https://sheba.spb.ru/shkola/ru-govorite-1969.htm
О ТЕХНИКЕ РЕЧИ И ЛИТЕРАТУРНОЙ ПРОИЗНОШЕНИИ
ДЫХАНИЕ.
ГОЛОС.
ДИКЦИЯ
Повышение уровня речевой культуры немыслимо без усовершенствования речевого аппарата. Нельзя выступать перед слушателями, пережевывая текст, съедая начало и концы слов, заменяя одни звуки другими или объединяя отдельные слова в одно бессмысленное сочетание. Такая речь искажает смысл высказывания и производит неприятное впечатление. Вот что пишет об зтом К. С. Станиславский: «Слова с подмененными буквами представляются мне теперь человеком с ухом вместо рта, с глазом вместо уха, с пальцем вместо носа...
Выпадение отдельных букв и слогов — то же, что провалившийся нос, выбитый глаз или зуб, отрезанное ухо или другие подобного рода Зфодства.
Когда у некоторых людей от вялости или небрежности слова слипаются в одну бесформенную массу, я вспоминаю мух, попавших в мед; мне представляется осенняя слякоть и распутица, когда все сливается в тумане».
Совершенствование речевого аппарата связано с укреплением дыхания и голоса, а также с выработкой четкой, ясной дикции и правильного произношения.
Для развития дыхания могут быть с успехом применены упражнения, построенные на постепенном и экономном его расходовании:
1
Сижу за решеткой в темнице сырой.
Вскормленный в неволе орел молодой, (вдох)
Мой грустный товарищ, махая крылом,
Кровавую пищу клюет под окном, (вдох)
Клюет, и бросает, и смотрит в окно,
Как будто со мною задумал одно; (вдох)
Зовет меня взглядом и криком своим И вымолвить хочет: «Давай улетим! (вдох)
Мы вольные птицы; пора, брат, пора!
Туда, где за тучей белеет гора, (вдох)
Туда, где синеют морские края,
Туда, где гуляем лишь ветер... да я!..»
(Пушкин)
2
Знаете ли вы, например, какое наслаждение выехать весной до зари? (вдох) Вы выходите на крыльцо... на темно-сером небе кое-где мигают звезды; (вдох) влажный ветерок изредка набегает легкой волной; (вдох) слышится сдержанный неясный шепот ночи; деревья слабо шумят, облитые тенью, (вдох) Вот кладут ковер на телегу, ставят в ноги ящик с самоваром, (вдох) Пристяжные ежатся, фыркают и щеголевато переступают ногами; (вдох) пара только что проснувшихся белых гусей молча и медленно перебирается через дорогу, (вдох) За плетнем, в саду, мирно похрапывает сторож; каждый звук словно стоит в застывшем воздухе, стоит и не проходит...
(Тургенев)
3
Хвалить
не заставят
ни долг,
ни стих
Всего,
что делаем мы. (вдох)
Я
пол-отечества мог бы
снести,
а пол —
отстроить, умыв, (вдох)
кто вышел
строить
и месть
В сплошной
лихорадке
буден. (вдох)
Отечество
славлю,
которое есть,
Но трижды —
которое будет...
(Маяковский)
Для работы по укреплению и развитию голоса можно рекомендовать произнесение гласных звуков в различных сочетаниях:
1
и, э, а, о, у, ы е, я, ё, ю
и-э, и-a, и-о, и-у э-о, з-у, э-а, э-и a-о, a-у, a-и, а-ы
о-ы, о-и, о-з, о-у у-о, у-и, у-ы, у-а
3
а, а, и, о, у, ы
а, и, о, у, ы, а
и, о, у, ы, а, э
о, у, ы, а, э, и,
у, ы, а, э, н, о
ы, а, э, и, о, у
4
йзаоуы (под ударением первый звук) иэаоуы (под ударением второй звук) йзаоуы (под ударением третий звук) иэаоуы (под ударением четвертый звук) иэаоуы (под ударением пятый звук) йзаоуы (под ударением шестой звук)
Найдя правильное голосоначало (чистый, ясный звук без всякого напряжения), следует произносить эти сочетания в различном темпе, усиливая и ослабляя, повышая и понижая голос в процессе упражнения.
То же самое можно проделывать, упражняя голос и дыхание на сонорных согласных звуках м, н, л, в сочетании с гласными и, э, а, о, у, ы:
1
ми, мэ, ма, мо, му, мы ни, нэ, на, но, ну, ны ли, лэ, ла, ло, лу, лы
2
мммимм, мммзмм, мммамм мммомм, мммумм, мммымм нннимм, нннэмм, нннамм ннномм, нннумм, нннымм лллимм, лллэмм, ллламм ллломм, лллумм, лллымм
Для выработки четкой и ясной дикции большую пользу могут принести упражнения в активном и отчетливом произнесении следующих таблиц:
1
пи, пэ, па, по, пу, пы би, бэ, ба, бо, бу, бы пи-бби, пз-ббэ, па-бба по-ббо, пу-ббу, пы-ббы не, пя, пё, пю, бе, бя, бё, бю
2
ки, кэ, ка, ко, ку, кы ик, эк, ак, ок, ук, ык ги, гэ, га, го, гу, гы иг, зг, аг, ог, уг, ыг
3
ти, тэ, та, то, ту, ты ит, эт, ат, от, ут, ыт
ди, дз, да, до, ду, ды ид, эд, ад, од, уд, ыд
4
фи, фэ, фа, фо, фу, фы
ви, вэ, ва, во, ву, вы
фиви, фэвэ, фава, фово, фуву, фывы
вифи, взфэ, вафа, вофо, вуфу, выфы
5
ри, рэ, ра, ро, ру, ры
ир, эр, ар, ор, ур, ыр
трри, тррэ, трра, трро, трру, трры
дрри, дррэ, дрра, дрро, дрру, дрры
6
ли, лз, ла, ло, лу, лы
ил, эл, ал, ол, ул, ыл
ли, ле, ля, лё, лю, лы
лилл, лзлл, лалл, лолл, лулл, лылл
7
три, тре, тря, трё, трю, тры дри, дре, дря, дрё, дрю, дры дли, длэ, дла, дло, длу, длы тли, тлз, тла, тло, тлу, тлы
8
си, сэ, са, со, су, сы зи, зэ, за, зо, зу, зы сти, стэ, ста, сто, сту, сты зди, здэ, зда, здо, зду, зды
9
си, се, ся, сё, сю, сы зи, зе, зя, зё, зю, зи сти, сте, стя, стё, стю, сты зди, зде, здя, здё, здю, зды
ши, ше, ша, шо, шу лши, лше, лша, лшо, лшу лжи, лже, лжа, лжо, лжу
11
хи, хз, ха, хо, ху, хы их, эх, ах, ох, ух, ых хви, хвэ, хва, хво, хву, хвы ххи, ххз, хха, ххо, хху, ххы
12
уи, уз, уа, уо, уу, уы иу, эу, ау, оу, ыу чи, че, ча, чо, чу ич, еч, ач, оч, уч, ыч
Кроме того, для выработки четкой и ясной дикции могут быть использованы скороговорки и чистоговорки:
Раз дрова, два дрова, три дрова.
Проворонила ворона вороненка.
Стоит копна с подприкопенком.
От топота копыт пыль по полю летит.
Корабли лавировали, лавировали да не вылавировали. Инженеры нивелировали, нивелировали да не выни-велировали.
«Расскажи мне про покупку». — «Про какую про покупку?» — «Про покупку, про покупку, про покупочку свою!»
Купи кипу пик.
Ткет ткач ткань.
Ложечка моя желобовыгибистая.
Шла Саша по шоссе и сосала сушку.
Мчится поезд скрежеща: же-че-че-ща; же-че-че-ща; же-че-че-ща.
Всех скороговорок не перескороговоришь, не перевы-скорогоЕоришь.
Все приведенные таблицы, скороговорки и чистоговорки читаются сначала без участия голоса, при помощи
одних лишь движений губ и языка, а затем вслух по нескольку раз подряд, в различном темпе. Важно, чтобы упражнения в чтении таблиц и скороговорок сочетались с правильным дыханием. Для этого необходимо добирать воздух после каждой прочитанной строки или скороговорки.
Советы
1. Будьте внимательны и осторожны в произношении сочетаний ае, ее, ое, уе в личных формах глагола, не говорите: думаэт, зназт, делазт, зреэт, моэт, роэт, кроэт, волнузт, тоскуэт и т. д. Произносите правильно: думъит, знаит, дёлъит, зрёит, моит, роит, кроит, всшнулт, таскуит и т. д.
2. Не пропускайте гласных звуков. Не говорите «япшел» вместо я пошел; «ятперь» вместо я теперь; «яграл» вместо я играл; «янапсал» вместо я написал; «моястра» вместо моя сестра.
3. Не удваивайте и не утраивайте согласных. Не говорите: юнность, иззьящный, инногда, зелленный, атомм-ный, изваянние, «Линнам куда итти?», «Арразве вы не знаете?», «Асссами вы как думаете?» и т. п.
4. Следите за тем, чтобы согласные звуки ей м, находящиеся между гласными, были хорошо слышны; не проглатывайте их, не говорите: «ноуму» вместо новому; «готоуму» вместо готовому, «красиуму» вместо красивому; «самомалинькому» вместо самому маленькому; «саммосильному» вместо самому сильному.
5. Не говорите «скоко», «стоко» вместо сколько, столько.
6. Отчетливо произносите начальный согласный звук, особенно в тех случаях, когда за ним следует другой согласный. Не говорите: «орелзвился» вместо орел взвился; «они прошли перед» вместо они прошли вперед; «друг отворилась верь» вместо вдруг отворилась дверь; «рак стоит у ворот» вместо враг стоит у ворот и т. п.
7. Договаривайте концы слов (не глотайте их), особенно в прилагательных, оканчивающихся на -гий, -кий, -хий, и в собственных именах на -кий. Не говорите ма-леньк, беленьк, красненьк, тих, долг вместо маленький, беленький, красненький, тйхий, долгий. Не говорите Ленек, Михайловен, Твардовск, Маяковск вместо Ленский, Михайловский, Твардовский, Маяковский,
8. Не спрессовывайте слова. Не создавайте бессмысленных и нелепых сочетаний вроде: «бьецероно» (бьется ровно), «флюгеранешумят» (флюгера не шумят), «черне-лизбы» (чернели избы) и т. п.
ЛИТЕРАТУРНОЕ ПРОИЗНОШЕНИЕ (ОРФОЭПИЯ)
Орфоэпия — совокупность произносительных норм литературной речи. Сложившиеся в главных своих чертах еще в первой половине XVII века на базе московского говора орфоэпические нормы постепенно приобрели общенациональный характер. Особенно велико стало значение этих норм после Великой Октябрьской социалистической революции, когда устная публичная речь сделалась достоянием самых широких слоев населения.
В основе орфоэпических норм лежат определенные фонетическпе закономерности, свойственные русскому языку. Главнейшие из них сводятся к следующему:
1. Гласные о и а в русском языке произносятся ясно только под ударением. Безударный гласный звук теряет свою ясность — ослабляется (редуцируется)1:
пишется вода, произносится вада; пишется отец, произносится атёц; пишется голова, произносится гълава; пишется колокола, произносится кълъкала и т. д.
2. Гласные е и я в неударных слогах произносятся как звук средний между и и э (ие):
пишется весна, произносится виесна; пишется пятак, произносится пиетак; пишется яйцо, произносится йиейцо; пишется плясать, произносится плиесать и т. д.
3. Гласный и в начале слова при тесном слиянии этого слова с предшествующим произносится как звук ы:
пишется под ивой, произносится подывъй; пишется брат играет, произносится братыграит;
1 Редукция (ослабление) гласного звука, стоящего в первом предударном слоге, обозначается на письме греческой буквой а (альфа), а во всех остальных неударяемых слогах — знаком ъ, близким к краткому о или ы.
пишется с искрой, произносится сыекръй; пишется к Ире, произносится кыре; пишется старик и море, произносится старйкымбрьт. и т. д.
4. Звонкие согласные б, в, г, д, ж, з на конце слова или перед глухими согласными оглушаются, то есть соответственно произносятся как глухие согласные п, ф, к, т, ш, с:
пишется дуб, произносится дуп; пишется залив, произносится зсшйф; пишется нож, произносится нош; пишется скобки, произносится скбпки и т. д.
5. Твердые согласные звуки уподобляются последующим мягким, то есть смягчаются:
пишется винтик, произносится вйньтик;
пишется гвозди, произносится гвозьди;
пишется женщина, произносится жёньщинъ и т. д.
6. Свистящие согласные звуки сиз полностью уподобляются последующим щипящим, то есть свистящие перед шипящими заменяются шипящими:
пишется сжечь, произносится жжечь; пишется с жиром, произносится жжйръм; пишется с шумом, произносится шшумъм; пишется езжу, произносится йёжьжьу и т. д.
7. На месте написаний -мъ, -бъ, -пъ, -въ, -фъ произносятся мягкие согласные:
семь, восьмь, брофь, крофь, маркофь, дабафь, цепь, сьтепь и т. д.
8. При стечении между гласными нескольких согласных один из согласных не произносится (закон выпадения) :
пишется честный, произносится чёсный; пишется чувство, произносится чуствъ; пишется здравствуй, произносится здраствуй;
пишется лестница, произносится лёсницъ; пишется солнце, произносится сбнцъ; пишется праздник, произносится празьник и т. д.
9. Сочетание согласных гк произносится как хк:
пишется легкий, произносится льохький; пишется мягкий, произносится мьахький и т. д.
10. На месте сочетаний тч, дч произносится двойной мягкий ч; на месте тд, дц — двойной ц:
пишется наводчик, произносится навоччик; пишется летчик, произносится льоччик; пишется двадцать, произносится дваццъть; пишется ситца, произносится сйццъ.
11. Сочетание сч или зч на стыке корня и суффикса обычно произносится как буква щ, то есть как долгий мягкий звук шьшъ:
пишется подписчик, произносится патпйшьшьик; пишется разносчик, произносится разнбшьшьик; пишется заносчивый, произносится заношьшьивый.
12. Сочетание шн вместо чн в современном литературном произношении сохраняется лишь в немногих словах: канёшнъ, скушнъ, нарбшнъ, прачыпнъйъ, йиейш-ницъ, ильйнишнъ (Ильинична), лукйнишнъ (Лукинична) и некоторых других. Во всех же остальных случаях, особенно в словах книжного происхождения (точный, срочный, вечный, античный, единичный и т. д.), произношение сочетания чн является преобладающим.
13. Сочетание чт в слове что и в производных от него: ни за что, не за что, чтобы, что-то, кое-что, что-нибудь произносится как шт (што, ни за штб, штббы, штбтъ и т. д.).
14. В окончании родительного падежа единственного числа мужского и среднего рода -ого (-его) вместо г произносится звук в (сйньвъ, краснъвъ, бёлавъ, старъвъ, сиевбднь, сивбдньшний и т. д.).
15. В окончании -тся в форме З-го лица единственного и множественного числа, а также в инфинитиве на -тъся в результате слияния согласного т или тъ с последующим звуком с произносится твердое ц (умыццъ, за-быццъ, талпяццъ, стриемьаццъ и т. д.).
16. В именительном падеже множественного числа прилагательных и причастий окончания -ые, -ие произносятся как -ыи, -ии (старый журналы, новый дама, тёплый крайа, другйи врьмиена, мёлкии азёръ и т. д.).
17. Женские отчества от наиболее распространенных имен на -ей произносятся со звуком е на месте ее (закон стяжения): аликсёвнъ, андрёвнъ, сергёвнъ, никялавнъ. В мужских отчествах от имен на твердый согласный на месте безударного суффикса -ович произносится -ыч и -ъч (иван иваныч, стиепан стиепаныч, фрол михалъч и т. д). Наиболее распространенные мужские имена также произносятся со стяжением (Михал Михалыч, Пал Палыч и т. д.).
П роизношение слов иноязычного происхождения
1. В подавляющем большинстве слов иноязычного происхождения о и а в безударных слогах произносятся по общим правилам русского литературного произношения, то есть несколько ослабленно (с редукцией): бакал, бастбн, концерт, ломбард, ботаника, костюм, прогресс, рояль и т. д.1
В ряде же слов иноязычного происхождения в первом предударном слоге (боа, бомонд, бордо, бордовый, кок-тёйлъ, оазис, отель и др.), во втором предударном слоге (болеро, бонвиан, коммюнике, консоме, модератор, фрон-тиспйс) и во многих собственных именах (Бодлер, Волъ-тёр, Золя, Жорёс, Шопён, Мопассан и т. д.) в безударном положении сохраняется ясное, нередуцированное о (полного образования).
2. В словах иноязычного происхождения, прочно вошедших в русский литературный язык, перед е произ-
1 Сказанное не относится к научным терминам и к книжно-письменной редко употребляемой лексике, где явно сохраняются звуки полного образования по примеру образцов-терминов.
носятся мягкие согласные. Особенно неприятно и неверно звучит произношение твердых согласных перед е в таких словах, как аффект, бассейн, берёт, газета, кассёта, кон-крётный, коррёктный, кофе, музёй, Одёсса, пионёр, профессор, тёма, фанёра, эффёкт. Произношение этих и подобных им слов с твердым согласным перед е (аффэкт, бассэйн, бэрёт, газэта, кассэта и т. д.) следует считать нарочитым, жаргонным, недопустимым в современном литературном языке.
Случаи произношения твердых согласных перед е падают главным образом на зубные согласные т, д, н, с, з, р1 (адаптэр, антэнна, антитэза, атэйзм, атэльё, бифштэкс, коттэдж, кронштэйн, штэпсель, бедэкер, вундэркйнд, дэ-кольтё, дэльта, дэпди, кбдэкс, кордэбалёт, модэрн, дэ-юрэ, дэ-факто, бйзнэс, кашнэ, пенена, турнэ, нэтто, сэггсис, сэкста, сэптима, сэкстаккорд, нэсэссэр, шоссэ, безэ, морзэ, амбрэ, ггюрэ, кабарэ, карэ и в некоторых других).
Советы
1. Запомните основные фонетические закономерности русского литературного языка. Поупражняйтесь в произнесении указанных в каждом параграфе слов и сочетаний.
2. Внимательно вслушивайтесь в речь учителей, мастеров художественного слова, артистов драматических театров и кино, а также в речь дикторов центрального радио и телевидения.
3. Следите за своим произношением. Не допускайте орфоэпических ошибок.
Следите за произношением своих товарищей, исправляйте, если это возможно, допущенные ими ошибки.
4. При случае запишите свою речь на магнитофонную ленту или граммофонную пластинку. Несколько раз прослушайте записанное, отмечая изъяны и погрешности в произношении.
5. Не коверкайте и не искажайте общеизвестных слов и выражений, не говорите: «анфибрахий» (вместо амфибрахий) ; «анфитеатр» (вместо амфитеатр); «беспре-цендентный» (вместо беспрецедентный); «биография жизни» (вместо биография); «бонба» (вместо бомба); «будующий» (вместо будущий); «ветропрах» (вместо вертопрах); «дожидай меня» (вместо жди меня); «друш-
1 Твердость согласного обозначается написанием после него буквы э.
яаг» (вместо дуршлаг); «заведывающий» (вместо заведующий); «инциндет» (вместо инцидент); «конплимент» (вместо комплимент); «конфорт» (вместо комфорт); «кремдешин» (вместо крепдешин); «мое фамилиё» (вместо моя фамилия); «оплатить за проезд» (вместо оплатить проезд), «переспектива» (вместо перспектива) «подскользнуться» (вместо поскользнуться), «промежду прочим» (вместо между прочим), «простынь» (вместо простыня), «путя» (вместо путь), «раздетьсапоги» (вместо снять сапоги)-, «сквозник» (вместо сквозняк)-, «сколько время» (вместо который час); «телевизер» (вместо телевизор); «транвай» (вместо трамвай); «туфель» (вместо туфля); «формуга» (вместо фрамуга); «характеристика на Иванова» (вместо характеристика Иванова); «хужее» (вместо хуже); «чернило» (вместо чернила); «черное кофе» (вместо черный кофе); «эпохиальный» (вместо эпохальный); «юркстконсульт» (вместо юрисконсульт); «яхетный» (вместо яхтенный).
Ударение в современном русском языке строго определено для большинства слов, иначе говоря, находится всегда на одном и том ше месте. Так, например, в предложении Над седой равниной моря ветер тучи собирает, взятом из «Песни о буревестнике» М. Горького, семь слов. Ни в одном из этих слов невозможно перенести ударение на какой-нибудь другой слог. Даже изощренный во всяких словесных вывертах человек не сумеет произнести эти слова с неверным ударением. Если взять какой-нибудь словарь и просмотреть все его разделы от «А» до «Я», то можно убедиться в том, что устойчивость, неизменяемость ударения в словах вообще присуща русскому языку. Однако при более внимательном рассмотрении словаря мы находим довольно большое количество слов, составляющих исключение из общего правила, то есть допускающих возможность переноса ударения с одного слога на другой.
Вот некоторые из таких слов: девичий и девйчий, издалека и издалёка, мйнуло и минуло, мышление и мышлёние, просека и просека.
Чтобы понять причины, лежащие в основе подобных явлений, необходимо разобраться в особенностях русского ударения и прежде всего в том, что принято называть его разноместностью.
Разноместность русского ударения характеризуется тем, что оно может падать на любой слог слова: мальчик, машйна, самолёт, сторожевой и на разные его морфологические элементы — на приставку, на корень, на суффикс, на окончание: прйгород, телёга, меховщйк, молоко. Разноместность ударения в современном литературном языке используется для различения некоторых слов по смыслу: атлас и атлас, замок и замок, пахнуть и пахнуть и т. п.. а также для различения грамматических форм одного и того же слова, например: мели — множественное число от существительного мель и мелй — повелительное наклонение от глагола молоть и т. д.
В некоторых случаях изменение места ударения не образует ни нового слова, ни новой грамматической формы. Тогда возникают колебания, и многим из нас приходится думать о том, как сказать: угля или угля, гуся или гуся, лыжня или лыжня и т. п.
Литературный язык стремится по возможности избежать этих колебаний, — утверждает известный советский ученый Р. И. Аванесов. «При наличии их, — говорит он, — один из вариантов санкционируется как соответствующий норме, другой изгоняется как неправильный, диалектный (например: положил, облегчить при правильном положйл, облегчить), жаргонный (например: миллиметр, добыча при правильном миллиметр, добыча), просторечный (например: красивее, звонишь, молодежь, магазин при правильном красивее, звонишь, молодёжь, магазйн)».
В разговорной речи число отклонений от места ударения в словах бывает иногда столь велико, что вызывает тревогу и недоумение. В чем же причины этих отклонений?
Одной из причин считается влияние на постановку ударения так называемого закона аналогии, по которому один тип ударений воздействует на другой. Так, например, у целого ряда существительных женского рода
1-го склонения типа спина, которые имеют во всех падежах единственного числа ударение на окончании и переносят его в винительном падеже на основу, образуется под влиянием аналогии форма винительного падежа
с неправильным ударением на окончании (спину, борону, щеку, ногу, голову и т. д.).
Другой весьма существенной причиной, вызывающей отклонения в ударении, является влияние на литературный язык диалектов (местных территориальных говоров). Так, например, влиянием севернорусских говоров, в которых существует тенденция к переносу ударения на приставку, можно объяснить такие отклонения, как договор, завеса, напасть, приговор, ремень и т. д. Южнорусские говоры дают отклонения в именительном падеже множественного числа существительных: выбора, желудя, дочеря, лошадя, матеря, средства и др. и в прошедшем времени мужского и женского рода: понял, поднял, пробыл, взяла, брала, дала, спала и т. д. Некоторое влияние на литературное ударение оказывает бытовая разговорная лексика (просторечие); положил, предложил, звонишь, красивее, а также отдельные слова из речи моряков, шоферов, свекловодов, бухгалтеров, почтальонов, нефтяников и др. (компас, рапорт, свекла, квартал, доставка, подошва, каучук).
И, наконец, третьей причиной, вызывающей колебания в ударении, надо считать наличие в нашем языке большого количества иностранных (заимствованных слов) и стремление к русифицированию этих слов путем постановки в них ударения по аналогии с похожими русскими или достаточно обрусевшими словами. Так, например, неправильная форма родительного падежа слова бамбук — бамбука (вместо бамбука) появилась под влиянием примерно таких форм, как барсук — барсука. Читая газеты и книги, где ударение обычно не обозначается, некоторые люди запоминают иностранное слово с ударением, свойственным подобным словам в русском языке. В результате чего получается цемент (вместо правильного цемент), процент (вместо процент) и т. п.
Трудности, связанные с ударением в русском литературном языке, не исчерпываются его разноместностыо. Они порождаются еще и тем, что ударение в одних категориях русских слов бывает неподвижным, а в других — подвижным. Неподвижность ударения характеризуется тем, что при образовании грамматических форм оно остается всегда на одном и том же месте, например: радость, радости, радостью, радостей, радостям, радостях; плыву, плывёшь, плывёт, плывём, плывёте, плывут; прилежен, прилежна, прилёжно, прилежны. При подвижном
ударении наблюдается совершенно иная картина. Здесь при образовании новых грамматических форм ударение может перемещаться с одного слога на другой или же с одной части слова на другую, например: голова, головы, голову, голов; люблю, любишь, любим, любите, любят; смел, смела, смело, смелы.
Ошибки, возникающие в связи с этой особенностью ударения в русском языке, встречаются преимущественно в речи людей, плохо знающих законы грамматики. Рассмотрим некоторые из этих ошибок.
Известно, что у ряда существительных в именительном падеже множественного числа ударение падает на основу, а в остальных формах множественного числа — на окончание. А между тем многие произносят камнями вместо камнями, волками вместо волками, зверями вместо зверями, матерями вместо матерями и т. д.
Ряд существительных женского рода на -а образует особую форму винительного падежа с переносом ударения на основу. Однако многие произносят неправильно: зиму, доску, гору, стену, спину, землю (вместо зйму, доску, гору, стену, спйну, землю).
В глаголах необоснованный перенос ударения с одного места на другое иногда придает словам архаичный (устарелый) оттенок: даришь, варйшь, вертишь, катишь (вместо современных даришь, варишь, вертишь, катишь). Особенно большое количество ошибок, связанное с неправильным переносом ударения в слове, наблюдается при употреблении большой группы глаголов, имеющих ударение на основе во всех формах, кроме женского рода. Результатом такого переноса мы имеем знаменитые взяла, брала, дала, спала, а также отняли, поняли, приняли и т. п. Чтобы не ошибаться в постановке ударений в глаголах этого типа, надо почаще думать о них или лучше всего хорошенько запомнить:
Брал, брала, брало, брали.
Взял, взяла, взяло, взяли.
Внял, вняла, вняло, вняли.
Гнал, гнала, гнало, гнали.
Дал, дала, дало, дали.
Донял, доняла, доняло, доняли.
Занял, заняла, заняло, заняли.
Нанял, наняла, наняло, наняли.
Отнял, отняла, отняло, отняли.
Начал, началй, начало, начали.
Понял, поняла, поняло, поняли.
Принял, приняла, приняло, приняли
Большие неприятности при постановке ударения доставляют нам краткие прилагательные без суффиксов или с суффиксами -н-, -л-, -к-, ~ок, которые имеют обычно неподвижное ударение на первом слоге во всех формах, кроме единственного числа женского рода. Мы часто сомневаемся, как сказать, например: бойка или бойка, весела или весела, жйва или жива. Здесь тоже нельзя обойтись без «зубрежки». Поэтому сделаем над собой некоторое усилие и запомним:
Боек, бойка, бойко, бойки.
Вёсел, весела, весело, веселы.
Вреден, вредна, врёдно, вредны.
Голоден, голодна, голодно, голодны.
Горд, горда, гордо, горды.
Горек, горька, горько, гбрьки.
Густ, густа, густо, густы.
Дёшев, дешева, дёшево, дёшевы.
Долог, долгй, долго, долги.
Дорог, дорога, дорого, дороги.
Зелен, зелена, зелено, зелены.
Кисел, кисла, кисло, кислы.
Кроток, кротка, крбтко, крбтки.
Молод, молода, молодо, молоды.
Прав, права, право, правы.
Пуст, пуста, пусто, пусты.
Редок, редка, редко, редки.
Светел, светла, светло, светлы.
Тесен, теснй, тёсно, тёсны.
В отдельных случаях в среднем роде кратких прилагательных указанного типа допустимо двоякое ударение, например: бстро и остро, старо и старо, высоко и высоко, далёко и далеко, глубоко и глубоко, широко и широко.
Некоторые односложные имена существительные женского рода в сочетании с предлогами в и на произносятся с ударением на окончании: в горсти, в крови, в кости, в
1 Здесь приведены лишь бесприставочные глаголы и глаголы, имеющие слабо выделяемые или совсем невыделяемые приставки.
ночй, в связи, в степи, в тени, в честй, на двери, на печи, на цепи.
В тех случаях, когда предлоги принимают ударение на себя, следующее за ними существительное или числительное теряет свое ударение. Чаще всего «перетягивают» на себя ударение предлоги на, за, под, по, из, без, например: на воду, на гору, на душу, на зиму, на год, на день, на дом, за руку, за спину, за город, за уши, под руки, под ноги, под гору, под вечер, по морю, по полю, по лесу, по два, по три, по сто, из дому, из виду, из лесу, без вести, без толку, без четверти.
Таким образом, мы видим, что ударение в русском литературном языке имеет большое значение. Разноместность ударения делает его особым признаком слова и помогает отличать одно слово от другого, а подвижность ударения служит для различения грамматических форм слова в самых разнообразных его проявлениях. Однако установить четкие правила постановки ударения во всех случаях весьма трудно, а зачастую и невозможно. Поэтому в работе над повышением уровня речевой культуры рекомендуется пользоваться словарями. Здесь же дается только краткий перечень слов, при употреблении которых чаще всего допускаются ошибки в ударении.
А
абзац, -а агент, -а агрономия, -и акрополь, -я алоэ (нескл.) алфавит, -а ампер, -а анапест, -а анатом, -а апартаменты, -ов апостроф, -а аргумент, -а асимметрия, -и астроном, -а
атлас, -а (собрание географических карт) атлас, -а (ткань) атлет, -а атом, -а
афиняне, -ян, ед. -янин Б
багроветь, -ею, -ёешь баллотироваться, -руюсь, -руешься балованный, -ая, -ое баловать, -лую, -луешь баржа, -и, мн. баржи, барж, баржам барометр, -а безудержно бензопровод, -а берёста, -ы библиотека, -и бирманский, -ая, -ое блокироваться, -руюсь, -руешься
броня, -и (броня на билеты)
бронй, -й (защитная обшивка) будящий, -ая, -ее булава, -й буржуазия, -и быстрина, -й
бытиё, бытий, тв. бытиём бюрократия, -и
В
валовой, -ая, -бе вандалы, -ов, ед. -ал варишь вёрба, -ы вербовщик, -а - вёроисповёдание, -я
весёльный, -ая, -ое (от весло) ветеринария, -и взаймы (нареч.) вид, вида, виду, мн. виды видовой, -ая, -бе визирь, -я (сановник на Востоке) виконт, -а
винтить, винчу, винтишь включить, включу, включишь
вложить, вложу, ВЛОЖИШЬ, прош. ВЛОЖИЛ вогнутый, -ая, -ое волшебство, -а во-пёрвых (нареч.) воспринйв (дееприч.) всполошить, -шу, -шйшь
г
газопровод, -а гарантированный, -ая, -ое гастрономия, -и гектар, -а, род. мн. гектаров генезис, -а
герб, герба, мн. гербы, -ов (в гербе) гладильный, -ая, -ое глушить, Тлушу, глушишь глядя (дееприч.) госпитальный, -ая, -ое гофрированный, -ая, -ое гражданка, -и, род. мн.
-нок гражданство, -а гром, -а, мн. громы, громов
громовой, -ая, бе грузило, -а
грузить, гружу, грузишь
гусеница, -ы
гусли, гуслей
гусь, гуся, мн. гуси, гусей
д
дарёный, -ая, -ое дарить, дарю, даришь двухкилометровый, -ая,
-ое
двухлитровый, -ая, -ое деньги, денег, деньгам, деньгами, о деньгах деспот, -а деспотия, -и
дети, детей, детям, детьми, о детях диагноз, -а диалог, -а дипломатия, -и дискант, -а, мн. дисканты, -ов
диспансер, -а добыча, -и договор, -а
документ, -а, мн. документы
доложить, -ложу, -лежишь, прош. доложил допоздна (нареч.) дотронуться, -нусь, -нешъ-ся
доцент,-а дочерний, -яя, -ее
Ж
жаворонок, -нка жалюзи (нескл.) железа, -ы, мн. железы, желёз, железам жнивьё, -й
3
завидно (нареч. и в знач. сказ.)
завйт, завита, завито загнутый, -ая, -ое заголовок, -ка задолго (нареч.) заиндевевший, -ая, -ее закупоренный, -ая, -ое залит, залита, залито, залиты
занятой (занятой человек)
занятый, -ая, -ое; краткая форма занят, занята, занято, заняты запертый, -ая, -ое; краткая форма заперт, заперта, заперто, заперты заплесневеть, -ею, -еешь запломбированный, -ая, -ое запломбировать, -рую, руешь
запорошить, -my, -шйшь, -шйт
заржавевший, -ая, -ее засуха, -и
звонить, звошо, звонишь зернопоставки, -вок значимость, -и
И
иероглиф, -а издавна (нареч.) издали (нареч.) изобретение, -я иконопись, -и инженер, -а, мн. инженеры, -ов инструмент, -а инсценированный, -ая, -ое испечённый, -ая, -ое испокон (испокон веков)
К
камбала, -ы камбуз, -а
каменноугольный, -ая, -ое каталог, -а каучук, каучука кашлянуть, -ну, -нешь квартал, -а квашенный (прич.) кедровый, -ая, -ое кетовый, -ая, -ое кинематография, -и кичиться, кичусь, кичишься
кладбище, -а кладовая, -6й клеветник, -а, клеветники
клеить, клею, клеишь клетчатый, -ая, -ое кожевенный, -ая, -ое
коклюш, -а комбайнер, -а компас, -а комплекс -а
коротковолновый, -ая, -ое кортеж, -а (торжественное шествие) корысть, -и
костюмированный, -ая, -ое красивее кремень, кремнй кружево, кружева, кружев, кружевам кулинария, -и курящий, -ая
Л
лассо (нескл.) ледовый, -ая -ое лепта, -ы линолеум, -а литровый, -ая, -ое лоза, -й, мн. лозы, лоз, лозам
локоть, локтя, мн. локти, локтей ломота, -ы
лопасть, -и, мн. лопасти, лопастей лубочный, ая, -ое
ЛЫЖНЯ, -Й, МН. ЛЫЖНёЙ
М
манящий, -ая, -ее медикаменты, -ов мизерный, -ая, -ое миллиметр, -а минувший, -ая, -ее минусовый, -ая, -ое минуть, минешь, прош. минул
мирить, мирю, миришь
митинговый -ая, -ое молодёжь, -и монолог, -а
мотивированный, -ая, -ое Н
наковальня, -и, род. мн. -лен
накренить, -креню, -нйшь намерение, -я нанесённый, -ая, -ое;
краткая форма нане-сён, нанесена, нанесено, нанесены напоить, напою, напоишь, повел, напой начав (деепр.) начавший, -ая, -ее начатый, -ая, -ое; крат-
кая форма начат, начата, начато, начаты недоговорённость, -и недоимка, -и, род. мн.
-мок недуг, -а
незваный, -ая, -ое
ненецкий, -ая, -ое
непочатый, -ая, -ое непревзойдённый, -ая -ое; краткая форма -ён неразвитый, -ая, -ое; краткая форма неразвито, неразвиты неумолчный, -ая, -ое; краткая форма неумолчен, неумолчна нефтепровод, -а нивелировать, -рую -руешь нововведённый, -ая, -ое новоизобретённый, -ая, -ое
новоиспечённый, -ая, -ое нормировать, -рую, руешь
О
облегчить, -чу, чйшь обнявший, -ая, -ее ободрить, -рю, -рйшь огниво, -а
одноцилиндровый, -ая, -ое одолжить, одолжу, одолжишь
озорничать, -аю, -аешь опошленный, -ая, -ое отняв (деепр.) отчасти (нареч.)
П
палить, палю, палишь памятуя (деепр.) партер, -а пепелище, -а первенец, -нца переведённый, -ая, -ое; краткая форма переведён, переведена переводный, -ая, -ое (переводный роман) пингвин, -а плато (местность) подзаголовок, -вка поднятый, -ая, -ое; краткая форма поднят, поднята, поднято, подняты подростковый, -ая, -ое положить, -ложу, -лб-жишь; прош. положил, повел, положи понявший, -ая, -ее портфель, -я поршневой, -ая, -бе предложить, -ложу, -ло-жишь, прош. -ложйл предпринявший, -ая, -ее премирование, -я премированный, -ая, -ое премировать, -рую, -руешь
приговор, -а призыв, -а призывник, -а приобретение, -я прирост, -а
приструнить, -ню, -нишь промысловый, -ая, -ое просека, -и проткнутый, -ая, -ое процент, -а пуховый, -ая, -ое
Р
ракурс, -а
ракушка, -и, род. мн.
-шек рапорт, -а раскаяние, -я раструб, -а
расцвеченный, -ая, -ое револьвер, -а
рекрут, -а, мн. рекруты, -ов
ржаветь, -ею, -еешь, -еет рулить, рулю, рулишь
С
сантиметр, -а свёкла, -ы сегмент, -а сйлос, -а симметрия, -и сирота, -ы, мн. сироты, сирот, сиротам скрепить, скреплю, скрепишь
слезоточить, -точу, -точишь, -точит случай, -ая сметливый -ая, -ое соболезнование, -я
согнутый, -ая, -ое созыв, -а
средство, -а, мн. средства, средствам, о средствах статут, -а статуя, -и стенограф™, -и столяр, столяра строгальный, -ая, -ое суставной, -ая, -ое
Т
таможня, -и, род. мн.
-жен танцовщица, -ы
текстиль
топливный, -ая, -ое тошнота, -ы
туфли, туфель, туфлям, туфлями, о туфлях, ед. туфля, -и тяжба, -ы
У
убранство, -а углубить, -блю, -бишь умерший, -ая, -ее упомянуть, упомяну, упомянешь утиль, утиля
ф
фарфор, -а фейерверк, -а феномен, -а фетиш филистер, -а фланговый, -ая, -ое форум, -а
X
Щ
хирургия, -и
хлопок, -пка (растехше) хлопок, хлопка (удар в ладоши) хребет, хребта христианин, -а
ц
цемент, -а цементный, -ая, -ое цена, -ы, вин. цену цеховой, -ая, -ое цитадель, -и
Ч
чардаш, -а чарльстон, -а частиковый, -ая, -ое черпальщик, -а черпать, -аю, -аешь чесальный, -ая, -ое
Ш
швея, -й
шелохнуть, -ну, -нёшь шелохнуться, -нусь, -нёшься шофёр, -а, мн. шофёры, -ов
щавель, щавелй
щеколда
щекотно
щёлкать, -аю, -аешь Э
экипированный, -ая, -ое экскурс, -а эксперт, -а экспертный, -ая, -ое экспорт, -а
электропровод, -а, мн.
-проводы, -ов эпилог, -а
Ю
южнобережный, -ая, -ое юпитер, -а, мн. юпитеры, -ов
юродивый, -ая, -ое юрта, -ы
Я
языковой, -ая, -бе (отио-сящийся к словесному выражению мысли, к языку) языковый, -ая, -ое (относящийся к языку как к органу речи или же к продукту — языковая колбаса) яйцо, -а, мн. яйца, яйц ясли, яслей
Русские писатели и ученые о культуре речи
М. В, Ломоносов
Язык, которым Российская держава великой части света повелевает, по ея могуществу имеет природное изобилие, красоту и силу, чем ни единому европейскому языку не уступает. И для того нет сумнения, чтобы российское слово не могло приведено быть в такое совершенство, каковому в других удивляемся...
Тупа оратория, косноязычна поэзия, неосновательна философия, неприятна история, сомнительна юриспруденция без грамматики. И хотя она от всеобщего употребления языка происходит, однако правилами показывает путь самому употреблению. Итак, когда в грамматике все науки таковую нужду имеют, того ради, желая, дабы она... привлекла российское юношество к своему наставлению... да возрастет и российского слова исправность в богатстве, красоте и силе...
Украшение есть изобретенных идей пристойными и избранными речениями изображение. Состоит в чистоте штиля, в течении слова, в великолепии и силе оного.
Первое зависит от основательного знания языка, от частого чтения хороших книг и от
обхождения с людьми, которые говорят чисто. В первом способствует прилежное изучение правил грамматических, во втором — выбирание из книг хороших речений, пословий и пословиц, в третьем — старание о чистом выговоре при людях, которые красоту языка знают и наблюдают... Кто хочет говорить красно, тому надлежит сперва говорить чисто и иметь довольство пристойных и избранных речений к изображению своих мыслей.
Г. Р. Державин
...Человек чрез слово всемогущ: язык всем знаниям и всей природе ключ...
Повторение одних и тех же мыслей, одетых только другими словами без чувств, не токмо бывает не нужно, но и неприятно. В том великая тайна, чтоб проницательную, быструю душу уметь занимать всегда новым любопытством... Впрочем краткость не в том одном состоит, чтоб сочинение было недлинно, но в тесном совмещении мыслей, чтобы в немногом было сказано много и пустых слов не было.
А. С. Пушкин
Может ли письменный язык быть совершенно подобным разговорному? Нет, так же, как разговорный язык никогда не может быть совершенно подобным письменному. Не одни местоимения сей и оный, но и причастия вообще и множество слов необходимых обыкновенно избегаются в разговоре. Мы не говорим: карета скачущая по мосту, слуга метущий комнату; мы говорим: которая скачет, который метет и пр.. — заменяя выразительную краткость причастия вялым оборотом. Из того еще не следует, что в русском языке причастие должно быть уничтожено. Чем богаче язык выражениями и оборотами, тем лучше для искусного писателя. Письменный язык оживляется поминутно выражениями, рождающимися в разговоре, но не должен отрекаться от приобретенного им в течение веков. Писать единственно языком разговорным — значит не знать языка.
II. В. Гоголь
...Поэты берутся не откуда же нибудь из-за моря, но исходят из своего народа. Это — огни, из него же излетевшие, передовые вестники сил его. Сверх того поэты наши сделали добро уже тем, что разнесли благозвучие, дотоле небывалое. Не знаю, в какой другой литературе показали стихотворцы такое бесконечное разнообразие оттенков звука, чему отчасти, разумеется, способствовал сам поэтический язык наш. У каждого свой стих и свой особенный звон. Этот металлический, бронзовый стих Державина, которого до сих пор не может еще позабыть наше ухо; этот густой, как смола или струя столетнего токая, стих Пушкина; этот сияющий, праздничный стих Языкова, влетающий как луч в душу, весь сотканный из света; этот облитый ароматами полудня стих Батюшкова, сладостный, как мед из горного ущелья; этот легкий, воздушный стих Жуковского, порхающий, как неясный звук золовой арфы; этот тяжелый, как бы влачащийся по земле стих Вяземского, проникнутый подчас едкою, щемящею русскою грустью, — все они, точно разнозвонные колокола или бесчисленные клавиши великолепного органа, разнесли благозвучие по русской земле.
В. Г. Белинский
Трамматика есть логика, философия языка, и кто знает грамматику своего языка, для того, по крайней мере, возможно знание всеобщей грамматики — этой прикладной философии слова человеческого. Сверх того, люди, которые только по инстинкту хорошо говорят или пишут на своем языке, по необходимости часто ошибаются против духа языка, в ущерб своему успеху на поприще изустной или письменной изящной речи. И нет никакого сомнения, что когда к инстинктивной способности хорошо говорить или писать, присоединяется теоретическое знание языка, — сила способности удвояется, утрояется. Грамматика не дает таланта, но дает таланту большую силу... Грамматика не дает правил языку, но извлекает правила из языка. Общее незнание этих правил, т. е. незнание грамматики, вредит языку народа, делая его неопределенным и подчиняя его произволу личностей: тут всякий молодец говорит и пишет на свой образец. В формах
языка должно быть единство. А этого единства можно достигнуть только строгим исследованием, как правильнее должно говорить или писать то или другое. Это искание правильности должно быть доведено до педантизма — для успеха самого языка.
Л. Н. Толстой
Если бы я был издатель народного журнала, я бы сказал своим сотрудникам: пишите, что хотите... но только так, чтобы каждое слово было понятно тому ломовому извозчику, который будет везти экземпляры из типографии, и я уверен, что кроме честного, здравого и хорошего ничего не будет в журнале. Я не шучу и не желаю говорить парадоксов, а твердо знаю это из опыта. Совершенно понятным и простым языком ничего дурного нельзя будет написать. Все безнравственное представится столь безобразным, что сейчас же будет отброшено...
Бирюзовые и бриллиантовые глаза, золотые и серебряные волосы, коралловые губы, золотое солнце, серебряная луна, яхонтовое море, бирюзовое небо и т. д. встречаются часто. Скажите по правде, бывает ли что-нибудь подобное? Капли воды при лунпом свете, падающие в море, горят лучше жемчужин, падающих в таз, и ни капли не похожи на жемчужины, ни таз — на море. Я не.мешаю сравнивать с драгоценными камнями, но нужно, чтобы сравнение было верно, ценность же предмета не заставит меня вообразить сравниваемый предмет ни лучше, ни яснее. Я никогда не видал губ кораллового цвета, но видал кирпичного; — глаз бирюзового, но видал цвета распущенной синьки и писчей бумаги. Сравнение употребляется или чтобы, сравнивая худшую вещь с лучшей, показать, как хороша описываемая вещь, или, сравнивая необыкновенную вещь с обыкновенной, чтобы дать о ней ясное понятие.
А. П. Чехов
...Частое уподобление человеку (антропоморфизм), когда море дышит, небо глядит, степь нежится, природа шепчет, говорит, грустит и т. п. — такие уподобления делают описания несколько однотонными, иногда слаща-
выми, иногда неясными; красочность и выразительность в описаниях природы достигаются только простотой, такими простыми фразами, как «зашло солнце», «стало темно», «пошел дождь» и т. д.
...Какая гадость чиновничий язык! Исходя из того положения... с одной стороны... с другой же стороны — и все это без всякой надобности. «Тем не менее» и «по мере того» чиновники сочинили. Я читаю и отплевываюсь. Особенно паршиво пишет молодежь. Неясно, холодно и неизящно...
...Надо выбрасывать лишнее, очищать фразу от «по мере того», «при помощи», надо заботиться об ее музыкальности и не допускать в одной фразе почти рядом «стала» и «перестала»...
А. М. Горький
Борьба за очищение книг от «неудачных фраз» так же необходима, как и борьба против речевой бессмыслицы. С величайшим огорчением приходится указать, что в стране, которая так успешно — в общем — восходит на высшую ступень культуры, язык речевой обогатился такими нелепыми словечками и поговорками, как, например: «мура», «буза», «волынить», «шамать», «дай пять», «на большой палец с присыпкой», «на ять» и т. д. и т. п.
Мура — это черствый хлеб, толченый в ступке или протертый сквозь терку, смешанный с луком, политый конопляным маслом и разбавленный квасом; буза — опьяняющий напиток; волынка — музыкальный инструмент, на котором можно играть и в быстром темпе; ять, как известно, — буква, вычеркнутая из алфавита. Зачем нужны эти словечки и поговорки?
Надобно помнить, что в словах заключены понятия, организованные долговечным трудовым опытом, и что одно дело — критическая проверка смысла слова, другое — искажение смысла, вызванное сознательным или бессознательным стремлением исказить смысл идеи, враждебность которой почувствована. Борьба за чистоту, за смысловую точность, за остроту языка есть борьба за орудие культуры. Чем острее это орудие, чем более точно направлено — тем оно победоносней. Именно поэтому одни всегда стремятся притуплять язык, другие — оттачивать его.
...Дивной вязью он (народ) плел невидимую сеть русского языка: яркого, как радуга вслед весеннему ливню, меткого, как стрелы, задушевного, как песня над колыбелью, певучего небогатого. Он назвал все вещи именами и воспел все, что видел и о чем думал, и воспел свой труд. И дремучий мир, на который он накинул волшебную сеть слова, покорился ему, как обузданный конь, и стал его достоянием и для потомков его стал родиной — землей отчич и дедич...
Какая расстановка слов дает фразе наибольшую эмоциональную силу? Предположим, что скупость и точность уже соблюдены. Ближайшее слово (считаю слева направо), поставленное под главное ритмическое ударение фразы, должно быть именно тем понятием, во имя которого вы создаете данную фразу. Оно должно дать первый рефлекс. Например: «искаженное лицо было покрыто бледностью». Здесь существенно то, что — искаженное лицо. «Бледностью покрыто было искаженное лицо». Здесь существенно — бледность. Существительное в этой фразе не несет никакого рефлекса, так как само собой подразумевается, поэтому «лицо» ритмически само перескакивает во втором варианте фразы на последнее место... Место вспомогательного глагола «было» зависит уже только от ритмики...
К. А. Федин
Самое трудное для меня — работа над словом. Чем руковожусь я, предпочитая одно слово другому? Во-первых, слово должно с наибольшей точностью определять мысль. Во-вторых, оно должно быть музыкально-выразительно. В-третьих, должно иметь размер, требуемый ритмической конструкцией фразы. Трудность работы состоит в одновременном учете этих трех основных требований. К ним
надо прибавить два других, не менее сложных Надо
избегать частых повторений одного и того же слова и нельзя употреблять изношенных, вульгарных, мнимо-красивых слов...
Необыкновенно трудна борьба со всякого рода словесной красивостью...
...Я прежде всего слышу, что пишу. Поэтому я не в состоянии перейти к последующей фразе, не закончив предыдущей так, чтобы она не раздражала меня своей неслаженностью. Написав страницу, две, я перечитываю их заново, удаляю лишние фразы и слова, заменяю одни другими. Иногда это происходит десятки раз, так что, в конце концов, я запоминаю текст наизусть. Перед началом работы я читаю написанное ранее, ввожу себя в ритмический строй рассказа и послушно следую ему. По окончании работы или, если она обширна, — части ее, я всегда прочитываю написанное несколько раз слушателям и делаю последние исправления. Тогда единственный экземпляр моего черновика готов...
...Для писателя никакие достижения немыслимы без постоянной, я сказал бы без пожизненной работы над словом.
В. В. Виноградов
Каждый из нас, из тех, кто относится к русскому языку как к родному и свободно пользуется им в своей общественно-речевой практике, является вместе с тем участником грандиозного процесса народного «языкотворчества», по выражению Маяковского,и веемы должны внимательно наблюдать и соблюдать законы и правила своего родного языка...
Высокая культура разговорной речи и письменной речи, хорошее знание и развитие чутья родного языка, умение пользоваться его выразительными средствами, его стилистическим многообразием — самая лучшая опора, самое верное подспорье и самая надежная рекомендация для каждого человека в его общественной жизни и творческой деятельности.
Б. В. Томашевский
...Без разбора, некритически принимать все факты языка, которые мы слышим и которые получают распространение, — нельзя,
...Тогда возникает вопрос, «правильно» или «неправильно». Нормативная стилистика и занимается проблемой «правильного» и «неправильного».
Каковы нормы этой стилистики?
Эти нормы следующие: во-первых, чистота. Надо говорить на чисто русском языке, не примешивая ничего портящего общую норму. Во-вторых, краткость изложения. Многословие отнимает время у говорящего и у слушающего. В-третьих, ясность выражения, т. е. требование, чтобы мысли точно соответствовали сказанные слова. И наконец, отсутствие двусмысленно с т и...
Требование ясности говорит, что наша мысль должна получить наиболее соответствующее ей выражение. Требование отсутствия двусмысленности значит, чтобы по этому выражению можно было точно восстановить нашу мысль и только нашу мысль.
На практике существуют так называемые каламбуры, т. е. выражения, которым можно приписать разное значение. Обычно каламбуры употребляются для развлечения и предполагается, что слушающий понимает присутствие двух разных значений сказанного.
Столкновение этих значений и вызывает комическое впечатление. Но бессознательные, невольные каламбуры встречаются очень часто и за этим надо строго следить. Недостаточно подобрать слова так, чтобы они соответствовали тому, что хотел сказать говорящий. Нужно задуматься над вопросом: только то ли, что задумано, может быть выражено данными словами. Фразу следует строить так, чтобы она не допускала никакого иного толкования, кроме того, которое необходимо. Это и есть требование однозначности выражения, требование отсутствия двусмысленности.
Б. В. Казанский
Мы приучаемся мыслить, усваивая язык, мы мыслим преимущественно с помощью слов, и самое сознание наше строится средствами языка. Наши чувства и мысли являются нам благодаря этому в формах мыслей и чувств той среды, которая нас воспитала, общества, в котором мы живем, народа, к которому мы принадлежим. Что бы
я ни говорил, что бы я ни думал, это всегда будет неизбежно русская речь — потому что и речь и мысль строится у меня в системе русского языка. Тургенев большую часть жизни прожил во Франции. Но он писал свои произведения по-русски и с негодованием возражал на замечания, будто он даже сочиняет по-французски: «Я могу творить только на русском языке».
И сознание самого простого человека, и гений величайшего поэта, выражаясь в том же языке, глубочайшим образом объединены между собой, потому что рождены в той же утробе родного языка и питаются его общими корнями. Они, можно сказать, вышивают очень различные по ценности и мастерству узоры, но по той же канве особого плетения и тем же особым набором ниток. Это единство основы и создает главным образом национальное единство. Язык — один из основных, характерных признаков народности. Это как бы самая ткань национальности, вторая, внутренняя родина, лоно души, в которой рождаются, вскармливаются и образуются наше сознание и наша личность...
...Отношение русского человека, и славянина вообще, к родному языку, пожалуй, отличается особенной полнотой и силой чувств. Славянские языки сохранили до сих пор большую отчетливость в строении слов и прозрачность их первоначальных, наглядных значений, — во французском или английском языках эта внешняя и внутренняя резьба уже сильно стерлась. Это делает русский язык ближе и глубже, понятным, будящим более полный и живой отклик в русской душе. Недаром в основе славянских племенных имен лежит слово: словене, словины, словаки, словинцы, а язык, у славян значило также и «народ». Еще в «Памятнике» Пушкина это слово имеет значение «народности»:
Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой Тунгус, и друг степей калмык.
С. И. Ожегов
...Языковая норма — не извечная, неподвижная, застывшая категория. Языковая норма есть исторически обусловленный факт, проявление исторических закономер-
ностей развития языка и типических для каждой эпохи тенденций развития, поддержанное и одобряемое обществом в его языковой практике. Отсюда следует, что норма — это совокупность наиболее пригодных («правильных», «предпочитаемых») для обслуживания общества средств языка, складывающаяся как результат отбора языковых элементов (лексических, произносительных, морфологических, синтаксических) из числа сосуществующих, наличествующих, образуемых вновь или извлекаемых из пассивного запаса прошлого в процессе социальной, в широком смысле, оценки этих элементов.
К. И. Чуковский
Первым и чуть ли не важнейшим недугом современного русского языка в настоящее время считают его тяготение к иностранным словам.
Действительно, эти слова могут вызвать досадное чувство, когда ими пользуются зря, бестолково, не имея для этого никаких оснований.
И да будет благословен Ломоносов, благодаря которому иностранная перпендйкула сделалась маятником, из абриса стал чертеж, из оксигениума — кислород, из гидрогениума — водород, а бергверк превратился в рудник... И, конечно, это превосходно, что такое обрусение слов происходит и в наши дни, что аэроплан заменился у нас самолетом, геликоптер — вертолетом...
Но значит ли это, что иноязычные термины, вошедшие в русскую речь, всегда во всех случаях плохи? Что и апогей и фиаско, раз они не понятны в деревне Аку-ловке, должны быть изгнаны из наших книг и статей навсегда? А вместе с ними неисчислимое множество иноязычных оборотов и слов, которые давно уже усвоены нашими предками?.. Только мы вступим на эту дорогу, нам придется выбросить за борт такие слова, унаследованные русской культурой от древнего Рима и Греции, как республика, диктатура, амнистия, милиция, герой, супостат, пропаганда, космос, атом, грамматика, механика, тетрадь, фонарь, лаборатория и т. д. и т. д. А также слова, образованные в более позднее время от греческих и латинских корней: геометрия, физика, зоология, интернационал, ин-
дустриализация, политика, экономика, стратосфера, тер-мометр, телефон, телеграф, телевизор...
Не думаю, чтобы нашелся чудак, который потребовал бы, чтобы мы отказались от этих нужнейших и полезнейших слов, давно ощущаемых нами как русские...
А. К. Югов
„.Художественность присуща самому языку народа. А ведь каждый из нас, человек любого призвания, любого трудового пути, является прирожденным, если можно так выразиться, «пайщиком» этой неисчерпаемой сокровищницы народной речи. Писатель, поэт — они, в силу особой одаренности, которую совершенствуют далее неустанным трудом в слове, обладают тончайшей чуткостью к этому народному слову, умением отбора и целенаправленных сочетаний. Но, повторяю, художественностью преисполнен самый язык многомиллионных трудовых масс. Язык создан народом. Писатель же почерпает свое слово из этого вечного источника. Но и обогащает его.
Художественностью насыщен не только язык так называемой устной словесности, то есть сказаний и сказок, песен и пословиц. Это известно каждому! Но далеко не привычна та бесспорная истина, что этой художественностью обладает и производственный язык миллионов людей решительно всех призваний, любой области производственного, вещественно-материального труда...
Язык труда: язык земледелия, промыслов и промышленности — дает нам образчики мудрого, художественного сочетания, и точности, и вещественности, и смысловой емкости.
Б. И. Тимофеев
О недопустимом невежестве, когда дело касается природы, стоит поговорить поподробнее...
Но я хочу быть правильно понятым. Знание слов-понятий, обозначающих предметы и явления, и точное знание самих предметов и явлений, которые за ними скрываются, — это, конечно, не одно и До же.
Однако когда русский юноша или русская девушка не знают и, что самое страшное, не хотят знать названий, напрпмер, многих русских деревьев, — это уже явление глубоко огорчительное. И то, что эти же самые юноши и девушки знают, может быть, десятки наименований машин или частей мотоциклов и автомобилей, нисколько не «компенсирует» их «воинствующего невежества» в отношении родной природы.
И еще одно замечание.
Никто не требует от каждого человека универсальных знаний и в том числе знаний бесконечных профессионализмов...
Тургенев, например, знал названия всех «колен» соловьиного пения и мог на слух отличить «почин» от «раската», «пульканье» от «клыканья», «гусачок» от «дроби» и «лешеву дудку» от «юлиной стрекотни». Это делает честь Тургеневу, но нисколько не умаляет знаний, скажем, Федина или Шолохова, если им неизвестны названия отдельных частей соловьиной песни.
Но элементарные знания из области природы обязательны для каждого человека...
Я пишу о любви к родной природе в книге о любви к родному языку. И это не случайно: любовь к родным деревьям, цветам и травам неотделима от любви к их названиям, к родной речи, к народным пословицам и поговоркам, ко всему тому, что входит в великое понятие: Родина...
Д. Э. Розенталь
Нередко в недостаточно отработанной речи встречаются так называемые «слова-паразиты»: значит, так сказать, ну, вообще и др. Многие из них относятся к вводным словам, то есть словам, указывающим на отношение лица говорящего к высказываемой мысли, но, в излишестве или не к месту употребленные, они превращаются в слова-паразиты, не несущие на себе смысловую нагрузку. Эту особенность нелитературной речи прекрасно подметил Н. В. Гоголь и дал блестящий образец ее в «Повести о капитане Копейкине» (I том «Мертвых душ»). В рассказе малокультурного почтмейстера находим такой отрывок: «Ну, можете представить себе, эдакой какой-нибудь, то есть, капитан Копейкин и очутился вдруг
в столице, хюторой подобной, так сказать, нет в мире. Вдруг перед ним свет, так сказать, некоторое поле жизни, сказочная Шехерезада. Вдруг какой-нибудь эдакой, можете представить себе, Невский проспект, или там, знаете, какая-нибудь Гороховая, черт возьми! или там эдакая какая-нибудь Литейная; там шпиц эдакой какой-нибудь в воздухе; мосты там висят эдаким чертом, можете представить себе, без всякого, то есть, прикосновения — словом, Семирамида, сударь, да и полно!»
Наличие в речи слов-паразитов, речевых штампов, канцеляризмов свидетельствует о бедности словарного запаса, о недостаточном владении лексическими ресурсами русского литературного языка...
Б. Н. Головин
Языковые средства, использованные в речи, должны соответствовать стилю речи...
Нельзя говорить одними и теми же словами, одними и теми же предложениями с ребенком пяти лет и со взрослым человеком: необходим отбор языковых средств, соответствующих возможностям ребенка и уровню развития взрослого человека; нельзя обойтись одним и тем же набором языковых средств, создавая лирическое стихотворение и роман в прозе. Так, Пушкин во всех своих художественных произведениях использовал созданный и развитый им реалистический стиль русской художественной речи...
Сопоставление, хотя бы и неполное, языковых средств, примененных Пушкиным в «Сказке» и «Медном всаднике», убеждает в их заметном различии. В «Сказке» слова очень простые, повседневно-обычные, разговорно-бытовые: старик, старуха, землянка, невод, пряжа, тина, закинул и т. п.; определения здесь народно-поэтические: синее море, золотая рыбка, ласковое слово и пр.; постоянно употребляется повторение отдельных слов и целых оборотов речи; предложения построены очень просто, в них нет причастных и деепричастных оборотов, они очень напоминают разговорную речь. В «Медном всаднике» выступают иные особенности речи, иные характерные ее черты. Слова здесь не разговорно-бытовые, а, как правило, литературно-книжные: мысли, возвышался, мрак, глава,
воля, роковой, основался, чело, сокрыта, сей, конь, гордый, мощный, властелин и т. п. Определения тоже литературно-книжные: волны хищные, воля роковая, конь гордый, властелин мощный, мостовая потрясенная; построение предложений здесь значительно сложнее, чем в «Сказке»...
Только очень хорошее знание языка, очень большая чуткость и требовательность к слову могут избавить речь от «стилистических» ошибок, т. е. от применения слов, грамматических оборотов, интонаций в таком стиле, где они почему-либо оказываются неуместными.
Л. В. Успенский
...Все гфупные языки мира распадаются на местные и областные говоры, наречия, диалекты. Нелепо смотреть на них свысока, считать их «некрасивыми» языками, невежественной речью: иные «дефекты» подревней и позаслуженней многих звонких слов современного языка. Именно из таких наречий и вырос в многовековом процессе, он сам, этот великий общерусский язык — наша гордость и наша слава... Замечали вы, что почти каждая профессия владеет словарем, отличным от общерусского? Мы знаем слово «компас», а моряки сердито поправляют: «компас». Нам известно «добыча», а любой горняк произносит «добыча». Вам навряд ли известны такие словечки, как «оксюморон» или «анаколуф», которыми пользуются литературоведы. Профессионалы умудряются изменять даже общепринятую грамматику: летчики называют
крылья самолета «плоскости». Металлисты, текстильщики, транспортники, речники, все специальности — от кустарей до академиков — прибавляют к общерусскому словарному запасу свои специальные «запасики». Слагаясь с теми, что содержат местные диалекты, этот их вклад образует залегающий под литературным языком мощный фундамент, то, что именуют «народной русской» речью. В чем же главная разница между единым литературным и всеми остальными «языками» (называю их так условно)? «Им» достаточно быть средством общения между земляками или сослуживцами, а «его» великая задача — объединить собою всех русских людей, любой профессии, любой части страны. «Их» дело местное и времен-
ное, «его» задача = всеобщая и вечная. Вот его-то жизнью и качествами все мы озабочены. Мы все время стремимся выработать для литературного языка некую ненасильственную, не сковывающую его «норму», которая все же управляла бы им. Такую норму, подчиняться которой должен был бы с удовольствием каждый русский — ведь она отражает дух его языка.
И. 1. Андроников
Плохим лектором считается тот, кто читает, уткнувшись носом в принесенную из дому рукопись. Но если напечатать текст этой лекции, она может оказаться интересной. И выяснится, что она скучна не потому, что бессодержательна, а потому, что письменная речь заменила на кафедре живую устную речь.
В чем же тут дело? Дело, мне кажется, в том, что написанный текст является посредником между людьми, когда между ними невозможно живое общение. В таких случаях текст выступает как представитель автора. Но если автор здесь и может говорить сам, написанный текст становится при общении помехой...
Я не хочу сказать, что живая речь отменяет речь письменную. Дипломатическую ноту, телеграмму или доклад, обильно насыщенный цифрами, произносить наизусть не надо. Если автор вышел на сцену читать роман, никто не ждет, что он его станет рассказывать. И естественно, что он сядет и станет читать его. И перед живой аудиторией и перед воображаемой — по радио, по телевидению. По все дело в том, что текст, прочитанный или заученный, а затем произнесенный наизусть, — это не тот текст, не те слова, не та структура речи, которые рождаются в непосредственной живой речи одновременно с мыслью. Ибо писать — это не значит «говорить при помощи бумаги». А говорить — не то же самое, что произносить вслух написанное. Это процессы, глубоко различные.
Статью, роман, пьесу можно сочинять, запершись ото всех. Но разговор без собеседника не получится. И речь в пустой комнате не произнесешь. А если и будешь репетировать ее, то воображая при этом слушателей, ту конкретную аудиторию, перед которой собрался говорить. И все же в момент выступления явятся другие краски,
другие слова, иначе построятся фразы — начнется импровизация, без чего живая речь певозможна и что так сильно отличает ее от письменной речи.
Но что же все-таки отличает эту устную импровизацию, в которой воплощены ваши мысли, от речи, вамп написанной, излагающей эти же мысли?
Прежде всего — интонация, которая не только ярко выражает отношение говорящего к тому, о чем идет речь, но одним и тем же словам может придать совершенно различные оттенки, бесконечно расширить их смысловую емкость. Вплоть до того, что слово обретет прямо обратный смысл...
Что еще отличает устпую речь? Она всегда адресована — обращена к определенной аудитории. И поэтому в принципе представляет собою н
