***
Вернемся в прошлое столетье…
Где детством пахнут поезда,
Где жизнь пока что – междометья,
Но жадно дышит первым «да»!
Как свежевыпеченным хлебом,
И первым холодом в груди,
Чем вопросительнее небо,
Тем восклицательней дожди!




***
Молчит кальяна черный сакс.
Сейчас – и есть – потом.
Синкопы тянет черных глаз
Луна беззубым ртом.
В созвездье нот, как прежде семь.
Изгибы в форме Ч.
И может стать молчанье всем,
А музыка ничем.

***
Губами я возьму твой влажный стих,
И языком почувствую упругость
Всех слов, ещё не сказанных, твоих,
Теснящих и сжимающих друг друга
Подобием мальков, когда река
От нереста вскипает, рвет и мечет,
И где-то в глубине два языка
Становятся одною частью речи.


***
Мне в пору жизнь. Тропа мне впору. 
Пусть путь – подобие игры.
Когда идешь все время в гору,
То сам уже – как часть горы.

***
Я на собственном ложе – Прокруст.
Отмеряю по горло пророчества.
Реки всех человеческих чувств
Попадут в океан одиночества.
Что случится ещё на веку?
Поезд Киев минует, Заворичи…
В бочку меда я дегтем стеку,
Задыхаясь от счастья и горечи…


***
Сказал: мне любить не с руки,
Я – Тайсон из племени мавров.
Любовь – это бокс в поддавки,
Кто больше пропустит ударов.
Бывает порой и с ноги,
Что будто бы Брюсом зависла,
И время мотает круги
Побега от здравого смысла.

***
Как необъятна ночи ложь.
Любви Великая Валгала.
И я косил весь вечер дождь,
Пока ты косы расплетала.

Как предсказуемы слова
Пока дыханье не собъется.
И пустят корни существа
Друг в друга, словно солнце в солнце.

***
Ты самой себя предтеча,
Мира часть и часть войны,
Ты – часть слова и часть речи
И вселенской тишины.
Щек озноб и губ причастье,
Преднамеренность огня,
И чекой взрывного счастья
Ты вкольцована в меня!
Ты поешься ля-минором,
Бах и Оден, Аден, Григ,
Ты – часть суши и часть моря,
Матрица и материк.
Первозданность, первородство,
Шифры ночи, коды дня,
Ты величье и сиротство,
Отпустившее меня…


***
Это сладкое слово сейчас.
Это горькое слово потом.
Это свет из безоблачных глаз
Преломлен пожелтевшим листом.


© Андрей Грязов