Всю минувшую неделю изо дня в день у участников и созерцателей нашей общественно-политической деятельности нарастало ощущение, что из всей отраслей медицины для нас важнейшей является психиатрия. Я даже не говорю о чтении ментальных импровизаций Бригинца, Ляшко и Шкиряка, прочно занимающих нишу городских юродивых. Речь идет о целенаправленных действиях новой власти, инициативах депутатов-законотворцев, новом рейдерстве и бандитизме радикалов, а также перформансах борцов с коррупцией за люстрацию.
На прошлой неделе на сайте Верховной Рады появились законопроекты, заставляющие настойчиво листать учебник психиатрии и произведения Оруэлла. Власть планирует карать за коллаборационизм в Крыму, не давая жестких и четких определений преступления, под которое можно подверстать что угодно; за сепаратизм, за который при желании можно арестовать кого угодно – причем, даже превентивно, по подозрению в непатриотическом рассуждении, то есть - за мысли и слова.
Та самая власть, которая криком кричала все годы правления Януковича, что свобода слова – главная европейская ценность, а ее грантоедские адепты (они не коллаборационисты, нет?) составляли списки врагов этой самой свободы и ежедневно волали об утысках. Теперь все эти так называемые гражданские активисты глухо молчат, не говоря ни единого критического слова о законопроектах, уместных в диктаторских режимах вроде Северной Кореи, но не имеющих аналогов в вожделенной демократической Европе.
На прошлой неделе зато подал свой голос новый министр культуры. Раньше он сутками конферировал шоу на Майдане, но вот выконферировал себе высокий государственный пост, а креативов все не было. Ответственный государственный чиновник после назначения таинственно затихарился. И, чем дольше он молчал, тем сильнее крепла уверенность в том, что это неспроста, и вскоре мы увидим нечто эпохальное. На прошлой неделе восставшие патриоты, по-прежнему в масках, с битами и автоматами, уничтожили едва ли не под ноль 3 музея в центре Киева, разгромили фонд «Духовное наследие», но министр култур-мултур оставил эти рядовые события, как и пожар в Дом архитектора, без комментариев, и вот теперь, наконец, стало понятно, почему.
Нищук был занят. Он настойчиво работал над срочнейшим законопроектом, который, будучи принятым, мгновенно усилит позиции нашей европейской страны в гуманитарном поле Европы и мира, которые и так очарованы нашим культурным продвижением по планете.
Украина, по замыслу конферансье, должна пересмотреть перечень праздников, дабы окончательно стряхнуть со своих ног прах советского наследия. Итак, 8 марта и 1 мая перестанут быть выходными, как и 9 мая – «праздник победы большевистских захватчиков». Окончание Второй мировой войны в Европе станем отмечать 8 мая, но не Днем победы, а траурным Днем памяти жертв советской оккупации. Из нового – день небесной сотни, день украинской армии летом и 30 июня - День восстановления украинской государственности в честь провозглашения украинской державы Степаном Бандерой во Львове в 1941 году.
Степан Андреевич немного подвел адептов, родившись 1 января. В принципе, Новый год можно было бы перенести на другую дату, а 1 января таки праздновать день рождения проводника, но степень осведомления широких народных масс все еще оставляет желать лучшего, поэтому важное решение отложено до лучших времен.
Среди законопроектов, один другого краше, есть муссирующийся не первый год план перехода на латиницу, но теперь превзойден и он. Чтобы стать еще ближе к Европе, предполагается поменять даты церковных праздников, отмечая их по Григорианскому календарю.
Впрочем, к Европе ближе мы уже стали. 21 марта премьер Арсений подписал политическую часть Соглашения об Ассоциации с ЕС, но подписанное оказалось настолько ничтожным по значению и содержанию, что даже триумфатор не смог как следует исполнить ликование.
Более того, чиновники ЕС посчитали необходимым еще и в публичных комментариях подчеркнуть, что речь об интеграции не идет, и завели свою обычную шарманку насчет большого пути, совместного путешествия, теоретической солидарности и политического компаса.
Яценюк, однако, уверен, что подписанное все равно великолепно, ибо открывает для Украины европейские рынки, поскольку пошлины на украинские товары временно, с июня по ноябрь, будут снижены.
На те товары, которые определит сам ЕС - разумеется, в рамках обозначенных квот.
Европейцы признают нашу новую власть и, как они выражаются, подставляют ей плечо. Речь идет о тех же самых европейцах, которые жестко критиковали режим Януковича за авторитарность, притеснения журналистов и нарушения в сфере свободы слова, за избирательное правосудие, а сегодня, таким образом, считают, что новые лидеры страны выгодно отличаются от папередника следованием европейским стандартам в этих сферах.
Судя по всему, наших доброжелательных кураторов не смущает и такая мелочь, как разгул бандитизма в стране, власть которой не в состоянии навести элементарный порядок на улицах и обижается, что некоторые граждане косят глазом в сторону соседей. Желание людей жить в безопасности, во взаимном уважении и не бояться за своих близких нынче модно именовать сепаратизмом и составлять разнообразные законопроекты, предусматривающие за «сепаратизм» полновесные уголовные наказания.
Тем временем, вольница гуляет широко. В этом деле вертикаль, как нигде, выстроена сверху донизу. Народные депутаты вламываются на телекомпанию, берут за горло ее руководителя, дружелюбными тычками и пинками убеждая его, москалюгу и вражину, написать заявление на выход. Через десять минут москалюга и вражина, с трудом ворочая разбитыми до состояния пышного пюре губами и светя огромной шишкой во лбу, убеждает любопытствующих на камеру, что никакой стычки не было, а был лишь конструктивный диалог воспитанных людей. Хлоп прав, конечно, ведь береженого бог бережет.
Уполномоченный по борьбу с коррупцией, государственный, таким образом, чиновник Татьяна Черновол, получившая должность «за энергичность и стойкость», организовывает вооруженное нападение на ГАСК, и ее хамская опричнина доводит до истерики простых служащих, изымает документы и деньги (!), потому что Черновол убеждена, что там цветет коррупция. Следствие, ордера на обыски, суд с состязательностью сторон? Нет, она о таком не слышала, а если и слышала, то презирает в принципе.
После этого Черновол же организовывает нападение на вертодром, потому что там стоят преступные геликОптеры злочинной влады, подлежащие антикоррупционной экспроприации, и внезапно оказывается, что при изъятии авиатехники борцы за все лучшее против всего худшего потырили с вертолетов дорогущее навигационное оборудование. В рамках, конечно, борьбы.
Если можно таким великим людям, почему нельзя массе? Рейдеры ходят на предприятия и требуют поделиться кто чем может с революционерами, потому что майдан с довольствия снят, а жить хочется по-прежнему – широко и сытно. Ездить, одеваться, гулять. Ребята с более масштабным мышлением отжимают целыми заводами вроде водочного «Немирова», публика попроще довольствуется ларьками и облагает данью мелкий и средний бизнес. Самые хваткие наловчились заменять гаишников и брать взятки у водителей – на дело революции.
Кроме отъема денег и материальных благ, что хотя бы можно объяснить насущными потребностями борцов за лучшее будущее нашей страны, ребятишки балуются вандализмом ради чистого искусства. Стоит себе музей, офис, машинка чья-то - отчего ж не разрушить, взорвать, поджечь?
Оружие сдавать никто не намерен, не помогло даже создание Нацгвардии. Разбойнички, которых пытались социализировать и легализовать добрые дяденьки во власти, объявили, что им не место под ментами, которые с каких-то дел возомнили, что могут командовать вольными людьми.
По городам маршируют мальчики и девочки в балаклавах, вооруженные до зубов – пугают мирных граждан. Никакого отпора ребята не встречают, напротив, люди добровольно отдают требуемое во избежание. Киевляне, носившие пирожки на майдан, пребывают в жестоком когнитивном диссонансе, но не сдаются. Главное ведь что сбросили Януковича.
Власть понятия не имеет, что делать с этой проблемой – как никогда не знали и другие правители, пришедшие к кормилу благодаря радикалам и попавшие от них в прямую и жесткую зависимость.
В стране нагнетается военный психоз, народ щедро жертвует на армию, которая находится в самом плачевном состоянии, решимость и ненависть к врагу транслируется со всех телеканалов, постоянно звучит тема войны, однако военное положение не объявляется. Но Крым, увы, становится частью России. Ребята в масках и с оружием, такие смелые и отвязные в мирных городах против скромных обывателей, вышколенные стрелять и бросать гранаты, отчего-то вовсе не рвутся воевать за Крым, вот что странно…
Наши военные в отчаянии от странной манеры командования держать их в полном неведении относительно планов отпора или сдачи позиций. Критикуют министра, но тот не лыком шит – учит мужиков патриотизму и требует стоически переносить тяготы и лишения, которые у них возникли из-за его собственной косорукости. Сам адмирал Тенюх исправно объезжает украинские телеканалы, на которых читает назидательные лекции воинам, подчеркивая, что их критические вопросы к нему – спецоперация русских. Но в Крым завитать времени не находит и даже, говорят командиры брошенных частей, по телефону с ними не связывается. В эфире прямо пеняет военным, что они, вопреки разрешению, так и не открыли огонь по противнику, и уже самым наивным становится понятно, что министр рассчитывает, что войну начнут сами солдаты и офицеры, догадавшись, на что им намекают. Или просто у них, брошенных в максимально неопределенном статусе – стоять и терпеть - сдадут нервы…
Однако солдаты и офицеры, очевидно, стрелять без прямого приказа и политического решения Рады не хотят. Во-первых, потому что многие из них сами крымчане, во-вторых, они понимают, что из них упорно делают козлов отпущения, в-третьих – видят, что местное население оккупированным себя не считает, и стрельбу украинских военных оценит не так, как мечтается Тенюху. Все разговоры о том, что у них довольствие ниже, чем у русских, решающего значения не имеют. Главное – ощущение чужой для себя войны… Не видеть очевидного невозможно, даже под страхом фальшивых обвинений в сепаратизме.
В общем, Киев продолжает пылать и взрываться, на полуострове полные непонятки со статусом украинских военных, и на этом фоне в него въезжает королева китча и бурлеска. Вечерней лошадью прямо из Шарите, чудесно исцеленная двумя уколами в позвоночник вроде тех, что в рутинном порядке делают в любой больничке, и живительной блефаропластикой.
Лицо пылает решимостью, губы кривит то презрительная усмешка, то мстительная ухмылка, речь жесткая, каблуки высокие. Тимошенко снова в деле, и горе тому, кто думал, что холодный душ на Майдане хоть сколько-нибудь ослабит железную волю и решимость Юлии Владимировны.
Тимошенко вошла в избирательную кампанию как горячий нож в холодное масло. Ее бенефис у Шустера лишь подтвердил общеизвестное – нет на свете той белиберды, которую не могла бы имплантировать в мозг украинцам Юля, и никакой остеохондроз ей в этом не помеха. 42% поддержки публики через несколько минут превращаются в 84% - как говорится, первая колОм, вторая соколОм.
Все, кто хотел, мог посмотреть и пересмотреть шоу одной актрисы. Яростная решимость, тонны слов, за которыми никакой конкретики – фирменный почерк узнаваем с первого слова. Угрозы «фашисту» Путину и его бойцам-«гопникам», оскорбления в адрес руководства России, с которым, между тем, планируется провести переговоры, но только после полной его капитуляции – все это ложится бальзамом на души сторонников и многочисленных бойцов диванной армии, воюющих за независимость Украины и за наш Крым, лупя по клавиатурам компьютеров.
Отмена экономического сотрудничества с русскими – «мы перенаправим наш экспорт в ЕС», благоглупости про отказ от их газа, про какие-то реверсные поставки из Европы того же русского газа, запальчивые воинственные призывы, обещания сделать армию сильнейшей в мире, упреки в адрес папередников, которые ее-де развалили. Как будто до 2010-го Вооруженные силы Украины, ведомые, в том числе, соискателем места Главнокомандующего Гриценко, распродававшего армейскую недвижимость, являли собой что-то мало-мальски пристойное.
Крым отдать забрать нельзя – где запятая? Впрочем, Юлию Владимировну никогда не волновали подробности. «Нам патрибна с Путиным размавляты апсалютна чатки и жестка» - сказала, как отрезала. О чем, с какими козырями, с какими тузами в рукаве?
Впрочем, мы же помним – мы отсосем нефть с половины земного шара и будем гнать топливо из водорослей. Тут главное энтузиазм и ненависть, побольше ненависти. Ее избиратели очень любят, чтобы побольше ненависти, мести и запальчивости, а никто лучше Тимошенко не знает, как потрафить своему электорату.
И вот уже Вона проводит военные совещания, комический полковник Гриценко просится к ней в главнокомандующие, 40 тысяч одних курьеров летят прямо из Парижа. Публика в студии, которую Шустер пышно называет всей Украиной, уже покачивается в трансе, и верит, верит, верит. Если бывший высший государственный чиновник, поставивший экономику собственной страны в коленно-локтевое положение безобразным унизительным контрактом, все еще может работать мессией для маленьких украинцев, то кто нам доктор, кто нам психиатр?
Юля будет мстить обидчикам, и мстя ее будет страшна. Любопытствующие запаслись попкорном и приготовились созерцать, как она будет выстраивать свои отношения с радикалами из Правого сектора, которые встретили ее так нелюбезно в момент первого появления на майдане.
Теперь пан Ярош уже не конкурент Юлии Владимировны в президентской гонке.
А пока Юлия Владимировна сулится освободить Россию, назначает ей президентом бывшего певца Макаревича, поет дифирамбы Новодворской, обещает российской экономике скорое падение в пропасть, клянется, что мир не остановится в санкциях против России.
Публика в экстазе...
Автор Нюра Н. Берг, специально для Полемики
