Крак де Шевалье (Krak des Chevaliers или Сraс des Chevaliers — «крепость рыцарей» на смеси французского и арабского). Замок возвышается на высоте приблизительно 500 м. над долиной Эль-Букейя (El-Bukeia) в Сирии и занимает стратегическую позицию вдоль единственного пути из Антиохии в Бейрут и к Средиземному морю. На востоке от него находится Хомс, на западе Антиохия, на севере — Триполи и, наконец, на юге — Бейрут. Замок — один из наиболее красивых и наиболее сохранившихся замков крестоносцев.

Первые упоминания о Крак де Шевалье мы находим в мусульманских хрониках, где она называется «Крепость Курдов» (Hisn al-Akrad). С 1031 г.по приказу эмира Алеппо в нем располагался курдский гарнизон.
Во время Первого Крестового похода в 1099 г. Раймунд IV, граф Тулузский с большим трудом захватил крепость во время Первого крестового похода – осаждающих подгоняла мысль о сокровищах, скрытых за стенами. Французы не могли долго оставаться в укреплении – им нужно было продолжать свой поход к Иерусалиму. Поэтому скоро крестоносцы оставили «Замок курдов».

В 1102 г. Раймон вернул себе крепость, однако только Танкред (фр. Tancrede) смог взять крепость полностью под свой контроль и оставить в ней франкский гарнизон под флагом графства Триполи в 1110 г.

В 1142 г. Раймон II, граф Триполи (фр. Raymond II)передал крепость Ордену Госпитальеров имени Святого Иоанна Иерусалимского. Благодаря этому приобретению Госпитальеры (еще их называли иоанниты) смогли расширить свое влияние вплоть до Озера Хомс на востоке.

Иоанниты перестроили замок, сделав его самой крупной крепостью Святой Земли, добавив внешнюю стену толщиной 30 м. и семь сторожевых башен с толщиной стены 8–10 м. Одну из таких башен занимал Великий Магистр Госпитальеров.

Работы по укреплению замка дали толчок для строительства таких замков как Кастель Руж (фр. Chastel Rouge) и Кастель Блан (фр. Chastel Blanc). Во второй половине XII века, после падения Сельджуков, вслед за победой Зенги над крестоносцами (потерей Эдессы), неудачной осады Дамаска во время Второго Крестового похода и прихода к власти Нуреддина (Nur ad-Din) мусульмане объединили свои силы и увеличили давление на крестоносцев — а следовательно и на Крак де Шевалье.

В 1157 сильное землетрясение серьезно повредило замок, и Раймон дю Пюи(фр. Raymond du Puy), Великий Магистр Госпитальеров, решает отстроить замок заново и обращается за финансовой помощью к королю Богемии (фр. Boheme).

В 1163 г. Нуреддин атакует замок, однако его армию разбита наголову еще у подножия крепости неожиданной атакой франкской кавалерии. После победы Госпитальеры становятся самостоятельной независимой силой на границе Триполи. Повторное неудачное нападение Нуреддина на крепость пришлось на 1167 г. В 1170 г. очередное землетрясение сотрясает Крак де Шевалье и крепость вновь приходится перестраивать.

Мальтийские рыцари, или госпитальеры, приняли на себя нелегкое бремя защиты Святой земли и помощи тысячам пилигримов. Но мусульмане не без оснований считали эту землю своей, а потому 12 и 13 века в том регионе оказались обильно политы кровью обеих сторон. Становилось понятно, что крепость крестоносцев слишком слаба, чтобы выдерживать натиск нападающих, и в 1140-х годах госпитальеры начали масштабную стройку, увеличив крепость в несколько раз, добавив внешнюю стену толщиной 30 м. и семь сторожевых башен с толщиной стены 8–10 м. Одну из таких башен занимал Великий Магистр Госпитальеров.

По завершении колоссального самоотверженного труда, длившегося десятилетия, крепость стала самым большим оплотом крестоносцев в Святой земле. Ее назвали Крак де Шевалье (Керак по-арабски – «крепость», Шевалье по-французски – «рыцарь»).

Даже Саладину не удалось взять Крак де Шевалье. Во время осады в 1188 г.у стен крепости арабам удалось пленить кастеляна, хранителя ключей от дверей замка. Воины Саладина подвели его к стенам крепости и потребовали, чтобы он приказал гарнизону открыть ворота. Кастелян сначала отдал по-арабски приказ сдать крепость, но потом, уже по-французски, приказал сражаться до последнего человека. Кстати, аналогичный случай произошел и при осаде замка Бофор неподалеку.

После смерти Саладина в 1193 г. мусульманский союз распался, что дало защитникам замка небольшую передышку. Наступил «золотой век» крепости. В то время Крак де Шевалье мог вмещать 50–60 Госпитальеров и до 2000 простых солдат с запасами провианта на 5 лет автономной жизни. Он занимал площадь около 2,5 га и был защищен двумя концентрическими стенами, независимыми друг от друга.

Скромный Замок курдов разросся до настоящего укрепленного комплекса, окруженного стеной толщиной от впечатляющих трех до чудовищных тридцати метров сплошной каменной кладки. Бойницы в этой стене выглядели как длинные коридоры. Возвели несколько дозорных башен, одну из которых занимал Великий Магистр ордена Рыцарей Мальты. Замок Крак де Шевалье включал в себя внутренние дворы, резервуар с запасом воды, многочисленные хранилища, скрытые внутри скалы, в том числе грандиозный 120-метровый зал для складирования награбленного богатства. Госпитальеры сделали все, чтобы замок мог выдерживать длительные осады и обосновались в нем на века. В результате он прославился как самая неприступная крепость в мире.

130 лет его не могли взять приступом! Все замки христиан в регионе пали, и только эта твердыня оставалась неприступной. Мальтийские рыцари удерживали крепость крестоносцев до тех пор, пока общая обстановка не стала решительно способствовать изгнанию христиан из Святой земли. Сильный правитель, султан Бейбарс, объединивший в середине 13 века Египет и Сирию, наводнил своими войсками округу, отрезал снабжение, и мусульманские поселения перестали платить дань Крак де Шевалье. Это было начало конца. Но рыцари собирались биться до последнего человека, они отказывались сложить оружие. На помощь Бейбарсу пришли Мамлюк и Ибн Шаддад, и замок принял последний бой в 1271 году.

Осадные машины и подкопы сделали свое дело – осаждающие путем чудовищных потерь смогли пробиться за пределы внешних стен. Гарнизон бился упорно: рыцари отступили в башни и отказались сдаваться. Взятие внутреннего двора означало новые жертвы, и Бейбарс приказал прекратить бой. Он пошел на хитрость: оставшимся в живых защитникам замка, укрывшимся в башнях, послали подложное письмо Магистра мальтийцев из Триполи, в котором он якобы давал разрешение сдать крепость. Лишь тогда, спустя 10 дней, остатки рыцарского воинства покинули свои убежища, и сдались на милость победителей. Так пал неприступный замок Крак де Шевалье.

Бейбарс проявил великодушие – он отпустил сдавшихся! Они отправились во Францию, подвергаясь по пути бесчисленным опасностям, но некоторым все же удалось добраться до родины невредимыми. Мусульмане сделали замок своей крепостью, восстановили разрушенные башни, достроили новые. Сегодня замок представляет из себя смесь христианских и мусульманских построек.

Крепость крестоносцев считается главнейшим образцом средневековой архитектуры, она включена в Список Всемирного Наследия Юнеско. Добраться до нее нелегко, но туристы продолжают посещать это удивительное место, овеянное дыханием веков.

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.

Фотографии Артем_Никольский : Сарматы - рыцари Древней Степи

Сарматы

Император Священной Римской империи Фридрих II Гогенштауфен за время своего правления он успел отстроить более 200 замков и крепостей (и только одну церковь). Самым странным из них, бесспорно является Кастель-дель-Монте в Апулии (Южная Италия).

Замок-на-горе, Кастель-дель-Монте расположен на невысоком холме рядом с монастырем Santa Maria del Monte на высоте 540 м над уровнем моря. Двухэтажный замок возведен в 1250 году из известняк (основа) и мрамор (колонны, отделка окон и порталов).
И единственный в Европе имеет форму правильного восьмиугольника.

Помимо восьмиугольных стен высотой 25 метров к каждому из углов замка примыкают восьмиугольные башни, чьи вершины возвышаются над землей немного выше - на 26 метров. Как легко заметить, число углов и, соответственно, башен Кастель-дель-Монте равняется восьми, но и на каждом из двух этажей замка располагается по восемь одинаковых залов, а присмотревшись к украшениям помещений, можно обнаружить еще и частое восьмикратное повторение деталей внутреннего орнамента. И словно этого повторения цифры 8 показалось малым, внутренний двор замка, который вполне мог иметь форму круга или квадрата, также представляет собой все тот же восьмиугольник.

Из-за своей внешней схожести замок Кастель-дель-Монте часто называют «короной Апулии». И в самом деле, это сравнение представляется справедливым, и не только благодаря внешнему подобию, но и потому, что Фридрих II носил именно восьмиконечную корону. Так что замок и его характерная форма могли служить в качестве символа власти императора, которую тот пожелал запечатлеть «в камне».

Большинство историков не считает, что "Корона Апулии" строилась Фридрихом как фортификационное сооружение:
а) вокруг замка никогда не копались рвы и даже не насыпались земляные валы;
б) в замке не найти складских помещений, где в случае осады следовало бы сберегать запасы продовольствия;
г) винтовые лестницы в башнях Кастель-дель-Монте закручены против часовой стрелки - такую лестницу удобно защищать только от нападающего отряда из одних левшей.

Но что тогда строил император в краю своего детства? Император, дважды отлученный от церкви, прозванный "антихристом" и добывший Иерусалим и Гроб Господень для католического мира, властолюбие и жестокость которого поражала даже современников по кровавому 13-му веку.

Кстати, император хорошо знал сарацинов, был неслыханно для своего века терпим к иным религиям и культам. Поэтому прообраз будущего Кастель-дель-Монте могли быть позаимствованы им, например, у мечети Купол Скалы, построенную в Иерусалиме еще в VII веке н.э. и также имеющую форму восьмиугольника.

Среди увлечений императора особое место занимала соколиная охота, которой он посвящал немало своего свободного времени. И на основе собственных наблюдений и экспериментов Фридрих II даже написал трактат «Искусство охоты с птицами». Так, исходя из страсти императора к охоте, возникает предположение о возведении Кастель-дель-Монте в качестве охотничьей резиденции. Но под сомнение подобную мысль ставят крайняя роскошь и непомерное богатство внутренней обстановки, которой мог похвастаться замок к моменту своего завершения.

Еще одно назначение Кастель-дель-Монте связывают с особенностями ориентации его входов и окон по сторонам света. Главные ворота замка выходят точно на восток, а запасные расположены строго в противоположном - западном - направлении. Что касается окон, как внешних, так выходящих во внутренний двор, то они обустроены таким образом, что помещения второго этажа освещаются прямым солнечным светом в течение всего года, а восемь залов первого этажа именно во время летнего и зимнего солнцестояния получают естественное и, что интересно, абсолютно равномерное освещение. Отсюда родилась версия о замке как средневековой обсерватории или огромном астрономическом календаре.

Свое объяснение у сторонников оккультизма и мистицизма. Они верят, что последователи неких тайных учений или обществ, скрытых от глаз непосвященных (к которым мог бы принадлежать Фридрих II), использовали замок для проведения своих ритуальных или религиозных обрядов. Прямых доказательств подобной версии, конечно, не найти, но многие туристы после посещения замка нередко указывают на те странные и необычные ощущения, что они испытывают, впервые оказавшись внутри Кастель-дель-Монте.

Самому императору Кастель-дель-Монте счастья не принес. Фридрих II умер в тот же год, когда замок был завершен. А вскоре после его смерти послужит в качестве тюрьмы для его внуков. С XVII века памятник могущества могущества рода Гогенштауфенов доживал свой век в полном запустении. И только в 1876 году, после объединения Италии в единое государство, в замке Кастель-дель-Монте начнутся реставрационные работы, а в 1996 году замок войдет в число исторических объектов, охраняемых фондом Всемирного наследия ЮНЕСКО.
Сегодня это одна из популярных туристических достопримечательностей Италии.

Замок Эльц (Burg Eltz) - единственный замок в Германии, находящийся в идеальном состоянии и принадлежащий тому же семейству, что построило его восемь веков назад.

Замок в замок в земле Рейнланд-Пфальц близ Виршема в долине реки Эльцбах, отделяющей Майфельд от предгорьев Айфеля, был построен предположительно в XII в

С трёх сторон замок окружён рекой и возвышается на скале эллиптической формы, достигающей в высоту 70 м, которая служит фундаментом замка. Строители замка учитывали при возведении замка особенности природного ландшафта, чем объясняется необычная форма некоторых помещений.

Впервые название Эльц упоминается в дарительной грамоте Фридриха I Барбароссы, в которой в качестве свидетеля упоминается имя «Рудольфуса де Эльце». До настоящего времени сохранились главная башня позднероманского замка и развалины жилого дома в романском стиле.

В 1331—1336 гг. произошли единственные серьёзные военные действия, которые довелось испытать замку. Во время так называемой «Эльцской вражды» сеньоры Эльца вместе с другими свободными имперскими рыцарями противостояли территориальной политике архиепископа трирского и курфюрста Балдуина Люксембургского. Для осады замка Эльц архиепископ Трира приказал возвести на склоне возвышающейся над замком скалы осадную крепость Трутцельц, стены которого сохранились до нашего времени. После сдачи замка его хозяева стали вассалами архиепископа Трирского.

В XIX в. граф Карл Эльцский занялся реставрацией своего замка. В 1845—1888 гг. на масштабные строительные работы была потрачена значительная сумма в 184 тысячи марок, что по покупательной силе составляет около 8 млн евро. Реставрация проводилась очень бережно и сохранила исторический архитектурный облик.

Замком Эльц уже в 33-м поколении, а это более 800 лет, владеет семья Эльц.

Сарматы были одним из северных иранских народов, наряду с европейскими скифами и азиатскими саками. Античные авторы, в частности Геродот, сообщают, что сарматы ведут свой род от амазонок, выходивших замуж за скифских юношей. Но степные красавицы так и не смогли до конца овладеть языком своих мужей. «Потому сарматы говорят на скифском языке, но издревле искажённом», — заключает историк.
По-видимому, сарматы отделились от основной массы скифов довольно рано: ещё в священной книге зороастрийцев Авесте сарматы упоминаются под именем «сайрима» и называются кочевниками, «которые не знают власти верховных правителей». Действительно, сарматы отставали от соседних скифов в общественном развитии, у них ещё не было государства. В VII—V веках до н. э. сарматы переживали этап разложения родового строя. Углублялось имущественное и социальное неравенство. Во главе племён стояли вожди, опиравшиеся на дружины из военной знати.

В V—IV веках до н. э. сарматы были мирными соседями Скифии. Скифские купцы, направляясь в восточные страны, свободно проходили через сарматские земли. В войне с персами сарматы были надёжными союзниками скифов. Во времена Атея союзнические отношения сохранялись, сарматские отряды состояли на службе в войске и при дворе скифского царя. Отдельные группы сарматов поселялись на территории Европейской Скифии.

В III веке до н. э. дружественные отношения сменились враждой и военным наступлением сарматов на Скифию. Агрессивная воинственность молодых сарматских союзов совпала по времени с ослаблением Скифского царства. В конце IV века до н. э. скифы потерпели поражение от правителя Фракии Лисимаха. Фракийцы и кельтские племена галатов теснили скифов с запада. Следствием неудачных войн был упадок хозяйства и отпадение от Скифии части завоёванных прежде земель и племён.

Постоянные набеги и постепенный захват сарматами скифской территории завершились массовым переселением сарматских племен в Европейскую Скифию — в Северное Причерноморье и на Северный Кавказ.

После завоевания Европейской Скифии сарматы приобрели славу одного из наиболее могущественных народов древнего мира. Вся Восточная Европа вместе с Кавказом получила название Сарматии. Установив своё господство в европейских степях, сарматы стали налаживать мирное сотрудничество с земледельческими народами, оказывали покровительство международной торговле и греческим городам Причерноморья. Политические объединения сарматских племён заставили считаться с собой ближних и дальних соседей от Китая до Римской империи.

Начиная со II века до н. э. сарматы всё чаще и чаще фигурируют в трудах греческих, римских и восточных авторов. Мы узнаем от Страбона названия их племен — языги, роксоланы, аорсы, сираки, аланы; Тацит сообщает об опустошительном набеге роксолан на дунайскую провинцию Римской империи Мезию в 68 году н. э., где они «изрубили две когорты»; сосланный в город Томи в 8 году н. э. поэт Овидий с тоской и страхом описывает в своих «Печальных песнях» сарматов под городом — «враг, сильный конем и далеко летящей стрелою, разоряет… соседнюю землю»; Иосиф Флавий и Арриан оставили сообщения о войнах аланов в I и II веках н. э. в Армении и Каппадокии — «суровые и вечно воинственные аланы».

Западные сарматские племена — роксаланы и языги, занимали степи Северного Причерноморья. Около 125 года до н. э. они создали мощную, хотя и не очень прочную федерацию, возникновение которой объясняют необходимостью противостоять давлению восточных сарматских племён. По-видимому, это было типичное для кочевников раннее государство во главе с племенем царских сарматов. Однако повторить государственный опыт скифов западным сарматам не удалось — с середины I века до н. э. они действовали как два самостоятельных союза. В степях между Доном и Днепром кочевали роксоланы, к западу от них — между Днепром и Дунаем — жили языги.

В первой половине I века новой эры языги продвинулись на Среднедунайскую низменность, где заняли междуречье Дуная и Тисы (часть нынешней территории Венгрии и Сербии). Вслед за языгами к границе Римской империи подошли роксоланы, большая часть которых поселилась в нижнем течении Дуная (на территории современной Румынии). Западные сарматы были беспокойными соседями Рима, они выступали то его союзниками, то противниками, и не упускали случая вмешаться в междоусобную борьбу внутри империи. Как и подобает в эпоху военной демократии, сарматы рассматривали Рим как источник богатой добычи. Способы её приобретения были разными: грабительские набеги, получение дани, военное наёмничество.

Языги во второй половине I века, а роксоланы в начале II века добились от Рима выплаты ежегодных субсидий в обмен на участие в обороне римских границ. Прекратив получать эту дань, роксоланы в 117 году призвали на помощь языгов и вторглись в дунайские провинции Рима. После двухлетней войны империя была вынуждена возобновить плату роксоланам. Мирный договор римляне заключили с царём Распараганом, который имел два титула — «царь роксоланов» и «царь сарматов». Возможно, это говорит о том, что языги и роксоланы формально сохраняли единую верховную власть. Чаще всего они выступали в тесном союзе, хотя языги занимали равнины Среднего Дуная, а роксоланы расположились на Нижнем Дунае и в Северо-Западном Причерноморье. Завоевав фракийцев, живших между языгами и роксоланами, римляне попытались разрушить их связи и даже запретить общение между ними. Сарматы ответили на это войной.

Особенно упорной была борьба сарматов с Римом в 160-е и 170-е годы. Известны условия мирного договора, который языги в 179 году заключили с императором Марком Аврелием. Война надоела как римлянам, так и сарматам, в стане которых боролись две партии — сторонники и противники соглашения с Римом. Наконец, мирная партия победила, и царь Банадасп, вождь сторонников войны, был взят под стражу. Переговоры с Марком Аврелием возглавил царь Зантик. По договору языги получили право проходить к роксоланам через римские земли, но взамен обязались не плавать на судах по Дунаю и не поселяться вблизи границы. Впоследствии римляне отменили эти ограничения и установили дни, по которым сарматы могли переходить на римский берег Дуная для торговли. Языги вернули Риму 100 тысяч пленных.

Восьмитысячный отряд языгской конницы был принят в римскую армию, при этом часть всадников отправлялась служить в Британию. По версии некоторых учёных, например, Жоржа Дюмезиля, именно эти сарматы явились источником кельтских мифов о короле Артуре и рыцарях круглого стола.

Столкновения сарматов с Римом происходили и позже. Мир сменялся войной, за которой вновь следовало сотрудничество. Сарматские отряды поступали на службу в римскую армию и к королям германских племён. Группы западных сарматов расселялись в римских провинциях — на территории нынешних Венгрии, Румынии, Болгарии, Югославии, Франции, Италии, Великобритании.

Восточные сарматские союзы аорсов и сираков населяли пространства между Азовским и Каспийским морями, на юге их земли простирались до Кавказских гор. Сираки занимали приазовские степи и северокавказскую равнину к северу от Кубани. Предгорные и равнинные районы Центрального Предкавказья тоже принадлежали сиракам, но на рубеже новой эры их потеснили аорсы. Аорсы кочевали в степях от Дона до Каспия, в Нижнем Поволжье и Восточном Предкавказье. За Волгой их кочевья доходили до Южного Приуралья и степей Средней Азии.

По словам древнегреческого географа и историка Страбона, аорсы и сираки «частью кочевники, частью живут в шатрах и занимаются земледелием».

Наиболее высоким уровнем общественного развития отличались сираки, которые подчинили на Северо-Западном Кавказе земледельцев-меотов и создали своё государство. Одной из резиденций сиракских царей был город Успа, находившийся недалеко от восточного побережья Азовского моря.

Аорсов, которые жили в степях Прикаспия и Предкавказья, называли «верхними аорсами». Они господствовали над западным и северным побережьем Каспийского моря и контролировали торговые пути, шедшие через Кавказ и Среднюю Азию. Могущество и богатство аорсов уже в древности объясняли участием в международной торговле. В Китае страна аорсов называлась «Янтсай» — через неё шёл путь, соединявший Китай и Среднюю Азию с Восточной Европой и морской торговлей по Черному и Средиземному морям.
О взаимоотношениях сираков с аорсами и Фарнаку. В середине I века новой эры, во время борьбы за престол между боспорским царем Митридатом VIII и его братом Котизвестно мало. В середине I века до н. э. они были союзниками и совместно оказывали военную помощь боспорскому царюсом, аорсы и сираки выступают как враги. Сираки поддержали Митридата, аорсы вместе с римлянами оказались на стороне Котиса. Объединенные войска римлян, аорсов и боспорской оппозиции захватили сиракский город Успу.

Венсе́нский за́мок (фр. Château de Vincennes) был построен для королей Франции в XIV—XVII столетиях в Венсенском лесу, на месте охотничьего поместья XII века.
Позже вокруг замка сложился город Венсен, который сегодня стал юго-восточным пригородом Парижа.

Вообще-то Венсенский лес стал Королевским задолго до появления тут полноценного замка, еще в 847 году. Кстати, очень любил это место Людовик Девятый Святой. Культовый, как мы бы сейчас сказали, французский король любил вершить свой королевский суд под одним из дубов Венсенского леса. Именно отсюда он отправился в фатальный для себя крестовый поход в Тунис. В память об этом в Венсенском замке сегодня стоит памятник Людовику Святому.

Около 1150 г. на месте замка был построен охотничий дом для Людовика VII.

Век спустя Филипп Август построил здесь первые серьезные укрепления, последующие поколения монархов продолжали в том же духе, достраивая и расширяя замок.
Венсенский замок постоянно был в центре событий - короли здесь рождались, женились, жили (в том числе - как пленники) и, время от времени, умирали.

Во второй половине XIII века в Венсенском замке женились короли Филипп III и Филипп IV и скончались Людовик X, Филипп V Длинный и Карл IV (считай. половина героев Мориса Дрюона из романов "Проклятые короли").

В XIV веке, при Филиппе VI, замок был существенно расширен и приобрёл башню-донжон высотой 52 метра, в котором были устроены королевские покои и библиотека. В это время Венсен стал самым высоким замком Европы.
Около 1410 года, уже при Карле VI, был завершён периметр внешних стен.
Во времена французских религиозных войн XVI века замок стал тюрьмой, в том числе — для будущего короля Генриха IV.

Людовик XIV в XVII веке попытался вновь сделать это место королевским дворцом, поскольку оборонное значение замок утратил. Архитектор Луи Лево выстроил по его заказу два павильона — один предназначался для вдовствующей королевы, другой — для кардинала Мазарини. Однако после того, как внимание короля отвлёк новый проект — Версаль — работы по обустройству новых дворов были заброшены.

Строители вновь пришли в Венсен только в 1860 под руководством реставратора Виолле-ле-Дюка.

В XVIII веке короли навсегда покинули замок.

В нём расположились венсенская фарфоровая мануфактура и опять-таки тюрьма. В Венсене сидели: герцог де Бофор, Николя Фуке, Джон Ванбру, маркиз де Сад, Дидро и Мирабо.
В 1804 году во рву крепости по приказу Наполеона расстреляли похищенного герцога Энгиенского.
Кстати, Наполеон же разрушил самые высокие стены башен для удобства размещения здесь артиллерии.

В XX веке в замке была расстреляна знаменитая шпионка Мата Хари (в 1917 г.).

После реконструкции 1990 г. в замке размещен исторический музей, а также штаб-квартира военно-архивной службы Франции и часть фондов.

Территория Венсен составляла более километра в длину. В масштабе 330 х 175 м. Винсент имел шесть башен с тремя воротами, каждая из которых первоначально достигала в высоту 42 метра. С западной стороны дворца находилась 52-метровая крепость, а также в целях безопасности вырыт огромный ров.
Сегодня от дизайна 14-го века остались лишь некоторые останки. Высокие стены башен разрушены около 1800 года. Сохранилась только одна сторожевая башня, что находится в северной части комплекса.

Дворцовый ансамбль Винсент включает в себя два больших павильона, известных как Павильон короля и Павильон королевы, которые были построены в 17 веке. Эти два здания являлись лучшим примером архитектуры эпохи Возрождения во Франции.

Замок Бенрат был построен в 15 веке на южном побережье Рейна, недалеко от Дюссельдорфа по поручению Амалии Элизабет Магдалены, второй жены Филиппа Вильгельма.

Главный инженер строительства Джон Лоллио (Саделер). В 1666 году замок был завершен, и был летней охотничьей резиденцией королевской семьи. Старший сын и преемник, Филиппа Вильгельма, курфюрст Иоганн Вильгельм, охотился и отдыхал здесь летом со второй женой Анной Марией Луизой де Медичи.

Спустя 100 лет курфюрст Карл Теодор фон Пфальц в 1746 году впервые посетил Дюссельдорф, чтобы осмотреть свои новые владения. Он остался недоволен старым замком в Бенрате - крепостью 17 века, окруженной рвом с водой.
Замок пострадал от пожара, и в последние 30 лет в нем никто не жил.

Во время своего второго визита в 1755 году Карл Теодор (1724-1799) поручил своему придворному архитектору Николя де Пигажу строительство новой летней резиденции. Кстати. рекомендовал рекомендовал сам писатель Вольтер.

Уставшие от придворного этикета аристократы стремились обосноваться на лоне природы в жилище хотя и изящном, но в то же время лишенном помпезности и чрезмерной роскоши репрезентативных дворцов.

Строительство, прерванное во время Семилетней войны, завершилось через 14 лет. Пигаж воплотил основные идеи французской архитектурной теории эпохи Просвещения, создав дворцовый комплекс, в котором архитектура, садовое искусство, пластика и живопись гармонично сочетаются и дополняют друг друга. Дворец сочетает в себе элементы позднего барокко и раннего классицизма.
Так называемый "дом развлечений" (maison de plaisance) не доставил много радости его владельцам. Карл Теодор провел во дворце всего один день в 1785 году. Его жена княгиня Элизабет Августа тоже посетила Бенрат лишь однажды вскоре после завершения строительства в 1771 году.

Главное здание дворца снаружи выглядит полутораэтажным, хотя на самом деле в нем "спрятаны" еще два этажа, окна которых выходят в миниатюрные внутренние дворики. В общей сложности в этом небольшом здании находится 80 комнат, многие из них -потайные. В стенах здания спрятаны также 7 лестниц, которые соединяют парадные залы со служебными помещениями. В свое время они позволяли прислуге передвигаться по дворцу незаметно для хозяев и гостей.

Основные постройки комплекса возведены вдали от реки. На северо-западе парка находится искусственный круглый пруд, на берегах которого полукругом построены представительские сооружения — главное здание дворца и боковые флигели. Комнаты курфюрста и его супруги размещались во дворце, к которому примыкали маленькие «личные парки» отдельных высочайших особ.

«Кавалерские дома» находились в боковых флигелях и предназначались для свиты. На юге от дворца находились «оранжереи», в которых зимовали в кадках разнообразные тропические деревья, украшавшие в летний период дорожки парка. Кухня, расположенная в западном крыле, с дворцом соединялась подземным туннелем.

Помещения дворца украшены скульптурами и росписями, символизирующими дары природы, сцены охоты, аллегории времен года, дня и ночи, сцены крестьянского труда. Охотничьим темам посвящены также скульптуры установленные снаружи по периметру дворца и в парке. Парк разделен на две половины каналом длиной в 470 метров, который начинается от внутреннего фасада дворца. Свет, отражающийся от поверхности воды, усиливает естественное освещение дворцовых помещений. Пигаж создал классический французский парк, аллеи которого веером расходятся от главного здания. Так называемые парки курфюрста и княгини, расположенные по обеим сторонам дворца, в первой половине 19 века были переделаны на английский манер.

С 1910 года - Бенрат стал единственным высшим учебным заведением в Дюссельдорфе и был одним из самых красивых школ в Германии. С 1928 года замок Бенрат собственность города Дюссельдорф.

Основная часть высшей школы была расположена в левом крыле замка. Позднее в правом крыле и в других частях замка расположились факультеты искусств, биологии.

В 1945 году, после Второй мировой войны, после продолжительной реставрации Замок Бенрат был восстановлен с большой стилистической верностью. Сегодня это привлекательный водный курорт. В замке проводятся экскурсии, которые знакомят туристов с уникальной отделкой интерьера, украшенного оригинальными скульптурами, личными покоями княжеской четы, подвалом, и купольным залом.

Кроме того, Бенрат используется для представительских целей, например, здесь проходили государственные приемы Михаила Горбачева, и королева Елизаветы II.


1.


2.


3.

Букингемский дворец за два века для многих стал символом величия Британской империи.
Но с еще большим успехом он может быть символом нелепости и халтурности, которые присущи едва ли не всем империям.

Особняк Бакингем-Хаус был построен в 1705 г.герцогом Бекингемом ( не тем, к которому ездил д’Артаньян, и даже не его потомком, а герцогом Бекингем и Норменби).

В 1762 году здание купил Георг ІІІ, с намерением сделать из него свою личную резиденцию, поскольку Сент-Джеймсский дворец не устраивал короля, оставшегося в истории неудачником, потерявшим американские колонии.

Но генеральную перестройку Бакингем-Хаус затеял его сын, Георг IV. Он вообще увлекался строительством, а из этого особняка потребовал сделать нечто фантастическое, превосходящее роскошью Версаль и Зимний.

Мечте Георг IV препятствовала банальная нехватка денег (бывшая обычной для самого непопулярного из британских королей). Большие сомнения вызывает и деятельность архитектора Нэша, занимавшегося реконструкцией. Джон Нэш был отмечен печатью гения, но, по мнению коллег, постоянно пренебрегал безопасностью ради архитектурных красивостей, и имел склонность вольно обходиться с финансовыми сметами.

В результате, когда Георг IV умер, в стройку было вбухано столько денег, что следующий король Вильгельм IV (получивший прозвище Глупый Вили), решил, что дешевле этот шедевр будет все же достроить. Правда, Нэша все же уволили, а руководство строительством доверили Эдуарду Блэру.

Оставался вопрос, что делать с растущим архитектурным монстром. Когда в 1834 г. пожар уничтожил добрую половину парламента, Вильгельм IV предложил депутатам свой новый дворец. Однако те отказались.

Затем родилась идея устроить здесь казармы для гвардии. Против выступило правительство, которое сочло, что казармы за миллион фунтов дороговаты даже для Британской империи.

Зато веселились остряки, потешавшиеся над небывалой в истории Англии дорогостоящей бессмыслицы. У дворца снесли купол, убрали триумфальную арку, служившую главным входом, затем расширили его – поскольку для королевской кареты въезд был слишком узок, снесли любимые Георгом малиновые пилястры как «порочные и вульгарные»…

А вот Виктории, взошедшей на престол в 1837 г. Букингемский дворец понравился. Единственное. Ее смущало отсутствие трона, и она заказала новый у мастера Даубигина, велев прислать счет в казначейство. Увы, казначей счел слишком расточительным платить 12 фунтов стерлингов за замену королевских инициалов на троне дяди Вильгельма. Поэтому юной королеве пришлось платить из своего кармана.

Однако трон оказался наименьшей из проблем. Проектант дворца не предусмотрел достаточно подсобных помещений для слуг, кладовых, ватерклозетов, даже для кухонных плит, на которых нужно было готовить еду для сотен слуг и десятков гостей ежедневно.

Система отопления оказалась неэффективной, и в каждой комнате приходилось топить камин. В королевских апартаментах в …ммм… санузлах не оказалось кранов!

Порядку не способствовало и то, что дворцом управляло сразу четыре ведомства – лорд-гофмейстера, лорд-стюарда, главного конюшего и служба лесов. Например, лампами дворец обеспечивало ведомство лорда-гофмейстера, заправляла из служба лорда-стюарда, а зажигать их оставалось освященной временем обязанностью людей главного конюшего. Ну, ситуация нам близка и понятна:-).

Остается добавить кумовство и коррупцию, при которых все руководящие посты оказались заняты «назначенцами сверху», а слуги – предоставлены сами себе.

Больше всего страдали королевские гости, которые нередко блукали в лабиринтах служебных коридоров дворца под смешки «чрезвычайно занятых» слуг.

Букингемский дворец сегодня насчитывает 775 комнат и занимает три гектара земли. При разгильдяйстве персонала, проникнуть во дворец мог любой человек с улицы. 12-летний беспризорник Том Клоттон прожил во дворце целый год, пока не толкнул на вечернем моционе в королевском саду одну из фрейлин.

Но самым знаменитым королевским гостем стал Эдмунд Джонс, прозванный Джонс Домовой. Джонс ел на королевской кухне, слушал разговоры Виктории с советниками и министрами, подглядывал за переодеванием королевских фрейлин и сидел на королевском троне. «Стоило ли это трех месяцев принудительных работ?», - спросил его позже судья. «Да, Ваша честь», - ответил Домовой. – Не потому, что меня приглашают выступать в мюзик-холле за 4 фунта в неделю, а потому, что я стал частью великой истории королевского дворца».

Остается добавить, что дворец, как позже оказалось, был построен над подземным каналом, впадающим в речку Тайберн (которую сейчас тоже упрятали в трубу) а королевская кухня оказалась расположенной над городской клоакой. Очень скоро это стало очень сильно заметно – из-за миазмов ряд помещений стало невозможно использовать!

К счастью, королева Виктория вышла замуж в 1840 г. за принца Альберта, который сумел провести во дворце серьезную реконструкцию.

Впрочем, традиции Джона Домового остались непобедимы: в 1982-м году некий Майкл Фейган забрался во дворец через открытое окно, прошел мимо двух десятков слуг до королевской опочивальни, уселся на кровать и завел с Елизаветой II светскую беседу.

1.


2.

Как британский адмирал Пламридж помог русским в Крымской войне, или заставь дурака богу молиться

Если действия англо-французских войск с союзниками в Севастополе во время Крымской войны в целом воспринимались европейской прессой с большой симпатией, то попытки перенести боевые действия на север обернулись изрядным конфузом.

Главным виновником позора, настигшего британский флот в Балтийском море, следует признать контр-адмирала Джеймса Пламриджа, удачно соединившего в себе тупость и бессмысленную агрессивность истинного вояки.

Пламридж, во главе эскадры пароходофрегатов, отправился в мае 1854 г. провести рекогносцировку Аландских островов и блокировать побережье Финляндии, входившей тогда в Российскую империю на правах автономного Великого княжества.

Рекогносцировку повести он не смог, зато на финском побережье оторвался так, что газеты всей Северной Европы называли его не иначе, чем разбойником и диким викингом (тогда это сравнение ни в коем случае не было комплиментом).

Пламридж на флагмане эскадры «Леопард» топил рыбацкие суденышки финнов, грабил, то есть, реквизировал даром продукты питания, дрова и т.п., а главное - увлеченно жег финские портовые склады. И если первое ему за пределами Скандинавии вряд ли поставили бы в укор, то последнее…

Финляндия до войны была одним из основных поставщиков корабельного леса и соснового дегтя, парусов и канатов для британского же королевского флота. Потребности дегтя, например, Финляндия покрывала вообще на треть.

Поэтому на складах горели в основном товары, предназначенные английским фирмам, а то и уже оплаченные ими. Пострадавшие компании подняли громкий скандал. Требуя компенсации убытков.

К тому же, если до рейда финны скорее симпатизировали в Крымской войне Британии, как своему торговому партнеру, то с июня они активно участвовали в боевых действиях на стороне русских. Во время боев в городке Гамле-карлеби и крепости Бомарзунд финны, в том числе и гражданские, воевали зло и стойко. За что, кстати, Николай І их охотно награждал.

После прибытия 30-тысячного десантного корпуса крепость Бомарзунд и Аландские острова в августе были захвачены. Но к главным целям операции – Кронштадту и Петербургу - союзники не добрались, а в октябре убрались из Балтики.

Эдуард Тотлебен, инженер-генерал и один из самых знаменитых гениев фортификационного искусства более известен как создатель системы Севастопольских укреплений времен Крымской войны.

Менее известно, что вершиной его работы стала система обороны Николаева, южного кораблестроительного центра империи, и создание системы защиты Днепровского лимана в районе г. Очакова.

Николаев в те годы был не только южным центром кораблестроения, колыбелью флота, но и важнейшим логистическим центром: здесь находились основные артиллерийские склады, ремонтная база флота, здесь проходили основные коммуникации, связывающие Причерноморье с центральными губерниями России.

Талантом Тотлебена и незаурядными организаторскими способностями великого князя Николая Николаевича, Николаеве была создана уникальная, намного опередившая система глубоко эшелонированной обороны. Напомню, что создавал ее Тотлебен, страдая от раны, полученной в Севастополе (развилась сухая гангрена).

Вокруг Николаева в сжатые сроки была возведена линия люнетов и батарей, которые надежно прикрыли его с суши. При каждом автономном редуте сооружены подземные склады боеприпасов и блиндированные казармы для личного состава. Вдоль Бугского лимана была построена глубокоэшелонированная оборонительная система, состоящая из земляных редутов и батарей. Одна батарея располагалась на мысу, слева от современного моста через Ингул, и должна была прикрывать Адмиралтейство. Вторая находилась между Варваровкой и Великой Коренихой (современная территория четвертых садов в районе Дидовой Хаты), третья стояла напротив Спасского рейда ближе к Варваровке, и четвертая была установлена на самом краю Лесковской косы.

За пределами города, в Широкой Балке, под руководством генерал-инженера К. Кауфмана воздвигли «кауфмановскую батарею» - пятиугольный земляной редут с шестиметровым валом и глубоким рвом. Со стороны Малой Коренихи до половины акватории была насыпана узкая дамба с укрепленным островом, где тоже были установлены орудия (Константиновская батарея). Дальние батареи располагались на Волошской и Русской косах, которые вместе с очаковскими укреплениями и Кинбурнской крепостью составили мощный укрепленный район.

Николаевский писатель и историк Юрий Крючков справедливо отметил в своей «Истории Николаева»: «После занятия Кинбурна союзники несколько раз пытались с помощью бронированных батарей прорваться к Николаеву и доходили даже до Волошской косы, но здесь в узком проходе попадали под перекрестный огонь двух батарей и вынуждены были отступать".

"А в самом Николаеве противника ожидали "фирменные" тотлебенские сюрпризы: разветвленная система "мин", подземных ходов, которая должна была обеспечить подрывы и блокирование широких (по меркам 19в.) николаевских улиц в случае захвата города неприятелем.

Есть все основания полагать, что неприступность Николаева стала одной из причин прекращения Крымской войны. Впрочем, англо-французская коалиция и так получила по условиям мира более чем выгодные условия.

Тотлебеном же был создан и искусственный остров Майский, расположенный напротив Очакова. Заложенные создателем укрепления Майского оказались хороши и спустя 100 лет, позволив морякам продержать там оборону на протяжении шести месяцев после падения Очакова во Время Великой Отечественной войны.

Подробнее - в материале Андрей Шинкаренко http://nikopolis.org/article/30/337/

Один из самых популярных и знаменитых сегодня замков - замок Нойшвайнштайн в Альпах - воплощение неистовых мечтаний баварского короля Людвига II.

Король Максимиллиан Иосиф очень беспокоился за психическое здоровье своих двух сыновей. И в целях укрепления оного прибегал к более чем спартанским методам: купания в ледяной воде, регулярные порки и содержание на скудной и грубой пище. Принцев не раз ловили на выпрашивании еды у слуг, а Людвиг однажды пытался продать дантисту свой зуб. чтобы купить еды.

Скажем сразу, не помогли драконовские меры: оба сына в конце-концов были признаны безумцами, хотя и покоролевствовать успели.

Людвиг так и вовсе правил 22 года года. был назван самым красивым мужчиной Европы, гордо носил титул Короля-Лебедя, за 22 года один раз проехал по своей стране, создал три потрясающих по своей кичевой эклектичности и неповторимо красивых замка, вверг свою Баварию в чудовищные по тогдашним меркам долги в 10 млн.марок, стал вдохновителем лучших творений Вагнера и Чайковского (говорят, "Лебединое озеро" написано под впечатлением от посещения Нойшвайнштайна), пытался сжечь Мюнхен, катался в серебряных доспехах в ладье в форме лебедя по водам озера, подкрашенным синькой... В общем. вел насыщенную духовную жизнь. Именитых подданных и гостей избегал, и ужинал под конец жизни чаще со своей лошадью, чем с утомительными людьми.

Людвиг порой часами скакал по манежу, меняя лошадей, пока не проходил расстояние до выбранного пункта прибытия. затем замирал в неподвижности на краткое время и спокойно шел спать. Ессно, современный интеллигентный человек легко заподозрит, что это очень похоже на шаманские "странствия духа", но прагматичная баварская знать воспринимала королевские выкрутасы с раздражением.

В итоге, после 22 лет царствования Людвига объявили безумцем на основании заочного решения медкомиссии и сместили с трона. На второй день после этого экс-король отправился на прогулку со своим психиатром и утонул, с ним же вместе. Да, на королевстве Людвига сменил его брат Отто. который к тому времени уже отличался тем. что по восемь суток не снимал сапог. спал через день, лаял и "корчил страшные рожи" во время обеда. Но казной уже не распоряжался: регентом при безумце стал дядя Луитпольд.

Кстати, баварцы любят и гордятся своим Королем-Лебедем сегодня, и любили при жизни: есть информация, что первую попытку сместить Людвига отбили верная ему стража Швайнштайна вместе с жителями окрестных деревень. Да и потом, люди регента перехватывали все письма-обращения Людвига в газеты, боясь, что народ ринется отбивать своего короля.

Предприниматель, бывший журналист, бывший учитель.

Родился в России, вырос в Украине, сейчас мотаюсь между Украиной и Беларусью. Прописан в Николаеве.

Блог - для разговоров об истории, древней, средней и современной, прежде всего - Причерноморья, но не только.