***
а давай говорить предельно искренне о том,
чего вслух никогда доселе не произносили,
как смеялись до боли в рёбрах, ловили снежинки ртом,
как мы были молоды, счастливы и всесильны.
а давай говорить о том, как люди, живущие далеко,
становятся ближе тех, кто всю жизнь находился рядом,
как от трёх самых важных слов в горле стоит ком,
когда кроме родной улыбки для счастья тебе ничего не надо.
а давай говорить о том, почему люди страдают тактильным голодом,
спят не с теми, страдают по бывшей большой любви,
не покидают улицы надоевшего нелюбимого города,
почему время лечит все, кроме органа для перекачки крови.
а давай говорить о том, что человек — это и есть дом,
в котором ты ищешь приют, сбившись совсем с радаров,
как одна песня может напомнить все, что с таким трудом
выжигалось из памяти, забывалось с друзьями в барах.
а давай говорить о том, что даже важные номера удалятся,
что неразлюбившие называют друг друга подонками и стервами.
сколько не приближайся — не сократить дистанций,
а те, кто клянётся не покидать, как правило, покидают первыми.
а давай говорить о том, как один звонок в четыре часа утра
обдаёт тебя кипятком, выворачивает нутро,
почему мы так любим горечь дешёвых драм,
почему мы влюбляемся в тех, кому на нас все равно.
а давай говорить о том, как она прячет шрамы летом под длинные рукава,
как вкладывает себя в каждый печальный стих.
а чтобы спасти человека совсем не нужны слова.
достаточно просто обнять. обнять, чтобы спасти.
а давай говорить о том, как до боли знакомый смех,
услышанный в переходе, лишает покоя на всю неделю.
а давай говорить о том, почему мы отвергаем тех,
в ком больше всего нуждаемся в самом деле.
а давай говорить о том, что любимых не встречают дважды,
лишь единственный раз, оказавшийся роковым,
это когда ты томишься нелепым счастьем и дикой жаждой
просто приехать, минуя вёрсты, мили, реки и рвы.
а давай говорить о том, что самый сильный — как правило одинок,
и глаза у него наполнены неизбежностью и отчаяньем,
как тоска переходит допустимый болевой порог,
как люди готовы отдать полмира за сонный голос в трубке,
шепчущий: "я скучаю".
а давай говорить, когда рушится весь этот чертов мир,
мы блуждаем в нем, уязвимые, честные, безбилетные,
когда нам не останется ничего, кроме разговора в тишине квартир
———
да разве может быть в жизни что-то
важнее этого?
(с) Аня Захарова
