31 января 1956 года умер английский писатель Алан Милн, автор книги о Винни-пухе. До конца своих дней сын считал, что отец сделал его несчастным

Перемена пола

Алан Милн и его жена Дороти страстно желали, чтобы у них родилась дочь. И даже имя ей придумали – Розмари. Соответственное и «приданое» ей заготовили – кофточки с кружевами и платьица. Однако 21 августа 1920 появился на свет мальчик, названный Кристофером Робином. Родители были разочарованы. Но попытались «выправить» ситуацию, воспитывая мальчика, как девочку. И, чтобы «приданое» не пропало даром, наряжали длинноволосого Кристофера Робина в платьица.

Отец, как бы предвидя будущие обвинения в холодности по отношению к сыну, заявил друзьям: «Мы действительно больше хотели, чтобы была Розмари, но я надеюсь, что мы будем просто счастливы с этим джентльменом». Увы, особого счастья в будущем не испытывали ни родители, ни сын.

Одиночество в семье

Кристофер Робин редко видел родителей. Отец, сотрудничавший с популярным журналом «Панч», практически все время проводил в кабинете. Писал романы, рассказы, пьесы, юморески, сочинял стихи. И, разумеется, работал над книгой, которая обессмертила его имя и отравила жизнь сыну.

Мать также вскоре охладела к «неправильной девочке». И, пожалуй, главным знаком ее внимания стал плюшевый медведь Эдвард, подаренный годовалому сыну. Именно эта игрушка стала впоследствии персонажем знаменитой книги под именем Винни-Пух. Именно с этим медведем ребенок позирует на коленях у отца на фотографии, которую выросший Кристофер считал рекламной. И это его угнетало.

И вскоре Дороти переложила воспитание Кристофера на плечи няни — Оливии Ренд-Брокуэлл.

Объект для насмешек

В школе Кристоферу пришлось несладко. Он, будучи застенчивым и необщительным ребенком, постоянно подвергался насмешкам однокашников. Педагоги выделяли его из общей массы, поскольку отец сделал его «звездой» — книга «Винни-Пух и все-все-все» к тому времени стала в Англии бестселлером. Ее прочитали все – от мала до велика. Ровесников Кристофера это раздражало. И раскусив, что робкий «маменькин сынок» не способен дать отпора, буквально глумились над ним. Наиболее обидным было издевательское цитирование отрывков из книги, а также стихотворений, которые Алан Милн посвятил сыну.

А строчка: «Тихо! Тихо! Кто смеет шептаться! Кристофер Робин молится!» – неизменно доводила ребенка до слез. Потому что в вопросах религии он испытывал раздвоенность. С одной стороны, родители не удосужились крестить его. С другой, — набожная няня изо всех сил прививала ребенку христианские ценности.

Перейдя в отрочестве в другую частную школу, Кристофер начал заниматься боксом. Чтобы давать отпор обидчикам. Но из этого ничего не вышло, поскольку недостаточно овладеть приемами рукопашного боя. Необходимо еще иметь и должный характер, чтобы применять навыки на практике.

После школы Кристофер поступил на филологический факультет Кембриджа. И это было сделано по настоянию отца. В результате именно отец «воспользовался» полученным сыном образованием. Но уже после своей смерти – Кристофер, будучи филологом, публиковал мемуары о делах семейных. И хоть они были весьма жесткими, но поддерживали неослабевающий интерес к сочинениям Алана Милна.

И за границей нет спасенья

Когда началась Вторая мировая война, Кристофер Милн покинул Кембридж, чтобы пойти на фронт добровольцем. Однако медкомиссия признала негодным его к воинской службе. Отец, используя свои связи, добился зачисления сына курсантом учебного батальона Корпуса Королевской Инженерии. Получив офицерское звание, Кристофер отправился воевать на Ближний Восток, а затем в Италию. Но и здесь ему не удалось скрыться от докучавшей ему славы «друга медвежонка Пуха, ослика Иа и поросенка Пятачка».

Его, офицера, сражающегося с врагом, категорически отказывались воспринимать таковым. К нему относились почти как к ребенку и просили рассказывать о том, насколько совпадало его детство с изображенными в книге событиями. Фронтовые репортеры, толкаясь локтями, наперебой брали у него интервью. И, естественно, спрашивали совсем не о войне.

Это было унизительно.

А сражался он «не по-детски». Во время бомбардировки моста, который строило подразделение Кристофера, он был ранен осколком в голову. Его комиссовали, и он отправился доучиваться в Кембридж.

Отец напророчил

В 1948 году Кристофер женился на своей двоюродной сестре Лесли Селинкур. Отец был категорически против этого брака. И молодожены, порвав отношения с родственниками, переехали в городок Дартмур в Девоншире. Не имея средств к существованию, Кристофер открыл небольшой книжный магазинчик. Но он приносил мизерную прибыль, в связи с чем жить приходилось впроголодь.

Правда, вскоре дело наладилось. Но на долю Кристофера выпало куда более тяжелое испытание: родившаяся в 1956 году дочь Клара, страдала церебральным параличом. И в этом Кристофер увидел «руку отца». Дело в том, что, отговаривая сына от женитьбы на родственнице, тот предупреждал о возможности появления неполноценного ребенка. Напророчил.

Запрет на профессию

В 60-е годы Кристофер Робин Милн решил покончить с книжным бизнесом и заняться писательством. Сочинив повесть, он попытался пристроить ее в какое-либо издательство. Но всюду встречал вежливый отказ. Всюду ему заявляли, что с огромной радостью и за очень солидный гонорар опубликовали бы его воспоминания об отце. А вот с повестью надо бы повременить…

В конце концов, он сдался. И написал три тома мемуаров. Получились они весьма жесткими, развенчивающими многочисленные мифы о своем детстве и об отце. Кристофер с горечью написал, что отец построил свою популярность на его детских плечах…

И тут началось для него самое ужасное. Стали выходить статьи психологов, которые копались в судьбе ребенка, используя теорию Фрейда. И самыми «безобидными» в этих статьях были сравнения главного героя книги – Кристофера Робина – не только с книжным Кристофером, но и с поросенком Пятачком, существом невротическим.

Кристофер Робин Милн умер 20 апреля 1996 года во сне. Но и после смерти он не избавился от «синдрома детства». Книжный магазин, которым он владел в Дартмуре, стал туристической достопримечательности. Где туристам рассказывают прежде всего о персонажах, населяющих книгу Алана Милна.

Совсем другая история

Надо сказать, что это не первый и не последний случай в мировой литературе, когда отец-писатель выводит свое чадо в своих произведениях. В 50-е годы прошлого века Виктор Драгунский публиковал популярные «Денискины рассказы», описывая в них приключения своего сына. Однако у Дениса Викторовича Драгунского судьба сложилась вполне благополучно. Он оказался человеком самодостаточным. И, будучи талантливым филологом и интересным писателем и драматургом, сумел выйти из тени, которую на него отбрасывали сочинения отца, и заявить о себе, как о яркой личности. Он оказался «шире» своего отца, совмещая литературную деятельность с политической аналитикой.

http://www.fresher.ru/2014/02/02/drama-vinni-puxa/...%BD%D0%BE%D0%BD%D1%81%D1%8B%29