Петр Андреевич Вяземский
(21.07.1792 – 22.11.1878)

Родился 12 (23 н. ст.) июля 1792 г. в Москве в семье, принадлежащей к древнему княжескому роду, ведущему начало от Рюрика, от потомков Мономаха; умер в возрасте 86 лет 10 (22 н. ст.) ноября 1878 г. в Баден-Бадене (Германия); похоронен в Петербурге.
___ Поэтическая личность П. Вяземского сформировалась в поле активного действия и соприкосновения трех культур – античной, французской и русской, а также под влиянием сначала поэтики Н. Карамзина, а затем Д. Давыдова, К. Батюшкова, В. Жуковского и А. Пушкина. Поэтическая личность П. Вяземского реализовалась одновременно и в равной степени эффективно и в поэзии, и в философии, и в литературоведении.
___ Поэтическая способность П. Вяземского развивалась в течение всей его долгой жизни. Поэту удалось создать свой язык, который, однако уступал в целом поэтическому языку А. Пушкина по степени свободы. Степень поэтической свободы П. Вяземсокго определяется как высокая.
Поэтическую парадигму последнего стихотворения среди других составляют следующие стихотворения:
* * *
Пью по ночам хлорал запоем,
Привыкший к яду Митридат,
Чтоб усладить себя покоем
И сном, хоть взятым напрокат.
Мне в тягость жить; хочу забыться,
Хочу не знать, что я живу,
Хочу от жизни отрешиться
И от всего, что наяву.
Ничтожества сон непробудный!
Затишье по тревожным дне!
Возмездьем будь за подвиг трудный,
За жизнь, столь тягостную мне.
1876
* * *
Чувств одичалых и суровых
Гнездилище душа моя:
Я ненавижу всех здоровых,
Счастливцев ненавижу я.
В них узнаю свои утраты:
И мне сдается, что они –
Мои лихие супостаты
И разорители мои,
Что под враждебным мне условьем,
С лицом насмешливым и злым,
Они живут моим здоровьем
И счастьем, некогда моим.
1876
* * *
Что выехал в Ростов.
Дмитриев
«Такой-то умер». Что ж? Он жил да был и умер.
Да, умер! Вот и всё. Всем жребий нам таков.
Из книги бытия один был вырван нумер.
И в книгу внесено, что «выехал в Ростов».
Мы все попутчики в Ростов. Один поране,
Другой так попоздней, но всем ночлег один:
Есть подорожная у каждого в кармане,
И похороны всем – последствие крестин.
А после? Вот вопрос. Как знать, зачем пришли мы?
Зачем уходим мы? На всем лежит покров,
И думают себе земные пилигримы:
А что-то скажет нам загадочный Ростов?
1876?
* * *
Куда девались вы с своим закатом ясным,
______ Дни бодрой старости моей!
При вас ни жалобой, ни ропотом напрасным
Я не оплакивал утраты юных дней.
Нет, бремя поздних лет на мне не тяготело,
______ Еще я полной жизнью жил;
Ни ум не увядал, ни сердце не старело,
Еще любил я все, что прежде я любил.
Не чужды были мне налеты вдохновенья,
______ Труд мысли, светлые мечты,
И впечатлительность, и жертвоприношенья
Души, познавшей власть и прелесть красоты.
Как ветр порывистый ломает дуб маститый,
______ Так и меня сломил недуг.
Все радости земли внезапной тьмой покрыты
Во мне, и всё кругом опустошилось вдруг.
С днем каждым жизни путь темней и безнадежней,
______ Порвались струны бытия:
Страдающая тень, обломок жизни прежней,
Себя, живой мертвец, переживаю я.
Из жизни уцелеть могли одни мученья,
______ Их острый яд к груди прирос.
И спрашиваю я: где ж благость провиденья?
И нет ответа мне на скорбный мой вопрос.
между 1874 и 1877
Фактическое последнее стихотворение
* * *
Жизнь наша в старости - изношенный халат:
И совестно носить его, и жаль оставить;
Мы с ним давно сжились, давно, как с братом брат;
Нельзя нас починить и заново исправить.
Как мы состарились, состарился и он;
В лохмотьях наша жизнь, и он в лохмотьях тоже,
Чернилами он весь расписан, окроплен,
Но эти пятна нам узоров всех дороже;
В них отпрыски пера, которому во дни
Мы светлой радости иль облачной печали
Свои все помыслы, все таинства свои,
Всю исповедь, всю быль свою передавали.
На жизни также есть минувшего следы:
Записаны на ней и жалобы, и пени,
И на нее легла тень скорби и беды,
Но прелесть грустная таится в этой тени.
В ней есть предания, в ней отзыв, нам родной,
Сердечной памятью еще живет в утрате,
И утро свежее, и полдня блеск и зной
Припоминаем мы и при дневном закате.
Еще люблю подчас жизнь старую свою
С ее ущербами и грустным поворотом,
И, как боец свой плащ, простреленный в бою,
Я холю свой халат с любовью и почетом.
между 1874 и 1877