Выводы лондонского суда о том, что экс-сотрудник ФСБ Александр Литвиненко был, "вероятно", убит по личному приказу президента России Владимира Путина, вряд ли сильно изменят мнение Запада о нем, так как отношение уже испорчено, считает российско-американский историк Юрий Фельштинский. Об этом он заявил в комментарии изданию "ГОРДОН".

Фельштинский в соавторстве с Литвиненко написал книгу "ФСБ взрывает Россию", в которой спецслужбы России обвиняются в организации взрывов жилых домов в 1999 году. (http://www.liveinternet.ru/users/5332527/post341193924)

21 января 2015 года Высокий суд Лондона обнародовал отчет по делу об убийстве сотрудника российских спецслужб Александра Литвиненко, скончавшегося в Великобритании 23 ноября 2006 года от отравления радиоактивным полонием-210. В финальном докладе судья сэр Роберт Оуэн заявил, что убийство Литвиненко было "вероятно, одобрено" президентом РФ Владимиром Путиным.

Британия рассматривает возможность дальнейших действий против России после того, как расследованием в ходе общественных слушаний было установлено, что президент России Владимир Путин, вероятно, одобрил убийство экс-сотрудника ФСБ Александра Литвиненко. Об этом заявил пресс-секретарь премьер-министра Дэвида Кэмерона.
Министр внутренних дел Великобритании Тереза Мэй отметила по этому поводу, что ее страна будет и далее, как она выразилась, сдержанно взаимодействовать с Россией, где это строго необходимо для британских интересов. Глава МВД Великобритании также сообщила, что обратилась в НАТО и ЕС, с тем чтобы принять меры для предотвращения повторения убийств, аналогичных убийству Литвиненко. Она также сообщила, что парламент заморозит активы лиц, имеющих отношение к этому делу.
Кремль отрицает какую-либо причастность к гибели Литвиненко.
"Дело Литвиненко" или "Дело Кремля"? - обсуждают правозащитник Сергей Григорьянц, адвокат, бывший сотрудник ФСБ Михаил Трепашкин, общественный активист Андрей Сидельников, Лондон.
Ведущий - Владимир Кара - Мурза - старший.

Это требование, впервые со всей ясностью озвученное в апреле 2011 года на митинге Русского Гражданского Союза, напугало многих: депутатов «Единой России», Общественную палату, руководство кавказских республик. Власть, раньше с гордостью докладывавшая о своей помощи Северному Кавказу, прикусила язык и попыталась вбросить в общественное сознание ряд мифов.

Миф № 1. Кавказ - не самый дотируемый регион.

Помимо северокавказских республик значительный объем помощи из центра получают, например, Якутия и Дальний Восток. Почему бы тогда, начали задаваться вопросом некоторые горе-аналитики, не выдвинуть лозунг «Хватит кормить Якутию?» или «Хватит кормить Камчатку?» Но давно ли мы слышали новости о бесчинствах якутской молодежи в русских городах? Или, может быть, камчатские боевики каждый день что-то взрывают?

Конечно, важно не только, кого «кормят», но и как «кормят». Многие поборники «дружбы народов» (иными словами, ущемления русских регионов в пользу нерусских республик) потрясают табличками с цифрами федеральных дотаций на душу населения. Из них вроде бы следует, что кавказские регионы отнюдь не самые дотируемые: на жителя Камчатки приходится аж 86 тыс. рублей федеральных денег, а Чечня плетется где-то в конце десятка самых дотируемых регионов с жалкими 13 тыс. на душу населения.

Проблема в том, что подобные таблицы составляются, как правило, на основании лишь одного параметра - дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности. Но помимо этих дотаций существует множество других: так, в 2010 году дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности Чечни (13,067 млрд. рублей) составили лишь 22% от общей суммы безвозмездных поступлений, которые получила республика. В 2011 году общая сумма дотаций Чечне исчисляется в 54 млрд. Если мы пересчитаем эту цифру на душу населения, то получим уже 45 тыс., что явно больше 13 тыс. и выводит Чечню в первую тройку по этому показателю.

Не будем забывать и о том, что сравнивать отдаленные территории с суровым климатом и маленькие компактные северокавказские республики юга России некорректно. Слишком уж несопоставимы расстояния и цены. Длина отопительного сезона в Петропавловске-Камчатском на 2,5 месяца больше, чем в Грозном. Бензин (АИ-95) в Чечне стоит 27 рублей, в Камчатском крае - 33 рубля. Стоимость фиксированного набора товаров и услуг в Чечне - 6400 руб., на Камчатке 13600 руб. (данные Росстата за 2009 г.). Поэтому надо спрашивать не о том, «жирует» ли Камчатка на федеральных дотациях (очевидно, нет), а о том, почему Чечня, Дагестан и другие кавказские республики получают дотации, сопоставимые с помощью северным регионам, а зачастую и превышающие ее? Давайте лучше сравнивать республики Северного Кавказа со Ставропольем и Краснодаром: они схожи с северокавказскими республиками и по климатическим условиям, и по географическому местоположению, но дотируются не в пример меньше. Может быть, потому, что там живут русские, которые никого не взрывают?

Наконец, вместо того, чтобы рассчитывать дотации на душу населения, можно посчитать «окупаемость» регионов: отношение потраченных в регионе денег к собранным там налогам. И тут оказывается, что северокавказские республики замыкают список: налогов там собирают меньше всего, а денег тратят больше всего. «Окупаемость» Камчатского края составляет 38%, а Чечни  всего 18%. Получается, южная густонаселенная Чечня в процентном отношении платит меньше налогов, чем малонаселенная северная Камчатка. Это и понятно:  зачем властям Чечни повышать собираемость налогов, если всё равно Москва поможет покрыть все расходы.  

Миф № 2. Расходы на Кавказ несущественны.

На первый взгляд, в масштабах всего бюджета РФ федеральные дотации северокавказским республикам не выглядят очень значительными.

Ведомственные расходы на оборону, зарплаты бюджетникам, на пополнение Пенсионного фонда, покрывающие нужды всей страны (в том числе и Северного Кавказа) намного превышают отчисления во все региональные бюджеты, вместе взятые.Но если брать только эти отчисления, то дотации Северному Кавказу на их фоне очень существенны. В 2010 году из 396 млрд. дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности (мы не берем другие выплаты), выделенных всем регионам России, 16% пошло шести северокавказским республикам. При этом их население составляет лишь 4,7% от населения всей России. Следовательно, Северный Кавказ получает непропорционально много: примерно в 3 раза больше среднего уровня.

При этом аппетиты Северного Кавказа всё время растут, как и готовность Москвы их удовлетворять: так, на развитие этого небольшого региона планируется привлечь 5,5 триллиона рублей. А это - уже больше половины годового бюджета России!

Примечательно, что большую часть этих денег получат Дагестан, Чечня и Ингушетия - как раз те северокавказские республики, где русского населения практически не осталось. Чем меньше в регионе русского населения, тем с большей охотой российские власти ему помогают.

Так или иначе, в ближайшее десятилетие власть планирует многократно увеличить расходы на Северный Кавказ, что скажется уже на всей экономики России. При этом внебюджетные инвестиции составят всего 30% от денег, выделяемых Кавказу, что повлечет за собой или увеличение бюджетного дефицита, или повышения налогов, считают в Министерстве финансов РФ.

Дотации Кавказу и так очень существенны и, если не переломить тенденцию, то скоро уже каждый житель России почувствует на себе всю тяжесть подобной дани.   

Миф № 3. Чечня окупается за счет нефти.

Есть мнение, что если бы деньги от добываемой в Чечне нефти оставались в бюджете этой республики, то она могла бы обойтись без дотаций. Это неправда. По словам главы Счетной палаты Сергея Степашина, Чечне выделяется порядка 70 млрд. рублей, а федеральная казна получает от «Грознефти» (дочерняя компания «Роснефти») всего 7-8 млрд. рублей. Он озвучил эти цифры четыре года назад, но и сейчас ситуация не изменилась. Более того, с 2008 по 2010 года нефтедобыча в Чечне упала почти наполовину (с 13,9 до 7,4 млн. баррелей в год), что неудивительно, ведь нефть добывали здесь еще до революции и ее запасы истощены.  

В 2010 году, по данным Федерального казначейства, консолидированный бюджет Чечни составил более 64 млрд. рублей. В Чечне за этот год было собрано меньше 10 миллиардов налогов, из них 3,7 млрд. пошли в федеральный бюджет, а 6,2 млрд. остались в республике. Остальное покрыла Москва: безвозмездные перечисления Чечне составили 58 миллиардов рублей, из них 18 млрд. выделены по Федеральной целевой программе «Социально-экономическое развитие Чеченской ре6спублики».

За тот же 2010 год в Чечне было добыто 7,4 млн. баррелей нефти. Тогда средняя цена российской нефти на мировых рынках составляла около 80 долларов за баррель. Выходит, что совокупная стоимость чеченской нефти за 2010 г. равняется около 18 млрд. рублей. Даже если допустить, что все эти деньги прямиком поступили бы в бюджет Чечни, то даже это не позволило бы покрыть те дотации, которые она проедает (58 млрд.). Но чеченская нефть не добывается в вакууме. Поэтому не забудьте вычесть из этих 18 миллиардов себестоимость добычи, транспортировки, налог на добычу полезных ископаемых (НДПИ) и экспортную пошлину, всего около 60 долларов на каждый баррель. Остаток совсем не впечатляет. Так что не надо вестись на рассказы о «чеченской нефти»: элитное жилье и мечети с позолоченным куполом строятся в Чечне на русские деньги. А останься чеченцы один на один со своей нефтью, они едва ли смогут продолжить ее добычу: в 1990-е годы они предпочли просто распилить нефтяные вышки на металлолом. 

Зачем вообще поднимать вопрос о дотациях Кавказу?

Разумеется, избыточное финансирование северокавказских республик - не единственная проблема, существующая в России. Коррупция, деградация ЖКХ, отсутствие честных выборов - всё это и многое другое волнует всех нас не меньше. Но существование множества проблем нельзя использовать как предлог, чтобы не решать ни одну из них. Зачем вы боретесь с незаконной вырубкой леса, ведь расцвет коррупции и отсутствие демократии - не менее важный вопрос? Неужели Иван Иванович - единственный чиновник-взяточник, зачем же тратить время на его разоблачение, когда существуют взяточники еще крупнее?

Когда существует множество проблем, надо начать с решения хотя бы одной из них. Логично начать именно с решения кавказского вопроса,  потому что в этом регионе сплелись все остальные российские проблемы в наиболее острых их проявлениях. Северокавказские республики - самые коррумпированные, самые недемократичные (вспомним, сколько процентов «Единая Россия» набирает в Чечне), самые криминальные. Поднимая кавказский вопрос, мы поднимаем и проблему отношений центр-регион, одну из самых серьезных в России. Какие полномочия должны быть у субъектов федерации? Сколько налогов регион должен отдавать центру и сколько оставлять себе? На какие дотации регион может рассчитывать? Почему у русских регионов меньше прав, чем у национальных республик?

Кавказский вопрос - это вопрос приоритетов российского государства, и, следовательно, вопрос выживания русской нации. Целые регионы Европейской России стремительно вымирают и пустеют. Почему же тогда триллионы рублей власть предпочитает вкладывать в Чечню и Дагестан, а не в Псковскую или Ивановскую области? Там что, меньше нищеты и разрухи? Чиновник, занятый трудоустройством кавказцев в других регионах России, как-то рассказал журналистам о «саклях бедных горцев» - трёхэтажных домах из красного кирпича с широкими воротами, ни одного окна на улицу. И половина из жителей таких домов - безработные».

А теперь вспомним о деревянных лачугах русских городов и деревень. Но русская нищета волнует российскую власть куда меньше, чем возможное недовольство горцев. Потому что горцы действуют, а русские терпят.

Но так будет не всегда. Акции «Хватит кормить Кавказ!», которые пройдут в русских городах - знак того, что терпение подходит к концу. 

Нашел себе развлечение: читаю предвыборные программы и выступления Путина. Начиная с 2000 года ключевая его идея — «снять экономику с нефтяной иглы».

Путин рассуждает, что зависимая от нефтяной конъюнктуры экономика «не гарантирует нам ни стабильности, ни суверенитета, ни достойного благосостояния». Для России это просто непозволительно, считает президент. Предлагает развивать современные технологии и внедрять инновации.

Вот интересный он все-таки человек, Владимир Путин.

Слушаешь его — и впечатление, как будто он только сегодня пришел во власть. До него какие-то предатели и негодяи все ломали, а тут он появляется весь в белом и объясняет, как все исправить.

За годы правления Путина наше государство получило от продажи нефти гигантские доходы — около 3,5 триллионов долларов США.

Три. С половиной. Триллиона. Долларов.

Президент имел все возможности для того, чтобы эти деньги коренным образом изменили фундамент российской экономики.

Кто мешал создавать современную промышленность, инвестировать в высокие технологии, развивать инновации? Кто вам, Владимир Владимирович, мешал делать все то, о чем вы так красноречиво рассуждали в своих предвыборных статьях?

Реальный результат политики Путина — зависимость экономики от нефти только усилилась. Вместо того, чтобы вытащить «нефтяную иглу» — всадил ее еще глубже, по самый корень.

Каков итог?

Мы знаем, что от нефтяных доходов получили путинские друзья — все эти роттенберги, кадыровы, сечины лопаются от денег. Яхты, дворцы, шубохранилища. «Их дети сходят с ума от того, что им нечего больше хотеть».

А что получила страна?

Малый бизнес задушили налогами, антисанкциями и административными клещами. Пенсии в два раза ниже, чем в нищей Греции. Грабят поборами дальнобойщиков. Учителей и врачей увольняют по всей стране — денег на их содержание не хватает.

Зато армия чиновников уверенно растет. Бюрократов в России сегодня больше, чем было во всем СССР. Расходы на содержание чиновников за последние 15 лет увеличились на треть. И чувствуют они себя гораздо более сытыми, чем остальные.

Страна жмет плечами: ну ладно, мол, что поделать. Зато без революций и потрясений. Страна следит за нефтяной ценой, как за сводками с фронта. Упала нефть — катастрофа. О, подросла немного! Живем!

Позорище. Изображаем из себя сверхдержаву, а за 15 лет так и не смогли навести порядок в собственном доме.

Документальный фильм Валерия Балаяна "Хуизмистерпутин". Это история прихода к власти нынешнего президента России, а вместе с ним и клана сотрудников спецслужб и тесно связанных с ним криминальных группировок.

Режиссер: Валерий Балаян