Не знаю, кому и зачем это было нужно, но очень учёные нейрофизиологи производили ЭЭГ (регистрацию электрической активности мозга) у умирающих больных.
За несколько минут до смерти отмечалось невероятное усиление этой самой активности. Выброс энергии, мозговая буря!
Продолжалась она от 30 секунд до 3-5 минут.
С окончанием «бури» - наступала смерть.
Таким образом, учёные перехватили послание умирающего мозга.
Но к кому оно обращено?
Логично, ведь, спросит: «Если есть передатчик (мозг), то должен быть и приёмник. А где и у кого он находится?».
Что зашифровано в этих импульсах?
Некоторые считают, что это информация о душе человека.
Я думаю, что это сама душа и есть, а то и сам человек, переформатированный в волновой эквивалент.
Физики ведь давно установили, что элементарные частицы, из которых мы, собственно, и состоим, могут проявлять как «материальные» свойства ( вес. объём и т.д.), так и свойства волны, неуловимой и бессмертной.
Возможно, кто то Неведомый сохраняет всю излучённую нами при смерти информацию на гигантской флешке.
В нужный и только ему известный момент, он преобразовывает излучённые нами во время умирания волны, в «материальный» объект.
В человека, например, и тогда правы христиане. В неожиданную тварь (клопа, возможно!), и тогда правы индусы. А если Некто, так и не запускает эту программу – бальзам на душу атеистов: мол, умер, сгнил и следа не осталось!
Теория «волновой» души получает иногда, совершенно неожиданные подтверждения.
Как то, в далёкой и глупой юности я ввёл себе очень небольшую дозу кетамина (препарат для наркоза).
Тут же я понял, что весь окружающий меня мир представляет из себя ослепительно сверкающий, стремительны и всё поглощающий поток, состоящий из мириада переплетающихся разноцветных струек. И я был одной из этих сверкающих струек. Так радостно и свободно мне стало!
Я сразу понял, что в этом потоке, далеко и одновременно – рядом переливаются и струйки моих родных и друзей, живых и умерших. Я мог с ними общаться, ощущать их. Летя в этом стремительном потоке, я успел легко поговорить с прадедом, с давно умершим отцом и с двумя своими, так и не рождёнными детьми…
Но даже в этой нирване, меня озаботил вопрос: « Как же теперь любить жену и иных девушек?».
Серебристый смех всех прошлых чаровниц был мне ответом: «О! Это сейчас всё пройдёт!».
И точно – прошло и больше, до окончания трипа – не тревожило.
Скучно и серо мне стало, по возвращению в «корпускулярный, мир! Я ведь теперь знал, как всё должно быть, но повторять опыт с кетамином - не стал.
Все мы – волны, кто алая и сверкающая, кто холодо - блестящая, как сталь , кто - ярко- голубая. И так далее.
Чёрных, серых и коричневых волн в том потоке не было.
Архитектура и интерьер
