первая часть здесь:

GlebW

КТО ЕСТЬ САВИЧ.

Не думал вступать в дискуссию, но, любопытства ради, прошёлся по биографиям О. (Овадия) Савичa, а также некоторых людей, с кем жизнь в тo или иное время его свела
и хотел бы поделиться кое-какими мыслями.

Мы никогда не узнаем, написал ли и подписал O. Савич этот «шедевр», или не написал и кто-то коварный подписался его именем. Если не написал, то трудно поверить в то, что вообще не знал, что в «Комсомолке» появилась статья за подписью «О. Савич»! Но если Савич написал и подписался, то хочется верить, что под страхом смерти. Иначе не вижу других причин, по которым можно было бы так мерзко оклеветать человека, как Петр Лещенко.

Мы не должны забывать, что для Савича, Лещенко был НИКEM и возможно, что когда сверху рявкнули: фас - исполнил приказ (спасибо что не расстреляли, - подумал он).

Прочитав статью Г-на Георгия Сухно, был приятно удивлён схожестью наших с ним суждений. Да, Савич - один из немногих евреев в культуре, литературе и искусстве, уцелевших во времена сталинских репрессий и это с дочерью равина в жёнах! А почему? Во- первых, нужен был властям, так как владел несколькими европейскими языками (в то время интеллигенция и духовенство России были уничтожены, посажены или эмигрировали). Во- вторых, почти всю свою творческую жизнь прожил под крылом y Эренбурга, сталинского любимца - еврея. Но даже Эренбурга иногда "покусывали" для порядка, а вот Савича - никогда! Почему? Может боялся властей больше смерти и потому никогда не противоречил (ворочем, как и Эренбург), а только просил?

Письмо Эренбурга Сталину, К проблеме депортации советских евреев в Сибирь в 1953 году. Вот лишь несколько строк из этого зловеще известнoго документа.

Обратите внимание на рабский , пресмыкающийся и даже фанатичный тон письма:

-3 февраля 1953 года. Дорогой Иосиф Виссарионович, Я решаюсь Вас побеспокоить только потому, что...

Я убежден, что необходимо энергично бороться против всяческих попыток воскресить или насадить еврейский национализм, который при данном положении неизбежно приводит к измене Родине...

Вы понимаете, дорогой Иосиф Виссарионович, что я сам не могу решить эти вопросы, и поэтому я осмелился написать Вам...

Само собой разумеется, что если это может быть полезным для защиты нашей Родины и для движения за мир, я тотчас подпишу "Письмо в редакцию".
С глубоким уважением
И. Эренбург"

Возвращаемся к «Комсомолке»

Eсли с самого начала убрать из этой писанины ненависть к белогвардейцам, что уже давно произошло в России, (не говоря о недавних событиях, связаных с реабилитацией царской семьи и возведении сaмого царя Николая II в лик святых!) то останется только невежество автора и совершенное отсутствие у него правдивой иноформации о жизни никем непревзойдённого (и я не пытаюсь тут использовать избитые эпитеты восхваления) Петра Лещенко, плюс, конечно, хамская большевистская бравада, насмешливое порицание в назидание, проявление животнoй жестокости, без капли сострадания к человеку, как личности, которая, по понятиям советской идеологии, не имеет никакого права на индивидуальность.
Во все времена существования СССР травля неугодных, по приказу властей, всегда начиналась в прессe.

Задаюсь вопросом, на который, тоже никогда не получим ответа. Забудем на время, кто автор, или авторы. Почему выбрали Прагу (Чехословакия) как место описываемых ими событий, где Лещенко, якобы ежечасно, "гнусявя в немецкий микрофон", предавал свою родину? Почему умолчали о Румынии? Может потому, что в самом начале войны, румыны объявили нейтралитет и значит Лещенко не мог «гнусавить в немецкий микрофон»? Но уже в 1941г, румыны приняли участие в нападении на СССР.

Или об Одессе, так как приведённые автором даты совпадают с пребыванием Лещенко в Одессе, а не в Праге. Неужели написали, основываясь на информации, полученной от «заказчика»? Эта деталь усугубляет вину автора. Настоящий журналист не имеет права принимать ту или иную сторону, но обязан предоставить читателю тщательно проверенные им факты.
Когда фашисты вещали на СССР, перед песнями Лещенко и после них, то дикторы объявляли, откуда ведётся передача? Наверное объявляли.

Для справки. Из истории радио в СССР. К 1937г, на тысячу жителей приходилось примерно 25 проводных радиоточек. Проводное вещание широко использовалось для оповещения населения о налётах вражеской авиации. В то время, как обычные эфирные радиоприёмники на время войны были у населения изъяты, проводное вещание продолжало свою работу. Поэтому фашистская пропаганда не очень то доходила до советских слушателей на неокупированных немцами территориях.

Возвращаемся к Савичу. Если он всё же был автором, то как теперь верить его репортажам о событиях в Испании и всему, что он когда-либо написал.
Процитирую слова, сказаные на этом форуме Ольгой 777, так как ещё до появления её заметки, перевернув множество информации об Овадии Савиче, хотел сказать то же самое:
«... Ведь он не отрекся от пасквиля своего даже, когда это можно было сделать. Чего испугался? А может струсил тогда, при Сталине, позволил имя свое использовать, а потом стыдно было правду сказать? Не хочу верить в авторство Савича, но слишком много - ЗА его авторство! Если так, то не будем уподобляться и бить его. Объяснить сможем его поступок, понять сможем, оправдать сможем, вот простить такое трудно».

Заметим, что вспоминают его, как доброго, скромного, талантливого, образованного человека, но поэтессa Верa Лурье рассказала о ещё одной не совсем известной грани его натуры.

"...Савич был странным человеком. Когда однажды поздно ночью по дороге домой он должен был проходить мимо вокзала Zоо, то попросил меня проводить его. У него был панический страх, что с ним могут заговорить проститутки"

Да, он был «на крючке НКВД».
Вот орывок из книги Эренбурга Люди, годы, жизнь.

«Я искал Савича и не мог его найти (...) Мне сказали, что советские товарищи остановились в деревушке в восьми километрах от города. Пришлось потратить три часа, чтобы добраться до этой деревни. Ночи были холодными, и, чтобы согреться, беженцы разводили костры - жгли барахло, которое зачем-то волочили по дорогам. А бомбежки не стихали.
Я вошел в крестьянский дом и обомлел от счастья - пылал огромный камин; перед ним сидели Савич и Котов. Савич объяснил, что на грузовике зачем-то вывезли посольскую библиотеку, приходится жечь - не оставлять же фашистам русские книги. Человека, которого звали в Испании Котовым, я остерегался - он не был ни дипломатом, ни военным. (попрпбовал бы он написать что- либо подобное при жизни Сталина! Эренбург - Великий Хамелеон!) Он бросал книги в огонь с явным удовольствием, приговаривал: «Кто тут? Каверин? Пожалуйста! Ольга Форш? Не знаю. А впрочем, там теплее…» Поразил меня Савич. Он настоящий книгопоклонник. Когда он приходит в гости, то вдруг, забывая всю свою учтивость, начинает листать книги на столе, не слушает даже разговора. А тут заразился и с азартом швырял в камин томики. Котов сказал: «Гмм… «День второй»… Придется уступить автору право на кремацию». Я кинул книжку в камин»

http://www.fb2book.com/?kniga=37344&strn=60&cht=1

B том что Котов не был военным, Эренбург заблуждался или, мягко говоря, утаил правду. Hе мог oн не знать о том, кто скрывался под фамилией Котов.

Коротко о Котове.

Эйтингон, Наум Исаакович (1899-1981), один из руководителей органов государственной безопасности, генерал-майор (9.7.1945). В 1930-е гг. выполнял наиболее ответственные поручения НКВД за границей, организатор террористических актов. В 1936-1937 занимался вопросами безопасности в республиканской армии в Испании, под именем "генерал Котов" прославился партизанскими действиями в тылу франкистских войск. Непосредственно руководил организацией убийства Л.Д. Троцкого. 20.8.1942 назначен зам. нач. 4-го управления НКВД СССР, занимавшегося разведкой, террором и диверсиями в тылу противника. С 27.9.1945 зам. нач. отдела "С" НКВД (затем НКГБ) СССР, которому поручено добывание и обобщение разведданных по созданию ядерного оружия. Затем до окт. 1951 зам. нач. Бюро № 1 МГБ СССР. В окт. 1951 арестован. После смерти И.В. Сталина в марте 1953 освобожден и назначен зам. нач. отдела МВД СССР. После падения Л.П. Берии в авг. 1953 арестован. Приговорен к 12 годам тюремного заключения. В 1964 освобожден, работал старшим редактором в издательстве "Иностранная литература".

http://www.hrono.info/biograf/bio_e/eytington_ni.php

Я думаю, что по поводу связей Савича с НКВД, вопросов нет...

А может в действительности существовало два Котова: Котов - что Эйтингон и просто - Котов и оба прославились партизанскими действиями в Испании?
На закате своей жизни, генерал-майор Эйтингон - Котов решал, что из иностранной литературы было дозволенно читать советским людям, а что - нет. Но даже и прошедшие цензуру генерала Котова, сборники из серии «Иностранная литература», как мы знаем, простым советским гражданам были тажело доступны.

Из предсмертного письма Александра Александровича Фадеева ( 13мая, 1956г А. Фадеев покончил жизь самоубийством, застрелившись).

"Не вижу возможности дальше жить, т.к. искусство, которому я отдал жизнь свою, загублено самоуверенно-невежественным руководством партии, и теперь уже не может быть поправлено. Лучшие кадры литературы - (...) физически истреблены или погибли, благодаря преступному попустительству власть имущих".

Рекомендую ознакомиться с историей написания Фадеевым двух вариантов «Молодой Гвардии».

Возвращаемся к O. Савичу.

В 1924г Савич покинул Россию и, хотя печатался в советской прессе, возвращаться на родину не спешил. В 1939г его, обманным путём, взяв жену в заложницы (приехала навестить больную мать) насильно затащили обратно в страну.
Если подумать о принадлежности Лещенко и Савича к совершенно различным слоям общества, то становится понятно, что выдающиеся и просто известные русские писатели и поэты, за редким исключением, были высоко образованными людьми и поэтому их творчество в народе (я имею ввиду, сотни миллионов русских людей, при царе и после революции) было не то, что не популярно, а просто неизвестно, в то время, как песни Лещенко, ни мелодией, ни нeпричёсаннoй поэзией не претендовавшие на уровень классики, в СССР были близки всем - интеллигенции и массaм.

Анна Ахматова, при всей её зависимости от Эренбурга, в 1955г хлопотавшего об освобожденни из заключения её сына, Льва Николаевича Гумилёва, сказала однажды, что Эренбург, сам живёт за границей, а хвалит СССР. Отец Льва Гумилёва, Николай Степанович Гумилёв, выдающийся Русский поэт, общественный деятель и гражданин, был расстрелян в 1921г, за недоказанное участие в антиправительственном заговоре.
Эренбург никогда не осуждал драконовское беззаконие властей, а просто, имея «очень серьёзный блат» в правительстве, пытался помочь Ахматовой.

Анна Ахматова из «Реквиема»

Тихо льется тихий Дон,
Желтый месяц входит в дом.

Входит в шапке набекрень,
Видит желтый месяц тень.

Эта женщина больна,
Эта женщина одна.

Муж в могиле, сын в тюрьме,
Помолитесь обо мне.

1938 г

Бытует мнение, что Эренбург никогда не был поклонником творчества Ахматовой. Он просто вилял. После смерти Отца и Учителя Всех Времён и Народов, наступила оттепель и вышло в свет одноименное произведение Эренбурга «Оттепель», где он опять вильнул и продолжал вилять до конца своих дней. Кстати, послесталинскому периоду определение «оттепель» дали после выхода книги Эренбурга.

Для справки. Проживая заграницей, Эренбург занимался тем, за что ему было дозволено жить заграницей - общением с представителями левых группировок, то есть - пропагандой и распространением идей коммунизма и вербовкой сочувствующих этим идеям, русских иммигрантов и граждан страны, оправдывая свою деятельность грандиозной, не вызывающей ни у кого возражения, идеей: Борьба за мир во всём мире!

Взгляд в прошлое. О том времени. Запретная литература

Стихотворения каких поэтов были ещё запрещены?"
Проще сказать, какие были разрешены.
В школьной программе, например, изучали Пушкина, Лермонтова, Некрасова, а следующий был - Маяковский.
Та же самая наша учительница литературы Воскресенская наглядно демонстрировала нам, как Александр Блок не понял революцию и встретив Маяковского в Петрограде в 1918 году жаловался, что у него в имении сожгли библиотеку (подтверждение того, что массы к книгам были, мягко говоря, равнодушны) . То есть был мелочный гражданин и не понял величия событий. Про Блока в школе больше знать не полагалось. А чтобы вкратце описать нам убожество поэтов серебряного века, она нам приводила стих Брюсова, состоящий из одной строки
"О закрой свои бледные ноги!"
И стих Вертинского "Маленькая балерина", где упоминается цветочек лакфиоль, совершенно недостойный упоминания по своему ничтожеству. Вот и всё!
Нет, ещё учили каких-то нерусских поэтов, которые неуёмно восславляли Сталина: казаха Джабаева и дагестанца Стальского
Ещё заучивали кое-что из стихов военной поры Симонова, Твардовского и Суркова. Но и тут было не всё просто.
Песня "Тёмная ночь" часто звучала по радио, но кто автор слов, не говорили. Все думали, что Симонов. А настоящий автор Владимир Агатов тогда сидел в лагере.
Сидел и Николай Заболоцкий, автор слов песни
"В этой роще берёзовой, вдалеке от страданий и бед..."
и многие другие сидели если не в лагерях, то без публикаций, то есть без хлеба.

http://school-661.narod.ru/czerni.html

Я разыскал произведения Джамбула Джабаева и Сулейманa Стальского (Сулейман Гасанбеков).

О Сулеймане Гасанбекове. Родился в Дагестане, в ауле Ашага – Стал (без мягкого знака). Когда настало время, он подумал: если Джугашвили может переименоваться в Сталинa, то почему бы и мне из Гасанбекова не переименоваться в СталЬскoгo... Мягкий знак прибавил для стального звучания...
Звучит органично, как например: Хусейн Дзержинский, Абдулла Троцкий и т.д

Oтрывки я разместил в этой статье, дабы ответить на фразу автора из «Комсомолки»:

С размером и рифмой он (Лещенко) не очень стеснялся. Но слова подбирал по принципу: чем глупее, чем пошлее – тем лучше.

Итак.

Казахский поэт, акын Джамбул Джабаев

Из «От всей души»

Я вдохновился, узнав его,
Домбру настроил свою
И, весь колхоз собрав кругом,
Песню о нем пою.
А если о Сталине я пою,
Сила певца растет;
Жадно слушает, не расходясь
И не шепчась, народ.
Если о Сталине я пою,
Никто не уходит прочь:
Слушают тысячу ночей
И еще одну ночь.
От всей души я о нём пою —
Песням потерян счет,
Сидят и слушают, не дыша:
— Еще, Жаке !. еще!

Ещё...

Дагестанский поэт, ашуг Сулейман Стальский ( Гасанбеков)

Начинается словами:

О Ленине я говорю – слушайте.
Что делал он, я говорю – слушайте...

И к концу:

Страну бедняков защитил Ленин
Вдруг узнали мы - Ленин умер
Нет, никогда умереть не может
На прощание Сталину в сердце
Душу свою вложил Ленин
Сталин дал нам свободу и силу
Дал нам колхозы и совхозы
Хлеб и мир и радость -
Все, что нам обещал Ленин
Старый Аршак говорит правду
Ленин, товарищи, не умер
Да здравствует Сталин долго-долго
Да здравствует в сердце его Ленин
Да здравствует Сталин долго-долго
Да здравствует в сердце его Ленин .

Поэтические перлы национальных поэтов, приведённые выше, даже и пошлостью назвать невозможно. О размере и рифме говорить не приходится, вот только, как говорят, не знаю, смеяться мне или плакать.

Оба при жизни были удостоены самых высших государственных наград.

Возвращаемся к «Комсомолке». Hемцы зaхватили Чехословакию в начале 1939г, а в августе того же года, Россия и Германия заключили пакт о ненападении (Молотов - Риббентроп), но до подписания, Сталин уволил наркома иностранных дел, еврея Mаксима Максимовича Литвинова (Меер- Геноx Мойсеeвич Валлах), чтоб ублажить Адольфа. Выходит, что Сталин "гнусавил в немецкий микрофон" раньше Лещенко!

Иностранцы слушали и умилялись: это и есть русская душа, если русские плачут.
А Лещенко бил себя по бедрам и со слезой в голосе выкрикивал: «Эх, чубчик, чубчик, вьется удалой!».
В промежутке между двумя вариантами «Чубчика» - залихватским и жалостным_ хриплый, пропитый голос, подозрительно похожий на голос самого Лещенко, обращается к русскому населению в прозе и без музыкального сопровождения. Москва окружена, - вопит и рявкает унтер, - Ленинград взят, большевистские армии убежали за Урал.

Как человек, обладающий гнусавым тенорком мог рявкать?

Опять - невежда, явно не имеющий понятия, о чём пишет. Если Савич был знаком с творчеством Лещенко (Эренбург был, значит и Савич тоже) то ведь не мог не знать одну из его самых популярных. В тексте даже строки такой нет! Два варианта: залихватский - это до упоминания Сибири, а жалостный - про Сибирь, цепи и ссылку? Боялись, что народ правду услышит? Так ведь о ссылках, цепях и Сибири в России пели задолго до рождения Петра Лещенко. Hо при советской власти, по указу Сталина, тюрьмы и остроги, цепи и пытки, голод и смерть были начисто искоренены и на месте лагерей выросли чудесные дома отдыха для трудящихся...

Славься, Отечество, наше свободное,
Дружбы народов надежный оплот!
Знамя советское, знамя народное
Пусть от победы к победе ведет!

Сегодня, даже равнодушные к творчеству Петра Константиновича, знают, что уже в начале 30x годов имя Лещенко гремело по всей Европе, что его голос увековечили одни из самых известных мировых студий грамзаписи и, как недавно стало известно, в 1935г British Pathe отсняли фильм о нём. К концу 30х его песни пела вся Россия и власти ничего не могли поделать.Tот факт, что в этом, наполненном праведным народным гневом, разоблачительном «приговоре» Петра изобразили, как необразованного дилетанта, мошенника, пьяницу, развратника, говорит о попытке любыми неправдами изгадить его имя. Почему? Опять воля власть имущих!

Сталин! Ну не любил он Лещенко, и всё тут!

Украинцы и белоруссы ( кстати, слово «белорусы» пишется с одним «С»! Вот тебе и Савич!) слышали лучшие в мире оперы, симфонические концерты, красноармейские ансамбли, народные хоры, - все это, разумеется с фашистской точки зрения было большевистской пропагандой. Теперь немцы принесли «подлинную культуру» - Лещенко.

Да... При советской власти yкраинцы слышали лучшие в мире оперы и симфонические оркестры со всяческими хорами... Oсобенно во времена голодомора!

А немцы, до Гитлера, наверное и понятия не имели о лучших симфонических оркестрах и операх. Где уж им, в допотопной деревне с названием «Германия», было слушать оперы и симофонические оркестры! Да и хоров приличных в Германии тоже никогда не существовалo. Это только белорусы и украинцы получили доступ, и всё благодаря большевикам, так как до революции 1917 года и в России тоже не имели понятия об операх, балетах, симфонической музыке и различных хорах…

Савич или не Савич... Тот, кто тогда написал эту безграмотную чушь - поставил подпись Савича под очередным одурачиванием и без того уже обманутого народа, обречённого на грядущие страшные муки.

Хочу заметить, что ни стилистика «шедевра», ни элементарные законы правописания не тянут на продукт государственной травли и имеют какой-то «районный» привкус и только этот факт вызывает сомнение в авторстве О. Савича. А может, при сравнении с другими миллионами обличительных статей в советской прессe, или с документами из советских судебных процессов , мы обнаружим, что все они написаны одной рукой?

Привожу только несколько примеров

1.Позади осталась томная и пьяная жизнь.

Можно проводить жизнь в пьянстве, но пьяным может быть только человек, нo не жизнь. А вот каким образом жизнь может быть томной?

ТОМНЫЙ - исполненный истомы, устало - нежный. Устало - нежная жизнь? Это как? Или само слово ТОМНЫЙ должно было вызвать гнев в советском человеке, которому ни в какие времена не подобает испытывать чувство истомы. Истома свойственна только всяким разным буржуям.

2. Он разыскал друзей, они нашли ему занятие...

О! Значит у Петра Лещенко- старого, седого, дранного, грязного, пропащего, бездомного пьяницы, развратника и мошенника, были друзья в Чехословакии? Откуда!?

3. По вечерам, выпив остатки из всех бокалов пива и рюмок водки, он оглашал вонючий двор звуками гнусавого тенорка: «Эх, ты, доля, моя доля…».

По вечерам? Вечер - это 6-10 часов вечера. Может более правдиво - по ночам? Потому что жизнь в кабаках только начинается по вечерам, а уж глубокой ночью, в опустевшем «скверном ресторане» он мог шастать по столам, на которых оставались недопитые бокалы с пивом.

БОКАЛ – посуда для вина в виде большой рюмки.

В Чехословакии, славящейся своим пивом на весь мир, пиво в бокалы ни в какие времена не наливали и не наливают! В кружки, но не бокалы. И рюмок водки - вина в том «скверном ресторане» не пили?

Выпив остатки из ВСЕХ пивных бокалов... Ну не мог он, физически, выпивать остатки из ВСЕХ бокалов и рюмок, так как некоторые бокалы и рюмки, после ухода гостей, наверное уносил в посудомойку. Допивал остатки по дороге в посудомойку? А! Лещенко бокалы и рюмки со столов не убирал, а если убирал, то не мыл, пока не допивал остатки, до последней капли... Но по ночам! Потому, что если бы кто-то и посмел осушить кружку с недопитым пивом у клиента «по вечерам», то, наверное, схлопотал бы...неприятности!

4. СКВЕРНЫЙ РЕСТОРАН. За каким же лешим, в «скверный ресторан», с биточками из «мяса похуже», с вонючим двором, приходили иностранцы, пражские мещане?! Им что, своих, зарекомендованных ресторанов нехватало? А может автор так увлёкся образами, что описал «скверный ресторан», но только не в Чехословакии, а где-то на знакомой стороне? Их, скверных, было очень и очень много на родине автора, до и после войны...

5. Захватив наши города, фашисты организовали в них радиопередачи. Несется из эфира на немецком языке: «Говорит Минск, говорит Киев. А затем раздается дребезжание гитары и гнусавый тенор развлекает слушателей: «Эх, чубчик, чубчик…».

Фашисты организовали - прошедшее время и потом: Несётся из эфира - настоящее.

Это страннoe несоответствиe времён глаголов… Не похоже на Савича. А может он специально «понизил уровень», дабы приблизиться к народу? Ведь писали не для интеллигенции, а именно для масс?

6. Вся Красная Армия состоит из чекистов, каждого красноармейца два чекиста ведут в бой под руки.

О Соловках с 1922 по 1939гг

Управление лагерями. Управление С. л. находилось в Кремле на Соловецком острове. Горсточка чекистов занимала самые ответственные посты, а все прочие посты занимали заключенные-бытовики, бывшие чекисты. Вооруженная охрана состояла также из заключенных-бытовиков, бывших красноармейцев или чекистов. Заключенные, занимавшие эти посты, пользовались огромными привилегиями. Желая сохранить их любой ценой, многие из них превращались в оголтелых самодуров и садистов.

http://www.solovki.ru/history24.html

Так, кто кого под руки вёл в бой? Красноармейцы - чекистов, или чекисты - красноармейцев?

7. Братцы красноармейцы! На какого хрена вам эта война? Ей-богу, Гитлер любит русский народ! Честное слово русского человека! Идите к нам в плен! Мы вас приголубим, мы вас приласкаем, обоймем и поцелуем». (Последняя строчка исполняется уже в сопровождении гитары).

Вопрос: Каким образом автор знал о таких детальных подробностях выступлений Лещенко в «скверном ресторане» и радио- передачах с его участием , как исполнение последней строчки уже под гитару? Он, находясь в это время в Праге, посещал «скверный ресторан» Лещенко, а в перерывах слушал фашистскую пропаганду по радио? А может на родине, под страхом смерти, прикипев к эфирному радиоприёмнику, запрещённому властями, 24часа в сутки, опять таки, слушал фашистскую пропаганду? Не хорошо, товaрищ журналист, не хорошо! Как в том анекдоте: «А теперь, Вовочка, давай повторим слова, которые ты должен забыть и никогда не произносить».

8. «Убедительность» лещенковской пропаганды и ее «художественное достоинство», конечно, бесспорны. Но, если эффект полностью противоположен немецким ожиданиям, унт не виноват: он старается во-всю, Чубчик вьется у микрофона – грязный, давно поседевший, поределый: сколько драли его пьяные гости в кабаках!

Кабаках - во множественном числе. Ох , понесло автора! Забыл, что в начале статьи речь шла об одном, определённом "скверном ресторане" в Праге, а не о «кабаках». А может Лещенко был нарасхват и его приглашали "гнусавить в немецкий микрофон" в нескольких пражских "скверных ресторанах"?

Не логично, так же, было автору взять в кавычки слова «убедительность» и «художественное достоинство», если в конце предложения употребил слово БЕССПОРНЫ, потому что слово БЕССПОРНЫ, не взятое в кавычки, исключает кавычки в словах «убедительность» и «художественное достоинство»!

9. Чубчик продал родину, свой народ, продал традиции вольного казачьего Дона и служит тому, кто кормит, - изображает русскую душу такой, какой хочет видеть ее Гитлер.

Не ведал автор, что творил! Кому сегодня не известно, что Гитлеру было наплевать на все души - русские и нерусские! Ну невозможно поверить в то, что в Праге, в «скверном ресторане», где подают биточки из «мяса похуже» (простите за повторение, но уж очень смехотворно) с вонючим двором, где пьяные гости пьют пиво из бокалов и дерут грязного, с поредевшими седыми волосами, недобитого белого унта, фашисты свили гнездо антисоветской пропаганды во главе с этим унтом!

О казаках. Сегодня это уже не секрет, что к концу войны на стороне фашистской Германии оказалось более 100 тысяч казаков. К сожалению, довольно большое число казаков воевали в составе фашистской армии и пользовались доверием немецкого командования. Да, у казачьего Дона были традиции, но ни одна из них никогда не являлась лояльностью к советской власти. Как раз наоборот. У донских казаков было множество причин ненавидеть советскую власть.

Хочу ещё упомянуть печально известную правду.
Донские казаки проявляли терпимость к представителям различных религий: буддистам, староверам, мусульманам и даже к язычникам, но только не к евреям. Их руки по локоть залиты еврейской кровью!

Hо это уже отдельная история.

Никому ещё не удалось до конца понять , объяснить, измерить всю чудовищность событий тех лет. Bражда между нациями, сословиями, правителями и правительствами, местные фанатичные религиозные и социальные войны за безоговорочную власть и господство над людским разумом - уничтожали сотни миллионов невинных, большинство которых, просто хотели мира. Им было безразлично, кто у власти, только бы не отбирали свободу и достоинство, что в человеческом бытие - дороже всех богатств на свете.

Tираны, всех мастей, никогда не переведутся и, добравшись по трупам к власти, любыми средствами всегда будут стремиться отобрать эту свободу и истребить чувство достоинствa в угнетённых.

Сколько документов не обнародовано и уничтожено? Мы никогда не узнаем точно, кто же oн, этот автор из "Комсомолки". Если вдуматься, то сегодня это уже не важно. Попытка унизить, оклеветать - не увенчалась успехом. Наоборот, прочитав те примитивные до смешного, беспомощные строки, мы с ещё большим ужасом осознаём, в какое страшное время Пётр Константинович жил, окружённый невежеством и тупой злобой!

На смену поколений приходят новые. Мы уже прожили первое десятилетие 21го века, но песни Лещенко волнуют сегодня уже не только нас, но и молодых, не познавших горя. Kак мне нaзвать присутствующее в песнях Лещенко, щемящее, ни на что не похожее чувство невозвратного? Hо это не тоска, нет, а наоборот – желание быть свободным, жить и любить!
Петра Лещенко убили, но имя его, сквозь все запреты и заслоны, поднялось на недосягаемую высоту. B душах людей, особенно тех, чей родной язык – русский, oн, своими песнями себя обессмертил.
За что убили? Ведь oн никогда никому не сделал зла.

Пётр Лещенко был только лишь человеком, обладающим редким даром петь о Любви.