В глубоком тылу, как это было, окончание

Четверг, 02 Апреля 2015 г. 21:58 + в цитатник

Летом в Зеленодольске благодать. Лес рядом, а в нём грибы, ягоды. Волга блестит вдалеке своей соблазнительной голубизной, а вдоль неё через весь город протянулась заросшая камышом протока – Ремешка. В начале июля ночи совсем короткие, а карась на рассвете клюёт – только успевай подсекать. И лишь забрезжит за окном светлая розовая полоска, как вдруг какая-то непреодолимая сила будто толкает Павла в бок. Он с трудом отрывает от подушки голову, берёт в сенях удочку, сумку с припасами и отправляется к излюбленному давно прикормленному месту, чтобы в очередной раз испытать своё рыбацкое счастье, а заодно и побаловать коммунаров свежей речной рыбкой.

Трудно описать всю прелесть раннего летнего утра на небольшом водоёме между широкими разлапистыми кустами, тянущими свои зелёные ветви к неподвижной загадочной водной глади, ещё хранящей теплоту вчерашнего жаркого дня. Назло приятному утреннему холодку по протоке стелется лёгкий прозрачный туман, а круги на воде напоминают о том, что рыба проснулась и в тёмной речной глубине ждёт не дождётся, чтобы привычным движением губ легко и непринуждённо сорвать вожделенную наживку с крючка незадачливого рыболова.

Через час в садке у Павла плескались с десяток упитанных карасиков, а он, увлечённый древней игрой с поумневшей за тысячелетия рыбой, вдруг увидел нечто такое, что заставило его забыть обо всём на свете. Совсем рядом, за большим кустом, в свете лучей восходящего солнца - водную гладь вдруг покоробило, плавно отталкиваясь от неё изящными маленькими ручками, сказочно прекрасное существо… почти русалка. Обнажённые нежные плечи, небольшие груди под зеркальным слоем воды, прочие прелести, о которых можно было только догадываться – всё это гармонично вписывалось в величественный утренний пейзаж небольшого закрытого от посторонних глаз водоёма.

Рыбак зачарованно смотрел на божество, плескавшееся совсем рядом - за полупрозрачной зелёной завесой. И не понимал, откуда эта невиданная прелесть могла появиться здесь, рядом с ним, на этой древней планете, в этот неподходящий для нежных чувств момент, когда его страна напрягла все свои силы, пытаясь одолеть наседавшего на неё врага…

Эти мысли промелькнули в его охваченной восторгом голове, а сам он, опасаясь пошевелиться, просто сидел, смотрел, и лишь немного отойдя от потрясения, узнал, наконец, дочь своей квартирной хозяйки - тринадцатилетнюю Лидию. Искупавшись, девушка оделась и как ни в чём не бывало пошла домой. Павел подождал ещё немного, постепенно приходя в себя, собрал вещи и последовал вслед за ней. Тем более - пора было отправляться на работу.

С тех пор всё изменилось в жизни шестнадцатилетнего юноши. Мир стал другим – ведь рядом обитало прекрасное существо, с которым он навсегда связал свою молодую жизнь. Нет, он не пытался добиться взаимности от юной красавицы, не обременял её объяснениями или обязательствами. Они просто дружили. Вместе ходили на танцы в Дом Коммуны или в расположенный неподалёку большой бревенчатый клуб имени Парижской Коммуны. Смотрели фильмы, танцевали под новое, только появившееся чудо техники – патефон.

А по выходным для молодёжи играл струнный оркестр. После танцев - по дороге домой – многие пары задерживались, прощаясь в Поцелуевом Парке. Там, где после войны был зажжён Вечный Огонь. И хотя Павлуша с Лидой жили в одном доме, они всё равно заходили сюда. Сидели на лавочке под разлапистыми липами, говорили о будущем, обо всём на свете, и юноша с наслаждением держал в руках детскую ручку нежно любимой красавицы. Они не скрывали свою любовь, не прятались. Но честно, по-комсомольски решили подождать немного, пока не станут взрослыми. Ведь Лидии к концу лета исполнилось всего четырнадцать лет. И влюблённые старались держать своё слово. Тем более, что им и без плотских утех было очень хорошо вдвоём.

Нынешней молодёжи трудно понять всё это. Но так было. Молодые люди в те далёкие годы раньше становились взрослыми, а потому старались быть честными перед собой, перед комсомолом и перед своей великой Родиной. Так они были воспитаны.

Забегая вперёд, скажу, что через полгода комсомольский вожак Артём добился своего, и они с Павлом, семнадцатилетние, были отправлены сначала в учебный отряд, а затем - на фронт. Оба погибли, подобно миллионам их сверстников.

До весны сорок третьего Александра дотянула с трудом. Действовала карточная система, и ей, воспитательнице детского садика, было положено меньше продуктов, чем рабочим на оборонных заводах. Двенадцатилетний сын Володя ел мало, но четырнадцатилетней Лидии нужно было хорошее питание.

- Не пей так много воды, - говорила Шура дочери, - водянкой заболеешь.

- Это как? – удивлённо переспрашивала девочка.

- Опухнет у тебя живот, тогда узнаешь, как. Сейчас я лучше картофельных очисток сварю.

Вовка пытался помочь матери – ходил на затон к рыбакам, выпрашивал у них мелких ёршиков, из которых дома получалась наваристая запашистая уха. Но ближе к весне лёд просел, снег стал влажным от выступившей на поверхность воды, и добытчик возвращался домой с мокрыми, задубевшими от мороза ногами.

- Всё, больше на Волгу не пойдёшь, - строго наказывала ему мать, раскладывая возле печки сырые носки, размокшие старые лапти и только что выстиранные портянки-обмотки.

Довоенная кожаная обувь износилась, новой взять было негде, и городские жители, в большинстве своём, ходили в лаптях.

– Завтра Лида с подругами за валежником в лес собирается, вот им и поможешь, - наставляла сына Александра. - Дрова заканчиваются, теперь ветками топить будем.

Семья из Ленинграда ещё под Новый Год отметила новоселье. Они получили комнату в новом просторном бараке. Оставшиеся коммунары по-прежнему жили одной семьёй и помогали друг другу. Дед Василий заходил иногда - приносил новости от Павла. Со страхом и надеждой горожане ждали почтальона – пожилую женщину, разносившую по домам либо ужас похоронок, либо маленькие треугольные конверты - весточки с фронта.

Картошка в доме давно закончилась, остались только крупно нарезанные очистки на посадку. Но и их приходилось подъедать в надежде на то, что весной у соседей можно будет взять взаймы немного семян.

- Ма, у меня живот болит, - заныл Володя, который сидел на скамейке и отпаривал в тазу заледеневшие ноги.

- Ой, это от картофельных очисток, - отозвалась Лида. - Нам в школе говорили, что нельзя их есть, они для организма вредные.

От больного живота в медпункте Шуре дали таблетки, но детей кормить было нечем. Полученный на карточки чёрный, будто вакса, хлеб исчезал мгновенно – ей самой доставались крохи. Всё, что можно было продать, давно продали. Вернее, обменяли в окрестных сёлах на продукты. Летом кормились огородом, ходили в лес. Грибы, ягоды, щавель, дикий лук в лугах собирали - тем и жили.

«Эх, дотянуть бы до мая, до первой лохматой наваристой крапивы! – думала Шура. – Но что делать сейчас? За одичавшими собаками гоняться? Да они, разбойники, скорее тебя загрызут, чем ты их без ружья поймаешь! Зеки, слышала, едят собачатину - от туберкулёза помогает. Волки откуда-то появились. Знакомый охранник видел, когда на лесозаготовки заключённых водил. Страшно», - эти мысли не давали женщине покоя ни днём, ни ночью…

Говорят, что девяносто процентов всех проблем решаются сами собой. Остальные десять – просто неразрешимы. В школе, где училась Лидия, ученикам предложили работать на вновь организованной швейной фабрике. Девчонки, не раздумывая, согласились все. Так хотелось им хоть чем-то помочь фронту. Взяли четверых, и Лиду, радостную и счастливую, тоже приняли на работу. Дали продуктовую карточку, другие льготы. А у матери, когда узнала об этом, будто камень с души свалился…

…Десяток швейных машин, комната для раскроя материи – швейная фабрика начиналась в районе нынешней улицы Чехова. Шили фуфайки, гимнастёрки, рукавицы и многое другое. Огромные тюки с ватой приходилось снизу, от железной дороги закатывать на гору. Со смехом, с шутками и прибаутками толкали девчонки перед собой «сырьё» для нового производства. Потом, правда, Лидия мучилась с надорванным животом, но виду не подавала - не до болячек было. Тем более, что на отца пришла похоронка, и мать ночи напролёт, сцепив зубы, беззвучно рыдала, уткнувшись в подушку. А утром ей надо было идти на работу и управляться с малышами в детском саду…

К лету 1944-го года жизнь горожан начала понемногу налаживаться. Жилищная проблема уже не стояла столь остро. В верхней части Зеленодольска строилось относительно качественное жильё, а внизу, в районе нынешней швейной фабрики, вырос целый город бараков-засыпушек. Отопление было печное. Прямо на полу в комнате ставили кирпичную печь либо металлическую буржуйку. Трубу выводили в окно. Но люди были рады и этому. Работали библиотеки, клубы, кинозалы. А предприятия города, не останавливаясь ни на минуту, продолжали наращивать выпуск всего того, что так нужно было тогда фронту.

Осенью в Зеленодольске появилась новая рабочая сила – военнопленные. Немцев разместили в районе нынешней улицы Чехова, за стадионом Комсомолец и внизу. Они выполняли самые тяжёлые земляные и погрузочно-разгрузочные работы, строили дома. Было голодно, кормили их плохо, и зимой от дизентерии погибло около полутора тысяч бывших вражеских солдат.

Трудно понять почему, но многие женщины, отрывая от себя последнее, подкармливали потерявших человеческий облик вшивых, худых, будто тени, пленных.

- Ты куда это с кастрюлькой ходила? – спрашивала Александру украинская бабулька. – Неужели опять фашистов похлёбкой кормишь? Может быть ты им и хлеб свой отдашь?

- Ну, уж нет, - оправдывалась Шура, - Много ли мы его получаем? Твоим, вон, внучатам с детский кулачок ржаной чернушки в школе дадут, и всё. Я этим иродам вчерашний супчик отнесла. Живые ведь души, тоже есть хотят.

Рядом с деревянным клубом Парижской Коммуны достроили и, наконец, открыли дом культуры «Родина» - настоящий дворец с прекрасным кинозалом. Фильмов было мало, и Лида с младшим братом несколько раз подряд ходила смотреть одни и те же полюбившиеся им кинокартины. Володе весной исполнилось четырнадцать лет. Ему нравилось читать библиотечные книги и журналы, решать сложные математические задачи. Память у парня была отменная, и учился он лучше других. Поэтому после окончания семилетки надумал мальчишка идти в восьмой класс, а затем поступать в один из казанских вузов. Учителя одобрили это решение, но не сложилось.

Надо сказать, что желание учиться в те годы было у молодёжи очень большое. И чтобы ограничить число абитуриентов, перед войной было введено платное обучение в старших классах школы и в вузах. Но предприятия могли на льготных условиях за свой счёт учить молодых рабочих, которые затем должны были вернуться на родной завод. Александра хлопотала перед начальством, чтобы сын стал таким стипендиатом. И вот в один из майских дней 1944-го года его вместе с матерью вызвали в школу.

В кабинете директора заседала комиссия. Увидев Володю, комсорг школы встал и подошёл к молодому человеку:

- Знаю, Владимир, что хочешь получить образование. Но ты комсомолец и должен понимать: советская Родина в опасности. Мы напрягаем последние силы, чтобы добить фашистскую гадину. Великий Ленин завещал молодым: «Учиться, учиться и ещё раз учиться». Но сейчас не время. Стране нужны рабочие руки, мой дорогой товарищ. Миллионы четырнадцатилетних комсомольцев куют Победу здесь, в глубоком тылу. В общем, предлагаю тебе получить рабочую профессию в ремесленном училище и трудиться на нашем заводе.

Отказаться было невозможно, и Александра, обняв сына, прямо здесь, в кабинете, благословила его:

- Всё верно, сынок. Твой отец погиб за Родину, и ты должен завершить дело, за которое он отдал свою жизнь. А учиться будешь потом, когда разобьём фашистов.

На том и порешили. Володя жил долго и счастливо. Но высшего образования он так и не получил. Видимо, не хватило силы воли. А может быть в этом виновата война, которая унесла с собой десятки миллионов молодых жизней - та ужасная кровавая битва, которая изменила судьбы многих и многих людей.

И никогда не понять сытым европейцам, почему в России не хотят забывать те далёкие страшные годы? Почему до сих пор помним и празднуем мы поистине Великую общенародную нашу Победу?!

Начало смотрите в моём дневнике.

Метки: А_РАССКАЗЫ В глубоком тылу

Процитировано 1 раз
Понравилось: 1 пользователю

<a href="https://www.liveinternet.ru/users/5339231/post358250654/">Р’ РіР»СѓР±РѕРєРѕРј С‚С‹Р»Сѓ, РєР°Рє СЌС‚Рѕ Р±С‹Р»Рѕ, РѕРєРѕРЅС‡Р°РЅРёРµ</a><br/>

&nbsp; &nbsp;5.

&nbsp; &nbsp;Р›РµС‚РѕРј РІ Р—РµР»РµРЅРѕРґРѕР»СЊСЃРєРµ Р±Р»Р°РіРѕРґР°С‚СЊ. Р›РµСЃ СЂСЏРґРѕРј, Р° РІ РЅС‘Рј РіСЂРёР±С‹, СЏРіРѕРґС‹. Р’РѕР»РіР° Р±Р»РµСЃС‚РёС‚ РІРґР°Р»РµРєРµ СЃРІРѕРµР№ СЃРѕР±Р»Р°Р·РЅРёС‚РµР»СЊРЅРѕР№ РіРѕР»СѓР±РёР·РЅРѕР№, Р° РІРґРѕР»СЊ РЅРµС‘ С‡РµСЂРµР· РІРµСЃСЊ РіРѕСЂРѕРґ РїСЂРѕС‚СЏРЅСѓР»Р°СЃСЊ Р·Р°СЂРѕСЃС€Р°СЏ РєР°РјС‹С€РѕРј РїСЂРѕС‚РѕРєР° &ndash; Р РµРјРµС€РєР°. Р’ РЅР°С‡Р°Р»Рµ РёСЋР»СЏ РЅРѕС‡Рё СЃРѕРІСЃРµРј РєРѕСЂРѕС‚РєРёРµ, Р° РєР°СЂР°СЃСЊ РЅР° СЂР°СЃСЃРІРµС‚Рµ РєР»СЋС‘С‚ &ndash; С‚РѕР»СЊРєРѕ СѓСЃРїРµРІР°Р№ РїРѕРґСЃРµРєР°С‚СЊ. Р Р»РёС€СЊ Р·Р°Р±СЂРµР·Р¶РёС‚ Р·Р° РѕРєРЅРѕРј СЃРІРµС‚Р»Р°СЏ СЂРѕР·РѕРІР°СЏ РїРѕР»РѕСЃРєР°, РєР°Рє РІРґСЂСѓРі РєР°РєР°СЏ-С‚Рѕ РЅРµРїСЂРµРѕРґРѕР»РёРјР°СЏ СЃРёР»Р° Р±СѓРґС‚Рѕ С‚РѕР»РєР°РµС‚ РџР°РІР»Р° РІ Р±РѕРє. РћРЅ СЃ С‚СЂСѓРґРѕРј РѕС‚СЂС‹РІР°РµС‚ РѕС‚ РїРѕРґСѓС€РєРё РіРѕР»РѕРІСѓ, Р±РµСЂС‘С‚ РІ СЃРµРЅСЏС… СѓРґРѕС‡РєСѓ, СЃСѓРјРєСѓ СЃ РїСЂРёРїР°СЃР°РјРё Рё РѕС‚РїСЂР°РІР»СЏРµС‚СЃСЏ Рє РёР·Р»СЋР±Р»РµРЅРЅРѕРјСѓ РґР°РІРЅРѕ РїСЂРёРєРѕСЂРјР»РµРЅРЅРѕРјСѓ РјРµСЃС‚Сѓ, С‡С‚РѕР±С‹ РІ... <a href="https://www.liveinternet.ru/users/5339231/post358250654/">Р§РёС‚Р°С‚СЊ РґР°Р»РµРµ...</a>

Комментировать

« Пред. запись — К дневнику — След. запись »

Страницы: [1] [Новые]

ludmila_ya обратиться по имени Пятница, 03 Апреля 2015 г. 14:29 (ссылка)

Спасибо, Валерий! Рассказы просто замечательные! Действительно, им, сытым европейцам "... никогда не понять..., почему в России не хотят забывать те далёкие страшные годы. Почему до сих пор помним и празднуем мы поистине Великую общенародную нашу Победу..." Новых творческих удач!

Ответить С цитатой В цитатник