. Бывает и дождь, и тепло, и все усло¬вия, а его нет. Он ведь областному начальству не подчиняется”. ( В. Солоухин).
Мне известны случаи (и по рассказам, и по личному опыту), когда от полного «безгрибья» до хорошего «грибосбора» было не бо¬лее трех-четырех километров. Причины бывают разные – полосой прошли дожди, или рельеф местности обеспечил разницу в темпе¬ратуре, или сказались различия в составе почвы, а то и в количест¬ве снега прошедшей зимой. Бывает, конечно, и так, что, «намотав» за день не один десяток километров уезжаешь пустой – во всех дос¬тупных пешим ходом местах этого района грибов нет. Неудача? Фиаско? Отнюдь нет! Вторая присказка тех лет гласила: знания лишними не бывают; при полном «безгрибье» поневоле заходишь в места, куда никогда не доберешься в урожайное время, а значит расширяешь географию, тем более, что известные тебе (и не только тебе) места совсем необязательно самые урожайные – стадный инстинкт человека здесь сказывается едва ли не сильнее всего. Могу сослаться на собственный опыт: из сорока – сорока пяти поез¬док (с конца апреля по конец октября) больше половины были «ну¬левыми» или близкими к этому, но зато остальные, базировавшиеся на полученных знаниях грибных мест, окупали все.
Стоит еще отметить и такой штрих: «точка», «место» или «плантация» - это не полянка или опушка, а местность, достигающая нескольких десятков квадратных километров.
 

http://mixstuff.ru/archives/69223

http://mixstuff.ru/archives/69165

http://mixstuff.ru/archives/68640

http://mixstuff.ru/archives/68078

Здравствуйте все, кто заглянет на мою страничку, и спасибо тем, кто меня сюда пригласил. Буду осваивать еще и эту площадку. Мне есть чем поделиться и что рассказать.

Колесо обозрения. Мы в мире и мир вокруг нас