Или вот кто-то возмущается, что в Минске даже не вспомнили о Крыме — будто согласились с оккупацией полуострова. Можно было бы возразить, что говорили в белорусской столице не о Крыме, а о войне. Но дело даже не в этом. Ну не вспомнили, ну вынесли за скобки, а дальше-то что? Ведь сухопутного пути в Крым как не было, так и нет. А вместо моста ушлый Ротенберг, который, конечно, деньги освоит, но ничего не построит. А вместо власти проходимец Аксенов, который мало чем отличается от донецких соратников. А вместо курортного сезона пустые пляжи — и следующим летом тоже. Крым как жил за счет Украины, так и живет, только расплачивается теперь с брошенной Родиной российскими деньгами. Вопрос: есть ли у Путина эти деньги, и надолго ли их хватит при нынешнем состоянии бюджета и тающих резервах? Какая разница, упоминают Крым или нет, если захваченная осоловелыми «вежливыми человечками» территория становится обузой?

На самом деле выбор у Путина невелик: воевать или сгинуть. Именно поэтому он оставил границы оккупированного Донбасса открытыми — то есть готовыми принимать новую технику и новых солдат и отправлять обратно в Россию металлолом и «груз 200″. Совершенно не обязательно вчитываться в строки того, что он там гарантирует, — он и сам не вчитывается. В минуты таких переговоров у него только одна навязчивая мысль, которая не дает ему покоя и с которой он не может поделиться даже с Песковым: удастся ли ему уничтожить не оценивший его по достоинству мир — и остаться в живых?

Читать полностью на http://news.eizvestia.com/news_politics/full/271-v...ik-voevat-ili-sginut-portnikov