Пока роса хороша,
Пока светла душа,
Пойду-найду мяты куст заветный,
В высокой траве неприметный.
Для сыночка любимого,
Ветрами носимого,
Любовью полонимого,
Судьбою хранимого,
Солнцем обогреваемого,
Мною оберегаемого.
Травки заповедной кучку:
На любимую мою внучку,
На невестку мою, красавицу,
Противо гадости и подляницы,
Противо болезней злючих,
Противо обид едучих.
А в травке той и покой, и сила.
Ночка её лунной росой умыла,
Солнышко её согревало,
Земелька щедро питала.
Паучок её обошёл,
Червячок её не нашёл,
А нашли её мои руки.
Пусть сыночку не будет скуки
Ни в трудах, ни в делах сердечных,
Ни в уважении законов вечных.
На здоровье-выздоровление,
И на утреннее удивление,
На разумное в делах радение,
С этой травкой моё моление.

Затянувшийся дождь вновь с реприз начинает прелюдию.
Я люблю эту музыку, пусть бы звучала всю ночь!
И, концерт предвкушая, рассыплю клубнику на блюде я,
В старом кресле к утру задремать у камина не прочь.

Пледом тёплым укутаны ноги, уютно и радостно,
Не мешает никто... Ах, маэстро, начните игру,
Опускайте же сумерки медленно, сказочно, парусно,
Я тем временем в горсточку беды свои соберу.

И всю ночь напролёт, ворожа исполнением камерным,
Дождь поёт и поёт на дождливом своём языке.
А скульптура в саду обнажённо, пугливо и мраморно
Позволяет катиться дождинкам по белой щеке.

Я на правилы чехала!
Етих правил - точна блох!
Я пишу тут чёпапала,
Чёпаделать, бобик сдох...

Ни чиво ни остаётцо -
Стих пешу за простатак.
Умный тока посмиётцо,
Но абидитцо дурак.

Гдета квакаит легушко,
У ниё вить брачный гон.
Пралюбофь шипни наушко,
Никричи са всех старон!

Я канешна знаю мала
Всяко разно умных слоф.
А каво маё дастало -
Тех счетаю за аслоф!

Можит я вапще с талантом,
Я одна такая сдезь!
Я цвиркаю брилиантом,
Ну а ты ка мне нилезь!

К ночи тучи собирались,
Шелестел далече гром.
Задержалось солнце малость,
Целовало старый дом.

Не хотело опускаться
За далёкий старый лес,
Много знало, может статься,
Про бесовский нрав небес.

Ночь подкралась кошкой чёрной,
Очертила тёмный круг,
Чтоб её характер вздорный
Ощутило всё вокруг;

Чтоб никто не заподозрил,
Сколько в буйной туче мглы,
Чтоб укрыться было поздно
Свету в тёмные углы.

Громом грохнуло по крыше
Испокону веково.
Гром и сам себя не слышит -
Оглушило самого.

В поднебесье молний стая,
Колдовской затеяв пляс,
Полыхала, будто зная,
Как страшна она сейчас.

И от ярости небесной
Прятал окна старый дом,
И друг к дружке жались тесно
Притаившиеся в нём.

Дом измучился, качаясь,
Приседая и кренясь.
Щели плакали, стесняясь,
Водостоки - не таясь.

"Ох и славно пошумела!
Жаль, мала в июне ночь!"
И гроза большое тело
Потащила тяжко прочь.

Всё смела она, шальная!
Под беззвёздным небом грусть.
И ушла, предупреждая:
Я сюда ещё вернусь!

А луна украдкой, жадно
Посмотрела раз, другой:
Цел домишко - ну и ладно.
И скатилась на покой.

...Тишину порвав неловко,
Щёлкнул где-то соловей,
Будто треснула оковка
Крепко запертых дверей.

Робко двери раскрывая,
Облегчённо дом вздохнул:
Благодать вокруг какая! -
И окошко распахнул.

Солнце бережно и важно
Сушит слёзы на стекле.
В ожиданьи розы влажной
Дремлет ваза на столе.

Две дамы были не знакомы,
Но обе были хороши.
Одна сидеть любила дома,
Другая - не считать гроши.

Одна посматривала зорко
И обихаживала дом.
Другая всё тащила в норку
И очень преуспела в том.

И там, и тут кустилась мило
Неисчислимая семья.
Но что ж их всё-таки роднило?
Ах, боже мой, конечно - я!

И пусть мужья мои не сахар,
Сперва один, потом другой,
Храню, как поле истый пахарь,
Покой свекрови дорогой.

Сомнений нет: где тонко - рвётся.
И пусть прорехи там и тут,
Мужьям - по жизни достаётся,
Свекровей - свято берегут!

И тот, кого родные детки
Не достают день ото дня,
Пусть первым камень бросит метко
В неблагодарную меня!

Скажу спасибо за науку,
Что мной постигнута в борьбе.
И - за свекровь! - пожму я руку
Неблагодарному тебе!

Ты видишь то, чего не вижу я:
Ушли из глаз распознаванья муки,
Былые крылья превратились в руки,
Броня теперь - всего лишь чешуя.

Я вижу то, чего не видишь ты:
Седой висок, опущенные плечи;
И что тебе со мной гораздо легче,
Когда страдаешь ты от немоты.

Мы взглядами столкнёмся невзначай,
И воздуха не хватит нам обоим.
Ты знаешь сам, что мы друг друга стоим,
Но я прошу: обид не замечай.

Мы разные, но всё же мы одно.
Стремимся врозь, но тянет нас обратно.
И правильность того невероятна,
Как не нужны слова в немом кино.

Вот, побеждённый, норов мой притих...
Бреду к тебе теперь, не зная броду.
Из всех напитков предпочту я воду,
Которую возьму из рук твоих.

Какие дамы нас любили!
Какие дамы с утренца
С консервой банки нам дарили,
Не произнесши ни словца!

Летели банки томно на пол,
Цепляясь крышкой за рукав...
Здесь кто-то пол вчера закапал,
Законы скупости поправ.

Эй, дама! Там объедков уйма!
Ты наши спины не жалей!
... Но я теряюсь, не пойму я:
Что за ужасный крик: Налей!" ?




Метки: КРЫСЫ И ДАМЫ

Нет, ребята, я не йети,
Я дитя родной Земли!
Все мы с вами были дети,
Но по-разному росли.

Кто-то кушал бесконтрольно,
Кто-то вовсе голодал...
Своим ростом я довольна,
Да и ноги бог мне дал!

Отшагала я немало,
Обошла весь мир пешком!
Свои ноги отмывала
Я стиральным порошком.

Красота - не наглядеться!
В общем, я и не гляжу.
Как в своём мечтала детстве -
Я в воде морской лежу.

Да, со вкусом отдыхаю.
Океан мне лижет бок...
Пяткой берег я цепляю,
Чтоб прибой не уволок.

Мои пальцы - это парус,
Мои пятки - якоря!
Пусть под солнцем я изжарюсь -
Это мне до фонаря!

У меня есть глаза, как у всех,
И спина есть ещё, и ноги...
Тихо! Что там в углу за смех?!
Ишь, хихикают, недотроги...

Из пособий учил слова,
Чтоб в любви суметь объясниться...
Так трещит уже голова,
Что один лишь выход - напиться.

Долг святой имеет мужик:
Перечислить свои приметы,
Чтобы дама врубилась вмиг,
Что искала именно это!

Эй вы, дамы, наружу - геть!
Покажите мне ваши лица,
Должен тоже я посмотреть:
Ну, в кого можно тут влюбиться?

Измождённых девиц - не нать!
В пище вкусной они невежды.
Я вообще не желаю спать
С тощей мумией без одежды.

Если кости гремят в ночи
При касании осторожном,
Если снятся ночами щи,
Разве это вытерпеть можно?!

Соответствовать - не могу.
И способстсвовать - не желаю.
При возможности - убегу,
При насилии - закопаю.

Пусть сперва нарастит живот
Одинокая доходяга!
Но она-то - наоборот,
Норовит отощать, бедняга!

Дама мягкою быть должна,
Как батончик, что с пылу, с жару...
А с какого, пардон, рожна
Загореться любви пожару?

Стукнешь в спину - спина звенит,
А пониже - плашмя упала...
Я за тех, пацаны, кто зрит
Прямо в корень! Да толку мало.

Я ж не просто ядом плююсь,
Я и сам ведь весьма упитан!
Я обструкции не боюсь,
Я, ребята, не так воспитан.

Вот увижу, бывает, жердь.
Сумку тащит, коленки гнутся...
К человеку подкралась смерть,
А вокруг мужики смеются!

Ну чего вы ржёте, козлы?
Заведите в кафе бедняжку,
А коль надо - так и в узлы
Затяните на ней рубашку,

Чтоб прикрыть её скорбный торс,
Недостаток филейной части...
На макушке пригладьте ворс -
Это в вашей, ребята, власти!

Накормите её пюре,
Обязательно чтоб с котлетой.
И не дайте ей во дворе
Животом бурчать до рассвета.

А брыкаться будет - вяжи,
И вливай молоко коровье!
Не такие, брат, рубежи
Брали в битве мы за здоровье!

На картинке видел одну...
Спать потом я не мог неделю!
Я ж её мизинцем согну,
И шутя придушу в постели.

Стыдно, девушки! Что за срам?
Вам дорога - в анатомичку!
Предлагаю отведать вам
Сливки взбитые, да с клубничкой!

А сметанка как хороша!
А филейка с известной части...
Голодает даже душа,
Если тело не знает счастья.

А потом я решил вот так:
Что мне бегать за светотенью?
Нужен, братцы, всего пустяк:
Обнародовать устремленье.

Я закинул стихи в народ!
Тихо! Ржать перестаньте, люди!
Во, на запах одна ползёт,
Словно горстка костей на блюде.

Ты ж толкала в себя сырьё,
Сено злаками заедала...
То, что в зеркале, всё твоё.
Хорошо хоть себя узнала!

Эх ты, маленький глупый сюр,
Ешь давай... и не плачь, что мало!
Курс жевательных процедур
Будет жизни другой началом!

Вот снова день исчез, как ветра лёгкий стон...
Заходит в свой подъезд уставший гегемон.
Свершён почасово им подвиг трудовой,
На проходной замок, и все ушли домой.

Чу! Стонет ветерок в окне исподтишка,
И трезвого зовёт на выход мужика.
"А чтоб тебе... Сквозняк! Уже в носу свербит..." -
Сердечно ветерку мужчина говорит.

"А ну, иди отсель!" - и форточку закрыл,
И дуло ветерку небрежно прищемил.
Распитие спиртных напитков во дворе -
Плохой пример, друзья, рабочей детворе!

Я помню чудное мгновенье,
Как дольше века длился день...
За откровеньем откровенье
Тень наводило на плетень...

Крепитесь, люди, скоро лето!
И вам ли этого не знать...
Не выйдет летом до рассвета
Стихи на конкурсы писать!

Кому куда: кому на дачу,
Кому в Египет иль в Бангкок...
Ну а пока я ночью плачу,
Заколебал меня стишок!

Не получается, зараза!
Ах, как мне мысль зарифмовать?!
Не написался, сволочь, сразу.
Мне снова до утра не спать...

"О, барышень стеснённые глаза!.." (Н.Бушуев)

***
О, барышень стеснённые глаза!
Вы раскрывайтесь шире безболезно,
И пусть струит горючая слеза,
Она для глаз лекарственно полезна...

О, грусть! Как пучит очи изнутри
Давление в сосудах кровеносных!
Их лопнуло уже, ты посмотри! -
В глазах её, невинно-купоросных...

Дай прикоснусь! И, пряная на вкус,
Слезы отрава на железо брызнет...
Стеснённые глаза! Я вас боюс!
Ваш взгляд меня жестоко укоризнет...

Я прихожу к своей реке,
Как только выдастся минута.
Её начало - вдалеке,
Где моего рожденья смута.

Песок в ней мелок золотой,
И мельница - её примета,
Она лишь кажется простой,
Она - тиха, ей имя - Лета.

Лечу, касаясь облаков,
Что все земные видят были,
Гляжу глазами стариков,
Что к ней устало приходили.

Придёт пора, когда и я
Вступлю в загадочные воды.
Забуду тайны бытия,
Забуду радость и невзгоды.

И будут ветры, и дожди,
И так же будут пахнуть травы...
Ты далеко не уходи,
Меня дождись у переправы!

Не забывай, не исчезай,
Ведь мы с тобою не простились!
Ужель другие в светлый рай
С тобой во времени пустились?

Но всё же ты меня ищи!
Мне будет очень одиноко.
За опозданье не взыщи,
Негоже приходить до срока.

Ноги в воду опускаю.
Ах, вода как холодна!
И от счастья тихо таю,
А в реке не видно дна.

Солнце - жарко, небо - тихо,
Лишь кузнечики снуют.
Никакого в жизни лиха,
И в душе моей уют.

Желтоглазая кувшинка
На балетном стебельке...
Моей жизни половинка
Уж не держится в руке.

И уже не половина,
Если честно говорить...
И сгибают годы спину,
И совсем не та уж прыть.

Тихо падают песчинки
Сквозь песочные часы,
Уж протоптаны тропинки
Вдоль граничной полосы.

Но пока ещё не осень,
Но пока ещё не ночь.
Шестью восемь - сорок восемь,
Я одна у мамы дочь.

А она меня спасает
От болезней и беды.
Улетают, улетают
Мои мысли от воды.

Вот они уже далёко...
...Я по жизни босиком
Похожу пока до срока
В мире солнечном своём.

Когда я маленькой была,
О пенсии мечтала.
Закончу вечером дела,
А утром - всё сначала!

Меня вели то в детский сад,
То в школу провожали...
Преподаватель был мне рад,
Но я ему - едва ли.

В трамвае еду на балет,
А после - в музыкалку.
Ещё страдать мне столько лет -
Ах, как себя мне жалко!

Плетусь с портфелем поутру
Учиться на "отлично".
Ну а отличницам - не вру! -
Филонить неприлично.

А у подъезда чинно, в ряд,
Сидят пенсионерки.
И недостойно слёзен взгляд
Достойной пионерки.

Эх, говорю сама себе,
Везёт же им, столетним!
Я с математикой в борьбе,
А им - одни лишь сплетни!

А им - ну нет, чтоб промолчать! -
Ругаются вдогонку.
Рекомендуют меньше спать
Несчастному ребёнку!

Иду домой - опять беда!
Глумятся всенародно!
И наша лавка, как всегда,
Лишь по ночам свободна.

Проходят дни, идут года,
Но лавка не пустеет,
Там снова митинг, как вегда,
Там бабки вес имеют!

Присяду, что ли, отдохну...
Переведу дыханье.
И слова некому! - вздохну -
Сказать мне в назиданье.

Бредёт со школы не спеша
Соседка-первоклашка.
Замучилась, моя душа?
Завидуешь, бедняжка?

Солидный вес, как погляжу,
В её глазах имею...
Но тут понятно и ежу,
Кому из нас грустнее.

Любая дорога начнётся с порога!=)))

Ну что, заводись? Тапку в пол - и по газу!
Окажемся в белом просторе мы сразу.
Одни мы пока что на утренней трассе,
Мы ранние птахи высокого класса!

Обнимет туман нашу злую машину.
Как встречный поток разметает кручину!
Берёзы и сосны проносятся мимо,
Машина надёжна и неутомима.

Земля мерно дышит затейливым паром.
Полгода она отдыхала недаром!
Река то появится, то вдруг исчезнет,
Блестя обольстительно в лиственной бездне.

Нас мощные фуры приветствуют светом,
И жмутся к обочине нежно при этом.
Там тоже сидят предрассветные люди,
И с каждой минутой всё больше их будет.

Страна! Я в восторге тобой упиваюсь!
Смотрю и привычно тебе удивляюсь.
Проносятся мимо Бояры и Плёсы,
И поймы, и реки, леса, сенокосы...

Как ты миротворна, могуча и статна!
Так самодостаточно невероятна!
Ты - лучшая! Мне без тебя невозможно,
И это так просто! И это так сложно.

Блестят впереди небеса, разрываясь.
Гроза напряглась там, родиться стараясь.
Мы прямо в неё залетаем с размаха
В восторге, по-птичьи, не ведая страха.

Вот так! Мы попали в очаг мирозданий,
Ужель грозовых не оценим стараний?
Давай, развернись, колоти заповедно!
Литаврами медными грохни победно!

Дороги, дороги... Пусть больше вас будет.
Ведь с вами знакомы отличные люди!
Мне некогда жаться в курортах стервозных.
Я жадно глотаю стремительный воздух.

БУКВА "М"

МУХА

Бьётся муха плавно
Головой в стекло.
Вот же мухе славно!
Вот же веселО!

Напилася муха
Сладкого вина,
И во рту не сухо,
И кишка полна!

Уж пуста бутылка,
И портвейн подсох...
Восклицает пылко
Муха: "Чтоб ты сдох!

Пьяная паскуда!
Я хоть и в тюрьме -
Выберусь отсюда!
Помни обо мне!

По твоей сосиске
Я ещё пройдусь!
Наливай-ка виски!
Плохо, похмелюсь..."




* паскуда - и поскуда, об. олон. скверность, гад, гадость, касть, пакость; порча или убыток; человек никуда негодный, мерзавец, пакостник (взято из TOLKS.RU)

У нас сегодня дождь, и мы глядим в окошко,
И дребезжат там лужи кусочками дождя,
Там ёжатся цветы, они дрожат немножко,
И стряхивают капли, как будто нехотя.

Намокшая земля, скворечник потемневший,
Украшены деревья с иголочки листвой -
Все слушают концерт! Ведь дождь - он тоже певчий,
В его уютной песне - и нега, и покой.

Вот капельки воды на веточке повисли,
Блестя, играют с ветром, - он вовсе не жесток!
Сейчас соскочат вниз, составившись в монисто,
И ловко их подхватит весёлый ветерок.

Их - целый хоровод, они не одиноки!
Ведь не бывает капли, которая одна!
Быть пузырьком на луже положено до срока,
Зато взойдут лениво сухие семена!

Дождь злился и устал, он, верно, был простужен,
И пуговки теряя со своего пальто,
Растаял и пропал... Пойдём бродить по лужам!
Вдруг радугу увидим сквозь веток решето?

И после отпадут все грустные вопросы,
И это очень важно! - не упустить момент,
Когда запахнет воздух пронзительно и остро,
И солнышко с росою начнёт эксперимент.

Блестит и там, и тут! Наверное, алмазы...
Сияет лист изнанкой! Наверно, изумруд...
Преобразился мир, таинственно и сразу,
Цветы, дождём умыты, себя не узнают!

А новый дождь уже сюрприз готовит людям.
Он пуговички ищет для нового пальто!
Пусть он приходит к нам, и злиться мы не будем.
И пусть он очень мокрый, но певчий он зато!

У него глаза шальные,
Голубые-голубые!
Искры брызжут из-под век.
И распахнуты, как солнца,
И горят, когда смеётся
Золотистый человек!

Босоногий и суровый.
Соглашаются коровы:
С парнем шутки не пройдут!
И почти парадным строем
Пёстрой дружной чередою
Важно к выпасу бредут.

А в его заплечной сумке
Есть редиска, чтоб похрумкать,
Есть и хлеб, и сальца шмат.
Кто обедал в поле летом?
Ничего вкуснее нету -
Правду люди говорят!

Есть с собою у мальчишки
С приключениями книжка,
Только некогда читать.
Он ответственный дозорный,
Очень зоркий и упорный, -
Должен стадо охранять!

Вот коровы, возвращаясь,
По-вечернему качаясь,
Ко дворам своим идут...
И молочный запах дивный,
Детский, сладкий и наивный,
Разольётся там и тут.

Я, похоже, неистребима.
И победы, и беды - мимо.
Плохо целиться - не попасть!
Толстый панцирь - моя защита.
Я ещё не была убита,
И ещё мне нескоро пасть.

Мельтешат где-то пули-дуры
И вершат свои процедуры:
Лечат намертво, как врачи.
Бесполезное дело - ропот.
У меня за плечами - опыт:
Ниже голову! И молчи.

Я не знаю, каким снарядом,
Что безжалостно ляжет рядом,
Будет мой остановлен шаг.
А пока что - в глухой защите.
Эх, войска мои, не ропщите,
Что командую я не так.

Хоть отлично стрелять умею,
С каждым днём ружьё тяжелее,
Я его отложу пока.
Может, после ночной атаки,
Где с трудом избегу я драки,
Твёрже станет моя рука?

Я оружие ненавижу.
Я ношу его для престижа,
Всем теперь его раздают.
Можно снайпером быть в законе,
Иль мишенью в святой иконе, -
Дезертиров прицельно бьют!

Эх, залечь бы в глухую лёжку...
Пусть убили бы понарошку.
Я свернусь в тишине в клубок...
Странно! Есть тишина на свете!
Что ж никто её не заметил,
И никто её не сберёг?