Одно на двоих шоколадное утро
Тянули из синей фаянсовой кружки
И грели ладони, сонливость и губы
Горячим оазисом в будничных рюшках.
За шторами пасмурно-зябких туманов
Делились на капли, сплетаясь в едином
Глотке забродившего сока агавы.
Мы – целое (больше, чем две половины).

Одна на двоих неприкрытая нежность,
Напрягшая алость свою до предела
Под шёпотом ласк, постигающих свежесть
Родного, по-новому близкого тела,
Узнавшего меру своей несвободы
По складкам на простыни снов откровенных,
Под сливочной тяжестью гулкого свода,
Нависшей предвестником белого плена.

Один на двоих серо-заспанный город,
Шпионящий в окна порывистым ветром,
Листвой, заржавевшей в руках непогоды,
И хмурым, в дождливых подтёках, приветом.
Мы жадность тепла своего разделяли
Сложением, но не искали ответа.
Взаимный раёк в шерстяном одеяле,
Накрытый во имя спокойствия пледом.

Закрыв партитуру древнейших желаний
На перепутанных нотах пророчества
Мы двигаем тело рывками-толчками,
Обняв одиночеством одиночество...

Помолись обо мне, мой милый –
чтобы к сердцу от сердца – нить.
Мне самой не хватает силы
у Небес за себя просить.
В старом храме затепли свечку -
пусть заплачет горячий воск,
сразу станет немного легче
от его непритворных слёз.
Встань тихонько у аналоя.
Слушай Небо... и не дыши...
Разгорится в твоих ладонях
огонёчек моей души...
Затрепещет... забьётся птицей.
Не спугни её, мой родной.
Не спеши обо мне молиться -
просто так в тишине постой.
Ведь уже ничего не нужно...
Даже если десятки вёрст
разделяют родные души,
всё решает горячий воск,
растекаясь легко и просто
в подреберье волной тепла -
где осталась лишь пепла горстка
сердца выжженного дотла.
А потом уходи из храма –
к морю... к солнцу... к озёрам... в лес...
и тихонько подуй на раны
обнажённых, чужих Небес...
Я давно разучилась плакать –
слёз не стоит любая боль...
Но откуда ж тогда, однако,
на щеках эта злая соль?
Так предательски... и некстати...
Нет, наверное, просто дождь
подарил мне немного капель
и холодных ладоней дрожь.
Захотелось утешить Небо
тихим, ласковым: «Не грусти...»
Но у Бога свои проблемы
и причины для слёз свои...
Я молюсь о тебе, мой Боже.
Чтобы к сердцу от сердца - нить.
Ты ведь тоже... конечно, тоже
греешь душу теплом молитв...
Так же просишь хоть каплю ласки
у погрязшей в грехах Земли,
так же искренне веришь в сказки
ищешь чуда и ждёшь любви.
Что тебе пожелать, хороший?
Отче, милый... Скажи, как быть?
Мне ведь тоже... ты веришь(?) тоже
не впервой за тебя молить...
И ещё за того, кто веря,
где-то там, в полусотне вёрст -
мою душу в ладонях греет,
плавя нежности тёплый воск.

Анна Савина

У меня самолёты плывут и летят корабли.
Иногда он шутя называет меня Амели.
Я умею приманивать дождь и люблю чудеса.
Я могу изменить этот мир – дайте мне полчаса!

У меня даже армия есть – оловянных солдат,
тех, в которых он в детстве играл – я нашла этот клад.
Я работаю феей в кофейне с окном на Монмартр.
У меня в волосах, как заколка, запутался март.

Я ценю пустяки, поднимаю упавших с колен.
Если он не звонит, я боюсь, не попал ли он в плен –
он смеётся над этим и дразнит меня «Амели».
Но когда его нет, всё равно моё сердце болит.

Снежных мух я легко превращаю в огромных слонов –
они тают потом в наших быстрых объятиях, но
я хватаю ружьё и спешу добывать динамит,
чтоб его выручать – всякий раз, если он не звонит.

В холодной квартире застыли все тени,
И замерли звуки на слове «Прощай...»
Изранены души осколком сомнений,
Обрушилась лестница в сказочный Рай...

Распахнуты ставни отчаяньем сердца,
Промозглым дождем бьет осенняя грусть...
Сжимаю ладони, пытаясь согреться,
Но льдом по душе твоё «Нет... не вернусь...»

Рассыпаны чётки счастливых мгновений,
Мне их не собрать – перерезана нить...
Вот только тепло твоих стихотворений
Я нежностью строк буду в сердце хранить...

Опустится ночь на озябшие плечи,
Холодным свинцом прикоснется луна...
Мелькнут в забытьи уходящие встречи,
Сжигая мне сердце до самого дна...

Держу на ладонях обломки признаний –
Разбитые чувства не склеятся вновь...
В холодной квартире не слышно дыханья...
Ушла, разуверившись в сказке, Любовь...

Марина Есенина

Я видела осень… Она целовалась с дождём…
В объятиях нежных друг друга они дополняли…
По парку вечернему шли беззаботно вдвоём.
Дыханием ветра листву шаловливо срывали…
Десятки прохожих бежали с зонтом от дождя,
А он улыбался любимой единственной леди,
Что золотом мир украшает, к нему приходя,
В красивых сапожках с отливом блистающей меди…
Он в сером плаще, а она в ярко-жёлтом пальто…
Он с грустью в глазах, а она с озорною улыбкой…
И сколько продлится роман, не узнает никто.
А он называет её Золотистою Рыбкой…
И гладя волнующе волосы рыжей мадам,
Из капель прозрачных выкладывал ей диадему…
Шептала она: «Я тебя никому не отдам…»
Кружилась листва, развивая осеннюю тему…
Проснувшись под утро, встречая туманный рассвет,
Лохматая осень дождю улыбнулась игриво…
А он, взяв гитару, запел новой песни куплет…
Я видела осень… На улице было дождливо...

Холодный дождь - как слезы с неба,
Холодный дождь в твоих глазах.
А ты как будто бы и не был,
А может был, но лишь в мечтах.

В мечтах, где мы с тобой хотели
Остаться вместе навсегда.
Ты говорил: «Пройдут метели -
Я увезу тебя тогда.

Туда, где солнце ярче светит,
Туда, где нет дождей и гроз,
Туда, где лучше всех на свете,
Туда, где можно жить без слез…»

И я ждала, не зная - где ты.
Я верила всегда тебе.
Прошла весна, прошло и лето,
Холодный дождь в осенней мгле.

И снова небо в тучах темных.
Ты уезжаешь - без меня.
Я остаюсь, и в звездах сонных
Холодный дождь - больней огня.

Море счастья жемчужно-лазурное…
Радость – капелькой на губах…
Поцелуи хрустально-ажурные,
Словно бабочки в кружевах…

Белый бархат песка нежит пальчики…
Дарит ласку морской прибой…
И янтарные лунные зайчики
Улыбаются нам с тобой…

Мы по лунной дорожке, да к звездочкам…
По волнам… чуть дыша… вдвоем…
Ой, смотри – изумрудная блёсточка
На ладошку легла теплом…

Море счастья… бездонною нежностью
Разливается по плечам…
Раствориться бы в этой безбрежности,
Став покорною небесам…

В шёлке волн бирюзовою ласкою,
Как свеча, отдаюсь огню…
Море счастья волшебною сказкою
В каждой клеточке сохраню…


Марина Есенина

Знаю: молчишь, а на сердце тоска и тревога.
Оба, конечно, с тобою мы очень упрямы...
Только, поверь, без тебя я совсем одинока
И для меня ты на свете один - самый-самый...

Нас разлучают обида, гордыня, дорога...
Чувствую: пишешь и рвешь письма и телеграммы...
Мы заблудились с тобою в словесных чертогах:
Раним друг друга, наносим душевные травмы...

Жизнь и без этого к нам холодна и жестока,
Не забывай, что и время на нас не играет...
И каждый день я прошу Всемогущего Бога,
Только Он занят, наверное, - не помогает...

Знаешь, любимый, ведь мы же счастливее многих:
Птица-Любовь часто мимо других пролетает...
Нас прикоснулась крылом своим - что же в итоге?
С каждой минутой Любовь свои силы теряет...

Полночь. Нет сна. И пишу я тебе эти строки,
Мне очень сильно, родной мой, тебя не хватает...
Только боюсь, что с тобою "просрочим все сроки":
ЕСЛИ ЛЮБОВЬЮ НЕ ЖИТЬ, ТО ОНА ИСЧЕЗАЕТ...

Синеокая, лёгкая, вешняя,
Ускользаешь...От счастья бежишь…
Сколько тайны в тебе, моя нежная.
Ты – загадка на целую жизнь!

Словно облако, в небе растаяла,
Не ответив на важный вопрос…
Кисть рябины на память оставила –
Горький вкус избавляет от грёз.

Знаешь, мне не поможет то снадобье:
Снова жду и навстречу бегу.
Удержать Окрылённую надо бы,
Только силой держать не могу!

Отпускаю…А сердце встревожено
И болит, и ликует, любя.
Приготовься, Моя Невозможная,
Я…разгадывать буду тебя.

У шумного метро присесть спиной к стене.
Надрывно так запеть,
Что разбегутся люди...
Ворвется темнота затмив собою свет
Ступени подметет цыганской пышной юбкой.

За ней придет скрипач, ему ведь все равно
В ночи играть иль днем,
глаза слепы с рожденья...
И я тогда заплачу и он меня поймет,
И скажет - « ты как скрипка, сыграй мне в ритме неба »

По - талии пройдусь задумчивой рукой...
С любовью поцелую извилистые эфы
Прижму струну душой,
и в вечность поплыву...
Сорвав смычком дрожащим ненужные одежды.

Певуче ввысь взлетит мелодия весны
Мерцающим лучом, рождающим тремоло
Рассвет присядет рядом и вновь проснется жизнь
У шумного метро,в развилках переходов.

Улыбка на губах слепого скрипача
Мой взгляд скользнет к нему,
И он поймет все сразу.
Станцуем жарко танго ... и даже сhа-cha-cha
И восхищенный мир взорвется в диком «Bravo!!!»

Надень своё платьице бальное
И жемчуга белую нить –
Осеннего бала прощального
Не можем с тобой пропустить.

На танец, немного застенчиво
Осмелюсь тебя пригласить
Ты, самая лучшая Женщина...
Из тех, что живут на Руси.

Мелодия вальса возвышенно
Сегодня в природе звучит.
Давай же станцуем над крышами,
Где солнце танцпол золотит.

Возьму тебя за руки нежно я
И в танце с тобой закружусь
Скажу, что ты самая нежная
С тобой навсегда подружусь.

А ветер выводит старательно
Мотив. И хмельные слегка,
Как два легкокрылых мечтателя,
Умчимся, кружась, в облака…

Осеннего солнышка лучики,
Опять засверкают для нас...
О том, что ты самая лучшая
Мне шепчет магический вальс.

Разве это не мы, но тогда, просто очень, похожи
На влюбленных, двоих, что стояли у входа в метро
Я наверно из тех, что зовут человеком без кожи...
Ты дарила мне сердце и, я чувствовал это тепло.

Улетает душа, чёрной молнией страсти исхлёстана,
Не к тебе…Не с тобой…Осыпаются звёзды в песок
Это были не мы. Мы обмануты лживыми вёснами.
Я забуду, но ты давней болью толкнёшься в висок.

Не казни за любовь, я в ладонь подбираю осколочки,
Но истерзано сердце... И город тебя растворил…
Переулки, машины, пустые скамейки да ёлочки.
Только мара небес, где с утра то свинец, то берилл...

Разорвалась тоска словно небо, что молнией вспорото
И летящей мелодией, нежность пролилась с небес...
Снова слышится голос в прибое уснувшего города
И душа улетает, чтобы вновь прикоснуться к тебе.

Этот сон повторяется снова и снова
Ты приходишь ко мне в окруженье свечей
Я проснуться так рано еще не готова
Ты нашел меня, но - ты не мой, ты ничей

На столе – два бокала шампанским искрятся
В танце музыки нежной прекрасен полет
Невозможно на миг нам друг с другом расстаться
И так хочется верить, что ночь не пройдет

Все иллюзия, сон, в жизни будет иначе
Царство грез не отпустит без горьких потерь
Сердце рвется к тебе, и тоскует, и плачет
Но погасли все свечи, захлопнулась дверь

Только Ангел печальный крылом белоснежным
Укрывает меня в колыбели из снов
И с рассветом проснется вдруг в сердце надежда
Снова встретить тебя в кружевах облаков

Я тебе подарю снежно-белый январь
И луну, что снежинкой застыла…
Тихо шепчет метель «Все прошло. Ах, как жаль»,
Только ночь нас двоих не забыла.

Наш безудержный сон. То паденье, то взлет.
Боль души, лунной грезы нежнее…
Да, я знаю - все это с рассветом пройдет,
А сейчас ни о чем не жалею.

И тебе не забыть никогда…никогда,
Как душа сладко душу целует.
Пусть уносится вдаль дней и лет череда,
Снова память ту ночь нарисует.

Кто любил – тот поймет легких строчек печаль,
Что снежинкой я прочь отпустила.
Нас с тобой разлучил снежно-белый январь,
Но тебе я себя подарила…

Осень в окна дождями стонет и приносит с собой печаль.
Это время - укрыться в доме и пить с медом горячий чай,
Слушать вечер, дышать молчаньем, проникая в созвездий суть,
По ступенькам стихов случайно вдруг взобраться на Млечный путь.

Это время раздумий долгих о минутах, ушедших прочь.
Колет память тупой иголкой - словно в сердце вонзилась ночь.
Дождь смывает тот день, что прожит, он как будто забыть спешит.
И остаться одной поможет трансплантация всей души.

Ветер с неба бросает холод. На ресницы, потом - насквозь.
Замерзает осенний город. Что-то важное - не сбылось.
Но когда-нибудь теплым солнцем вспыхнет в строчках весна опять.
Это время мечты вернется...
А сейчас - слушать дождь. И ждать.

Столько дней и ночей
Мы живем друг без друга.
Ты – ничья...Я – ничей..
Ну за что эта мука?
Загорчила полынь
Отголосками лета...
Только ты не остынь.
Наша песня не спета.

Ты мне очень нужна!
Я тебе тоже нужен!
Отчего же метель
Замела наши души?
Ты послушай, свирель...
Это ангелы служат.
Это ангелы плачут
По распластанным душам.

Завывает метель...
Ты послушай...Послушай...
Тихо - тихо в ночи
Плачут стылые души...
Только ты не остынь.
Наша песня не спета.
Мы вернемся с тобой
В наше жаркое лето.

Не говорите мне опасные слова,
Горячим шепотом души легко касаясь.
Они пьянят сильнее, чем дурман-трава,
Но в том себе лишь ночью лунной я признаюсь.

От страстных слов в лучах предутренней зари
Забьется сердце, будто птица в тесной клетке.
Слова жестокие, что нет уже любви,
Ту птицу стрелами навек пронзают метко.

Нет, есть любовь!!! Ты в этом не права
Опять шепчу: «Люблю», ко всем тебя ревнуя
И повторю, что было сказано вчера…
Срывая с губ твоих вишневых, поцелуи.

Хранят слова и откровение, и ложь.
Сорвутся с губ – и станет черное вдруг белым.
В них исцеление, и яд, и острый нож.
Играя жизнью, разделяют душу с телом.

Не говорите мне опасные слова...
Зачем к несбыточным мечтам зовете снова?
Но чтоб от счастья закружилась голова,
Шепните нежно лишь одно простое слово…

Нет, есть любовь!!! Ты в этом не права
Опять шепчу: «Люблю», ко всем тебя ревнуя
И повторю, что было сказано вчера…
Срывая с губ твоих вишневых, поцелуи.

Я на чистом белоснежном листе
Белым цветом нарисую письмо
И какую я затронул из тем…
Чтоб никто и догадаться не смог.

Только ты своей нежной душой
Прочитаешь то, что я написал…
И не скажешь никому, хорошо?
Нашу тайну чтоб никто не узнал.

То, что ниже я пишу, посмотри
Я и раньше каждый день говорил
Прочитаешь, незаметно сотри…
А за почерк извини, я спешил.

Я не все тебе еще рассказал…
Да и трудно передать в трех словах
То, что раньше между строк написал
Отражается в глазах – зеркалах.

Цветом белым, только так я решусь
Написать, что будем знать мы вдвоем
Эти строчки, что тебе я пишу…
Проявляются лишь в сердце твоем.

Может это мираж, может это мечты...
Теплый ветер звенит отголосками смеха
Вижу город красивый с названием ТЫ...
А на крышах его и в помине нет снега.

Значит это Весну снова Март закружил...
И в отместку недавним февральским морозам
Из раскрытых небес кто-то нежность пролил
Если город приснился, то это серьезно.

Знаешь, это не сон, знаешь, это всерьёз
Руки улиц твоих опустились на плечи,
И струится река, словно локон волос,
И глаза площадей распахнулись навстречу.

Брови – арки: мосты в чугунах кружевных,
Это чудо во мне вновь весна воскрешает!
Я лечу, не касаясь твоих мостовых,
Ведь известно тебе – так от счастья летают.

Подари мне надежду, как дарят цветы,
Я её понесу, словно солнце в ладонях.
Мне приснился опять город с именем Ты.
Я стартую в апрель и февраль не догонит…

Может это мираж, может это мечты...
Или просто вернулись весенние грёзы,
Но тогда почему снова снишься мне ТЫ
И грустят о тебе под окошком березы.

Мне приснилась гитара с разбитою декой,
Я куда-то бежала, кого-то звала
И искала всего одного человека,
Человека, которого долго ждала.

А больная гитара беспомощно тихо,
Как ребенок, лежала без жалоб и слез.
Как любила она бесшабашно и лихо,
Как рыдала она без притворства, всерьез.

Я бежала по ночи, искала спасенья,
В "скорой" мне отказали, мол, профиль не тот.
Возвращалась домой и считала ступени,
Если выпадет нечет - любимый придет.

Приходили другие, ненужные люди:
Кто - по делу, а кто - просто так, по пути,
И о чем-то шутили, пусть бог их не судит,
И не знали, как мне человека найти.

А гитара лежала с разбитою декой...
Я просила часы время поторопить...
Вот проснусь и тогда отыщу человека
Очень нужного мне. Ты чуть-чуть потерпи...

(c) И.Орищенко