Отупевшие от постоянного стресса и сломленные люди готовы на все, лишь бы получить покой. И украинское общество постепенно и целенаправленно ведут к тому, чтобы оно согласилось на любой поворот событий в войне с Россией.                                                                                                                                                                                                                                Погружение украинцев в состояние тотального стресса осуществляется несколькими инструментами.

Первый – это постоянные обострения на фронте, чередующиеся с периодами затишья. Дергая человека, постоянно создавая ему проблемы и снимая их, можно довести любого до нервного срыва. А еще – убить у него способность к мобилизации и волю к сопротивлению.

Второй – это создание внутреннего напряжения через призывы к майдану, организацию массовых протестов, блокад с угрозой энергосистеме, других мероприятий, создающих ощущение полной дестабилизации ситуации в стране и развала государственных институтов.

Третий – это пропаганда со стороны «оппозиционных» СМИ, демонстрирующих нашу жизнь, как беспросветный мир коррупции, повышения цен, разрушения экономики и всевозможных «зрад» как со стороны наших союзников, так и внутри страны. Когда человек чувствует, что перспектив у страны нет никаких – мотивация к действию и борьбе умирает.

Четвертый – это редакционная политика всех украинских СМИ, уделяющих значительное место в эфире и на страницах изданий криминальным сводкам. Украинцы все время живут в мире крови и жестокости, бессмысленных убийств, аварий и катастроф. Причем, большинство из этих новостей не являются социально значимыми и представляют собой отдельные частные случаи, но в совокупности создают картинку полной безнадежности, незащищенности и вызывают ощущение приближения катастрофы.

К чему это приводит?

Если следовать известной концепции Г.Селье, существует три основные стадии стресса: тревоги, сопротивления и истощения.

Вначале происходит полная мобилизация сил организма, человек находится в состоянии напряжения и настороженности, он втягивается в борьбу и пытается адаптироваться к новым стрессовым условиям. Так было у нас в 2014 году.

Затем наступает стадия сопротивления: признаки тревоги практически полностью исчезают, уровень сопротивляемости значительно выше обычного. Это мы пережили в 2015 году.

Последняя стадия – истощения, когда энергия уже исчерпана, а физиологическая и психическая защита – сломлены. Этот период у нас начался в 2016 году и продолжается в нынешнем.

Каждый человек по-разному переживает последнюю стадию стресса. Согласно концепции известного психолога О. Микшика, существует три вида реакции людей при достижении предела «прочности» в критических ситуациях.

Первый тип людей распадается на физиологическом уровне – впадает в ступор от переутомления, перестает реагировать на окружающие события и внешние раздражители. Согласно И. Павлову, такая реакция центральной нервной системы называется «запредельным торможением» и несет в себе охранительные для организма функции. Сегодня она свойственна для той части нашего общества, которая абстрагировалась от проблем с войной и замкнулась в себе.

Второй тип людей ломается на психическом уровне, теряет силу воли, способность думать и принимать решения, адекватно оценивать обстановку. Такая реакция наблюдается у значительной части нашего гражданского общества, активистов, которые пребывают в состоянии растерянности и разочарования. Часть из них опустила руки, часть – полностью утратила способность к критическому мышлению и реагирует на ситуацию на уровне рефлексов и понятий «зрада» или «перемога». От первых в борьбе уже нет никакого толку, вторые – легко поддаются влиянию, манипуляции и ими легко управлять со стороны различными «вбросами».

Третий тип людей ломается на социально-психологическом уровне. При достижении предела «прочности» такие люди сохраняют свою физическую и психическую мобилизованность, но изменяют своим жизненным принципам и установкам. Так, люди, которые вначале включились в борьбу по моральным и идейным соображениям, начинают действовать исключительно в собственных интересах и, разочаровавшись в изначальных целях, стремятся извлечь максимум личной выгоды из происходящего. Примеры такого типа мы видим среди многих волонтеров и военнослужащих, занимающихся контрабандой, торговлей с врагом и т.д.

Украинское общество будет окончательно сломлено, когда количество тех, кто внутренне еще сопротивляется, станет меньше необходимого критического минимума. Этот минимум стремительно приближается, и если прямо сейчас не предпринять экстренные меры, то через год нас сломают окончательно.

Что должно сделать государство в такой ситуации?

Во-первых, минимизировать влияние новостей с фронта на самоощущение общества. Постоянные похороны наших воинов, новости о гибели мирных жителей и обстрелах наших территорий лишь усугубляют ситуацию. Там, где нельзя умолчать – нужно максимально балансировать информацию позитивными новостями о наших успехах, победах и потерях врага. Новости с фронта всегда должны излучать исключительно оптимизм.,

Во-вторых, государство должно наладить коммуникацию с обществом и стать драйвером любых инициатив, перехватить такую инициативу у любых групп, сознательно или несознательно создающих дестабилизацию внутри страны.

В-третьих, необходимо принять не совсем демократические меры к СМИ, которые работают на подрыв психологического состояния общества, сеют панику, пораженческие настроения, разочарование и безверие. Какие это могут быть меры – должны решить компетентные органы и профильные ведомства. Но если немедленно не ввести «военное положение» в нашем свободном и демократическом информационном пространстве, то нас уничтожат нашими же руками.

В-четвертых, украинские СМИ, которые желают добра стране и украинскому народу, должны проявить сознательность и минимизировать подачу абсолютно ненужных и лишних «криминальных» новостей. Всем понятно, что негативные новости всегда вызывают больше интереса у публики, чем положительные: такова природа человека – реагировать на негатив и оценивать риски для себя в окружающей среде. Но если мы будем следовать в русле вкусов публики сегодня, то завтра будет плохо всем – и публике, и самим СМИ, которые пытались угодить кому угодно, только не национальным интересам.

Информационная война – самая страшная и самая эффективная. Она позволяет сломать и подчинить любое общество, не способное выстроить защиту против такого влияния. И если наше государство не возьмется, наконец, за информационную составляющую, то нам не поможет ни новое вооружение, ни кредиты Запада, ни заклинания власти о том, что все идет по плану.

Дмитрий Бачевский

P.S. Спустя неделю…