То, что это представительница прекрасного пола, сомнений не вызывает, ибо из одежды на ней лишь набедренная повязка и повязка на левом колене. В поднятой левой руке она держит какой-то предмет. Вероятно, это сика — фракийский меч. А жест — салют в честь собственной победы. Женщина смотрит вниз — наверное, на поверженного противника.
Альфонсо Манас из Гранадского университета (Испания) обнаружил в Музее искусств и ремёсел Гамбурга (ФРГ) небольшую бронзовую статую, подозрительно похожую на изображение женщины-гладиатора. Если он прав, это лишь второе подобное произведение, известное науке.

То, что это представительница прекрасного пола, сомнений нет, ибо из одежды на ней лишь набедренная повязка и повязка на левом колене. Её длинные волосы аккуратно уложены. В поднятой левой руке она держит какой-то предмет. Г-н Манас полагает, что это сика — короткий изогнутый фракийский меч. Этот жест он трактует как салют в честь собственной победы. Женщина смотрит вниз — вероятно, на поверженного противника. Статуэтка кажется исследователю чрезвычайно реалистичной: быть может, фигурка изображает реального человека. Где и как её нашли, неизвестно. Редкость подобных изваяний, скорее всего, связана с тем, что женщин-гладиаторов в Древнем Риме было мало. В 200 году император Септимий Север запретил им принимать участие в играх, и в письменных источниках сохранились упоминания в лучшем случае о десятке гладиаторов прекрасного пола. Другое изображение представляет собой рельеф из Галикарнаса (ныне в Британском музее), на котором сражаются две женщины. Появлялись сообщения об обнаружении могил женщин-гладиаторов, но они не нашли поддержки у научного сообщества. Специалисты, изучавшие фигурку из Гамбурга, пришли к выводу, что это спортсменка, а в руке у неё стригиль — серповидный скребок, которым в античности было принято очищать себя от пота и грязи, предварительно намазавшись маслом (мыла-то не было). Г-н Манас с этим категорически не согласен. Что за странная манера очищать тело, высоко подняв стригиль над головой и глядя в землю? В то же время поднятый меч — обычная поза победившего гладиатора. Кроме того, спортсменки в римском мире не выступали топлес. В крайнем случае обнажалась только одна грудь. Напротив, ню изображались рабыни и женщины с низким социальным статусом (а гладиаторы были рабами). Повязка на колене — тоже отличительный признак гладиатора. Специалист по женщинам-гладиаторам Анна Маккалоу из Университета штата Огайо (США) осторожно соглашается с коллегой: действительно, больше похоже на гладиатора, чем на спортсменку. Правда, непонятно, почему «гладиаторша» изображена без шлема, поножей и других доспехов. Г-н Манас полагает, что скульптор намеренно лишил свою героиню защиты, дабы подчеркнуть её женственность и красивую причёску, а щит она держала в отколовшейся правой руке. «Нет сомнений, что появление полуобнажённых женщин на арене оказывало эротическое воздействие на зрителей, — продолжает фантазировать горячий испанец. — В таком военизированном обществе, как римское, где оружие было чрезвычайно популярным, но считалось исключительно мужским атрибутом, вид женщин в роли, радикально отличающейся от привычной, и к тому же с открытым телом должен был стимулировать воображение и либидо зрителей». Г-жа Маккалоу считает, что это уже слишком: «В дошедших до нас текстах женщины-гладиаторы никогда не встречаются в эротическом контексте». Авторы этих литературных памятников просто отмечают, что женщины тоже сражались на арене, сражались жестоко, и зрителям это нравилось. Если здесь и есть какой-то сексуальный подтекст, то только связанный с низким социальным статусом гладиатора, полагает г-жа Маккалоу. Рабыни воспринимались как доступные женщины — особенно их хозяевами. Результаты исследования опубликованы в издании International Journal of the History of Sport. Подготовлено по материалам LiveScience.




Резной мраморный барельеф из Галикарнасса (совр. Бодрум, Турция), изображающий двух женщин-гладиаторов, датируется археологами первым или вторым столетием нашей эры. Барельеф, находящийся теперь в Британском музее - один из замых убедительных доказательств существования женщин-гладиаторов.

Две женщины одеты и вооружены аналогично гладиаторам-мужчинам (в частности, секуторам). Гладиаторши тяжело вооружены, каждая носит матерчатый пояс (subligaculum), наголенники анд протекторы рук (manica), прикрывающие руки, держащие меч от запястья до плеча. Каждая вооружена мечом и щитом, обе дерутся с открытой головой и грудью.

Имена гладиаторш выгравированы по-гречески, под их изображениями указаны, подтверждая еще раз, что это женщины - Амазония и Ахиллия. Надпись вверху по-латински означает "missae sunt", что значит, что гладиаторши (или одна из них) получили почетное освобождение от дальнейшей борьбы или "пощаду" (missio). Это освобождение, впрочем не означает свободу от службы гладиаторами.

В исторической новелле, опубликованной в журнале "Кавалькада" за 1958 год, Данвуди Холл рассказывает легенду о женщине-гладиаторе в Древнем Риме. Новелла печатается с незначительными сокращениями

Воздух наполнился пронзительными криками, воплями и приветствиями, когда лязг меча и трезубца возвестил о начале свирепого боя между двумя женщинами, вышедшими на арену. Вокруг них валялись с полдюжины тел тех, кто мгновение перед этим приковывал внимание жаждущей крови толпы смелой игрой мечей. А сейчас римские зрители жадно взирали на двух совершенно раздетых противниц, чьи покрытые слоем пота тела казались светящимися под жарким полуденном солнцем. Их трепещущее оружие, сведенное в смертельной схватке, несло гибель. Одна из женщин, огромная блондинка со статными нордическими пропорциями, нанесла свирепый удар мечем своей противнице, брюнетке, похожей на амазонку. Та едва успела подставить свой трезубец. Яростно парировав удар, брюнетка обрушилась на противницу, которая проворно отпрыгнула в сторону. Поскользнувшись на грязном песке, она быстро вскочила на ноги и под крики одобрения зрителей четко отразила яростный удар, который мог бы разить ее в бедро. Она совершила ловкий маневр, уклонилась от удара и сделала резкий выпад. Ее меч вонзился прямо в центр живота брюнетки. Уронив свой трезубец, смертельно раненая гладиаторша завопила, схватилась руками за торчащий в теле клинок и, завалилась на колени с расширенными от ужаса глазами. Мощная блондинка победоносно выдернула свой меч из рук своей противницы, подняла его над головой и поразила упавшую жертву в шею и плечо. Потрясенная брюнетка завалилась на спину, бросив последний ненавидящий взгляд на свою убийцу, и испустила дух, упав мешком среди других сваленных тел. Из спрессованных ярусов взорвался дикий всеобщий вопль ликования по поводу зрелища внезапной смерти.

Шум несчетных миллионов зрителей, заполнявших когда-то четырехъярусный Колизей, для того, чтобы увидеть величайшую человеческую бойню, звучит отголоском того жестокого времени, навеки ушедшего Древнего Рима, с его кровавыми гладиаторскими игрищами и их вероятно забытой составляющей - женскими боями.

Среди этих бесчисленных тысяч ушедших в небытие девушек-гладиаторов были самые мужественные женщины, которых когда-либо знал мир. В те времена гремели такие имена "диких кошек" арены как Паулина, Сапиента, Перпетуа, Бреака, Флавиана, Маура и сказочная Ирена из Сиракуз, которая оставила свой след среди самых великих рукопашных бойцов. Гремели до тех пор, пока они сами не были побеждены и убиты. Наверное, никто не подсчитывал, сколько жизней оборвалось на песчаном настиле римского Колизея - в 90 году нашей эры 19 тысяч гладиаторов погибло только за одну ночь! Но факт остается фактом, что многие бойцы, сходившиеся в тех кровожадных представлениях, принадлежали к так называемому слабому полу. Бои гладиаторов, без сомнения, являлись своего рода кровавыми карнавалами, которые символизировали неуважение к человеческой жизни и человеческому достоинству.

Все-таки римляне первыми осознали, что женский пол обладает великим состязательным духом, который проявляется, когда того требуют обстоятельства. А во времена Цезарей такие обстоятельства возникали часто. Подобно современным женщинам-борцам и матадорам, гладиаторши прошлого обладали особой привлекательностью для болельщиков. Они бились так же свирепо и умирали так же мужественно, как и мужчины. Полусумасшедший император Калигула организовывал поединки вооруженных мечами обнаженных женщин во время своих пирушек, считая такие бои пикантными. К чести Рима, к 200 году н. э. вердиктом императора поединки гладиаторш были запрещены. В императорские времена гладиаторов набирали из различных источников. Многие мужчины захватывались в качестве военной добычи, а женщины - в качестве пленниц. Другие бойцы арен набирались из осужденных судом заключенных, рабов и, часто, как ни странно, из удачливых ловеласов. Хотя такой вид наказания влек за собой потерю свободы, это было гораздо лучше немедленного обезглавливания или медленных пыток до смерти. После нескольких лет успешных выступлений гладиаторшам давали возможность обрести свободу. В Риме несколько осужденных женщин, совершивших различные преступления (от убийств до поджогов, от грабежей до внебрачных связей) были помилованы после нескольких сезонов проявленной ими безоговорочной смелости в амфитеатрах.

Множество гладиаторских школ существовало вокруг Капуи, где тренировалось большинство бойцов арены. Эти школы были известны под названием "луди гладиатори". Ученики этих школ принадлежали "ланистам" - хозяевам, которые покупали, продавали и "арендовали" бойцов. Некоторые богатые дамы высшего римского общества содержали большие конюшни с гладиаторами и гладиаторшами, тратя огромные деньги на обучение этих невольников технике рукопашного боя. В связи с тем, что это "имущество" часто убивали в "спектаклях", легко понять, что "текучесть кадров" была очень высокой. Несмотря на то, что в этих школах поддерживалась жесточайшая дисциплина и наказания - от жестоких порок до полного увечья, девушки-бойцы питались гораздо лучше, чем их менее удачливые сестры-заключенные. Здоровые бойцы обычно имели более сытный паек - естественно, большое значение придавалось хорошему питанию и плотной упитанности, что было делом чести и престижа школ и их хозяев. Медики постоянно следили за правильной диетой. Они ухаживали за ранеными в тренировочных боях. В каждой школе имелись квалифицированные массажисты, содержащие тела бойцов в должном виде. Внимание обращалось на одно - вырастить супербойцовых животных, которые хорошо проявили бы себя на арене. Интенсивность ежедневных занятий была очень высокой. Новички тренировались с деревянными мечами на макете или соломенной фигуре. Иногда использовались живые модели - из числа наказанных. Чтобы удостоиться этой сомнительной чести достаточно было получить всего три взыскания в течение тренировочного периода. За каждое взыскание, кроме того, полагалось 39 ударов хлыстом. Некоторые методы обучения были весьма хитроумными. Например, используемое на тренировках оружие было тяжелее того, что применялось на аренах, чтобы в реальном бою меч или трезубец казались легче. Женщины тренировались с тяжелыми цепями на щиколотках; с повязкой на глазах; с одной рукой, закрепленной за спиной; на коленях или сразу после часового безостановочного кругового бега по гаревой дорожке. Все это было частью стратегии, заключавшейся в том, чтобы в реальном бою бойцам, не имеющим этих неудобств, было бы легче сражаться, и, когда дойдет до настоящего дела, они смогли бы действовать более проворно и эффективно. Девушек специально обучали сражаться левой рукой, поскольку большинство противников-мужчин были правшами, а противник-левша выбивал их из привычной колеи. Осужденная женщина своей жизнью была во многом обязана тому, что она обучалась отбиваться и делать выпады слева. Но жизнь этих Ахиллесок была очень тяжелой. Ученики жили в приютах подобно обычным рабам. Казармы Нерона в Помпеях, к примеру, имели кухню, темницу и 71 спальню без окон площадью 10 - 12 квадратных фута (~1 м2). Потолки были так низки, что ученики могли только сидеть или лежать, когда были свободны от занятий. Хотя большинство из них не знало ничего, кроме убийства и резни, пока они сами не были убиты, они все-таки гордились своей доблестью, своими учителями и даже самой школой. Например, "степень", полученная в школе "Пранесте" по престижности была сродни дипломам Гарварда и Йеля [престижные американские университеты]. Не надо думать, однако, что все ученики были довольны своим жребием. Многие пытались убежать и иногда кончали жизнь самоубийством. По окончании инструктажа, новоиспеченные гладиаторы начинали свою короткую, но славную карьеру.

Кровавые события в их жизни происходили одно за другим до самой смерти. И оценивалась она воплями толпы на трибунах и галереях. Кровавое представление обычно открывалось парадом участников, одетых в парадные одежды, в которых они должны были выступать. Некоторые бойцы сражались в тяжелых доспехах, многие - в легкой одежде, иногда раздевались до пояса и очень редко - полностью догола. В боях использовались все типы холодного оружия: длинные мечи, трезубцы, кинжалы, ятаганы, длинные копья, топоры, камни в праще или в металлической сетке. Это было такое представление, которое невозможно представить запечатленным телекамерой. Почти невероятное великолепие этого зрелища заставляло любого срываться с места и бежать смотреть на него. Каждая деталь на этих спектаклях заставляла учащаться пульс. И конечно, самым кульминационным моментом был тот, когда один из бойцов получал ранение. Тогда наэлектризованная толпа могла начать кричать: "Хабет!" (кончай с ним). Согласно строгим правилам, в этот момент гладиаторша обязана была откинуть щит и оружие, пасть на спину и поднять один палец левой руки в знак моления многоярусной аудитории о снисхождении. Толпа могла знаками показать, что желает пощады - либо маханием платочками, либо поднятыми верх большими пальцами. Но если зрители указывали большими пальцами вниз, это означало, что они желают финального смертельного удара. В этом случае, победительница должна была вонзить оружие либо в ту же рану, либо в грудную клетку побежденной. На некоторых аренах служитель должен был ударить павшего тяжелой колотушкой по лбу - своего рода "удар милосердия". Затем труп убирали с арены, чтобы освободить место следующему представлению.

Таков был спорт в древнеримские времена. Резня не ужасала жестокосердную толпу. С рассвета до заката продолжалась эта бойня, а к ночи песок арены был буквально пропитан кровью. И не имело значения, знаменита ли жертва или нет, потому, что всегда были другие, готовые занять место убитого.

Очевидно, что величайшей девушкой-гладиатором тех времен, а, возможно, и самой прекрасной за все времена, была Герардеска Манутиус, убийца-амазонка, зарезавшая на арене более 200 соперников обоего пола, пока ее саму не прикончили. Герардеска, пламенная красавица с черными, как смоль волосами и идеально пропорциональным торсом, радовала каждого болельщика в Риме. Она попала на арену за год до своей гибели, сразу, став знаменитостью. Двадцативосьмилетняя беглая рабыня, она была среди 90000 рабов, объединившихся под командованием прославленного Спартака, взбунтовавшегося гладиатора, сбежавшего из школы в Капуе и прятавшегося на горе Везувий. Будучи проституткой в повстанческой армии Спартака, она находилась в его отрядах, когда они двигались к Альпам, и потом, когда они пытались грабить богатства Вечного города. Герардеска брала уроки борьбы с мечом и быстро стала опытной единоборкой и рукопашным бойцом. В яростной битве при Лукании в 71 г. н.э., в которой Спартак был убит, Герардеска была захвачена в плен Марком Люцинием Крассом, который приказал распять ее вместе с 6000 беглыми рабами. Но позже генерал Красс изменил свое решение в отношении прелестной бронзовокожей Герардески в тот самый момент, когда она была уже прикована к кресту около Аппиевой дороги. Он провел с ней ночь в своей палатке. На другой день он послал ее в Капую для обучения гладиаторскому искусству с надеждой на то, что однажды она смогла бы обрести свободу. У Герардески не было трудностей с освоением основ гладиаторских боев; в течение нескольких недель ей организовали первый бой, сопровождавшийся ажиотажем, связанным с тем, что она была протеже Красса. За каких-то пять минут сражения она убила своего соперника, мускулистого, татуированного Трасиана из северной Греции. Кровожадная и простецкая публика обалдевала от блеска двух сильных тел, обнаженных до пояса и двигающихся под жарким солнцем. Бой длился не очень долго, и приветственный гром потряс амфитеатры, когда кривой ятаган на несколько дюймов вошел в пах Трасиана. Герардеска поймала его на ловком обманном приеме. Но, как это случается со всеми кровавыми мастерами, выходящими на арену, она была обречена на смерть. В течение 11-ти месяцев Герардеска уничтожала всех своих противников, включая лучших в этом деле бойцов-мужчин, а убита она была в схватке с двумя карликами. Во время боя один из карликов зашел девушке за спину и воткнул свой трезубец прямо ей в почки. Она ушла как благородная дама, а мужчины в пурпурных тогах криками выражали радость за несчастных карликов. Хотя она была всеобщей любимицей, казалось, весь Колизей направил свои большие пальцы вниз. Раненая гладиаторша, в соответствии с правилами, откинулась на спину и лежала, мучаясь от боли. Она подняла палец левой руки, а два воина-карлика вогнали свое трезубое оружие ей в живот и грудь, чтобы окончательно прикончить ее. Вот так все было кончено, и разорванное тело Герардески было утащено с арены, грубо и бесцеремонно спущено с лестницы в мрачный вестибюль и брошено в угол на кучу собранных за день дряблых жертв.

Так проходит слава мира! ("Sic transit gloria mundi").

Данвуди Холл.http://www.fscclub.com/