Однако прошло более шести лет, Москва, да и не только Москва, изрядно изменилась, поэтому пришлось сделать несколько пометок, так и указанных: из девяносто первого года. Всех изменений я не охватила да и незачем, иначе пришлось бы всё основательно перелопачивать чуть ли не ежемесячно, так быстро меняется всё вокруг, особенно в последнее время.

Л. Осипова, ноябрь 1991

Лене Безбородовой,
первой моей спутнице
по этому маршруту

Видишь ли, когда говорят: Москва - это не город, это... это... И начинают задыхаться от восторга, и делать руками большие плавные жесты,- лгут, канальи. Может, и неосознанно, а лгут. Потому что Москва - всё-таки город, в коем как восхищения, так и порицания - достойно многое.

Её складывали, как большую мозаику,- по цветным кусочкам, следом же молотками шарахали, не переставая любовно укладывать новый узор. Вот она и получается такая разная, да ещё меняется прямо на глазах.

И не говори: ах, этот угол совсем как у нас в Старообрядске (или Паранджабе), ибо твоя командировочная эрудиция - от одной торговой точки к третьей через вторую. Подними глаза от носков своих туфель, озабоченно семенящих в общей мешанине стаптываемой обуви, отряхни пыль с ресниц.

И не говори: о, йес, я видель ваш Моск-ова, Кремлин, Лужники, вери имаджинабль. Эти взгляды - из окна экскурсионного автобуса под нежное воркование гида...

И не говори: подумаешь, здесь зачаты ещё мои пра-пра-пра-, стало быть, всё до оскомины - от Солянки до Полянки и от Шаболовки до Башиловки... Знаешь, бывает иногда: вроде бы так знакомо, словно стёрлось, пригляделось, а остановишься - ух ты! - да я же здесь впервые!

Есть такие слова: тематическая экскурсия. Можно пройти по следам пребывания наполеоновской армии, а можно - доблестными путями градостроителей эпохи зарождения крупнопанельного зодчества... Чего только не придумаешь,- и всё - Москва.

У нас своя дорога.

С тридцать восьмого по восьмидесятый год нашего... я говорю о двадцатом... столетия...

Ах, нет, всё-таки придётся делать отступление. Я сейчас ношусь с не то чтобы честолюбивой, но довольно оптимистичной мыслью: вдруг мы с тобой встретимся и в двадцать первом, и ещё дальше - веке! Тем более, что от нашего остались сущие пустяки, так, лет десять. Сейчас, когда мы идём рядом,- мы с тобой современники и сверстники, а жить мне довелось во второй половине двадцатого столетия, и сознаюсь не без удовольствия - мне это нравится.

Жил... Нехорошо, безысходно как-то - в прошедшем времени.

	Нет меня - я покинул Расею.-
	Мои девочки ходят в соплях!
	Я теперь свои семечки сею
	На чужих Енисейских полях.
     Весь текст

Сочинял эту горькую песню, подразумевал под Eлисейскими полями улицу в Париже. Но изначально это - Элизиум древних, место успокоения душ умерших. Что б там ни говорили, покинуть Расею он мог только так, ведь

	... на поездки в далеко -
	Навек, бесповоротно -
	Угодники идут легко,
	Пророки неохотно.
     Весь текст

Оставим для другой встречи полемику о патриотизме и пророчествах. Мы сейчас пойдём по местам, где могли бы встретиться с героями его песен, стихов, незаконченного романа.

И уж если ты согласился идти этим маршрутом, значит хорошо знаешь и стихи, и песни... Значит, мои необширные ссылки на тексты будут вызывать в тебе достаточно чёткие припоминания. А то нет хуже - долго рассказывать, а потом - ещё дольше объяснять.

Обуйся помягче: наш маршрут длинный.

И ещё одно условие: не во всякий дом мы сможем войти. Ты - не знаю, может, ты тот, для кого все двери и запреты - настежь, а вот меня попросту не пустят. Конечно, нескладно получается: я ведь твой гид, но никакой сверхпроходимости мне не положено. А потому - если сможешь - войдёшь сам, я подожду на улице. Потом расскажешь.

	Над Шере-
	         метьево
	В ноябре
	        третьего -
	Метеоусловия не те...
     Весь текст

	...встревоженный,
	Бледный, но ухоженный,
	На досмотр таможенный
	                   в хвосте.
     Весь текст

Преддверие Москвы - Химки. С недавнего времени часть Химок стала принадлежать собственно Москве. По непонятному лекалу вычертили границу, так что у некоторых счастливцев домик оказался в столице, а огород - в городе-спутнике. Далеконько сюда добираться, особенно во хмелю:

	Ему же - в Химки, а мне - в Медведки!..
     Весь текст

	...весь путь к аэропорту проикал -
     Весь текст

Сейчас в Медведково провели метро, но в момент составления знаменитого "милицейского протокола" туда можно было добраться лишь забитыми доверху автобусами да ещё такси, в которые пьяных "не содют".

Пожалуй, мы не будем сворачивать с Ленинградского шоссе, а поедем дальше, вдоль Химкинского водохранилища, мимо Северного речного вокзала, и дальше - мимо "Сокола". Попросим остановить экспресс у станции метро "Аэропорт". Хотя и не положено, но попросим, пусть дальше едет без нас. А мы перейдём под землёй Ленинградский проспект и вынырнем на маленький бульварчик, коим начинается улица Черняховского.

	Да нет. живу не возле "Сокола"...
     Весь текст

Вот смотри - правая, чётная сторона улицы Черняховского начинается с кооперативных застроек членов Союза писателей. Весь угол вплоть до пересекающей улицы Красноармейской - и вдоль по ней, по пересекающей.

	Да что вы всё вокруг да около -
	Да спрашивайте напрямик!
     Весь текст

На этой же стороне Ленинградского проспекта сядем в троллейбус и вернёмся немного назад, к метро "Сокол". Опять под землёй перейдём проспект, а на той стороне, за станцией метро, за церковью, ещё не превращённой в снабсбытконтору, обнаружим асфальтовый пятачок, где среди лотков и киосков ютятся остановки множества автобусов и нужного нам 61-го троллейбуса. Если повезёт, сядем у окна.

	Мишка также сообщил
	По дороге в Мневники:
	"Голду Меир я словил
	В радиоприемнике..."
     Весь текст

Сейчас ты скажешь: погоди, вон уже сколько героев мы встретили - двух Николаев, Мишку, Серёгу и ещё того безымянного оратора - и все ужасно пьяные. Ничего не поделаешь - любят они выпить. Есть такой литературный приём - прикинуть героя дурачком или одуревшим, чтобы абсурд его геройского положения выплеснуть через край. Ну вот скажите мне: какой трезвый еврей так вот просто надумает ехать в Израиль? Да ещё "русского по паспорту" приятеля потащит с собой? Да никогда в жизни. Трезвый - он в Мневники доедет, как и собирался.

Что же так привлекло поначалу в этих самых Мневниках Колю и Мишку Шифмана? Доедем - посмотрим.

Сама же дорога в Мневники начинается дивным заповедным островком - прелестные дачки, эдакие домики гномов, чудом уцелевшие при нашествии урбанизации. Дальше - имена полководцев прошедшей войны, обрамлённые тяжеленными камнями несокрушимых строений, отдающих сумрачным духом сталинской эпохи градостроения. Это строилось на века и во славу. И вдруг, резко, без всякого перехода дорога в Мневники разворачивается беленькими, нечасто натыканными - иллюзия чистоты и простора - панельными эфемерами.

Люблю Москву за этот простор. Несмотря на отдельные всплески в небо, она ухитряется выглядеть немногоэтажной и не экономит на площадях и площадках. Сразу оговорюсь: микрорайоны спешной массовой застройки не в счёт, они - уже не Москва.

Наша остановка - "Проспект маршала Жукова". Перейдём наискось разветвлённый перекрёсток и, оставив в стороне вон тот гранёный дом-башню, напоминающий неравномерно прилепленными балконами "стержень" - вариант популярной недавно игры Рубика, вступим на территорию Мневников.

Это улица такая, Мневники. Можно, конечно, пройти её пешком, я так однажды и сделала, но лучше сядем в 38-й автобус и посмотрим из окна - что же так привлекало здесь Мишку и Колю. Наверное, есть на свете зрелища более унылые, но, думаю, их не много. Убогие пятиэтажки по бокам бульварчика... летом здесь, впрочем, зелено... а дальше и вовсе - ухабы, кривые заборы автобаз. Посмотришь, а то загодя представишь, и -

	"... Хрена ли нам Мневники -
	Едем в Тель-Авив!"
     Весь текст

Противоположным концом Мневники упираются всё в тот же проспект маршала Жукова, обнаруживая, что провисали они, Мневники, от проспекта подобием гамака.

Здесь, на перекрёстке, пересядем из 38-го автобуса в 39-й и поедем по Хорошевскому шоссе, затем через мост по улице 1905 года - до остановки "Малая Грузинская". Выйдем из автобуса - и в подземный переход, на ту сторону Пресни. Ставшая теперь особенно знаменитой Малая Грузинская улица начинается именно отсюда. Несколько минут хода - многоэтажка No. 28, явный аристократ (по нашим меркам) среди скромных стареньких построек. И обесчещенный костёл напротив...

Здесь, квартира тридцать, восьмой этаж, было последнее пристанище, тоже временное, так случилось. Экскурсоводы, подвозя народ и указуя на окошки, любят произносить: творческая лаборатория. Бог с ним, с казённым словосочетанием, но и сам Владимир Семёнович этого дома не любил:

	Я всё отдам - берите без доплаты
	Трехкомнатную камеру мою.
     Весь текст

Вывернул, забрал пассажиров... разумеется, и нас тоже, и удалился с Пресни в узенький проездик, громко именуемый Звенигородским шоссе. Ну сколько он находился на Пресне - минуту, две? Но ведь успел, кто-то

	...вякнул в трамвае на Пресне:
	"Нет его - умотал наконец!
	Вот и пусть свои чуждые песни
	Пишет там про Версальский дворец".
     Весь текст

Мы проедем мимо: сюда нельзя забегать походя. Сюда придём потом, отрешившись от суеты. А сейчас просто посмотрим в окошко: почти сразу за воротами, чуть правее - у этой ограды всегда люди.

	Нет меня - я покинул Расею...
     Весь текст

Меня всегда умиляло стремление городских властей к безликой благопристойности. Больница, спору нет, дело хорошее и нужное, но сколько же по Москве остановок: "Больница такая-то"! Смотри - толпы народа с автобусов, троллейбусов да и из нашего трамвая тоже - думаешь, все они в больницу? Ох, нет.

	Во мне два Я - два полюса планеты,
	Два разных человека, два врага:
	Когда один стремится на балеты -
	Другой стремится прямо на бега.
     Весь текст

Я могла бы провести тебя через служебный вход на ту сторону, к конюшням: с ипподромом связана вся моя разумная жизнь, но это опять другая история. Если захочешь - в следующий раз. А наши спутники по маршруту ходили в тотализатор.

	-...Куда, пёс, идёшь?
	- Сказал же, на бега.
	- А кой черт тебе там?
	- Там Левка Москва и Шурик Внакидку ждут.
	Шурик месяц как освободился. Повидать,
	да и дело есть.
     Весь текст

   И наверняка ведь
   Прельстили бега ведьм:
   Там много орут, и азарт на бегах,-
   И там проиграли
   Ни много ни мало -
   Три тысячи в новых деньгах.
 Весь текст

Если хочешь, поставь рублишко на симпатичную тебе лошадку, только не пытайся вникнуть в тонкости: я знаю психопатов, которые подходили к этому делу во всеоружии высшей математики и таинственных флюидов,- результат один. Расклад простой: если кто-то выигрывает сто рублей - остальные должны эту сотню проиграть.

Ну, где твоя лошадка? Полегчало? Пошли дальше.

Конечно, было бы так изысканно:

	Лучше - в сани рысаков
	И уехать к "Яру"!
     Весь текст

	Вечно в кожаных перчатках -
		чтоб не делать отпечатков,-
	Жил в гостинице "Советской"
		несоветский человек.
     Весь текст

	- Эй шофер, вези - Бутырский хутор,
	Где тюрьма...
     Весь текст

Увы, нет. Просто она не здесь, не в самом хуторе. Зато здесь есть парфюмерная фабрика со знаменательным названием: "Свобода".

Сейчас выйдем из трамвая и перейдём на Бутырскую улицу. Широкая и опрятная магистраль. Можем сесть в любой автобус или троллейбус, а лучше пешком - вон до той впечатляющей трёхэтажной эстакады. Добрались, посмотри налево. За кирпичным домом-башней в ямке от эстакады скромно притулился крошечный зелёненький вокзальчик.

	В меня влюблялася вся улица
	И весь Савеловский вокзал.
     Весь текст

Серединой эстакады выйдем на Новослободскую улицу... Вот оно! Сначала настораживает это здание - жёлтое, в шесть этажей, с характерными окнами - мануфактуры или рабочей казармы эпохи стачек и баррикад. Само здание нам не нужно, зато оно словно намекает: во дворе что-то скрыто. Обойдём его, нырнув под арку кирпичного жилого дома с универмагом, который тоже хорошо называется: "Молодость". Не думай, это не издевательская насмешка под личиной благопристойности, так получилось.

Во дворе - небольшой взгорок. На взгорке - кирпичный забор с колючей проволокой.

	- Ты, товарищ, опоздал, ты на два года перепутал -
	Разбирают уж тюрьму на кирпичи.
     Весь текст

	"Вам хорошо б - под следствием
	Полгодика в Бутырке!.."
     Весь текст

	Чем в бутылке, лучше уж в Бутырке посидеть!
     Весь текст

	... пенсионер " пожарник, бывший служащий
	внутренней охраны различных заведений
	разветвленной нашей пенитенциарной системы,
	оперированный язвенник, желчный и недобрый
	молчун, Максим Григорьевич Полуэктов.
     Весь текст

	...по странной случайности все предварительное
	заключение просидел... в Бутырке, в камере, за
	которой Максим Григорьевич тогда надзирал.
     Весь текст

	...Шурик Голиков по кличке Внакидку... человек лет
	уже пятидесяти, но без возраста, давнишний уже
	лагерный житель, знавший все тонкости и
	премудрости тюремной сложной жизни.
     Весь текст

	...чтоб не осталось по России больше тюрем,
	Чтоб не стало по России лагерей!
     Весь текст

Вернёмся к эстакаде и перейдём Новослободскую улицу. За углом, где верхний мост эстакады переходит в Сущёвский вал, сядем на любой троллейбус или автобус и доедем до Марьинского универмага. Затем на перекрёстке Сущёвского вала с Шереметьевской улицей (никакого отношения к аэропорту, просто граф был такой знаменитый) сядем на троллейбус No. 13 или 69 и углубимся в Марьину Рощу.

Марьина Роща для Москвы - всё равно что для Одессы вся Одесса. Этакое место приложения теперь уже изрядно потускневшей воровской романтики.

	Дело сделал свое я - и тут же назад,
	А вещи - теще
	            в Марьиной Роще.
     Весь текст

	Лукоморья больше нет,
	От дубов простыл и след...
     Весь текст

Совсем недавно рядом с бывшим кинотеатром ещё было несколько деревянных домишек, но вот сейчас, смотрю - а сейчас у меня весна восемьдесят пятого года,- их уже нет. И пустырь заровняли бульдозером.

	Сопеля - компаньон и одноделец, кретин и
	бездельник, гундосит, водку уже пьет,- словом,
	тот еще напарник, но у него брат на "Калибре"
	работает. И брат этот сделал для Леньки финку с
	наборной ручкой, а лезвие - закаленной стали, из
	напильника. И Ленька ее носит с собой.
     Весь текст

	... А в подвалах и полуподвалах
	Ребятишкам хотелось под танки.
	Не досталось им даже по пуле.-
	В "ремеслухе" - живи да тужи:

	Ни дерзнуть, ни рискнуть,- но рискнули
	Из напильников делать ножи.

	Они воткнутся в легкие,
	От никотина черные,
	По рукоятки легкие
	Трехцветные наборные...
     Весь текст

Вот подошёл следующий троллейбус. На нём мы доедем до южного входа ВДНХ. Если хочешь войти попараднее, можем добраться и до центрального, разницы никакой - вход везде стоит одинаково: тридцать копеек.

Занимательное место - Выставка. Особенно летом, когда много цветов. По ней можно бродить целый день, а без спешки - то и два. Если у тебя возникнет такое желание, зайдём сюда ещё раз, ну, скажем, завтра. Однажды мне пришлось работать здесь экскурсоводом, и я тебе покажу всё в подробностях.

А сейчас у фонтана "Каменный цветок" удалимся в боковую аллейку между павильонами "Зерно" и "Угольная промышленность". Вот она - маленькая общепитовская "стекляшка".

	...У нас в кафе молочном "Ласточка"
	Официантка может так.
     Весь текст

Этой же аллейкой дойдём до городка животноводства. По ту сторону выводного круга - павильон "Крупный рогатый скот", куда привёз своего бугая знатный скотник Николай.

Вообще следует заметить, что у Владимира Семёновича многих героев зовут Николаями. Такое вот любимое имя.

	Наш бугай - один из первых на выставке.
	А сперва кричали - будто бракованный,-
	Но очухались - и вот дали приз таки:
	Весь в медалях он лежит, запакованный.
     Весь текст

	Стал метро рыть отец Витькин с Генкой.
     Весь текст

Её пересекает длиннейший проспект Мира, а прежде часть проспекта от центра до Рижского вокзала называлась Первой Мещанской улицей.

	Но родился, и жил я, и выжил,-
	Дом на Первой Мещанской - в конце.
     Весь текст

Москва - город живой и подвижный, может выйти так, что мы с тобой пойдём по нашему маршруту лет через двадцать - и не обнаружим и половины того, что видим сейчас.

Но войдём под первую арку со стороны проспекта. Смотри, во дворе направо - к новому зданию прилепилась торцом трёхэтажная с полуподвалом кирпичная постройка. Тогда, в тридцать восьмом, в неё выходил коридор той, униженной квартиры, куда принесли из роддома маленького мальчика.

	Все жили вровень, скромно так,-
	Система коридорная,
	На тридцать восемь комнаток -
	Всего одна уборная.

	Здесь на зуб зуб не попадал.
	Не грела телогреечка...
     Весь текст

Внутри всё, естественно, изменилось, приспособлено под нужды конторы, но вот доски пола в коридоре - старые, стёртые, каких уже давно не бывает, может быть те самые, по которым делал первые шаги обыкновенный (кто тогда знал, что необыкновенный?) ребёнок.

И двор совсем другой. Много хлама от гастронома, расположенного в нижнем этаже. Напротив - неприятная многоэтажная коробка. Двор разомкнут - по теперешним канонам планировки.

Но здесь прошло детство, этот двор навсегда определил интонации.

Интонации. Неподдельная "блатняшка" в феноменально богатом лексиконе. Тогда, в юности, он не задавался целью делать стилизации или пародии - получалось исподволь: изысканнейшая внутренняя интеллигентность, непременное свойство гения, не давала скатиться до пошлости.

Ерунда, что детство - безмятежная пора. Дети жестоки и не умеют сострадать: можно на всю жизнь остаться жестоким, если никто не научит состраданию. В тяжкие послевоенные годы взрослым было не до тонкостей дидактики, да и сами взрослые далеко не всегда являли собой образцы человечности... Не думай, что у нас сейчас с этим полное благолепие...

Самоутвердиться в детском коллективе, да ещё если этот коллектив разношерстный дворовый, да ещё если романтический идеал этого коллектива - определённый тип мелкотравчатых правонарушителей, именуемый сильно девальвированным сейчас словом "шпана",- трудное дело, ведь

	Все - от нас до почти годовалых -
	"Толковищу" вели до кровянки...
     Весь текст

	... Бить человека по лицу
	Я с детства не могу.
     Весь текст

	...И дразнили меня: "Недоносок",-
	Хоть и был я нормально доношен.
     Весь текст

Но в этом же дворике - первые слушатели.

Пойдём дворами параллельно проспекту. Задворки застроены всё теми же крупными блоками, на которые, честное слово, уже надоело обращать внимание. Вот мы переходим Среднюю Переяславку и вступаем на побитый асфальт Первого Переяславского переулка. Нечётная сторона перестроена, а на чётной сохранились выеденные изнутри остовы трёх кирпичных домиков - таких же, как и оставшийся там, во дворе. Возможно их вот-вот снесут, а может и нет: сейчас сообразили, что внутри таких добротных стен при разумной планировке можно сделать хорошее жильё или на диво уютную контору. Во всяком случае, они пока есть, и по ним теперь уже чётко можно представить предыдущий облик этого уголка Москвы. В одном из них мог вполне жить необыкновенно противный Витька, за связь с которым пылкий влюблённый стращал свою "рыжую шалаву":

	...Но если это Витька с Первой Перьяславки -
	Я ж те ноги обломаю, в бога душу мать!
     Весь текст

В конце Первой Переяславки свернём направо, на проспект, и на той стороне сядем в 9-й троллейбус. Выйдем на остановке "Грохольский переулок", вернёмся на ту сторону проспекта и пойдём дальше, в ту же сторону, что и ехали.

На углу, где проспект пересекается с Садовым кольцом, обнаружим великолепные постройки Института скорой помощи имени Склифосовского.

Ещё один пылко влюблённый (а может, тот же самый)

	...налетел на самосвал -
	К Склифосовскому попал...
     Весь текст

	И хирург, седой старик,-
	Он весь обмяк и как-то сник:
	Он шесть суток мою рану зашивал!
     Весь текст

Кстати, попутно - вот эта высотка на Лермонтовской площади и есть упомянутая мной в разговоре о домике Лермонтова. Многоэтажно и заметно. Сильно украшает площадь.

Через две остановки - стеклобетонная коробка Курского вокзала. Выходить и осматривать его не будем, потому что нам нужна только привокзальная площадь, и не сейчас, а чуть погодя, когда к нам присоединится ещё один герой из почти автобиографической истории. А все истории лучше узнавать с начала. Потом припомним эту площадь, забитую пассажирами и такси.

Чем примечателен этот вокзал - его реконструировали в унифицированную эпоху, когда голое стекло на голом бетоне считалось не только верхом практичности, но и верхом элегантности. Сейчас всё больше стараются сохранить лицо здания: к Павелецкому вокзалу, например, пристроили точное подобие чудовищных размеров, Белорусский громят только изнутри, а здесь старое здание напрочь отгородили от площади этой коробкой, похожей на павильон СССР на Выставке в Монреале. В нашей истории, точно датируемой июлем шестьдесят восьмого года, коробки ещё не было, но по площади уже ходили строительные люди, щурились прицельными взорами.

Выйдем из троллейбуса на Таганской площади... Погоди, не торопи, к Театру мы ещё придём, а пока пересядем у метро на маршрутное такси, которое довезёт нас до Птичьего рынка. По выходным дням, когда этот рынок работает, любителям комнатной живности приходится выстаивать длиннущие очереди на маршрутку, так что наберись терпения. А пока стоим, расскажу немного о названиях этого рынка. Популярно его называют, как ты уже знаешь, Птичьим, или фамильярнее - Птичкой. Городские власти с их патологической тягой к обезличке именуют рынок Калитниковским (улицы там Калитниковские), а прежде, когда ещё в Москве торговали животными покрупнее, называли его Конным, а фамильярнее - Конкой.

От тех прежних времён остались Новоконная площадь да Скотогонная улица.

Всё, приехали. Прямо на подступах к рынку продают невыносимо симпатичных собачек и котят. Сразу за воротами - рыбья площадь, а налево - птицы. Сюда

	...ездил Коллега Николай... продавать "подснятых"
	голубей: монахов, шпанцирей, иногда и подешевше
	- сорок, чиграшей и прочих - по рублю,- словом,
	каких повезло. А на рынке уже шастают кодлы
	обворованных соседей и высматривают своих голубей
	и обидчиков, и кто знает - может, и у них братья
	на "Калибре" работают, а годочков им пока ещё до
	шестнадцати, так что больших сроков не боятся,
	ножи носить - по нервам скребет, могут и пырнуть
	по запарке да в горячке.
     Весь текст

Мне на этом рынке всегда тяжко. Хочется купить всю эту живность, несчастную потому, что её продают, а если и купишь, то куда её нести и как содержать? Поехали отсюда скорее!

Переулком выйдем на Нижегородскую улицу и на той стороне сядем в 26-й троллейбус, на котором доедем до остановки "Улица Гвоздева". Влево уходит Новоспасский переулок. Вроде ничего особенного. Много деревьев, впереди река маячит. По чётной стороне - корпуса пятиэтажки за номером восемнадцать. Как будто и всегда так было.

	Ну да ладно, что ж, шофер,
	тогда вези меня в "Таганку" -
	Погляжу, ведь я бывал и там.
	- Разломали старую "Таганку&q